Что шепчет вам искалеченный разум?

Большая тень неспешно двигалась по тротуарам города, что вдоль и поперёк был вымощен трупами демонов. Металлический запах крови витал в переулках, запах разложения и гнили мог бы смутить любого, но только не его, не этого человека, что все так же передвигался и обследовал улицы вокруг себя. Этим существом конечно же был Джейсон, который слегка удивился хаосу вокруг. На город словно свалился апокалипсис: разрушенные дома, разорванные трупы, выстрелы где-то в далеке, оставшиеся в живых люди всеми силами пытались выжить в этом, казалось бы, настоящем Аду. Некоторые прибегали к воровству, а кто-то отчаянно сражался со своей судьбой, что настигла его в этот день. Судя по разрушенным улицам и напрочь выбитым дверям, люди в буквальном смысле попали в смертельную ловушку. Маловероятно, что Хаск вообще смог уцелеть посреди этого ужаса, но мужчину это мало волновало, прямо сейчас он быстрым шагом двигался на плач и крики ребёнка, которые слышались где-то вдалеке. Пара кварталов, и он придёт. Плач привел Джейсона в небольшой переулок, который, казалось, уцелел лучше, чем остальные. Пройдя пару метров, мужчина увидел труп женщины, ещё свежий. Джейсон опешил и наклонил голову набок, её живот был грубо разрезан, а все внутренности лежали рядом, как будто что-то или кто-то искало чем поживиться у неё внутри. Джейсон отвернулся от женщины и посмотрел на кровавый след, который вёл прямо за лежащую неподалеку машину. Маньяк понял, что произошло и надеялся, что ошибался. Вурхиз подошёл к перевернутой машине, обошёл её и внезапно уставился на землю. Можно было подумать, что Джейсон никак не отреагировал на увиденное, но на самом деле его глаза неестественно расширились, и на мгновение показалось, что в прорезях маски сверкнули два алых огонька. Он смотрел на маленькую кучу пережёванного фарша, которая раньше была ребенком, ещё не появившимся на свет. В этот момент мир замер, и лишь тяжёлое дыхание нарушало эту мертвую тишину. Можно было подумать, что Джейсон был хладнокровным маньяком, способным убить кого угодно. Но лишь мать знала правду, что даже у Джейсона был свой свод ограничений. То, до чего он бы никогда не опустился, что-то, что было полностью непозволительно, аморально даже для него. Джейсон отвернулся, но не из-за того, что испугался увиденного, конечно же нет. Он снова услышал детский плач и крики о помощи, которые доносились совсем рядом. — Маленький ублюдок, хватит ёрзать туда сюда, — демон с окровавленным ножом и кривыми зубами пытался связать маленького мальчика, на вид которому было лет десять, не больше. Он пытался брыкаться и звать на помощь, но никто не приходил. Слезы текли ручьем, но мальчик не сдавался, пытаясь ударить убийцу ногой, — тварь, хватит брыкаться или порежу тебя как твою мамашу, хе-хе-хе, — убийца хищно улыбнулся и облизал лезвие ножа. Мальчик заплакал ещё сильнее, он вспомнил, как демон резал его мать, пока та была ещё, жива, а сам он ничего не мог поделать. Демон сблизился с мальчиком и извращёно улыбнулся. — Слушай, а ты довольно симпатичный, — демон повертел ножом около головы мальца, и ребенок стих. Мужчина подумал, что наконец добился своего, пока не осознал, что мальчик замолчал вовсе не из-за того, что он пригрозил ему ножом, было что-то другое. То, что стояло за его спиной. Демон почувствовал это своим боковым зрением — так люди называют странные ощущения, которые чувствуют в момент приближения чего-то неординарно опасного для своей жизни. Демон резко развернулся и… никого не увидел, лишь темноту, что окутала переулок. — Что только не померещится, хе-хе, — демон расслабленно вдохнул и повернулся к мальчику. Внезапно он увидел перед собой огромного мужчину, который стоял и закрывал собой пацана, сжимая в руках мачете. — Матерь божья, — демон вскинул руку и попытался нанести удар, но прежде, чем рука поднялась, она тут же была отрезана взмахом мачете. Мужчина в хоккейной маске медленно подошёл к кричащему от боли и страха демону, который лежал на окровавленной земле и держался за свою руку, а точнее за то, что осталось после неё. — Пожалуйста, не надо, забери пацана. Пожалуйста, пожалу… — Джейсон схватил демона за горло и поднял над землей таким образом, что его ноги свободно болтались в воздухе. Джейсон держал его одной рукой, и создалось впечатление, что тот совершенно ничего не весит. Маньяк поднял свою руку, в котором находилось мачете, и аккуратно вставил конец лезвия в рот убийце, который только и мог, что смириться со своей судьбой, что-то мыча и ревя. Джейсон с силой вонзил мачете прямо в рот демона. Он был закрыт, так что зубы на пути оружия были вбиты внутрь, возможно проглочены. Лезвие мачете выглядывало с другой стороны, чуть ниже затылка. И лучше бы демон не пытался закричать, потому что при открытии рта мачете передвинулось так, что при повторном сжатии стало понятно — оно сейчас между еще целых зубов. И хоккеист начал свое дело. С ужасающей силой он надавил на мачете, разрезая тело убийцы пополам. Это было быстро, но не стоит думать, что безболезненно. Еще целый зуб нижней челюсти, в который мачете было уперто, оказался расколот, за ним следовала зубная эмаль. Непосредственно был задет зубной нерв и громкие визги с хрипом раздавались из деформированных уст жертвы, животный крик накрыл собой весь город, разнёсся по закоулкам и улицам. А Джейсон даже не думал останавливаться, лезвие шло дальше и не совсем по центру, поражая связки, разрезая ключицу, каждое ребро, легкое, печень и кишки. Едва ли мозг мог справится с подобной интенсивностью болевых сигналов, а потому маловероятно, что демон дожил даже до середины этого процесса. В конце концов перед маньяком лежали две половины некогда живой цели. Если бы на Джейсоне не было его маски, то люди могли бы увидеть презрение на его лице, пока мужчина пытался стряхнуть кишку демона с мачете. — Спа…сибо, — тишину нарушил дрожащий голос маленького мальчика, что вытирал рукой лицо и смотрел на него. Он не знал, что Джейсон был убийцей, маньяком, убившим сотни и сотни человек за свою карьеру, он не знал этого. Перед ним был его спаситель, который сразил безумное чудовище и, возможно, спасет его вновь, забрав с собой. Мальчика не пугало окровавленное мачете, не пугала кровь, капающая на землю, он не видел и не думал об этом. Если зло бывает милостивым, то сегодня его спасло именно оно, ведь добра здесь не бывает. А если добро и есть, то оно решило оставить этот город, закрывая глаза на все безумства, что происходили здесь. Мальчик медленно встал и стал подходить к Джейсону. Сначала неторопливо, осторожно, будто спрашивая у него, можно ли? А затем, когда мальчик увидел, что мужчина слегка согнулся и убрал мачете, он чуть ли не бегом побежал к нему, пытаясь ухватиться за свою последнюю надежду. Внезапно послышался свист ветра, и алая кровь брызнула на землю. Тело мальчика приземлилось прямо в руки Джейсону, а из его груди торчала арматура, брошенная кем-то из вне. Джейсон опешил, держа в руках окровавленное тело ребенка, чья кровь густыми плевками стекала по алым губам. Он не стал вытаскивать арматуру, понимая, что для него всё было кончено, железо задело внутренние органы, а сильное кровотечение поставит жирную точку на его судьбе в течение последующей минуты. Вурхиз смотрел в глаза мальчику, осторожно держа того в руке, а мальчик в ответ смотрел на него, слишком много эмоций читалось на его лице, он понимал, что скоро помрёт, что рок не пощадил ни его, ни мать, ни даже его маленького брата. Все было кончено, не успев толком начаться. Джейсон поднес руку к щеке мальчика и осторожно вытер слезы, что медленно стекали с его ресниц. Он знал, каково это, вкусить собственную кровь, каково это, умирать. Но то, что удивило его больше всего была улыбка, простая и блестящая, улыбка невинного ребенка, что смотрел на него. Здесь не было места ни словам, ни действиям. Их взгляды, что переплелись в единое целое, казалось, поняли друг друга. Глаза мальчика сузились, его рука, которая прежде сжимала запястье Джейсона, сначала ослабла, а затем упала. Он умер, и его душа покинула этот мир, отправившись в неизвестность, в пустоту, где не было ни конца, ни начала. Осторожно подняв мальчика, Джейсон положил его на землю и отошёл назад. Вторая смерть невинного дитя, чей разум не постиг человеческие пороки, не был ни грешен, ни запятнан похотью и развратом. То, что Джейсон ненавидел больше всего и старался искоренить. И то, что лежало около него, то, что было словно чистый бриллиант, и то, к чему Джейсон никогда не придёт, но то, что он понимает и уважает всем своим черным сердцем. Джейсон посмотрел вперёд, прямо в темноту, откуда прилетела смерть, настигшая мальчика. Многие бы не заметили того, что обитало в темноте. Но Джейсон прекрасно видел это существо, ведь он как никто был знаком с тенями, что долгие годы служили его Ангелами Хранителями. Джейсон сузил глаза, его зрачки воспылали, словно увидели… его самого? Вдалеке стоял мужчина, словно вышедший из последнего круга Ада. Тело его было объято пламенем, на плечах красовались небольшие металлические зазубрины, а в некоторых участках не было ни кожи, ни мяса, а лишь чёрные как смола кости, которые горели со всем телом. На его лице красовалась хоккейная маска, которая идеально сочеталась с внешностью незнакомца. Джейсон осознал, что это был он сам. Но он не в первичном понимании, а что-то другое. Второй Джейсон не был его клоном, хоть и казалось, что иначе быть не может. Лишь Джейсон понимал, что он смотрел не на самого себя, а на свое проклятье. Он смотрел прямо в бездну, горящую бездну, неописуемую ярость, что преследовала его долгие десятилетия, затуманивая рассудок Джейсона, осознание себя и своей цели. Эта ненависть могла испепелить весь мир своей необузданной яростью, не разбираясь, кто был невиновным, а кто нет. Будь то ребенок, мужчина или женщина, всё сгорит и истлеет. Теперь Джейсон понял, он всё осознал. Он понял, что находилось перед ним. Понял, с чем он боролся каждый день, находясь на Земле. Понял, что успокоило его рассудок в этом месте, пока его «Я» не было им. Он наконец нашел своего заклятого противника, того, кто сломал всю его жизнь — себя самого. И теперь две половины одной бессмертной разрушительной машины встретились лицом к лицу, зная, что один из них должен умереть.