Подкроватный монстр

***

Я проснулась, открыла глаза. В распахнутое окно светит солнце, на улице тепло, и радостно поют птицы. Клетчатый плед валяется на полу, скинутый мной в пылу сражения во сне. Я потянулась, зевнула и, встав с кровати, подошла к подоконнику. Выпила стакан воды, стоявший там, и вздохнула. Я не стала вчера идти домой, всё-таки было уже поздно, да и накидалась я знатно… Но сейчас не об этом. Сегодня к нам придут из органов опеки, поэтому нужно представить все в лучшем виде. Переживать не стоит, ведь у моего опекуна шикарный дом. Претензий быть не должно… Органы заботятся о благополучии детей, а Нил легко может его обеспе… Ход моих мыслей прервала странная слабость и лёгкое головокружение. «Что со мной?..» Я присела на кровать, держась за голову, потерла виски. Вроде получше. Я встала, вышла из комнаты, но как только ступила за порог, ощутила явные позывы к рвоте и быстро двинулась в туалет. Нил только выходил из своей спальни и кажется не заметил меня… Я закрылась в туалете и некоторое время обнималась с унитазом, пытаясь не разорваться от жижи, рвущейся из меня водопадом. Похоже, всё-таки рано мне так пить. В дверь постучали. — Мия, что с тобой? — встревоженно спросил Нил. — Н-ничего, — прочистила горло, неуверенно ответила я, — все в порядке. — Открой дверь, — попросил мужчина. — Говорю же, все нормально, — повторила я. — Черт, — Нил куда-то отошёл, и через минуту я услышала звук открывающегося замка. Дверь открылась. Я быстро отползла от белоснежного друга и прижалась спиной к ванной. — Что случилось? — Нил подошёл ко мне. На нем не было рубашки, наверное, не успел надеть, как услышал меня. Присев передо мной на корточки, Мелендес убрал с моего лица прядку волос и нахмурился. — Похмелье? — попыталась пошутить я, стараясь смотреть исключительно в глаза. — Не думаю, — мотнул головой мужчина. — Когда ты проснулась, у тебя болела голова? — Нет. С утра я чувствовала себя отлично, — я замолчала и опустила глаза, но решила, что это плохая идея, и уставилась в стену справа. Всё-таки какое у него красивое тело… Кхм. — Потом внезапно закружилась голова, затошнило… — Это точно не последствия выпивки. В стакане на подоконнике было средство от похмелья. Ты же его выпила? — Нил опустил одно колено на пол, приблизившись ко мне. Он заглянул мне в глаза из-под приподнятых бровей и почему-то кивнул. — Выпила, — подтвердила я. — Приедем в больницу, сделаем тебе МРТ головного мозга и ещё пару тестов, — деловито проговорил он. — Сейчас дам тебе лекарство, ты пока умойся, — мужчина закрыл глаза и крепко обнял меня, погладил по голове и поцеловал в мокушку. — Все будет хорошо, — Нил явно очень беспокоился за меня, но всеми силами старался не показать, как сильно он испугался. А я мирно посапывала в его голую грудь и надеялась, что он не заметит, как сильно колотится мое сердце. Раздался короткий звонок в дверь. Хирург отпустил меня, провел ладонью по моей щеке и ободряюще улыбнулся. Он быстро зашёл к себе и натянул майку по пути ко входу в квартиру. Я умылась, подошла к двери и ждала Нила там. Открывать сама не стала, потому что не люблю впускать чужих людей домой. Нил открыл дверь, я выглянула из-за его плеча и улыбнулась гостям. — Здравствуйте, — поздоровался Мелендес. — Доброе утро, — ответила жизнерадостная женщина средних лет, поправив очки на носу. — Я Джанет Холтон. — Здрасьте, — кивнула я. Я не успела переодеться после сна, поэтому на мне растянутая белая майка с логотипом Гарри Поттера и розовые домашние шорты, едва видные из-под майки… Миссис Холтон и двое парней прошли в дом и разбрелись по комнатам. Мы с Нилом пошли за женщиной, точнее, Нил пошел за женщиной, а я за Нилом, в комнату, где спал хозяин. Просторная комната с большими окнами во всю стену и высокими потолками. Основной цвет — белый, кое-где вставки серого и черного. У противоположной двери стены стоит огромная кровать, аккуратно заправленная, опять же, белым постельным бельем. Напротив кровати комод с выдвижными ящиками и телевизором сверху. Если встать спиной к окну, можно увидеть шкаф-купе от пола до потолка, от стены до стены. Я то и дело передергивала плечами — не комфортно. Не люблю, когда в мой дом приходят чужие люди, ой как не люблю, тем более, если они вот так беспардонно разглядывают все вокруг. Да, здесь я провела всего около недели, и то, иногда приходя сюда, а не проживая постоянно, но этот дом веет уютом и теплом родного человека, так что, для меня это уже гнёздышко. Нил периодически поглядывал на меня, точно спрашивая: «Как ты?» Я едва заметно кивала, показывая, что все хорошо. — Мистер Мелендес, — позвала миссис Холтон. Я вздрогнула. Непривычно слышать фамилию Нила в сочетании со словом «мистер». Обычно, он доктор Мелендес, — а сколько вам лет? — подозрительно прищурилась женщина. — Тридцать один год, — спокойно ответил хирург. — Выглядите вы намного моложе, — неодобрительно покачала головой миссис Холтон, переводя взгляд на меня. — А вы почему молчите, девушка? Как жизнь? Парень есть? — расплываясь в наидобрейшей улыбке, спросила она. — Жизнь прекрасна, — без особого выражения ответила я. — А парень есть? — повторила та. — А разве это важно? — я с трудом сдерживалась, чтобы не нахамить. Меня жутко бесит, когда кто-то лезет в мою личную жизнь, к тому же, лёгкая слабость все равно чувствуется, что совсем не поднимает настроение. — Хм… Хорошо, — кивнула женщина, записав что-то в блокнотик. Мы с Нилом переглянулись. — Покажите спальное место подопечной, — попросила миссис Холтон. Нил развернулся и направился в мою комнату, легонько придерживая меня за талию и подталкивая в нужную сторону. Слева от двери белый диван-мешок, на котором сидят огромные плюшевые медведи, один бежевого, второй черного цветов. Напротив большой шкаф с четырьмя дверцами с чередованием цветов черный-белый. Джанет прошла внутрь и сразу повернула налево к окну. Окно самое обычное, пластиковое с белой рамой, подоконник оснащен подушками, пледом, лампой и даже чайником — самые главные составляющие тихого вечера в компании книги. Под окном большая кровать, рядом с которой повешен гамак. «Кроватную» зону от остальной комнаты отделяет декоративный стеллаж, частично заставленный всякими статуэтками, портретами любимых актеров и артистов, альбомами и остальными подростковыми штучками. Диван был у Нила, ещё когда я впервые пришла сюда. Двух медведей мне подарили друзья на День рождения, их мы с Нилом привезли сюда пару дней назад, тогда же я закидала подоконник подушками и поставила несколько фотографий и статуэток на стеллаж. — Что ж, — начала миссис Холтон после получаса в нашем доме, — условия проживания просто отличные, осталось только посмотреть место вашей работы. Мия бывает у вас на работе? — спросила женщина. — Да, конечно… — Нил осёкся и прикусил язык. Джанет изящно изогнула бровь. — Ааа… — начала я. — Я… Я… Это… Я стажеруюсь, — быстро проговорила я. — А, вот и отлично. Тогда, до завтра, — попрощалась женщина, забрала своих парней и наконец таки ушла. — Фух, — выдохнул Нил. — Аж жарко стало, — сказал он, быстро стягивая майку. Я закусила губу и, круто развернувшись, потопала к минибару и допила «Гараж», оставшийся на дне бутылки. Странно, как та тетка из органов ее не заметила… — Ты чего это? Рано тебе ещё пить, — я услышала приближающиеся шаги. Почему-то сердце скокнуло куда-то в горло и заплясало там канкан. — Хочешь, чтобы меня посадили за спаивание малолетки? — шепнул Нил, обнимая меня сзади за талию. Я рвано вздохнула. — Я же… Я сама… Ты силком бутылку мне в рот не пихал, — хрипло ответила я. — Если в органах узнают, опеку точно не оформят, — тихо проговорил Мелендес, обнимая меня так, что я почувствовала каждый кубик на его животе, мощную грудь, плечи, бархат кожи и его тепло. — Не узнают, — вконец севшим голосом уверила я. — Конечно, — прошептал Нил мне на ухо. Я сделала глубокий вдох, резко развернулась к нему лицом. — Чего ты такая серьезная? — хмыкнул мужчина, проникновенно глядя в глаза. — В любом случае, ты моя, даже если не оформят, — тихо проговорил он, наклонился ближе и медленно поцеловал меня. Так осторожно, так нежно, он ласкал губами мои губы, прикусывал, целовал щеки, шею, оставляя небольшие красноватые следы. Я целовала его в ответ, даже не пытаясь устоять на ногах. Сердце как птица билось в грудной клетке, отдаваясь в голове.