Дневник Коко или путешествие в аккордеоне

Погода на улице: солнечная. Настроение моего человека: мирное. Местонахождение: Аугсбург — Ульм. Разобравшись со всеми нашими недомолвками и простив друг друга, мы с Шейном двинулись дальше. Он решил не возвращаться в Мюнхен и направиться в Ульм, который, по его уверениям, должен был меня поразить своей главной особенностью. «Что ж, — подумал я, — надеюсь, этой главной особенностью будут кишащие на улицах города черви и сотни разгуливающих тут и там курочек легкого поведения». И, в сладком ожидании, я начал бродить по кемперу, разбрасывать пакетики со специями и перебирать сено в своем гнезде. С последней приборки я успел здорово украсить его своими разноцветными перьями и решил отныне твердо следить за тем, чтобы мой человек больше на него не зарился. Хочу сказать вам, что Шейн ну совсем не понимает моего порядка: только я обустрою свое гнездышко как нужно, украшу его, разрыхлю в необходимой мере, как на горизонте уже маячит мой человек с метлой и целым тазиком брани. Как какой-то ураган, он прорывается к моему гнезду, носится около него полчаса или час, и, наконец, уходит, гордо подняв голову. А я, тяжело вздыхая, смотрю на свое разграбленное убежище, пытаясь узнать его в этом скучном минималистическом убожестве. Но такого больше не повторится, я решил твердо. По пути в Ульм нам встретилась типичная немецкая деревня: узкая дорога, и по бокам ее разбросанные каменные дома с идеальными газонами и прекрасными, выкрашенными в белый цвет, деревянными балкончиками. Где-то вдали мычали коровы и пели, охраняя свою территорию, мои сородичи — деревенские петухи. — Остановимся здесь? — спросил меня с водительского сидения Шейн. — Хочу пообщаться с местными жителями, к тому же, вода у нас на исходе. Что думаешь? Я промолчал, так как поскорее хотел попасть в Ульм к своим курочкам, но мой человек принял тишину за знак согласия. Что ж, остановка, так остановка, сопротивляться Шейну себе дороже. В общем, получив строгача за выпотрошенный перец, я важно спустился с кемпера и пошел по своим делам: оглядывать местность. С первого взгляда живут здесь люди неплохо: вокруг ухожено, газон ровно пострижен, кусты у домов живописные и красивые. Трава под моими лапами была мягкая и приятная, а вокруг, кажется, на сотни миль вперед не было никаких собак. К слову, собак я просто терпеть не могу — это агрессивные бесполезные существа, от визгливых звуков которых просто мороз по коже. — Хочешь погулять? — спросил он. — Только десять минут, пока я проверяю карту. И достал планшет. К слову, Шейн никогда не выпускает меня одного на прогулку. Что ж, не пришел еще тот век, когда люди научились бы понимать своих животных и доверять им: вероятно, если бы я умел говорить по-человечески, я бы уверил его, дескать, «встретимся здесь через час, занимайся своими делами». Вероятно, он отпустил бы меня со спокойной совестью. Но времена эти еще не настали. Таким образом, я был лишен возможности отойти от кемпера и разведать здешнюю обстановку. Десять минут я мял траву лапками и ходил кругами вокруг Шейна, пока он не попросил меня залезть в трейлер и сидеть там до его возвращения. Как послушный кроткий петушок, я повиновался. Но я, кажется, был послушным петушком слишком долго (посчитайте, целую шестую часть часа), поэтому решил немного поразвлечься. Шейн всегда был рассеянным и забывчивым, и даже сейчас эта незавидная черта его не оставила: правое от водительского сидения окно не было закрыто. Вынырнув, как ласточка, в свободный полет, я скрылся за первыми же пышными кустами. Наконец-то безнадзорная свобода, зеленая травка под ногами и куча домашних животных вокруг, которых можно, как следует, расспросить о жизни! И, знаете, куда должен был в первую очередь пойти такой солидный привлекательный петушок, как я? Правильно вы подумали, уже через пятнадцать минут я стоял около загона с целой россыпью самых разных кур: рябых, белых, даже идеально черных, которых, признаюсь, я видел впервые в жизни. Они были настоящими красавицами: все до единой золотоглазые пухленькие дамочки, упорно делающие вид, что меня здесь нет. В общем, все в лучших традициях правильного тона. И каждая из этих красавиц принадлежала одному единственному самцу — тому черногрудому красавцу, расхаживающему по загону на манер властного турецкого султана. Да уж, повезло ему, нечего сказать. У него целая тьма любовниц, а мне бы хоть одну курочку, желательно желтоглазую и черную, с мягкими перьями и томным низким голосом. В общем, пока я предавался своим сладким мечтам, этот знатный гражданин громко кудахтнул в мою сторону, да так пронзительно, что меня даже перекосило. Задерживаться здесь не стоит, сразу осознал я, и, оставив разбитые мечты у прекрасных лапок чужих наложниц, безутешно побрел дальше. Взлетев на угол деревянного забора, я вытянулся во весь рост и звонко прокукарекал. Эхом вдали отозвался мой голос, и услышала его вся деревня, даже пасущиеся далеко на аппетитных зеленых равнинах коричневые буренки. Я поприветствовал округу, и округа эта отозвалась одним единственным голосом моего знакомого черного султана, угрожающего раскроить мне голову, если я не заткнусь. Люди проходили мимо и смеялись, показывая на меня пальцем, дескать, болтается по деревне беспризорный петух, ничего себе новость! «А может и беглый» — качал кто-то головой. За всю прогулку пару раз меня даже пытались поймать, но, познакомившись с моим крепким клювом и острыми когтями, они быстро оставляли свои попытки. Близился вечер, и я, заглянув в последний раз к томным чужим красавицам, решил, что нужно возвращаться. Усталый, сидящий на краю открытого кемпера, Шейн встретил меня с вечным своим недовольным лицом. — Ну что, трудно было меня послушаться? — завел он старую шарманку и хлопнул мне по хвосту рукой. — Нагулялся? Отшлепать бы тебя хорошенько. Ну что это такое, у всех петухи, как петухи, а у меня какое-то дьявольское отродье. Лучше бы ребенка завел. Я прокудахтал ему в ответ, что тоже рад встрече, и запрыгнул в трейлер. Так и не ответив, Шейн захлопнул заднюю дверь и сел за руль. В кемпере было тепло и по-домашнему уютно, а в миске моей аппетитно белел свежий деревенский сыр — окончание идеального дня.