Кома

      Нет особой надобности в том, чтобы полностью описывать окончание выходных. Честно говоря, вся неделя прошла с каким-то странным ощущением неловкости — и так в отношении всего. Нанами и Томоэ то и дело друг друга игнорируют, Мизуки стал все чаще приходить к нам в храм, в частности в те моменты, когда Томоэ был занят. У нас с Каору тоже случилась неловкая ситуация на свидании. После его тренировки мы пошли в парк и ели мороженое. Было странно, что я тянула часть разговора на себе, но и в гробовой тишине оставатсья нам было бы странно. Каору был не сильно робок, уже на четвертом свидании он взял меня за руку, а после мы с ним поцеловались. В тот момент мы ели мороженое и он стер каплю с моей щеки — вот так просто и достаточно банально. Для меня это все же стало неожиданностью — прежде я не целовалась. Было… Интересно, думаю мне понравилось. И больше в тот вечер мы не говорили, он проводил меня до нужной остановки и мы разошлись. Перед уходом он сжал мою ладонь, я слегка смутилась. — Я дома! — как легко я стала это произносить. Хотя видеть лица, выбегающие в коридор меня встречать, это и есть величайшее удовольствие. Мы с Нанами толком уроки не успели до конца сделать, обсуждали парней. Конечно же она была в курсе моего первого поцелуя. Она же, в свою очередь, тоже со мной этим поделилась, она так ярко описывала свои чувства к лису, что мне стало за нее так радостно — особенно в предвкушении ее скорого будущего с Томоэ. — Знаешь, ты так приятно об этом говоришь… — я выдохнула и с неким прескорбием и улыбнулась. — В смысле? Ты вообще-то тоже целовалась! Вон, успела так быстро найти свою любовь. Я тебе так завидую… — Да, да, ты права. Просто… — я задумалась. Что я хотела сказать?

***

      Если подумать, то за несколько месяцев я абсолютно не приблизилась к тому, чтобы понять, как вернутсья домой. Более того, даже Томоэ не понимает, что со мной делать — ни среди его знакомых, ни среди его книг, ни среди его жизненного опыта не нашлось ни одной загвоздки кроме той, что нам дала тогда Тануки — но это нечто необъяснимое, абсолютно непонятное. — Боже, я начинаю опускать руки. — после некой «тренировки» мы с Томоэ вновь искали материалы в старом кабинете Микаге, но так и не нашли чего-то полезного. — Ты уже больше двух недель не возвращалась в свой мир. А голова тоже не болит? — Нет. Может я, конечно, во сне как-то попадаю туда, но я сама этого точно не помню! — откинула в сторону книгу. Послышалась короткая вибрация и звук колокольчика, это мой телефон. Томоэ небрежно протянул мне его через стол, перед этим взглянув на экран. А, это Каору, кто ж еще. Я немного отвлеклась от своей неудачи. Парень звал посмотреть игру завтра после школы. Я сказала, что пока не знаю — я обещала начальнице выйти на лишнюю смену, если она не поправится. И вот он прислал грусного пса мне в ответ… — Ты часто теперь печатаешь что-то, отвлекаешься даже на уроках. — лис стоял ко мне спиной, но я отчетливо слышала в его голосе раздражение. — Возможно. Но все-таки это мой парень, ха-ха. — ему не понравился мой ответ, как минимум это его задело, а как максимум — Томоэ повернулся и посмотрел на меня с полным пренебреженем и насмешкой. — Какие же вы все одинаковые. Курама прав — вы просто маленькие девочки, что тают в обьятиях противоположного пола и без конца влюбляются. — скрестил рук на груди от удовольствия и поднял голову, смотря на меня сверху вниз. — Да ну. Не тебе меня учить. Только и знаешь, что людей оскорблять, да к тануки ходить. — последнее было лишним, я его разозлила. — Не лезь. Ты слишком юна, чтобы что-то в этом понимать. — Ох неужели… Я встала и подошла к хранителю, через секунду он начал хмуриться, но глаз не отводил. Я тоже. Уж этого удовольствия он может более от меня не ждать, я не буду ему уступать. — Ты, — я ткунла пальцем ему в грудь, что его не сильно взволновало — высокомерный, самовлюбленный эгоист. И да, это не плохо, но пока ты хранитель человеческой девушки, тебе следует учиться общению с людьми, как бы ты нас не презирал. — на столе вновь завибрировал телефон. Я отошла от лиса и потянулась за гаджетом, но Томоэ притянул меня за руку к стене и словно начал убивать взглядом. Почти как в тот день, когда душил меня в квартире. Это меня напугало. — Замолчи. — я оцепенела, даже не услышала, что он сказал — Просто молчи. — он сжимал мою кисть все сильнее. — Ай! Ай, черт! — без шуток, он сделал мне очень больно. Словно искры из глаз, я готова была завопить — Больно, больно! — слезы как назло потекли по щекам, но наша ссора уже отошла на второй план. — Ох, я… Черт. — хранитель резко меня отпустил и мягко подхватил, когда я стала скатываться по стене, держа свою руку. — Позволь посмотреть. — он наклонился к моим рукам. — Нет, не трогай меня! Придурок! Я со всей силы оттолкнула от себя мужчину и выбежала из комнаты. Нанами не было в храме и я закрылась в своей комнате. Хотя Томоэ за мной не пошел, а значит нечего мне было ожидать. Я перестал плакать, но рука еще болела… Вот же!. Как я злилась. Просто невыносимо то, как он относится ко всему, что связано со мной. Со мной? Нет же… Слишком уж я о себе возомнила. Он просто не любит людей и все тут. Сижу и стрелки на себя перевожу, смешно. POV Томоэ Весь день наперекосяк. Который год я неважно сплю, да еще этот змей теперь приходит постоянно, Нанами со своими проблемами, а тут еще одна меня достала. Хотя чего я так разозлился? Она ж, можно сказать, ребенок. Что-то ляпнула, а я сразу за руки ее хватаю. Что-то екнуло внутри, странное чувство, будто я поступил несправедливо и глупо. Странное ощущение стыда. Я прикрыл лицо рукой, громко и протяжно выдохнул, помотал головой. Какой же бред. Мне было стыдно. Мне? Да с чего это!. Нет, было с чего. — Я ведь ей руку, наверное, сломал. Ух… — сел за стол и закрыл глаза руками. Уши машинально прижались к голове, в груди все еще оставаллось неприятное чувство, так медленно и так яро расползающееся внутри. — Да что ж тако… — звук колокольчика. Она оставила телефон. Взял в руку. — Каору Ватанабэ. — Да, еще и постоянные звуки от гаджета тоже начали меня раздражать. Накрыло словно со всех сторон. Еще несколько часов я не решался прийти к ней в комнату. Скорее я надеялся, что она сама первая выйдет из комнаты, обычно она первая идет на контакт. Она ни разу не открыла двери, я даже не слышал, чтобы она как-то там ходила или чем-то занималась. Отдаленно я слышал всхлипывания. От этого мне было еще больше не по себе. Может выпить… Нет, не стоит. Она права. Черт, она же во всем права. И то, что я стараюсь ни о чем не думать, поглощая сакэ и растворяясь в компании девушек из квартала фонарей, и в том, что за все эти годы так и не смог побороть неприязнь к людям. Очень неприятно, словно изнутри меня начало грызть.       

***

      Время уже позднее, я даже ужин не начал готовить, а надо. Скоро придет Нанами. И чего я тут сижу тихо? Хватит, в конце концов я хранитель храма, нельзя так позволять затуманить свой разум какому-то странному ощущению. Проходя мимо комнаты Сони я остановился. Прикрываю глаза на секунду, делаю вдох и стучусь. Она сразу открыла дверь, словно стояла за ней все время. Хотя нет, судя по следам от подушки на щеке, она все-таки спала. Глаза красные… Плакала. Я стиснул зубы, почувствовал омерзение к самому себе. Как в тот раз, когда мне призналась в чувствах Нанами. — Я пришел изв… — Прости меня пожалуйста! — Соня опустила голову, теперь я не видел ее лица. А?! Стоп, стоп. — Я подумала, знаешь… Просто я почему-то вспылила, я не хотела такое говорить и вообще, уже прошло столько времени, я… — Погоди, погоди. Это был странный порыв. Причем с моей стороны. Возможно я просто опешил от того, что она снова начала извиняться, или же так я мог взять слово, но не прошло и пары секунд — я прижал ее к себе и запустил руку в девичьи волосы. Это подействовало мгновенно, она не ожидала. Да и я, признаться, тоже. Все, что хотел сказать, как-то вылетело из головы. Сам себе я мысленно объяснял — почему обнял ее, а не просто перебил, как обычно. — Это… — мне стоит вернуться к задуманному, не просто же так теперь стоять — Я хочу попросить прощения. За то, что посмеялся над тобой и за то, что сделал больно. Оправдания этому нет, но... Прости, Соня. — сам прижался к ней сильнее. Почувствовал ее маленькую ручку, она медленно провела пальцами по моей спине снизу вверх и положила ладонь, слегка сжав кимоно. Такой милый жест, такой неловкий в этой ситуации. Она задрожала в моих руках, посмотрела в глаза. — Нет, нет, это я виновата. — глаза опять покраснели — Я назвала тебя высокомерным и еще как-то… Прости меня. Я вовсе не хотела тебя обижать. Ты прав, твое личное время меня не касается и мне не стоит лезть в это. Я положил голову на ее макушку и с облегчением выдохнул. Волнение сошло на нет, стало сразу лучше на душе. Соня посмотрела на меня и улыбнулась. И я заметил, что обнимает она меня только одной рукой. Не отрывая взгляда от ее лица, опускаю свою руку вниз и нащупываю ее. Лицо Сони немного скривилось. Сразу отстраняюсь. — Эй, перестань, я в порядке. — теперь она берет меня за руку и подносит ближе вторую, больную — Поможешь обработать синяк? — Так смотрит — А я помогу с ужином. — Идет. И как я только мог так поступить? Она снова оказалась права. Я придурок.