Стать героем

— Ты просто идиот! — пытаясь отдышаться сквозь зубы процедил Паник. — О чем ты только думал, пытаясь спереть этот браслет! Это же работа Гефеста, нам её не продать ни людям, ни демонам! Боль молча следовал за напарником со своей тяжелой дергающейся ношей, завернутой в обычную ткань. Черти укрылись в первой попавшейся пещере с сияющим как новая звезда младенцем, который орал во все горло, недовольный тем что его разбудили и куда-то тащат. Просто чудо, что оглушительная буря, устроенная яростью Зевса, перекрывала все остальные звуки. Но их все ещё могли найти по божественному свечению молодого бога, действовать было нужно прямо сейчас. Паник ступив на твердую землю принял облик человека — более привычный малышу вид — достал из сумки бутылек с ядовитого цвета жидкостью полученный от Аида. По инструкции мальчик должен был выпить все до капли, чтобы лишиться унаследованной магии. Боль за его спиной в образе огромной летучей мыши приземлился на одну ногу передавая ему сверток в младенцем. Боль был больше заинтересован браслетом, стащенным из огромной горы даров: никто бы и не заметил пропажи маленькой серебряной вещицы на фоне исчезновения новорожденного сына Олимпийца, но как жаль, что ему не пришла в голову мысль, что она держала на себе весь хрупкий баланс, который обрушил гору со страшным грохотом перебудивший половину Олимпа. После об этом думать было уже поздно, нужно было скорее хватать пацана и бежать, а не убивать его на месте. Обратившись в человека Боль надел браслет на руку и подошел к напарнику, который убаюкивал на руках корень всех их проблем. Когда глаза мальца уже перестали источать море слез, он пихнул ему в рот бутылек. — Давай за дядюшку, до дна, — приговаривал Паник с подобием мягкости в голосе. — Ничего личного только приказ, Герк. — Сколько ещё? — поинтересовался Боль. Он уже слышал приближение отряда лесных нимф. — Уже скоро, видишь? Свечение уходит. Ребенок пытался отвернуться от бутылочки, на вкус зелье от бессмертия явно было не очень, но к счастью в первую очередь оно отключило ему его обычную энергичность. На их глазах божественное свечение стало блекнуть, пока через него на стала проступать обычная для греков оливкового оттенка кожа, а после и этот цвет становился бледнее как у жителей Подземного мира, не видевших света солнца. Когда в бутылочке оставалось всего ничего содержимого, пещера взорвалась светом магии нимф, не боясь навредить ни чертям ни своему богу они направили всю силу на их уничтожение. Паник напрягся в ожидании боли, но почувствовал только жар взрыва, инстинктивно защищая имущество своего господина он обернулся броненосцем вокруг младенца и последних капель зелья. В голове звенел противный писк, а перед глазами плыли цветные пятна. Через мгновение он осознал как Боль трясет его за плечо. — Что случилось? — прищурившись спросил он. — Нимфы, — ответил Боль, с видом облегчения на обычно безэмоциональном лице. — Игрушка Гефеста оказалось щитом. Он отразил все заклятья обратно в них. Никто не выжил. Пришедший в себя Паник огляделся и уже сам понял, что тот пытался сказать. Отраженная магия вызвала обвал и их вместе с лавиной камней сбросило к окраине какой-то деревушки. Младенец вел себя на удивление тихо, потеря сил видно далась ему не просто, но свечения уже не было. — Зелье. — Боль указал куда-то в сторону, где под камнем были видны осколки стекла бутылочки с зельем. — Думаешь, там ещё что-то было? Боль только пожал плечами. — Но он ещё жив, нам нужно его.. В отдалении послышались голоса. Усталые демоны, мгновенно обратились в ящериц и скрылись под камнем, ожидая появления ещё одного отряда низших богов. — Кто здесь? — подошедший человек выглядел совершенно безобидным. — Алкмена, скорее! Я слышал голоса, может кто-то ещё выжил после обвала. Брошенный на земле Геракл тут же начал плакать, привлекая к себе внимание. Было поздно его затыкать, люди не должны были из увидеть. — Ты посмотри, это же дитя. — полная женщина следовавшая за мужем, оказалась рядом с ним и подняла младенца и тут же начала успокаивать. — Не плачь, не плачь, тише. — Мы здесь уже все обошли, ты больше никого не видела? О, боги, его родители, наверное погибли. — Амфетрион, сколько лет мы молили богов подарить нам ребенка! Может это знак? Осмотревшись вокруг Амфетрион заметил отраженный свет от факела. Рядом с ребенком на земле лежал тонкий серебряный ободок. Работа прекрасного мастера. Возможно, это был оберег малыша. Все что ему осталось от родителей. Судя по его цвету кожи он был из северных народов, поклоняющихся идолам. Амфетрион видел их на рынке возле порта, где впервые встретил свою жену. — Не такой ценой я хотела бы получить дитя, но если мы оставим его здесь он погибнет. — сказала Алкмена. — Возьмем его пока к себе. Если его будут искать, то спрашивать будут где-то в городе и мы узнаем. Амфетрион тяжело вздохнул. — Конечно, мы позаботимся о нем. Идем домой. Переставший плакать малыш в заботливых руках тихо заснул. Его принесли в теплое и сухое место. Рядом, на руке мужчины был подарок сделанный ему на день рождения. Новые родители беспокоились о нем в первую ночь боялись отпустить мальчика от себя и положили на одно ложе между ними. Обилие новых звуков и запахов беспокоило любопытство мальчика и он то и дело посыпался от треска огня, когда услышал тихое шипение. — Мы не можем оставить их в живых, они видели ребенка и будут молиться о его возвращении, если его просто украсть. Зевс узнает, что он был здесь. Слишком чудесное появление ребенка тоже может привлечь внимание. - Рассудила первая змея. Взгляд второй был прикован к браслету: — Мой трофей.. Две змеи с ярко-красными глазами приближались к ним. Забавный звук погремушек на их хвостах привлек внимание мальца, привыкший к подаркам, чье назначение он ещё не понимал. Герк схватил их за шеи как только обе оказались по близости и радостно рассмеялся, когда те начали яростно извиваться гремя кончиками хвостов не в силах выбраться из захвата его крохотных рук. Проснувшиеся люди в ужасе отпрянули в стороны, но обе змеи с раздробленными трахеями были вымотаны. Алкмена сняла с руки мужа браслет и отвлекла внимание мальчика от трупов змей солнечными зайчиками на стене отраженным светом огня, пока Амфетрион вытащил едва трепыхающиеся игрушки из его рук и бросил в огонь. — Он станет великим воином в будущем, — шепотом произнесла она, надевая ему на руку браслет. — Но сейчас это просто младенец, и мы будем оберегать его как нашего собственного сына пока Боги не призовут его на совершения подвигов. — Для нас он будет просто Стивен. Перерожденные души чертей в мрачной тишине брели вдоль течения Стикса в ожидании своего господина. — Он жив. — Наконец нарушил молчание в своей немногословной манере Боль. — Но он уже не бессмертен, — как-будто только и ждал этой фразы ответил Паник. — И боги не знают где его искать. Все нимфы, которые видели нас мертвы. — Мертвы. — Да, они могут доложить о том, что видели нас, но только Хозяину. Они видели как мы поили его зельем и больше ничего не могут сказать о нашем провале. — Миссия выполнена? — Доложим, что новый бог больше не проблема.

***

Потеря оказалась для главной четы Олимпа страшным ударом. Зевс приказал всем богам отправиться на поиски, но они не сумели найти младенца. Только спустя несколько лет в мире людей частица металла, недоступного человеку привлекла внимание Гермеса. Четырехлетний Стив выглядел очень больным даже для простых смертных, но упрямо шел на своих ногах, не смотря на предложения матери понести его на руках. Не только украшение, но нечто в линии подбородка и гордой осанке кого-то ему напоминало.       Обратившись старцем-ювелиром, он подошел к женщине и стал расспрашивать её про чудесное творение мастера на руке её сына, предлагал достойную награду в обмен на него: «Вам же нужны деньги на лечение мальчика». Но женщина решительно отвергла все его предложения, называя браслет семейной реликвией. «В чем-то она права», — подумал Гермес. Но стоило ему отойти на порядочное расстояние, услышал он как мальчик спросил про свечение вокруг «дяденьки».       Больше подтверждений ему не требовалось. Божественную ауру в образе человека мог увидеть только божественный потомок. И чуть скрывшись за колонной он отправился на Олимп с докладом о потерянном брате, почему-то смертном и живущем среди людей.       Безутешная Гера сразу покинула тронный зал, а Зевс был в ярости. Но чуть гнев его поутих, решили они держать все тайне. Все ещё было не известно, кто подослал воров и как лишил сил и бессмертия нового бога.       Но с того дня юный Геракл, Стивен среди людей, получил честно вымоленное родителями укрепление здоровья и невидимый присмотр Громовержца.

В пыли поднятой от дороги было нечем дышать. Телега с сеном в мгновение ока пронесшаяся мимо едва вписалась в арку входа торговой площади и остановилась тут же преграждая остальным вход. Высокий худощавый юноша ловко взобрался на верхушку сложенных вязанок сена и тут же начал их скидывать. — Стиви, погоди, погоди, не разгружай, — остановил его старик-фермер, спрыгнувший с той же телеги. — Я сначала ещё раз поторгуюсь за них, а потом мы поедем обратно. Чуть поумеривший пыл парень спрыгнул с телеги и пожав плечами с места закинул тяжелые снопы обратно, с виду даже не вспотев. — Можно я пойду с тобой? — Мы же это с тобой уже обсуждали, — посмеялся старик. — Ты не можешь удержать свою тягу к справедливости, а переговоры должны проходить тихо и мирно. К тому же кому нужно остаться и присмотреть за сеном. Не отходи от телеги. — Но ведь наш труд стоит гораздо.. — начал было парень, но поймав успокаивающий его рвение взгляд, тяжело вздохнул: — Ла-адно, — протянул разочаровано Стив. — Я буду здесь. — Вот и молодец. Я не на долго. Небольшой городок. Все друг друга знали. И в особенности хорошо знали не в меру сильного Борца за справедливость Стива, сына фермера с дальней окраины. Ещё в юном возрасте он сцеплялся в драках с ребятами вдвое старше и крупнее из-за мелочей: брошенный мусор, нелестный комментарий в адрес какой-нибудь девчонки. Или из-за проблем посерьезней: обсчитанные торговцами на рынке старики, воришки и бандиты. Он мог быть хорошей опорой города, но из-за его неумения сдерживать силу и вспыльчивости от него было больше проблем чем пользы. От чего и ловил он на себе косые взгляды. От скуки Стив начал прохаживаться вокруг телеги, когда услышал возмущенный крик и лающий смех после. — Это тонкое искусство! Не трогайте руками, пока не заплатите! — Да что такого может случиться? — амбал под два метра ростом, взял один из фигурно расписанных кувшинов и стал крутить его в руках как мяч. — Неужели вы думаете, что я могу уронить его? — Осторожнее, прошу Вас! — замахал руками торговец кувшинами, не зная с какой стороны подступиться к мужчине, чтобы не попасть под руку, удерживающую его кувшин. Роста отобрать не хватало. Стив решительно направился в их сторону и схватил у кувшин с головы мужчины, когда тот попытался балансировать с ним на голове. — Вам стоит извиниться перед почтенным Феоклом и покинуть это место! — ставя на место изделие. — Стив! — воскликнул торговец. Оказавшись перед ним, он развернул парня к выходу и настойчиво стал выпроваживать его. — Он просто пошутил, все в порядке, ха-ха, мы со всем разберемся сами! — Но он же.. — опешил Стив. — Ваши кувшины! — Я сказал, что все будет хорошо! — уже раздраженно толкнул его Феокл. — Возвращайся к отцу. — Беги-беги, принцесса, — добавил покупатель, очевидно, новенький в городе. Возмущенный таким отношением Стив проигнорировав вопли торговца, двинулся обратно в лавку и схватил мужчину за грудки: «Что ты сейчас сказал?». Он не уступал ему росте, но по телосложению смотрелся как кипарис на фоне баобаба, что особенно вдохновило пришельца: «Беги к папочке, Стиви». — Как это произошло, Стив, как это возможно? — в голосе отца не было злости или осуждения. Он действительно пытался понять реально ли то, что он видел перед своими глазами. А глаза его видели три разрушенные лавки и Феокла в центральной, рыдающего над уничтоженным подчистую товаром. — Он ударил меня в живот и я налетел на стойку, когда он подошел оттолкнул его и он приземлился в лотки с фруктами, потом поднялся и протаранил мной перегородку в лавку с одеждой и я откинул его обратно, что он разрушил вторую стойку с кувшинами, а когда поднимался, задел ногой основание последней и его засыпало целиком. — Ты сам-то не поранился? — все ещё шокировано наблюдая за тем как торговцы собирают испорченную одежду в пыли и во фруктовом соке и оставшиеся невредимыми фрукты. — Нет, пара царапин. — прикрывая старой туникой фиолетовые ребра и кровоточащую рану на боку. — Боги хранят тебя, хранили бы ещё от вспыльчивости. — улыбнулся старик. — Пойдем домой. Мать сегодня обещала сырных лепешек наготовить. — У тебя не будет проблем тут из-за меня? — Ничего страшного, главное ты в порядке. С остальными я смогу договориться, они знают что ты не хотел ничего дурного. Стив не поверил ни единому слову, но взял пустую телегу и побрел обратно. Уже дома, получив легкий подзатыльник от матери за то, что пытался скрыть свои синяки, он отправился к морю. Прогуляться в одиночестве. Он прекрасно слышал как в спину на рынке ему бросали Идиот, Осел, Урод. В лицо мало кто что-то говорил, боялись. Друзей-сверстников у него не было. Строго говоря и друзей-то у него вообще не было. Все прочие старались обходить по широкой дуге. Он и сам понимал, что отличается от других, бытовые вещи ему давались с трудом, энергия и сила все время требовали выхода, не смотря на то, что пахал на поле и в садах он за четверых. Их маленькая семья хорошо жила благодаря этому, а теперь придется потратить все сбережения на возмещения очередного ущерба. Он дорого бы отдал за то, чтобы просто быть таким же как все. — Да мне же здесь.. просто не место! — в сердцах он пнул небольшой камешек в сторону моря и скривившись наблюдал как он летит к дальним скалам. — Вот это бросок! — раздался голос со стороны груды скал. — А сможешь за горизонт? Стив так погряз в своих мыслях, что даже не заметил парня, загорающего в лучах закатного солнца. — Чтобы потопить какую-нибудь случайную лодку, которую даже не вижу? — раздраженно ответил Стив. — Нет, спасибо. — Так вот почему тебе здесь не место, — парень спрыгнул со скалы. Стив напрягся. По внешнему виду внезапный собеседник казался одним из самых нелюбимых Стивом людей: широкая белозубая улыбка, мускулистое телосложение и глаза цвета моря в шторм. Такие люди обычно всегда в центре внимания и подстегивают остальных, сделать глупость. — За твоей мрачностью и синяком на лице кроется увлекательная история о несправедливости, я прав? — А тебе-то какое дело? — Не знаю, может я мог бы помочь. — Да кто ты такой, чтобы мне помогать? — вспылил Стив наконец. — Друг? Сидел себе на камне, так и сиди. Уже ожидая драки он с вызовом поднял голову, хотя бы зрительно пытаясь выглядеть больше. Но удара так и не последовало. Вместо этого парень только шокировано рассмеялся: — Так вот откуда ты себе приключения находишь. А с девушками ты так же разговариваешь? — Ты первый кому я сказал больше пары слов, — буркнул Стив, намекая на по-девчачьи длинные каштановые волосы и фиолетовую тунику. — Уверен ты просто ждешь Ту Самую, — хохотнул незнакомец. Стив наконец улыбнулся тоже, но ни за какие деньги мира не признал бы, что ему польстила его похвала. Захотелось говорить ещё и больше шутить чтобы снова услышать смех нового знакомого. А продолжить разговор он уже не знал как. — Я иногда прихожу сюда чтобы посмотреть на закат и загадать желание. Есть легенда, что твое желание попадет незамеченным на колесницу Гелиоса, и упадет на голову Зевса, то он обязательно его исполнит, просто не сможет проигнорировать. — Ты это сам только что придумал. — Так заметно? — улыбнулся парень. — Обычно верят. — Будь я Зевсом, то не стал бы исполнять желания, которыми мне в голову кидают. — Ты-то уж точно. Но, а если бы и так. Что бы ты загадал? — Стать нормальным, — прежде чем успел остановить себя выдал Стив. — Нормальным? — как-то тише переспросил новый знакомый. — Да, фу. Это скучно. Нормальных целые толпы, а ты такой один — уникальный. Если считаешь, что здесь тебе не место, найди другое. Тебе будет лучше, если не придется подстраиваться под остальных. Найди свое предназначение. Стив невольно заслушался. — А ты? В чем твое желание и предназначение? — Ну, вообще-то такие вопросы задавать неприлично первому встречному. — едва сдерживая улыбку ответил он. — Говнюк. — Стив рассмеялся и толкнул парня в плечо. Тот в притворном ужасе едва увернулся, но Стив все равно почувствовал будто ударил по чему-то металлическому. — Осторожнее, здоровяк. Не каждый камень можно пнуть без последствий, — затараторил он, видя на лице Стива удивление и желание спросить. — Мне уже пора, пока ты и меня в чью-то лодку не закинул! И бегом направился к тропинке в лес. Стив не так хорошо разбирался в правилах общения с людьми, но и он понимал, что догонять того, кто так явно хочет сбежать, не прилично. Даже имени его не знаю, может получится узнать на рынке? Тут же на него навалились воспоминания о рынке и произошедшем сегодня. Так оказалось легко обо всем забыть в дружеской перебранке, что сердце снова наполнилось тоской. По крайней мере он принял решение последовать совету первого встречного.