Pink Lemonades, Tattoos And I Love You's.

У Чонгука едва хватило времени проглотить нервный комок, образовавшийся в горле, прежде чем Чимин начал спускаться по лестнице. — Эй, бабушка, как там… Светловолосый мальчик остановился на последней ступеньке, и на его лице появилось хмурое выражение. На шее у него висело полотенце, грудь тяжело вздымалась, капли пота стекали по виску, блестя на коже. — Привет, Чимин. Все хорошо, как прошел твой день? А, ты тренировался? Чимин не мог пошевелиться, его глаза осматривали Чонгука с головы до ног. Он не имел ни малейшего представления, почему этот высокий юноша стоит здесь, в его гостиной, глаза его красные и мокрые, губы потрескались и покраснели, дыхание его было неровным. Атмосфера неловкой. Они не видели друг друга с тех пор, как выпили шоты, и уж точно не разговаривали. — Гм… — Чимин неловко замолчал, переминаясь с ноги на ногу. Чонгук молча смотрел на него, и от этого ему было не легче. Енхи наблюдала, как два парня пристально смотрят друг на друга, внимательно наблюдая за их реакцией. Напряжение между ними было тяжелым и неловким, и она решила вмешаться. — Я нашла Чонгука, когда шла вниз по улице. У него был приступ паники. Чонгук поморщился, взгляд его упал на ноги. Никто не должен был знать об этом. Никто не должен был знать о его слабостях. Он осторожно взглянул на Чимина, и его желудок сжался от неожиданного выражения лица Чимина. Его хмурый взгляд был так резко исчез, а на лице ясно читалось беспокойство и замешательство. Их взгляды встретились, и Чонгук сглотнул. Чимин сделал последние несколько шагов по направлению к ним, слегка вытянув шею, чтобы посмотреть на парня перед собой, но не нарушая зрительного контакта. — Я оставлю вас вдвоем. Я буду на кухне, если вы захотите чего-нибудь выпить или поесть. Чимин повернулся лицом к бабушке и кивнул с доброй улыбкой. — Лимонад наверху, в моей комнате, если ты его ищешь. — Приветливо улыбнулся Чимин, и Енхи улыбнулась в ответ, прежде чем исчезнуть на кухне. Чонгук не мог отвести глаз от Чимина. Различные эмоции и чувства смешивались в его теле, и он чувствовал себя парализованным. Он чувствовал страх в глубине живота, от которого вспотела шея, и у него перехватило дыхание. Он чувствовал беспокойство, исходящее от Чимина, и это заставило его желудок сжаться, там разрастался жар. Чимин снова повернулся к нему, внимательно вглядываясь в каждую черточку его лица, прежде чем слегка улыбнуться. Чонгук застыл. Он ничего не мог сделать. Чимин тихо вздохнул и взъерошил волосы, прежде чем оглянуться. — А ты… знаешь? Пойдем наверх. — Сказал Чимин, улыбаясь, прежде чем подняться по лестнице. Чонгук не мог сделать ничего, кроме как следовать за светловолосым. Его конечности двигались сами по себе, поднимаясь по лестнице, а Чимин шел прямо перед ним. Он вытер вспотевшие ладони о плавки, когда они добрались до верха лестницы. Чимин повернул налево и вошел в одну из комнат. Чонгук неловко стоял в дверном проеме, с любопытством оглядывая комнату. Он чувствовал на себе пристальный взгляд Чимина, его твердый взгляд. Он подвинулся, избегая любого зрительного контакта. Он ненавидел находиться в таком положении. Он терпеть не мог быть таким неуклюжим и неловким, особенно когда речь шла о Чимине. Чимин должен был быть застенчивым и неуклюжим, а не уверенным и дружелюбным. Но Чимин был в своем доме, в привычной обстановке, а Чонгук сейчас был слаб. Чимин вздохнул, сел на пол и вытер лоб полотенцем. — Иди сюда. — Жестикулировал Чимин, похлопывая ладонью по месту рядом с собой. Чонгук проглотил комок в горле и сел рядом с Чимином, согнув колени и положив на них подбородок. Он оглядел комнату, хмуро глядя на мебель, придвинутую к стенам. — Извини за беспорядок.- Сказал Чимин, махнув рукой в сторону. Чонгук пожал плечами. Это было неловко. Атмосфера была неловкой. Чимин снова вздохнул и посмотрел на Чонгука, пытаясь найти тему для разговора. Он не привык видеть его таким застенчивым и тихим. Это было что-то новенькое. — Ты был на пляже? — Начал Чимин спокойным и тихим голосом. Чонгук промычал. — Это здорово, что… — Ты не должен этого делать, Чимин. — Пробормотал Чонгук, уткнувшись лицом в голые колени. Чимин нахмурился, останавливаясь на полуслове, и посмотрел на него. Он чувствовал, как воздух вентилятора ударяет его прямо в профиль, заставляя его немного остыть. — О чем ты? — Это. Это неловко для нас обоих. Не беспокойся. Хмурый взгляд Чимина стал еще глубже, и на его губах появилась небольшая складка. Он потянулся за своим напитком, сделал большой глоток и повернулся к Чонгуку. Он облизнул губы, повернулся всем телом к высокому мальчику и улыбнулся. — Я пойму, если ты не захочешь говорить об этом. На самом деле мы не знаем друг друга, и мы не совсем друзья. Но я знаю, каково это — чувствовать приступ паники, поверь мне, я знаю. И я также знаю, как одиноко ты себя чувствуешь, когда это происходит. Так что, даже если ты предпочитаешь остаться один и подумать обо всем, что произошло и что стало причиной этого, я все равно останусь с тобой, пока ты не вызвал новую паническую атаку сам. — Сказал Чимин, вставая. Чонгук молча смотрел на него, когда светловолосый мальчик открыл жалюзи, и в комнату вошло тяжелое и жаркое солнце. Чон прищурился от внезапной и сильной смены света, но продолжал смотреть на Чимина. Его волосы блестели под лучами солнца, и внезапно в голове Чонгук возник вопрос. — А почему ты покрасил волосы в блонд? Чимин пожал плечами и вернулся на свое место на полу. — Мне очень хотелось это сделать. Я уже красил волосы в другие цвета, и один мой друг посоветовал мне сделать блонд. И я это сделал. -…И ты это сделал? — Спросил Чонгук, хмурясь. Чимин кивнул. — Вот так просто? — Вот так просто. — Тебя не беспокоит, что люди будут смотреть на тебя дважды, потому что ты покрасил волосы? — Спросил Чонгук. Он ничего не мог с собой поделать. Он не знал, почему эти вопросы постоянно приходили ему в голову, но все, что он знал, это то, что Чимин был вполне уверен в своем имидже застенчивого и неуклюжего мальчика. Пак пожал плечами: — Когда я был младше, у меня были тяжелые времена. Мне было трудно быть самим собой и тем, кем я хотел быть. Но я познакомился с новыми людьми, которые помогли мне принять себя таким, какой я есть, и теперь мне действительно все равно, что люди могут подумать. К тому же блонд — это еще ничего. Один раз я покрасил их в оранжевый цвет, а в другой — в розовый. Скажем так, розовый цвет был не лучшим решением. — А почему бы и нет? — Я был похож на сахарную вату. Чонгук почувствовал, как легкая улыбка тронула его губы, и спрятал ее под коленом. Чимин слегка улыбнулся ему, положив ладони на колени. — … Почему. Почему тебе было так тяжело? — Прошептал Чонгук, заглушив вопрос коленом, вопрос может обидеть Чимина. Но ему было любопытно. Он ничего не мог поделать с любопытством, пожиравшим его изнутри, и с вопросами, захлестывавшими его мозг. Чимин облизал губы и несколько секунд пристально смотрел на Чонгука, прежде чем слегка повернуться. — Можно сказать, что надо мной издевались? Я не высокий, не очень мужественный, и я танцую. На самом деле это не очень хороший микс для средней или старшей школы, если ты спросишь меня. Мой отец был против того, чтобы я танцевал, говоря, что это слишком по-девчачьи. — А сейчас ты танцуешь? Большая и искренняя улыбка вспыхнула на лице Чимина, его глаза исчезли в маленьком и блестящем полумесяце, заставив желудок Чонгука сжаться. — Да, это так. Поступил в один из лучших танцевальных вузов страны. Чонгук кивнул. Он проглотил новое чувство, ползущее вверх по его животу. Была ли это зависть? Может быть, он испытывал зависть Чимину? Этого просто не может быть. — Ты ведь собираешься в университет в сентябре, верно? — Спросил Чимин, вытягивая ноги. Светловолосый мальчик начал потягиваться всем телом. Он, вероятно, не собирался танцевать сегодня снова, так что ему, вероятно, следовало бы потянуться, прежде чем его тело остынет, и у него заболят мышцы. — Да. — А что ты собираешься изучать? Чонгук пожал плечами. — Я не уверен. Я ходил на регулярные курсы, почти такие же, как в старших классах. Я понятия не имею, что хочу делать, так что вот. Чимин кивнул, и это удивило Чонгука. Обычно, когда он говорил людям, что не знает, чего хочет, они смотрели на него с отвращением. Особенно его мать. Провал. — Это круто. У тебя еще есть время, чтобы найти то, чем хочешь заниматься. — Пожал плечами Чимин. Чонгук кивнул, хотя и не был согласен с тем, что он говорил. У него просто не было времени. Он должен был выбраться отсюда как можно скорее, а университет ему совсем не помогал. В комнате воцарилась новая тишина. Напряжение спало, Чимин все еще потягивался, и Чонгук почувствовал себя немного более комфортно. Но его мышцы все еще были напряжены, а желудок все еще сжимался, заставляя его глотать желчь, поднимающуюся в горле. — Я…я был с Сунхуном и всеми остальными на пляже. — Начал Чонгук, пытаясь сохранить контроль над своим голосом. Чимин кивнул, внимательно прислушиваясь. — Мы… Мы говорили о тебе. — Продолжал он, прежде чем бросить взгляд на Пака. Выражение лица светловолосого было непроницаемым, нейтральным, и Чонгук сглотнул. — Насчет вечеринки и всего такого. Кстати, насчет бади шотов. — Сказал Чон, глядя на свои ботинки. Чимин кивнул, хотя младший и не смотрел на него. — Он сказал, что… что ты гей. Как будто он был уверен в этом из-за того, что ты сказал. И вот. — Сказал Чонгук, указывая рукой в воздух. Чимин нахмурился, пытаясь поймать взгляд Чонгука. Но это было бесполезно. Мальчик почти свернулся калачиком, положив подбородок на колени и глядя куда-то в сторону. — Что значит «и вот»? Чонгук пожал плечами. — Он начал разглагольствовать о том, что быть геем — это болезнь и все такое. — Промямлил он. Чимин замер, его дыхание застряло в горле. Чонгук сказал ему, что вызвал приступ паники. Он почувствовал легкое удовлетворение, радуясь тому, что может помочь Чону. Он уже ощущал это, он знал, каково это — не иметь возможности нормально дышать, как будто твои легкие сдавливаются под тяжестью твоих проблем. — Чонгук? — Хм? — Могу я задать тебе один вопрос? Чонгук кивнул. Чимин прикусил губу, внимательно глядя на него. — А почему ты с ними тусуешься? Чонгук прикусил губу, его большие и опухшие глаза смотрели прямо на Чимина, и он почувствовал, как холодеет пот, стекающий по его шее, как леденеет кровь в жилах. Он долго молчал, пристально глядя на Пака. Он знал ответ на этот вопрос. И он это знал. В глубине души он знал причину, и это ему не нравилось. Ему было очень стыдно. Страх и стыд смешались у него в животе. Он чувствовал себя обнаженным и уязвимым под пристальным взглядом Чимина. И он это ненавидел. — Тебе не нужно отвечать, если ты не хочешь, Чонгук. Не нужно волноваться из-за этого, хорошо? Я просто пытаюсь понять. Чонгук открыл рот, готовый ответить. — Я…Я… Мы знаем друг друга уже очень давно и..... да. Они как будто единственные друзья, которые у меня есть… — Пробормотал он, снова избегая взгляда Чимина. Он не понимал, почему эти слова даются ему так легко. Он никогда по-настоящему не говорил с кем-то о таком, и возможно, просто возможно, что это было время для него, чтобы сделать это. Но что мог сказать об этом Чимин? — Хорошо… Я знаю, что на самом деле ты меня не особо то любишь, и я тоже тебя не люблю, но… если ты не хочешь общаться с ними, то, наверное, я здесь? — Сказал Чимин, пожимая плечами. Он избегал зрительного контакта, потому что не знал, что тот думает о нем на самом деле. Его было трудно понять. Чонгук почувствовал, как улыбка тронула его губы. — Спасибо, Чимин. Чимин вздохнул и закрыл входную дверь. Чонгук ушел, и солнце тоже. Они еще немного поговорили о своей жизни, о старшей школе и прочих глупостях. Все было по-другому. Пак не мог припомнить ни одного случая, когда они по-настоящему разговаривали или делились чем-то. Это было так приятно — иметь возможность говорить с ним, не ссорясь все время. В коридоре появилась Енхи, вытирая руки сухим полотенцем. — Он уже ушел? — Да, а что? — Ну, я готовила ужин и думала, что он останется. — Нет, нет, бабушка. — Мягко улыбнулся Чимин, качая головой. — А почему бы и нет? — На самом деле мы не друзья или что-то вроде того, знаешь. — Енхи нахмурилась, перекидывая полотенце через плечо. Чимин прислонился спиной к двери, положив ладони на холодное дерево. — Неужели? Вы, ребята, выглядите как друзья. Чимин просто пожал плечами. Но он сам не знал. Чонгук глубоко вздохнул. Воздух был холоднее, чем раньше, солнце стояло далеко за горами. Он засунул руки в карманы и зашагал прочь, не имея никакой реальной цели. Он позволил своим мыслям вернуться к разговору с Чимином, думая о том, что прошло уже много времени, если вообще когда-либо у него был нормальный разговор с кем-то. Он позволил своим ногам вести себя в случайном направлении, его ум был полон вопросов без ответов. Ветер мягко овевал его щеки, нежно щекотал кожу, играл волосами. Он чувствовал себя хорошо. Он не спал прошлой ночью, но усталости не чувствовал. Он закрыл глаза и на несколько секунд замер. Он сосредоточился на ветре, дувшем ему в лицо, на солоноватом привкусе на губах, на солнце, задержавшемся на его коже. Он вздохнул, и звук волн, разбивающихся и катящихся по песку в нескольких метрах от него, словно успокаивающая и расслабляющая мелодия для его ушей. Он снова двинулся вперед, песок дробился под его ботинками. Несколько детей бегали и смеялись вдоль воды, родители были в нескольких метрах от них. Рев машин, мчащихся по дороге в нескольких метрах над пляжем, был громким и раздражающим, но Чонгуку это нравилось. Он вздохнул и сел на песок, чувствуя, как теплые песчинки мягко впиваются в его кожу. Почему бабушка Чимина помогала ему? Почему Чимин должен быть таким милым? Почему они должны были говорить об этих вещах, и почему это сняло тяжесть с груди Чонгука? Почему ему казалось, что он может дышать лучше и видеть яснее? Но почему его разум был так затуманен вопросами? Он снова вздохнул и позволил своему телу откинуться назад. Он почувствовал, как его телефон завибрировал у бедра, и лениво вытащил его, щурясь от яркого света.

Сунхун : Вечеринка у Хаен, завтра там будут все, так что притащи свою задницу!

Он снова вздохнул. Очередная вечеринка. Он мог бы напиться, может быть, это помогло бы его разуму проясниться. Он мягко прикусил нижнюю губу, потрескавшаяся кожа причиняла ему легкую боль. Он жевал ее, держа большой палец над списком контактов, противоречивые мысли путались в его голове. _Завтра вечеринка, идешь?

Чимин : Сунхун и остальные будут?

_Ага

Чимин : Тогда нет

_Но это большая вечеринка. Как у Майка

Чимин : … Увидимся завтра, думаю

***

— Вот я и разыскал его. — Чимин нахмурился и перекатился на бок. — О чем ты говоришь, Тэ? Его мышцы болели, и он пытался найти удобное положение, но это было бесполезно. Его влажные волосы прилипли ко лбу и намочили подушку, но он не возражал. Мягкий и теплый ветерок, дувший из открытого окна, делал его сонным и уютным. Он приложил телефон к уху, опустил руку и завернулся в простыню. — Тот пацан Чонгук. Я нашел его instagram и twitter. Чимин, он просто супер горячий. Он закатил глаза и усмехнулся. — Ну и что, ты собираешься угрожать ему спамом? — Пока нет, но когда я приеду в Пусан, то надеру ему задницу. Чимин рассмеялся, не сводя глаз с неба за окном. Сейчас уже почти стемнело, солнце стояло далеко, окрашивая небо мягким пурпуром и темно-синим, усеянным блестящими звездами. Он закрыл глаза, его живот был полон еды, теплый воздух щекотал мягкую кожу его щеки, свежие пряди волос охлаждали его. Он чувствовал себя хорошо. — В этом нет необходимости. — Ох? Вот это перемена. — Думаю, он не так плох, как я думал. — Следующее, что ты скажешь, это то, что вы, ребята, будете встречаться. — Хихикнул Тэхен на другом конце провода. Чимин закатил глаза. — Нет, я так не думаю. — Ну, во всяком случае, он в твоем вкусе. — Ну и что? — Спросил Чимин, немного защищаясь. Он не знал, откуда она исходит. Он нахмурился, не открывая глаз, и расслабил ноющие мышцы. — Ничего. Думаю, к концу лета мы увидим. — Да, как скажешь. Так что насчет тебя? — А что я? — Хосок? — Даже не знаю. Вчера у него был роман на одну ночь? Но парень был действительно горячим, так что, я думаю, это простительно. — Ну, тогда тебе лучше поскорее что-нибудь предпринять. — Почему ты так торопишься войти в третье колесо? — Заткнись, я уверен, что в универе будет классный чувак. Вот увидишь, я найду себе парня, и мне не придется иметь дело с вашими задницами, голубки. — Я в этом не сомневаюсь. Так ты спросил свою бабушку о нашем приезде? Потому что, хен тоже хочет приехать. — Да, она сказала, что все в порядке и что она очень рада тебя видеть. И Сокджин хен может приехать, ты же знаешь, что это не проблема. Моя бабушка все равно в него влюбится. Тэхен проворковал, и Чимин закатил глаза. Он слишком много времени проводил с Хосоком. — Я скучаю по ней. И я скучаю по ее лимонаду. Это как будто самое лучшее на свете. И, да, это, вероятно, так и есть. — Не преувеличивай. — А я и не преувеличиваю, лимонад в Сеуле дерьмовый. — Ну, это потому, что он промышленный, попроси свою маму сделать что-нибудь в этом роде. — Моя мама не умеет готовить. — Ну так сделай его сам. Чимин прибыл на место немного позднее, чем он хотел. Он послал сообщение Намджуну, спрашивая его, собираются ли они на вечеринку. Намджун ответил что да, но немного позже, так что Чимин не торопился собираться. В любом случае он не собирался много пропускать. Вероятно, он собирался напиться вместе с Юнги, Намджуном и Джону. Он шел пешком, так как дом Хоен был недалеко. Музыка была громкой, и он мог слышать ее с конца улицы. Копы, вероятно, придут, если они не убавят звук немного. Чимин поморщился, подумав о том, чтобы сбежать наполовину пьяным, подальше от полиции. Но он уже делал это раньше и, вероятно, сделает снова. Вечеринка была очень веселой. Когда Чимин вошел в дом, его встретило множество людей, большинство из которых были пьяны, танцевали и громко пели. На многих из них была флуоресцентная краска, и так как свет был выключен, это была просто куча цветов, танцующих вокруг. Но это выглядело круто. Даже пластиковое стекло флуоресцировало в темноте. Чимин улыбнулся и пошел прямо на кухню, чтобы взять что-нибудь выпить. Наверное, пиво, чтобы начать вечеринку. Он увидел, что Юнги и Намджун сели на диван, ближе к стене, и улыбнулся им. Юнги выкрасил свои волосы в серовато-белый цвет, почти серебристый, и если бы вы спросили Чимина, он выглядел хорошо и круто. — Привет, Чимин.- Поприветствовал Намджун с доброй улыбкой. — Привет, ребята. Джону здесь нет? — Нет, этого придурка посадили, потому что он вернулся домой под кайфом. — Простонал Юнги, и Чимин рассмеялся. Оба парня сидели на диване, кофейный столик перед ними был полон флуоресцентных красок, цвета слегка жгли его глаза. У Намджуна были немного розовые волосы, соответствующие его фиолетовым прядям, в то время как у Юнги их не было вообще. Они просто держали в руках напитки, и Чимин нахмурился, потому что обычно эти парни всегда курили. — Сегодня без травки? — Спросил Чимин, потягивая пиво. Намджун покачал головой, а Юнги пожал плечами. — Вечеринки Хоен всегда заканчиваются копами. Так что я предпочел бы быть пойманным пьяным, чем пойманным под кайфом. — Сказал Юнги, и Чимин кивнул. — Да, но я бы предпочел, чтобы меня вообще не поймали, поэтому, если придут копы, я уйду отсюда. — Хихикнул Намджун, и Юнги чокнулся своим пластиковым стаканом в знак согласия. Чимин внимательно оглядел танцующую толпу. В основном это были мальчики и девочки, которые терлись друг о друга, но он скучал по таким танцам. Обычно он танцевал с Хосоком и Тэхеном, и это всегда было весело. Но сегодня вечером его мышцы все еще болели от вчерашних танцев, и он все равно не чувствовал себя достаточно комфортно, чтобы танцевать здесь. — Итак, в какой университет ты собираешься поступать в сентябре? — спросил Намджун, поворачиваясь к Чимину. Юнги сделал глоток из своего бокала и повернулся к Паку, очевидно, тоже заинтересованный разговором. — И-Искусство. — Сказал Чимин, пожимая плечами. Глаза Намджуна расширились, и он кивнул. — Это вроде высшего университета, да? А на чем ты специализируешься? — Современные танцы. — Это круто. — Кивнул Юнги, и Чимин добродушно улыбнулся. — А как насчет вас, ребята? Намджун посмотрел на Юнги, и серовласый мальчик жестом предложил ему начать первым. — Я поступаю в Сеульский университет по специальности «компьютерная инженерия». — Чимин поднял брови, глаза его были так широко раскрыты, что чуть не выскочили из орбит. Юнги тихонько хихикнул рядом с ним, и Намджун застенчиво улыбнулся. — Вот именно… Ух ты, я совсем потерял дар речи? Должно быть, ты действительно умен. — Да, он не выглядит таковым, но на самом деле он очень смышленный. Ну, если травка не уничтожит все его нейроны. — Улыбнулся Юнги, и Намджун послал ему смертельный взгляд. Чимин тихонько хихикнул, прижав горлышко своего пива к щеке. — А как же ты? — Спросил Пак. Юнги пожал плечами. — Университет Конкук, специальность — кино и анимация. — Это здорово, как хорошо. — Улыбнулся Чимин, и Юнги пожал плечами. — Значит, это значит, что вы оба едете в Сеул? Юнги ухмыльнулся. — Да. — Нам надо встретиться! Потому что все мы будем в Сеуле. Мне надо познакомить вас с моими друзьями и все такое. Они приедут в Пусан через несколько недель. — Если они горячие, то да, черт возьми. — Улыбнулся Намджун, и Юнги ударил его кулаком в плечо. Чимин громко рассмеялся и кивнул. — Не волнуйся, они не так уж плохи на вид. Он открыл было рот, чтобы задать еще один вопрос, но тут почувствовал, что телефон вибрирует у него на бедре.

Чонгук : Ты на вечеринке?

_Да, а что Чимин закусил губу. Чонгук попросил его прийти на вечеринку, и все же он его не видел. Ночь еще не началась, но высокий парень, вероятно, уже наполовину пьян и со своими придурками-друзьями. Ну, не достаточно пьяный, так как он был в состоянии написать ему. Чимин открыл было рот, чтобы задать еще один вопрос, но тут почувствовал, что телефон вибрирует у него на бедре.

Чонгук : Где ты?

_Внизу. С Юнги и Намджуном, а что?

Чонгук : Я с Сунхуном и другими в одной из комнат внизу, они играют в бутылочку, и это пиздец скучно. _Пошли к нам?

Чонгук: Вы курите? _Нет, а что? Чимин вздохнул и положил телефон обратно в карман. Он встал, чтобы принести из кухни еще один напиток, оставив Намджуна и Юнги болтать о фильме, который вот-вот должен был выйти. Видимо, что-то связанное с зомби. Он открыл дверцу холодильника, рядом с которым целовались две девушки, и достал бутылку соджу. Он открыл ее, отпил глоток и вздохнул, когда холодная жидкость скользнула по его горлу. Ему, наверное, не следовало надевать рубашку с длинными рукавами, ему становилось жарко. Он вздохнул и направился к двери рядом с печкой. Он открыл ее, и прохладный воздух снаружи заставил его слегка вздохнуть. Внутри было слишком жарко, и спокойствие ночи расслабляло его. Задний двор был пуст. Он увидел бассейн в нескольких метрах от себя, но это было все. Все остальное было слишком темно вокруг него, поэтому он решил присесть на несколько ступенек, прислонившись головой к дереву. Его телефон снова завибрировал у бедра, и он достал его, немного ослепленный сильным светом. Чонгук : Где ты? _Задний двор Чимин подождал несколько секунд, пока не услышал, как позади него открылась дверь. Он почувствовал, как воздух слегка шевельнулся рядом с ним, и когда он посмотрел направо, то увидел мягкую улыбку Чонгука. Он любил когда Чонгук улыбался. Он был милым, искренним, и от этого родинка под его губой заметно выделялась. — Тебе следовало бы больше улыбаться. Это тебе больше подходит. Чонгук нахмурился. — Что ты имеешь в виду? Я улыбаюсь. — Нет, это не когда твоя самоуверенная задница ухмыляется. Настоящая улыбка. — Сказал Чимин, глядя перед собой. Чонгук нахмурился. Может быть, он немного улыбался, в конце концов. Его взгляд упал на ноги, кончики ботинок задели мокрую траву. Чимин задел плечом плечо Чонгука, и высокий юноша посмотрел вверх. Его глаза были немного затуманены из-за выпитого алкоголя, поэтому он с трудом сосредоточился на лице Чимина. — И что же вы, ребята, делали? — Я же сказал. Крутили бутылку. — Ответил Чонгук. Он безмолвно указал на бутылку соджу Чимина, тихо сказав ему, что хочет немного, и Пак без раздумий протянул ему бутылку. — Должно быть, это было скучно. Что же это были за дерзости? Чонгук пожал плечами, принимая напиток. — Глупые. Например, поцеловать девушку справа от тебя. Чимин что-то промычал и уронил голову на деревянный столб рядом с собой. Он чувствовал, как горят его щеки от перемены температуры, прохладный, но теплый воздух снаружи контрастировал с горячим, тяжелым и потным воздухом внутри. Над ними воцарилась спокойная тишина. Чонгук все еще пил соджу из бутылки, а Чимин смотрел, как перекатывается вода в бассейне. Это не было так неловко, как вчера. Это было спокойным и расслабляющим. Они слышали, как вдали поют цикады и играет музыка, приглушенная толстыми стенами. Чонгук позволил своим глазам блуждать по лицу Чимина. Его светлые пряди падали на лоб, сверкая в отвратительном желтом свете над их головами. Его темные глаза выглядели усталыми, блуждали по заднему двору. Его розовые щеки пылали, а пухлые красные губы выглядели восхитительно. Чонгук задержал дыхание, когда Чимин обернулся, и их глаза встретились. Чонгук не знал, зачем он это сделал. Может быть, он был слишком пьян, а может быть, Чимин выглядел слишком хорошо. Может быть, все дело было в том беспорядке, который творился в его мозгу, наполняя его смятением, страхом и вопросами. Может быть, все дело было в том, что он не спал уже два дня, а спал всего два часа. Но Чонгук знал, что он поцеловал Чимина. Это было очень быстро. Просто прикосновение губ к губам его подушки, вкус соли и соджу, смешивающихся на их губах. Их носы соприкоснулись, и если бы Чонгук не закрыл глаза, он мог бы увидеть круглые и растерянные глаза Чимина, уставившиеся на него. Чонгук отступил так же быстро, как и начал, и уставился на Чимина круглыми от ужаса глазами. Он судорожно сглотнул, и теперь молчание было неловким. И он определенно винил в этом алкоголь. Прошло несколько секунд, но никто из них не осмеливался ни пошевелиться, ни заговорить. Чимин прикусил нижнюю губу, глядя на Чонгука, прежде чем ограничить расстояние между ними и снова прижаться губами друг к другу. Его пальцы поползли вверх по затылку Чонгука, путаясь в темных прядях, когда Чон обхватил одну его щеку, а другая рука легла ему на шею. Их губы были плотно прижаты друг к другу, двигаясь медленно, пока Чонгук слегка не прикусил нижнюю губу Чимина, и поцелуй не начал набирать силу. Пак приоткрыл рот, и язык Чонгука встретился с его языком, когда он чуть сильнее потянул его за волосы. Рука Чонгука скользнула от его щеки к подбородку, открывая челюсть еще больше, когда он взял верх над поцелуем и исследовал каждый уголок рта Чимина. Он почувствовал, как дрожь пробежала по его спине, когда Чонгук еще крепче сжал их губы, притягивая его ближе. Его ноги почти касались ног Чона, и если бы он захотел, то мог бы оседлать его. Они на несколько секунд отстранились, тяжело дыша, их носы соприкасались друг с другом, пока брюнет не поцеловал его снова, сильно прикусив губу Чимина. Меньший сдержал стон, когда Чонгук почувствовал, как от прикосновения Чимина по его коже побежали мурашки. Чон позволил своей руке скользнуть от подбородка Чимина к его талии, притягивая его еще ближе — — Блять, копы уже здесь! — Закричал кто-то из дома.