Suspiriosis

И вот я стою, как придурок, при входе, с этой гигантской коробкой и букетом нежно-розовых пионов. — А что это тут у нас? — ко мне подбежал Наронг и с любопытством начал пытаться выхватить у меня коробку. — Идиот, лучше забери у меня цветы, пока я не начал задыхаться. — Я со злостью толкнул его, всучив букет. — Точно, это надо же было так лохануться. — Наронг начал дико ржать. — Ну и фанаты у тебя, ничего о тебе не знают. — Прям оборжаться. — Я закатил глаза и прошёл обратно в спальню, поставил коробку на журнальный столик и открыл её. — Дверь закрыть не забудь! — крикнул я. — Я что, для тебя прислуга? — недовольно пробормотал Наронг, разворачиваясь и идя обратно к входной двери. Открыв коробку, я обнаружил в ней огромный торт, покрытый большим количеством белого крема, лежащего, словно кружево. В середине красовалась статуэтка из шоколада в виде меня и ещё какого-то парня. Они держались за руки, а рядом была надпись: “Прекрасному Винаю от его тайного поклонника”. Я непроизвольно начал улыбаться. Моя шоколадная фигурка была, хотя и маленькая, но настолько детализированная: совпадал цвет моих волос и их укладка, моя любимая рубашка молочно-кофейного оттенка, широкие тёмно-коричневые брюки, белые носки и, пожалуй, самая главная деталь — мои любимые чёрные конверсы. Вторая фигурка была такой знакомой, но я никак не мог вспомнить, кого же она мне так напоминала. На дне коробки, под тортом, я нашёл записку, которую у меня выхватил из рук Наронг, когда неожиданно подошёл сзади. Наронг развернул лист и начал читать: “Дорогой Винай, надеюсь, тебе понравился мой небольшой подарок. Я хотел поблагодарить тебя за то, что ты делаешь. Я безумно люблю твои фанфики, они дарят мне много эмоций и вдохновения, а самое главное — сил: быть самим собой, не сдаваться и держаться до последнего. Если бы ты только знал, как много ты для меня сделал и делаешь по сей день. Я так хочу рассказать тебе обо всём. Я постоянно пишу тебе смс, но ты даже не читаешь. Надеюсь, это письмо ты прочтёшь. Знаю, мечтать не вредно, но мне хотелось бы общаться с тобой лично и проводить много времени вместе. Дай хоть один шанс, и я докажу тебе, как действительно много ты значишь для меня. Твой тайный поклонник, следящий издалека.” — Он реально напоминает мне сталкера, но это безумно мило, — произнёс я, широко улыбаясь и всё ещё смотря на великолепный торт. — Ой, как раскраснелся, вы только поглядите на него. — Наронг прыгнул на диван, пристраиваясь рядом. — Давай есть. Чё на него пялиться? — произнёс он, протягивая свои грязные руки к торту. Я схватил его за них прежде, чем он успел собрать пальцами весь крем. — Иди помой руки для начала, а я принесу нам чай и нож. — Ладно, мамочка, — язвительно ответил Наронг, уворачиваясь от моей руки, которая почти дала ему подзатыльник. — Знаешь, а этот торт похож на свадебный, — подметил Наронг, когда мы оба были уже готовы приступить к чаепитию. — Так, я не понял. Ты уже меня шипперить с кем-то вздумал? — Я пихнул его локтем в бок, состроив недовольную гримасу. — И не просто с кем-то, а со сталкером, — Наронг усмехнулся. Я взял кухонный нож и начал разрезать торт. Я был в таком шоке, когда увидел, что начинка радужного цвета. — Как оригинально, прям под цвет ваших ориентаций. А паренёк-то заморочился, — произнёс Наронг в каком-то восхищении. — Даже твоя фигурка очень похожей получилась, видимо, помнит любую твою деталь и готов описать в любое время дня и ночи. — Я вот не понял, ты меня сейчас подъебал, или это на полном серьёзе? — Нет, это и правда круто, — ответил Наронг, уже начав есть свой кусок торта. Я тоже принялся есть. Боже, ничего вкуснее в своей жизни не ел! Торт прямо таял во рту, такой в меру сладкий и пропитанный. Его внутренняя начинка напоминала по вкусу французское разноцветное печенье “макаруны”, которое я безумно обожаю! Это печенье связано у меня с тем временем, когда мама работала на старом месте, возле одного магазинчика, продающего такое печенье. Она всегда торопилась купить мне это печенье до закрытия и спешила зайти за мной в школу, чтобы вручить мне его как маленький подарок за усердную учёбу. — Кстати, тебе вторая фигурка никого не напоминает? — оторвавшись от своих мыслей, спросил я у Наронга. — Мне кажется, я довольно часто вижу этого человека, но никак не могу вспомнить, кто же он. — Нет, — ответил Наронг, дожёвывая. — Кстати, сегодня будет вечеринка у Пи’Суна в честь его дня рождения, я собираюсь пойти. Пойдёшь со мной? Пи’Сун — наш старший и хороший знакомый Наронга, который часто любит закатить вечеринки по поводу и без, но я там был всего пару раз. — Даже не знаю, мне нужно дописать главу... — Да ладно тебе, ещё успеешь дописать. Нужно проветриться, развлечься перед учёбой. Я пару минут подумал и в итоге согласился. Терять нечего, да и одному дома сидеть не особо хотелось. Я быстро переоделся в белую рубашку и просторные чёрные брюки, обул свои любимые конверсы, и мы направились к остановке, где сели на ближайший автобус. Дом Пи’Суна был огромным. Два этажа и куча комнат. Выглядел он очень хорошо и дорого, словно музей, огороженный золотыми воротами. Во дворе был бассейн и большой фонтан, а также парковка с дорогим авто. Людей было много, играла громкая музыка, раздающаяся из дома. Мы с Наронгом вошли внутрь. Музыка становилась громче и отдавалась эхом в голове, кроме нее и чужих коллективных завываний, сложно было что-то услышать. Мы протиснулись в самый центр главного зала, где обычно сидят главные гости, а точнее, компания Суна и он сам. Увидев старшего, Наронг радостно подбежал к нему и начал делать их дружеское приветствие, основанное на нескольких быстрых и странных движениях рук. После он стал поздравлять его и отдавать подарок. Я всё это время стоял в стороне, не осмеливаясь подойти ближе. — Рад, что ты тоже пришёл, — произнес Пи’Cун, увидев меня и улыбнувшись. Я улыбнулся в ответ и кивнул. — Прости, что без подарка. — Я растеряно почесал затылок из-за легкой неловкости. — Да ничего, у меня и так всё есть. Главное, что вы все пришли, чтобы скрасить этот день. — Он поставил подарок, который ему отдал Наронг, на стоящий рядом журнальный столик, где лежали остальные подарки, и, закинув ногу на ногу, произнёс: — Чего стоите? Садитесь давайте, все свои. Наронг нагло попросил какого-то парня подвинуться, чтобы сесть рядом с Суном, и плюхнулся, словно у себя дома. Я стал искать глазами свободное место. Их было всего два. Я хотел сесть поближе к Пи’Суну и Наронгу, но меня остановило увиденное. Сначала я не поверил своим глазам, точнее, просто не хотел верить. Я встретился взглядом с Доном, который сидел в кресле. — Винай, ты можешь сесть рядом со мной, — Кто-то потянул меня за запястье в сторону дивана, стоящего напротив. Я покорно плюхнулся и перевёл взгляд на своего “спасителя”, который оказался парнем из параллельного класса, играющим со мной в одной команде по футболу после занятий. — Ти! Не ожидал тебя здесь увидеть. — Я оживленно начал его разглядывать. Его светлые короткие волосы были чуть завиты. Одет он был в рубашку с синими полосками, такого же цвета джинсы и белые баленсиаги. На пальцах у него было несколько колец, а на шее висел кулон в виде скрипичного ключа. В уши были вставлены два серебряных кольца. Всё это придавало ему какую-то свежесть. Ти, как и раньше, мило улыбался, смотря на меня. Он очень добрый и отзывчивый человек, готовый всегда всем помочь. Он не раз выручал меня в различных ситуациях, за что я очень ему благодарен. — Да я и сам не ожидал, что приду. — Ти отпустил мою руку и сделал глоток из своего стеклянного стакана, который держал во второй руке. — Что будете пить? — спросил Пи’Сун, обращаясь ко мне и Наронгу. — Какие есть предложения? — Наронг приподнял бровь и поставил локоть на колено, немного развернувшись в сторону старшего и облокотившись головой на собственную руку. — Виски с колой, мартини, коньяк. Да всё, что угодно. — Я буду мартини. — Я влез в их разговор. Сун улыбнулся и выжидающе посмотрел на Наронга. — Я буду виски, — наконец ответил тот. — Будет сделано. — Пи’Cун встал и направился в сторону личного бара. Вскоре он принёс нам стаканы с напитками, и я сделал пару глотков спиртного. По горлу прошлось приятное жжение. Я сел поудобнее, чуть расслабившись. Всё это время я чувствовал на себе недовольный взгляд Дона. Он не отводил его, даже когда я посмотрел на него в ответ. Я решил не подавать виду, что меня это как-то раздражает, наоборот, пытался показаться равнодушным. Когда я посмотрел на Наронга, понял по его взгляду, что тот сам не ожидал прихода Дона и чувствует свою вину, на что я отмахнулся и произнёс немое “забей”. *** На часах уже час ночи. Я потерял счёт времени того, сколько мы находились у Суна. Всё это время мы выпивали, спорили, танцевали и разговаривали на разные темы. Левые люди, “связи” и просто знакомые уже давно ушли, точнее, их выпроводил рассерженный Сун, когда какой-то парень разбил коллекционную вазу его мамы. Старшие, что сидели с нами, уже довольно сильно напились, даже Наронга знатно подкосило. Более-менее трезвыми были только я, Пи’Сун, Ти и Дон. Чего вообще последний не свалил? Задолбал пялиться, скоро глаза из орбит выпадут. — Думаю, нам с Наронгом пора, — говорю я, кивая на друга, что забрался на барную стойку. — Давайте сыграем в короля? Потом я отпущу вас, обещаю, — предложил Пи’Сун. — Я не против, но разве они в состоянии играть? — Я окинул взглядом его друзей. — Парни, вы как? Играть будете? — обратился к ним Сун. — Да! — ответили они хором. Я даже не ожидал, что они услышат. — Я тоже буду! Во что? — к нам подбежал Наронг с бутылкой рома и прыгнул на диван. — Ты ещё в состоянии говорить? — усмехнулся я. — Конечно, я крепкий орешек! — Мы будем играть в короля. Правила вы все знаете, но на всякий случай повторю. Так называемого короля мы выбираем жеребьёвкой, кто вытащит самую короткую зубочистку, тот и король. Я раздаю карты с цифрами оставшимся игрокам. Никто, кроме вас, не должен видеть карту, которую я вам дал. Король выбирает два любых числа из тех, что есть, и задаёт этим номерам какое-то действие, которое придется выполнить обладателям этих самых номеров. Если кто-то не захочет выполнять задание, ему придется выпить и выполнить наказание. Так как нас двенадцать, номеров будет одиннадцать, один из нас будет королём. Сун сходил за зубочистками и сломал при нас одну из них. Все сосредоточенно наблюдали за его действиями. После, все начали вытягивать по одной из его зажатого кулака. — Я! Я король! — воскликнул парень по имени Дин. — Окей, теперь раздаю карты с номерами. Все разобрали свои карточки. Я посмотрел выпавший мне номер, как оказалось — пятый, и спрятал в карман. — Так, что бы такое загадать? — задумался Дин. — Пусть первый и третий номер поцелуются с языком. Некоторые начали издавать ликующие возгласы. — Кто же вы, первый и третий? Вскрывайтесь! — произнёс Дин. — Я третий, — сказал Пи’Сун и положил карточку вверх номером на стол. — Ого, ты именинник и тебе уже приходится такое выполнять. Считай это маленьким подарком, — засмеялся сидящий недалеко от меня парень по имени Лук. — Да заткнись ты! — Сун, засмеявшись, кинул в Лука подушку. — Ну так что, кто там первый? Все начали показывать свои номера, в то время как Дон сидел с каменным лицом и даже не шевельнулся. — Ладно, ладно, это я. Довольны? — когда все поняли, что это он, Дон усмехнулся и кинул карту на стол. Ребята снова начали ликовать, призывая к скорейшему выполнению задания. — Ну давай сделаем это, чувак. — Сун поднялся с дивана и подошёл к Дону, положив руку на его затылок и приблизив его лицо к своему как можно ближе. — Ну и? Долго будешь думать? Давай уже, — Дон также положил свою руку на его затылок, и, сжав волосы пальцами, резко наклонил на себя, накрыв губы Суна своими. Их поцелуй был грубый и резкий, еще немного, и они бы повыбивали друг другу зубы. Позже я заметил, что взгляд Дона устремлен на меня. Чего он пытался этим добиться? Хотел понаблюдать за моей реакцией и убедиться, ревную я или нет? Что ему от меня нужно? Он ведь сделал всё, что хотел. Или позже добьёт меня окончательно? Мне стало противно, и я отвёл взгляд в сторону. Вскоре они отлипли друг от друга. Сун вытер рукой рот и стал снова перемешивать зубочистки, чтобы начать следующий круг. — Вытягиваем, вытягиваем, — поторапливал он нас. — О, у меня короткая! Вам пипец, пацаны. — Он перемешал карты и начал их раздавать, а после продолжил: — Пусть номер четыре станцует стриптиз, а номер девять в это время будет засовывать ему в трусы деньги, при этом снимая историю в инстаграм. Под этими номерами оказались старшие, которых звали Голд и Торн. Голд залез на стол, который мы перед этим освободили от бутылок, и начал постепенно снимать рубашку в такт музыке, что ему включили. Торн начал снимать историю. Уже через несколько секунд Голд размахивал над головой своей рубашкой в разные стороны. Он танцевал, крутясь и пытаясь шевелить бедрами эротично, но выходило плохо, и выглядело это всё до ужаса нелепо. Все смеялись и аплодировали. Когда Голд скинул свои джинсы на пол, и Торн, состроив странную гримасу, смеясь, начал запихивать свободной рукой деньги под резинку его трусов. Новый круг. Мне выпал номер десять. На этот раз королём являлся Дао. Он тоже старший и лучший друг Дона. Он довольно красивый, и у него хорошее телосложение. На первый взгляд вежливый и приятный, а на самом деле на голову отбитый. С ним играть — всё равно что ходить по лезвию ножа. К тому же, я был почти уверен, что это он и поспорил с Доном на меня. Я отпил из своего стакана и стал слушать. — Пусть номер два и номер десять переспят в соседней комнате. — Он натянул усмешку на лицо и стал открывать новую бутылку виски. — Не слишком ли жёстко? — спросил Наронг, немного напрягшись. — А что, слабо? — Он по-прежнему противно улыбался. Хотелось набить ему лицо, но я держался. — Мне? Нет. — Я зажал карту между указательным и средним пальцем, а после пустил в полет, усмехнувшись. Карта плавно приземлилась на стол. Все вылупились на нее, точно убеждаясь, что я под десятым номером. Наронг поджал губы и медленно положил свою карту на стол. Второй. — Отлично, секс между лучшими друзьями, будет весело, — произнёс Дао, посмотрев на Дона. — Я не буду с ним спать, — отрезал я непривычно грубо. Я видел, как Наронг выдохнул. — Неужто слабо, Винай? — встрял Дон, улыбаясь так, как в тот самый день. Мне всё еще непривычно видеть его таким, всё еще что-то сжимается и ноет от обиды где-то глубоко внутри. — Либо ты выберешь другой номер, либо ничего, — обратился я к Дао, проигнорировав слова Дона. — Ладно, — произнёс он и выпил всё содержимое своего стакана. — Пусть это будет не второй, а одиннадцатый номер. — Да ладно тебе? Серьёзно, что ли? Ты так быстро уступил ему, — недовольно цокнул Дон, складывая руки на груди. — Всё равно будет забавно. — Дао поставил пустой стакан на стол. — Кто у нас тут одиннадцатый? — Я... — тихо произнёс Ти, кладя карту. Дао усмехнулся. — Так, ребят, давайте выпьем. — Сун начал наливать всем виски. — Чего вы так напряжены? — обратился он ко мне и Ти. — Это просто секс, не парьтесь так, завтра никто из нас об этом и не вспомнит. — Он прав, парни, — поддержал Голд. — Ну так что, теперь сможешь, Винай? — Дао выжидающе посмотрел на меня. Я повернулся в сторону Ти. — Вы его мнение спросить не забыли? — указал я на него. — Ти, ты как? В порядке? Если не хочешь выполнять, всё нормально. Ти немного помолчал, видимо, думая, а после взял мою руку и произнёс: — Всё нормально. — Отлично, можете использовать любую, удобную для вас гостевую комнату. Вверх и по коридору, — сказал Сун. Я встал и решительно направился вперёд, ведя за собой Ти. Поднявшись на второй этаж, мы зашли в первую попавшуюся комнату. — Мы действительно это сделаем? — спросил Ти. — Тише, — сказал я шёпотом. — Нет, конечно, тебе придётся подыграть мне. Ти кивнул. — Что от меня требуется? — Пока минут пять мы посидим в тишине, — сказал я и присел на, стоящую по середине комнаты, кровать. Ти лёг рядом, прикрыв глаза и раскинув руки в стороны. — Не усни только, — усмехнулся я. — Не буду, — улыбнулся Ти, приоткрыв глаза снова. Я вздохнул. Минут пять, даже больше, мы действительно провели молча. — Ладно, думаю, пора приступать, — сказал я и сел на колени Ти. — Приступать к чему? — растеряно спросил он. — Ничего не говори, мы просто сделаем фейковые улики того, будто что-то и правда было. Я стал аккуратно расстегивать полосатую рубашку Ти. Я чувствовал, как всё его тело напряжено. Неужели это настолько противно? В его глазах можно было увидеть некую тревожность. Я снял с него рубашку, некоторое время помяв в руках, а после, откинул в сторону. — Мне нужно будет поставить тебе засосы. Ладно? В ответ лишь нерешительный кивок. Я наклонился и сделал несколько в области груди, ключиц и шеи. — Твоё сердце так сильно бьется, — произнёс я и положил голову на грудь Ти, чтобы послушать. — Бля, ну а у кого бы оно не билось так сильно в такой ситуации? — выдохнул он, прикрыв рукой глаза. — Это всё так нелепо. Ты словно мстишь или пытаешься что-то доказать своему бывшему. Сердце сделало удар о рёбра. Я замер. — Прости, я сказал, не подумав. — Ти положил руку мне на голову и стал, успокаивающе, гладить, перебирая пряди волос. Я одернул его руку и поднялся, сев на другой край кровати. — Тебе не за что извиняться, — произнёс я. — Ты сказал то, что думал. Он приподнялся и пододвинулся ко мне, приобняв. Я устало выдохнул и положил голову ему на плечо, просидев так ещё минут десять. — Давай уже покончим с этим, раз начали? — произнёс он. Я поднял голову и посмотрел ему в глаза. Его щёки были чуть красные, а взгляд “стеклянным” после выпитого. Не знаю, что ударило мне в голову, алкоголь или что-то ещё, но я наклонился к его лицу настолько близко, что мог чувствовать его горячее, сбившиеся, дыхание на своих губах. Я поцеловал его. Сначала осторожно и робко, боясь, что меня оттолкнут, но после ответа на поцелуй, страстно и желанно. Его губы. Они так манили меня тогда. Я потерял рассудок. Его длинные пальцы начали расстегивать мою рубашку. Я совсем не сопротивлялся. Сняв ее, он плавно опустил меня на кровать и стал целовать мою шею, оставляя красноватые следы. Сердцебиение учащалось и пульсировало в висках, отдавая болью в голову. Он начал спускаться ниже. Когда я почувствовал, что мои брюки начали расстегивать, меня словно облили холодной водой. “Это неправильно”, — пронеслось в голове. Я отстранил его руками от себя и встал. — Ч-что не так?.. — запыхавшись, тревожно спросил Ти. — Мы очень пьяные, это неправильно. Я не хочу, чтобы ты жалел об этом на утро. Не хочу чувствовать свою вину, — произнёс я, обратно надевая свою рубашку. — Я не буду жалеть об этом. — Он подошёл, взяв мои руки и смотря с какой-то печалью и надеждой. — Нет, Ти, не нужно. — Я убрал его руки и вышел из комнаты. — А вот и наши герои! — Сун и другие начали хлопать в ладони и свистеть. — Вы реально это сделали? — удивленно спросил Наронг, когда Ти вошёл весь растрепанный, возбужденный и покрасневший. Ти кивнул и сел возле меня как ни в чем не бывало. — Вы бы хоть оделись нормально ради приличия, — засмеялся Торн. И правда, я забыл застегнуть ремень и брюки, а Ти застегнул неправильно все пуговицы на рубашке, верхние даже застегивать и не стал, вся шея и грудь нараспашку, прекрасно видно все отметины. Ти тоже это заметил и немного смутился, начал расстегивать рубашку, чтобы застегнуть ее на этот раз правильно. — Давайте играть дальше, — сказал я, застегнув штаны. Сун кивнул и стал мешать зубочистки. На этот раз королём был Наронг. Дальше раздали номера. — Пусть первый номер оближет сосок шестому, — произнёс Наронг невнятно. И вот я снова положил на стол карту. Первый номер. Вижу, как усмехнулся Дон, а потом поменял выражение своего лица на более дебильное. Мне это не нравится. “Чёрт, только бы он не был шестым”. И вот он наклонился к столу, кладя карту и подтверждая мои опасения. Шестой. Вижу, как все остальные начали переглядываться. — Ну что, поработаешь для меня язычком, малыш? — улыбается. Как же мерзко. Сколько же в нём дерьма и желчи скрывалось всё это время. Как я был слеп. — Когда ты успел проколоть соски? — спросил Сун у Дона, когда тот снял футболку. В моей голове появился безумный план. Возможно, в трезвом состоянии я бы на такое не осмелился и даже не смел бы о таком думать, но сейчас мои гнев и нервы на пределе. — В прошлый раз мы с Дао напились, и он взял меня на слабо, — ответил Дон. — Ну что, ты готов или пойдешь домой, мамочке жаловаться? — обратился он уже ко мне. Я сжал челюсти и из последних сил выдавил улыбку. — Смотри, ты потом не жалуйся. — Не буду, я люблю, когда мне делают приятно. — Посмотрел прямо мне в глаза. Я ухмыльнулся и подошёл к нему. Как же хочется ему вмазать. Я попросил отойти другого парня и сел на его место. Дон выжидающе смотрел, не отрываясь. Наблюдал за мной, словно за обезьянкой в цирке. Отвратительно. Но, не смотря на это, я включил свою сексуальность и попытался войти в образ, чтобы осуществить задуманное. Я провёл рукой по его груди, в ответ смотря прямо в глаза, наклонился пониже и коснулся кончиком языка, затвердевшего соска. Он начал тяжело дышать, но не отводил взгляд. Я провёл пару раз языком по металлической штанге в одном из сосков. Говорят, соски становятся более чувствительными после проколов. Это мы сейчас и проверим. Когда Дон начал учащенно дышать, я резко, что было мочи, укусил его за проколотый сосок. Он дернулся и оттолкнул меня. — Блять, что ты творишь?! Ты чуть не вырвал мне штангу, придурок отмороженный!!! — начал кричать Дон и подлетел ко мне с кулаками. Он ударил меня по лицу, за что получил от меня удар в живот и повалился на пол. Я сел на него сверху и в ярости начал бить его по лицу. Не знаю, сколько я тогда ударов сделал, но ребятам пришлось меня оттаскивать, потому что мне совсем сорвало голову. — Отпустите! — я вырвался и вылетел из дома. Наронг побежал следом за мной, крикнув Суну: “Извини за это, Пи”. Ярость смешивалась с отвращением. Казалось, мне должно было бы полегчать, но почему я не чувствую облегчения?