Твои звуки... Прекрасны

Танжиро всё же решил встать и пойти в душ. Умыться, да и в целом привести себя в порядок. Когда он подошёл к зеркалу, то был удивлён: на нём почти не было следов от «ночных развлечений». Только пара еле заметных засосов, которые можно легко скрыть под одеждой, ну и метка, конечно же. Его запах тоже изменился. С яркого и приторного он стал более нежным, успокаивающим. Это так на него метка повлияла или сама близость? А ведь на Зеницу тоже это должно подействовать… Мысли беспорядочно крутились в голове, всплывало всё больше воспоминаний. Хотелось выкинуть их всех к чертям, но одновременно хотелось вспомнить всё. Странное чувство… Омега шагнул в душевую кабину, включил холодную воду и слегка вздрогнул, когда капельки коснулись тёплой кожи. А через пару секунд вода уже струилась по телу, стекая с волос. Успокаивает. Зеницу вернулся довольно скоро. Танжиро даже не успел выйти из душа, как услышал стук закрывающейся двери, а затем и голос. —Танжи, ты скоро? — Танжи? Мило, конечно, но такого Камадо не ожидал. А как называть Зеницу? Зеня? Или лучше Солнышко, или… Почему он о таком думает? —Да, сейчас— выдал красноволосый довольно громко, чтобы шум воды его не заглушил.

***

—А куда сегодня мы должны были поехать? —Вроде в какой-то музей искусства или типо того. Скукотень —Мдэ…— Танжиро выдохнул, засовывая в рот последний кусок онигири, — Фпафибо —С набитым ртом не говори, подавишься. —Говоришь как чья-нибудь мама, — Камадо хихикнул. —Уж не твоя ли? — тихонько рассмеялся Агацума и приобнял омегу. Поведение Зеницу как альфы слегка, а может и нет, но переменилось. Появилось невероятное желание… Заботиться, что ли. Хотелось быть ближе, чем они есть сейчас. Он чувствовал своего омегу. Его настроение, его желания, даже его пульс он ощущал. Метка всё же оказывает влияние не только на омег, но и на альф не меньше. Приятно понимать, что ты нужен кому-то, приятно осознавать, что любим кем-то и можешь дарить любовь. Необычно, странно, но чертовски приятно… В дверь постучали. —Агацума, Камадо, сеголня идёте на экскурсию? — голос классного руководителя. У парней на секунду сердце остановилось от страха. —Нет, — одновременно послышался ответ. —Хорошо, — звук тихих шагов резко сменился учащённым топотом. Снова постучали. —Танжиро, Зеницу, можно? — Незуко… НЕЗУКО! Она ж прибьёт сначала Щегтцу, а потом и своего брата, если заметит изменения. А она не сможет не заметить… —Д-да, проходи, — неуверенно пролепетал красноволосый, кивая Агацуме в сторону двери. Омеге всё же не особо приятно ходить. Дверь открылась и в номер просто влетела девушка. —Танжиро, твою направо! У тебя время течки! Ты мало того, что один в комнате с альфой, так ещё и даже мне на звонки не отвечал! Я тебя сейчас этой подушкой придушу! — Незуко схатила подушку и наброилась с ней на брата. Кажись, она почуяла запах течки даже на другом этаже… —Незуко, ради бога, успокойся! У Зеницу были свои таблетки, а я отправил его за подавителями! Ай! — парень получил по голове подушкой. —Незуко… Прошу, успокойся, — альфа схватил девушку за плечи и оттащил от брата. —Отпусти! Всё, всё, я спокойна, отпусти, — в этот момент она была похожа на уставшего дьяволёнка. Миленько… Когда «фурию» наконец отпустили, она села возле брата, осматривая его. —Ты изменился как-то… Не знаю, что вы тут делали, но оба выглядите подозрительно! — Незуко взглянула на Зеницу, уже всего красного, с метающимися во все стороны, глазами, а потом перевела взгляд на брата, нервно теребящего край футболки. —За-ши-бись… Танжиро, Зеницу, либо вы говорите всё хотя бы мне, либо вам будет плохо, — она хитренько улыбнулась и заметила, как альфа сочувствующе взглянул на омегу. Красноволосый же устремил взгляд в пол. Ему было чертовски стыдно перед сестрой. Хотя… А чего стыдиться? —Долго молчать будем? — девушка уже сверлит взглядом блондина, пока тот пытается придумать, что сказать. Танжиро посмотрел на своего альфу умоляющим взглядом, который значит «мне стрёмно, но скажи хоть что-нибудь, прошу» —В общем… Я не ходил за подавителями…— Зеницу колебался, но всё же сказал всё максимально не углубляясь в происходящее ночью. —Это я поняла. Метку ставил? — вновь этот сверлящий взгляд. —Да…— на этот раз уже сказал бедный Танжиро. —Пипец… Не, ну вы, конечно, молодцы, но… Ай, фиг с вами, не моё дело… —Вот именно! А ты меня прибить хотела! — начал возмущаться брат. —Ну покаж хоть! Мне же тоже интересно! — что за резкие перепады настроения у Незуко? Но омега нехотя стянул футболку с левого плеча, чтобы сестра не продолжила допрос. Девушка осмотрела след и выдала. —Ну, хоть поставил ровно. Молодец, — повернулась к Зеницу и улыбнулась, — Ну, это… Удачи вам, что ли… Если мешаю… —Не мешаешь! Останься! — перебил Незуко брат. Всё же, нужно разрядить обстановку и поболтать.

***

Ближе у вечеру, девушка ушла, оставив парней одних. Время близилось ко сну, все уже потихоньку стелили постели. —Зень… Зеницу —Чегось? —Можешь лечь со мной? —Хех, если хочешь… Этой ночью парни спали в обнимку, альфа напевал что-то спокойное, пока омега не уснул. Танжиро уткнулся в ключицы Агацумы и вдыхал тёплый, уже такой знакомый, запах мандаринов.