Знакомство с Малфоями

— Не нравится мне всё это! — Нарцисса в сердцах кинула россыпь мелких цветочков на тонких стеблях на стол, к измятой ветке папоротника. Горничная, сервировавшая стол, вышла из столовой, и миссис Малфой, пытающаяся собрать флористическую композицию, решила высказаться, когда в комнате остались только свои. — М? — протянул Драко, полулежащий на диване и не отрывающий взгляд от планшета. — М? — вторил ему Люциус, делающий вид, что читает газету в кресле рядом с сыном, на самом деле посматривающий на экран, где Драко чатился с «мисс зачётная четвёрочка», просматривая фото в её профиле. — Люциус! — притопнула ногой Нарцисса и в сердцах разметала нагромождение в широком вазоне — сегодня решительно всё валилось у неё из рук. — Этот парень, Гарри, он же как Драко по возрасту — Северус ему в отцы годится! Как ты можешь так спокойно относиться к сложившейся ситуации? — Дорогая, ты излишне драматизируешь. — Малфой перенёс всё внимание на жену. Разве может какая-то сопливая девчонка, пусть и с уверенным четвёртым размером бюста, конкурировать с его королевой? — Северус большой мальчик, пора это осознать и отпустить его во взрослый мир, — Люциус поймал летящий в него бутон розы, понюхал и послал воздушный поцелуй супруге. — К тому же Северус старше Гарри всего-то на пятнадцать лет, кого этим удивишь в нашем мире? — Всё равно это неправильно! Они из разных слоёв общества, — Нарцисса в сердцах собрала в охапку все цветы, колоски и перья папоротника, сунула в вазу, полюбовалась живописным хаосом и решила оставить так, присела на подлокотник кресла Люциуса, — с чего бы такая внезапная вспышка чувств? Сев, он же как швейцарский банк — на сто замков всегда закрыт, ещё и сигнализацией обвешан, а тут — раз и как околдовали. Этот Поттер — наверняка аферист! — Мам, зачем изводиться? Вот придут они сейчас, и посмотрим, что там за Поттер такой, — поддержал отца Драко, которому срочно пришлось блокировать планшет, чтобы не краснеть перед маман. — Мне лично очень любопытно посмотреть на парня, которого крёстный признал своим бойфрендом, что это за редкий по живучести зверь?! — И ты туда же, Драко! Я, между прочим, переживаю за Северуса! Люциус, ты его вообще с кем-нибудь видел? Хоть про мелкие интрижки знаешь? Северус всегда закрывал эту сторону жизни даже от нас, а тут всего ничего знакомы — и Поттер живёт у него! Люциус знал, уж он-то — так наверняка, потому промолчал. Порой на главу семейства Малфой накатывало желание прошвырнуться по элитным злачным местам, и он тащил с собой для компании вечно недовольного всем Снейпа. Пока Люциус флиртовал с дамами облегчённого поведения экстракласса, на его демонически мрачного друга непременно слеталась парочка хастлеров, и если уж Северус соглашался составить компанию в подобном походе, то последующую ночь он один не проводил. Но одно дело — одноразовые мальчики или краткие интрижки, и совсем другое дело — пустить кого-то на свою территорию, в свою крепость. Да Сев даже его — великолепного Малфоя — через раз пускает, по настроению. В общем, Нарси была права, к непонятному Поттеру нужно бы приглядеться… Он Гарри видел, но не то чтобы очень рассмотрел. Северус хранил своё сокровище, как пингвин — яйца!

***

После замечательных каникул, проведённых в шале, укрытом от внешнего мира снегами, после того, как Снейп находился всё время, двадцать четыре часа в сутки рядом с Гарри, ему было неуютно думать, что, возвратившись в цивилизацию, они снова разбегутся по разным адресам, и можно будет только надеяться на нерегулярные ночёвки вместе и украденные поцелуи на работе. Ещё не расставшись, не вернувшись в трудовые будни, на душе уже становилось тоскливо, хоть, вот он Гарри — спит рядом. Но через пару дней пора будет домой. Это проклятое «но»! Северусу не нравилось предаваться долгим страданиям и размышлениям — если он решил, что Гарри его — нужный, необходимый, родной, то так и будет. Поэтому в последний вечер, когда они развалились на диване и под треск дров в камине переваривали сытный прощальный ужин под бутылочку «Тиньянелло», Снейп попросил о ещё одном подарке на прошедший день рождения — переехать к нему, чтобы не было больше нужды срываться в рань раннюю из постели, потому что Гарри нужно ехать домой переодеваться или что-то забирать, чтобы было больше возможности для совместного времяпровождения. Так и сказал, это было ещё не признание в глубоких сильных чувствах, но очень-очень близко. Вручить кому-то ключ от своего логова для Северуса было сродни отдать ключ от сердца. Поттер проникся. Сам-то Гарри уже разобрался в своих чувствах, но всё ещё робел перед должностью Сева, перед его состоянием и статусом. Разве мог скромный системный администратор быть на равных с генеральным директором огромной фирмы?! Но любовник как-то так умел себя вести, ставить общебытовые вопросы, что Гарри не чувствовал себя ущербным или зависимым. Он был именно равным, мог повести Северуса на фильм или в ресторан, благо Снейп пафосу заоблачных заведений предпочитал уют и домашние блюда, не особо привередничая в выборе места — лишь бы чисто и вкусно. Так что, вернувшись в «большой мир» ещё более счастливым и влюблённым, Гарри в тот же день собрал свои вещи, успокоил Герми, у которой глаза были на мокром месте: «Ну, чего ты?! Вот комната тебе под кабинет освободится, ты же хотела книги из вашей убрать, а Рон давно ворчит, что спать в библиотеке ему надоело. Потом, я же не на другой конец света уезжаю, а всего лишь в другую часть города!» — и покидал всё в машину приехавшего забирать его Северуса. Рон переносил коробки с каменным лицом отца, у которого под носом прохвост соблазнил дочь, сурово смотрел на Снейпа, выносящего сумки, а Гарри всё ждал, будет ли им отчее напутствие. Друг, втихаря щипаемый Гермионой, удержался, лишь строго приказал звонить каждый вечер. Так в квартире Снейпа завёлся Поттер, его вещи заняли свои новые места и практически сразу мимикрировали под среду, как там всегда и были, а в гостиной у самого большого и солнечного окна поселилась Хедвиг — почти белый с прожилками светлых оттенков зелени большой фикус. Почему растение зовут Хедвиг, Гарри пояснить не смог, сказал, что так исторически сложилось, как и то, что это — девочка. Северусу, никогда не имевшему в хозяйстве комнатных цветов, новая жительница была непривычна, он поначалу обходил стороной диковину, справедливо полагая, что у растения, достающего ему до пояса, имеющего покрытый корой ствол и широкие глянцевые листья, вполне где-то там, в кроне, могут находиться зубы, как у венериной мухоловки. Но со временем Снейп признал, что протирать большие плотные лопухи влажной губкой — вполне себе релаксационное занятие, приятное после трудных переговоров или полного окружающих идиотов дня. Гарри так вообще с Хедвиг разговаривал, выполняя подобные процедуры, а Северус мужественно терпел, но иногда что-то мурчащее, похожее на песню, изо рта вырывалось. Как и Хедвиг в гостиную, Гарри в жизнь Снейпа вошёл гармонично и правильно, словно давно потерянный пазл из головоломки наконец занял своё место. Поттер волновался, конечно, ведь они вместе приезжают на работу и чаще всего вместе уезжают, ему не хотелось прятаться, но в то же время становилось неловко, ведь любой сотрудник мог увидеть их на парковке. И видел. Слухи пошли довольно быстро. Обсуждалось в равной мере и то, что грозный-драконище-Снейп, оказывается, гей, и то, что у него роман с подчинённым. Гарри даже уволиться хотел и найти себе другое место, но Северус оказался очень против. В основном, Поттеру было неважно, что про него шепчут за спиной, Невилл и Дин, с которыми он дружил и работал в одном отделе, не сильно интересовались окружающим миром — главное, чтобы Windows не полетел и World of Tanks не лагал. Начальник их отдела технического обеспечения Седрик Дигори напрягся поначалу и даже вызвал Гарри на откровенный разговор, интересуясь, когда его попросят с места, освобождая выгодную вакансию? Поттер расстроился. Ему стало искренне обидно! Седрик — симпатичный парень, всего на пару лет старше, был хорошим начальником, своих старался прикрыть, не загонялся персональной значимостью, ко всем ровно относился, а теперь вот думает, что Гарри себе карьеру строит через постель. Поттер тогда довольно резко ответил, что не планирует занимать ничьи кресла, кроме своего, положенного штатным расписанием, и в поблажках никаких не нуждается, а личная жизнь на то и личная, что посторонних не касается. Про себя Гарри уже решил, что бывать у начальства на ковре он предпочитает не с целью получить выволочку за весь отдел, а лучше стоя на коленях с членом своего гениального (не править!) директора во рту. Дигори сам довольно быстро понял, что сглупил, и загладил вину проставой в пабе, из которого захмелевшего Гарри самовывозом забрал гендир. Седрик испытал несколько неловких моментов под суровым взглядом Снейпа и решил на всякий случай с Поттером сильно больше не пить. И вообще! Ему ещё спящего на стойке Невилла домой везти и слушать нотации достопочтенной Августы. Первой о пикантном служебном романе узнала, конечно, Панси, так как вызовы Поттера к директору приобрели стабильно-регулярный характер, а рассеянный администратор не каждый раз прихватывал с собой сумку с инструментами. Паркинсон довольно быстро смекнула, что к чему, но окончательно убедилась, когда парочка сумасшедших за солидной дверью спалилась самостоятельно. Снейп в тот день с утра пропадал на заседании общественного совета и приехать, чтобы пообедать вместе с Гарри, не мог, так что как только он появился в своём кабинете, в самый ближайший срок туда был вызван Поттер. «Да, да, батарейки поменять», — махнула рукой Панси, не отвлекаясь от запиливания подломившегося ноготка — вот же зараза, вечером на свиданье, и такая досада! — Соскучился ужасно! — только и сказал Северус, прежде чем подхватить Гарри под знакомые до последней родинки и шрамика от падения с дерева ягодицы и усадить на свой стол. Ничего очень уж интимного они себе не позволяли, но унять тактильный голод, нацеловаться, нагнетая аппетит для страстного вечера дома, наконец заново распробовать губы друг друга было замечательно-преступно-сладко и чарующе непристойно в стенах рабочего кабинета. Гарри откинулся назад на руках и сам не заметил, как поехавшая вбок стопка папок накренилась, и верхняя нажала уголком на кнопку вызова секретаря на селекторе. Надо отдать должное Панси, она минут пять слушала тихие вздохи-стоны Поттера и раскаты Снейпового голоса, ставшего ещё ниже и тягучее, словно манящий чёрный бархат космической дыры. «Надо же, как этот змей может, жаль, что он по мужикам», — подумала Паркинсон, прежде чем вежливо прокашляться и напомнить, что скоро приедут представители банка, а билеты на аудио-спектакль посетители явно не заказывали. Секретарь не боялась дракона, хотя он порой был очень грозным начальником, знала, что её ценят прежде всего за преданность и обеспечение надёжного тыла, а то, что директор может пошипеть иногда, так мужчина — что с него возьмёшь?! В приёмной появилось новое правило: если в кабинете «менял батарейки» Поттер, а кому-то внезапно очень был нужен гендир, Панси отбивала морзянкой по селектору, и посетителей пускала только после того, как раскрасневшийся администратор покидал помещение через боковую дверь, минуя главный вход. Зато у Паркинсон теперь регулярно обнаруживались на рабочем столе свежие букеты из магазинчика на первом этаже, а краснеющий Поттер молча оставил у неё на столе беспроводную мышь с целым набором неоновых подсветок. «Мужчины как дети!» — закатила глаза Панси и милостиво приняла подношение. Так как директор, связавшись с Поттером, в целом стал доволен своей жизнью и меньше допекал её, не делал замечаний о позволяемой в офисе глубине декольте или о недопустимости регулярных опозданий, Паркинсон сама бы Гарри букет купила. К хорошему быстро привыкаешь, и предприимчивая девушка готова была всеми силами охранять покой Снейпа и его пассии, не самой, кстати, плохой из других возможных вариантов, да и такой директор, сытый и удовлетворенный, гораздо больше нравился, чем накрученный нервно взбаламученный змей. Так что: «Славься, Поттер — укротитель дракона!» Через месяц пикантная новость, что у Снейпа в любовниках «тот паренек из системщиков, Поттер, кажется, да — точно Поттер!» новостью быть перестала, тема, конечно, не сошла ещё с топов обсуждения в курилке или в обеденный перерыв, но в целом начала затихать. Гарри окончательно обвыкся и даже почти перестал смущаться до тлеющих ушей, когда, прощаясь у развилки тёплых переходов в разные корпуса, позволял мимолётный, почти целомудренный поцелуй на прощание, прежде чем отлепиться от Северуса и приступить к работе на своём законном месте. В феврале они оба заболели. Вот интересно как получается — в горах Шотландии, в промокшей от снега одежде, примерзшие подтаявшими сосульками к снегоходу, почти не чувствуя окоченевших рук и ног, навалявшись в снегу, никто из них не заболел, даже не чихнул ни разу, а тут чёртов вирус! Простудная хворь уверенно шла по корпусам, забирая лучших и так себе, сильных и слабых, не щадила стариков и ещё не пуганную молодую поросль. Первым расклеился, как ни странно, Северус, хотя уже сто лет не болел. Гарри самоотверженно ухаживал и присоединился к гриппующему через пару дней. Интернет-доставку никто в мире не отменял, потому заказать в дом нужные медикаменты, продукты и консультацию врача было несложно, так что больничный протекал вполне комфортно, если не считать красных носов и влажного грудного кашля. Но в целом затуманенный периодически скачущей температурой мозг бдительность несколько потерял, этим сразу же воспользовался Люциус, проникая на «запретные земли». Он приехал проведать болеющих — без звонка, но с целой корзиной всего, что должно было помочь в скором выздоровлении, а именно, упакованными в термоконтейнеры деликатесами от шеф-повара малфоевского поместья и бутылочкой красного солидной выдержки вина. Гарри, наслышанному о друге Люциусе, было до ужаса интересно на него взглянуть, но не сейчас же, когда на голове гнездо, на плечах болтается свободная рубашка Сева, а низ украшен пижамными штанами с оттянутыми коленками, да к тому же нос безостановочно течёт и напоминает сливу. Снейп тоже был недоволен самоуправством и неприкрытым любопытством друга, потому, напоив его чаем, напомнил о карантине и выставил за дверь. Гарри просидел почти всё время визита молча, прячась за парящую чашку, он вообще не знал, о чём говорить с такими небожителями — зрелая мужская красота Малфоя завораживала и угнетала одновременно, Люциус даже улыбался идеально, словно оцифрованный и приукрашенный. Однако со слов Северуса Малфой с женой и сыном — единственная семья, которая была у Снейпа многие годы, и пусть Люциус Поттера больше настораживал, чем располагал к себе, но ко всему можно привыкнуть, тем более эти люди важны для любимого человека. Снейп, всё ещё недовольно сводя брови, закрыл за незваным гостем дверь, вернулся к своему непривычно молчаливому мальчику, а потом они растёрли друг друга жирной мазью, бьющей в нос запахом эвкалипта, залезли под большой тёплый плед, включили старую чёрно-белую комедию, и снова всем стало хорошо.

***

Приёмчик в целом был нечестный, и Северусу не особо хотелось его применять, но Люц очень настаивал на непременном посещении их загородной резиденции и обязательно вместе с Гарри, который робел и не горел желанием туда ехать. Снейп и так затянул почти на месяц с момента их выздоровления, отговариваться и придумывать что-то Малфою, который вцепляется в желанную цель почище английского бульдога и треплет, пока не достигает результата… Пришлось соглашаться. А теперь придумывать, как завезти своего мальчика в последний оплот аристократии на британском берегу для экскурсии, так сказать. Но, с другой стороны, Гарри первый начал, заманив своего партнёра к друзьям именно таким не очень честным способом. Началось всё с того, что Поттер регулярно встречающийся со своим рыжим товарищем и пытающейся перевоспитать всех вокруг подругой, вернулся с очередной встречи грустно-задумчивым. Ночью, в самый сладкий момент, когда у Северуса томно поджималось всё внутри и туго закрученная спираль удовольствия грозила вот-вот лопнуть от перенапряжения и подарить великолепный полный радости совместного вкушения оргазм, Гарри шепнул, обдавая влажным жаром ухо и подаваясь всем собой на распирающий так нужно и правильно член: «Пойдём завтра к Рону с Герми на ужин?» «Да!» — прохрипел Северус. За секунду до оргазма он бы и в убийстве Кеннеди признался. Поттер подскуливал снизу, щурясь от запредельного удовольствия, входя в унисон с дрожью тяжёлого тела, навалившегося сверху, и забился в сладкой судороге, утягивая за собой любовника. А на следующий вечер Снейп смог в полной мере оценить всё коварство бессовестного засранца, смотрящего на него кристально честными зеленющими глазюками: «Сев, ну это же ненадолго! Мы всего-то поужинаем, ребята соскучились». Рыжий верзила наблюдал за Снейпом, как натасканный пойнтер, вроде скалился приветливо, но кровь и жажду охоты учуял — кинется в любой момент. Северус был не робкого десятка и сам как нормальный дракон мог жрать подобных «Рональдов» на завтрак, обед и ужин, но Гарри же расстроится! Пришлось терпеть. Главное дома не забыть наказать гадкого мальчишку, ну там отшлёпать, например, или не давать кончить подольше, ой, да много чего можно придумать! Позже, понеся заслуженное наказание от домашнего деспота и тирана, неловко ёрзая на попе, но мечтательно вздыхая, Поттер сознался, что, когда в начале недели играл с парнями в футбол, Рон углядел у него на теле синяки и решил, что сожитель-любовник бьёт друга. Все попытки пояснить, что это следы совсем другого взаимодействия были поставлены под сомнения, пришлось предъявлять «товар лицом» — смотрите, у нас всё замечательно. Северусу хоть понятно стало, чего Уизли на него так подозрительно смотрел, но и неприятно, что о нём так неважно думают. С другой стороны, хорошо, что у Гарри есть такие друзья, как эта заполошная парочка. Теперь бы поближе познакомить со своими, и можно дальше спокойно жить… Через неделю у Северуса как у руководящего лица возникла настоятельная потребность отлучиться по рабочим делам на пару дней, и мысли о том, как выманить домоседа Гарри за город, на время покинули занятую другими думами многомудрую голову. Снейп за время отлучки до жути соскучился по своему зеленоглазому сокровищу и как нормальный дракон успокоился, только когда спрятал его под себя, вернувшись. Всё время отсутствия, почти трое суток, Северус держался молодцом. Старался не отвлекаться от дел и поменьше представлять, что и как он сделает с Гарри по возвращении. Демоны бы побрали этот Евразийский торговый саммит! Но мероприятие, проводимое в Париже на самом высоком уровне, требовало проявить должное уважение, на нём не место секретарям и заместителям, только первые лица, да и подготовка коммерческих предложений являлась многомесячным трудом огромного холдинга, нельзя было оплошать. Заключая тысячу раз оговоренные и проверенные предварительно контракты, подписывая соглашения, позируя для фото ведущих экономических масс-медиа обозревателей, Снейп старался поменьше думать об оставленном дома любовнике и побольше о деле, благо мессенджер всегда под рукой и есть возможность черкануть невзначай: «Привет. Скучаю!» — и получить в ответ немедленное: «Возвращайся скорее!» Внутри, где-то за грудиной, грел атомный реактор глубокого разделённого чувства. Раньше бы Северус непременно воспользовался поводом и, завершив дела, выкроил пару деньков в Европе для себя. Отдохнуть от набившей оскомину обстановки и дел, развеяться в приятной компании или побыть одному, по настроению. Но не теперь! Домой тянуло с нечеловеческой силой. «Поменьше думать о Гарри!» стало почти мантрой, иначе хотелось тоскливо выть, как волк на луну, наплевав на запланированные встречи. Сладостный миг наконец настал — до вечернего отлёта оставалось не так много времени, и Снейп, прикупив для Гарри снежный шар с Эйфелевой башней внутри — ужасная вещь, годная лишь для самообороны, но мелкому наверняка понравится, и несколько брендовых вещей «от кутюр» для него же, но уже на свой вкус, готов был сам загнать пилотов в кабину, лишь бы быстрее отправиться домой. Сдерживая нетерпение, Северусу даже удалось подремать в полёте, с огромным трудом «удерживать лицо», когда корпоративный водитель вёз его из аэропорта, но стоило только войти в прихожую и закрыть за собой дверь — всё! Гарри топтался в холле квартиры и, казалось, сейчас начнёт подпрыгивать, как затосковавший пёс. Он провёл весь прошедший час у окна, зная, что Сев благополучно приземлился и уже едет. Заехал чемодан, громыхнув колесиками о порожек, входная дверь ещё не до конца закрылась, становясь на место, а Гарри уже висел на своём Северусе, зарываясь носом во влажный от подтаявшего снега отворот пальто, жадно внюхиваясь в знакомый запах. Как же он соскучился! — Родной мой, маленький, дай я хоть разденусь, ты мокрый совсем из-за меня, — смутился и растрогался Северус, с него тут же принялись стягивать пальто, а Поттер и правда начал подпрыгивать на радостях, ещё и поскуливал, вертясь вокруг юрким щеном. Пальто степенно взгромоздилось на плечики, шарф и перчатки заняли своё место на полке, заботливый Гарри и тапки притащил, благо что не в зубах. В квартире уютно пахло выпечкой, а ненаглядное сокровище улыбалось, словно светясь изнутри, Снейп вздохнул удовлетворённо, зверь внутри довольно проурчал: «Дома!» — Пойдём на кухню, я утку запёк! И штрудель с яблоками, как ты любишь! Сев, я так скучал, ужасно просто, не думал, что это так трудно, совсем раньше не представлял, как это постоянно ждать, всякое неприятное в голову лезет, — тараторил Гарри и, не выпуская из руки ещё прохладную ладонь, тащил улыбающегося Снейпа за собой на кухню. — Ой, тебе, наверно, переодеться сначала, и руки же ещё нужно! Да, руки помыть! — всё частил мальчишка, пока его не заткнули поцелуем. Северус прижал Гарри в простенке между дверями, привалился, лишая манёвра, и принялся со вкусом целовать приоткрытые мягкие губы, хранящие вкус яблок и корицы. Поттеру много не надо было, он мгновенно размяк, зажмурился от удовольствия и заизвивался гибкой змейкой под дудочкой заклинателя на вклинившемся между ног бедре в строгих дорогих брюках. О целостности гардероба думать было некогда, пиджак остался на полу в холле, другие вещи тряпкой упали на пол ванной комнаты, сверху свалились кучей домашние покровы Гарри, а сам он понял, что так и не снял очки, только когда горячая вода из душевой лейки залила линзы, размывая близкое лицо Северуса. Так хотелось быть цивилизованным и взрослым, встретить степенно, накормить, выслушав все новости и подробности поездки, но, судя по тому, как любимый поспешно избавлял их от вещей, не у одного Поттера обнаружились проблемы с терпением. — Гарри, подожди! Я мылся последний раз вчера на другом континенте, — не убедительно воспротивился Северус, но юркий паршивец уже нырнул скользкой рыбкой вниз и заглотил, давясь от жадности и инициативы, налитой тяжёлый член, помогая себе рукой, пальцами другой перебирая мошонку, массировал, проводил инвентаризацию. Распалённый и доведённый до тёмных точек перед глазами Снейп подхватил провокатора под мышки, развернул к стене, вжался вылизанным от души членом между ягодиц, заелозил туда-сюда, придерживая Гарри за бока, лишая возможности проявить инициативу. Разница в росте, мокрая плитка под ногами, пена от геля, который они выдавили не пойми когда, не очень способствовали страстному соитию, но всё равно не стали преградой. Поттер, поднявшись на цыпочки, жадной дыркой ловил объёмный член и взял темп, не дав толком себе привыкнуть к наполненности и растянутости. Кожу между ягодиц пекло от натяжения и горячей воды, льющей на голову, покалывало оголёнными нервами нежное колечко, выворачивающееся краями при каждом движении любовника на выход. Поцелуи-укусы голодного вампира в исполнении желанного до колик мужчины добавляли кайфа, и Гарри плясал, извивался, захлёбывался стонами, пока Северус мог терпеть всю эту вакханалию на своём члене. Он стоял, опираясь кулаками в стену по обе стороны от головы мальчишки и, крепко зажмурившись, старался глубоко дышать. То, что вытворял соскучившийся Поттер, дорогого стоило, и пока были силы, Северус терпел, лишь в последний момент, обхватив Гарри руками вокруг груди с отчаянно бьющимся сердцем, дракон, издав глухой рык триумфатора, задвигался, почти вбивая в стену захлебнувшегося криком любовника, насаживая, долбясь не щадя. Защищая своими руками от окончательного размазывания по стене, Снейп мощными толчками двигался к оргазму, окончательно отпустив себя, когда Гарри издал долгий жалобный стон, в последний раз проведя рукой по члену, подёргиваясь в мелкой судороге оргазма. Они ещё долго целовались, прижимаясь друг к другу под тёплыми струями, и выбрались на сушу, лишь когда ноги начало покалывать от длительного стояния. После, распаренные, укутанные в халаты, они ели пересушенную в духовке утку, запивая скрашивающим все огрехи вином. Гарри пообещал, что в следующий раз он непременно приготовит эту дичь ещё раз, и она выйдет намного лучше. Он вообще любил готовить для Северуса, а тот с удовольствием поглощал сделанное специально для него, Снейп даже поправился на пару килограммов, не находя в себе сил отказываться от домашних вкусностей, чем Поттер крайне гордился. Штрудель у Гарри получился так, что и Пьер бы похвалил. Они изредка заказывали еду из ресторана, когда задерживались допоздна или было лень вылезать из кровати и готовить, чаще десерты, к которым имела слабость младшая половина тандема. Запивая ароматным чаем приятное послевкусие, Северус вспомнил, о чём порывался поговорить с Гарри последнюю неделю. — Малыш… — М? — Поттер щурился, как кот, пережёвывая сладкую начинку из яблок и орехов, мира вокруг для него на данный момент не существовало. — Нас в субботу ждут на обед к Малфоям. За городом. Им давно хочется с тобой познакомиться. Поттер на долю секунды сфокусировал на Снейпе плывущий взгляд, становясь серьёзным молодым человеком: «Хорошо, поедем». И опять глаза его подёрнулись поволокой гурманского почти-экстаза. «Вот так просто?» — удивился про себя Северус. Оказалось, что не нужно было никаких уловок и ухищрений, достаточно просто попросить. Это привело к тому, что через пару дней они ехали за город с непривычно официально вырядившимся Гарри и нервничающим «как невесту на смотрины родителям везёт» Снейпом.

***

Дорога вильнула от оживлённой трассы вправо и повела куда-то за холм. — Ого, — присвистнул Гарри, как только они забрались на природную возвышенность и появилась возможность осмотреть окружающие просторы. — Твои друзья живут в Диснейленде? Малфой-мэнор издалека действительно выглядел как нарисованный сказочный замок: белокаменный, с зубцами стен, со всеми положенными башенками и острыми шпилями над ними, только рва и откидного моста не хватало. Вместо них даже с солидного расстояния были видны ровные линии посадок многолетних деревьев и многочисленная россыпь окружающих построек. — Почти, — попытался шуткой скрасить нервозность у любимого мальчика Снейп, помогло слабо. Поттер ёрзал всю двухчасовую поездку, пытался разглаживать несуществующие складки на брюках, то снимал, то снова накидывал на плечи куртку. Выглядел он прекрасно, а один из привезённых Северусом из Парижа джемперов замечательно подчёркивал все прелести стройной, гибкой фигуры. Перед выездом дракон пристально осмотрел своё сокровище: ладно обтянутый строгими брюками упругий зад, нервные пальцы, дёргающие туда-сюда манжеты, и с трудом изгнав мысль: «А стоит ли ехать?» — сам застегнул на Гарри его любимую кожаную куртку до самого горла, чтобы поскорее спрятать от себя соблазн. В конце концов, их ждут! Величественные узорчатые ворота в высоком кованном заборе распахнулись, привратник в защитной форме осмотрел машину и, узнав приезжего, вежливо кивнул, докладывая по рации в главный дом, чтобы готовились к встрече гостей. Поттер нервно сглотнул: «Добро пожаловать в зазеркалье, Алиса!» Несмотря на всю архаичность поместья, Гарри профессиональным глазом отметил спрятанные сети коммуникаций и камеры, замаскированные довольно мастерски, чтобы не портить «очарование старины глубокой». На засыпанной гравием подъездной дорожке авто Северуса плавно остановилось, и вежливый молодой человек во фраке — «Да, Гарри, это именно фрак!» — открыл сначала водительскую дверь, а после обогнул капот, но Поттер оказался резвее и выбрался сам, неловко улыбаясь парню. Северус подобных затруднений не ощущал, небрежно бросил, чтобы забрали цветы с заднего сиденья, и отдал ключи еще одному встречающему в униформе прислуги. По первому впечатлению Гарри Малфои ему не понравились, по второму — ещё больше. Он, будучи нежеланным ребёнком в доме своей тётки, с детства мог точно улавливать отношение к себе тех или иных людей и их настроение. От верности подобных суждений напрямую зависело количество получаемых синяков, затрещин и ссадин, если маленький последний из оставшихся Поттеров не успевал затаиться в надёжном месте. Сейчас-то он уже вырос и просто старался избегать людей, считающих себя намного лучше, важнее и значимее всех прочих, подросшему Гарри стало неважно, что думают о нём посторонние особи с раздутым чувством собственного достоинства. Семейство Малфоев, похоже, было из подобных, только игнорировать их не получится, раз уж любимый мужчина привёз в их дом. Поттер решил наступить на собственные принципы и найти в себе максимальное добродушие. Горы и моря добродушия! Установка дала сбой в первые же минуты знакомства, когда Нарцисса Малфой — самая красивая женщина, которую довелось видеть Поттеру живьём, а не в журнале, искренне улыбавшаяся Северусу, повернулась к мнущемуся рядом Гарри. Парню почудилось, как волна арктического холода растрепала его тщательно уложенные волосы — настоящая Снежная Королева обратила на него свой высокомерный взор. Обед в почтенном обществе иначе как иезуитской пыткой назвать не получалось. Гарри вознёс про себя великую благодарность Гермионе, которая в своё время обратила внимание, что он и Рон за столом ведут себя чуть лучше, чем поросята, и с энтузиазмом, достойным лучшего применения, взялась их дрессировать. Пришлось учиться, иначе подруга отказывалась кормить. Может, в Школу великосветских манер Поттер бы экзамены завалил, но за столом у благородного семейства приборы не перепутал, ложечкой по чашке не стучал и локти на стол поставить не норовил — и на том спасибо дорогой подруге! Выйдя из-за стола чуть голоднее, чем за него садился, потому что кусок в горло не лез под ехидные подначки крестника-Драко, снобизм Люциуса и волны презрения Нарциссы, Гарри с неудовольствием отметил, что до вечера времени ещё очень и очень много. Как только Северус выпускал из вида своего мальчика, Малфои даже не пытались имитировать радушие. «Ну и чёрт с ними!» — решил Гарри, намереваясь стоически продержаться до отъезда. После трапезы был запланирован поход на псарню, где вывелся на редкость замечательный помет биглей и подрастали три сеттера, удачно приобретённых на выставке. После того как Поттер бочком за Северусом проследовал в многоголосый собачий дом и остановился подальше от вольеров со взрослыми собаками, Люциус попытался привлечь его к «осмотру красавцев с блестящей родословной». — ПапА, не трогай Гарри, видишь, он боится наших милых пёсиков, — протянул Драко, небрежно трепля за ухом огромную жутко породистую псину. — Я не боюсь, а опасаюсь, — поправил Поттер. — Не люблю собак. У сестры дяди было два бульдога, которых кузен частенько науськивал на меня в детстве. — Я ж говорю — боится! — расплылся гаденькой улыбкой Драко и медленно потянулся, раскрывая затянутую сеткой дверку. — Собачьи укусы очень долго заживают, — Поттер невольно поёжился. Он ненавидел чувствовать себя маленьким и слабым, как в детстве, но ничего поделать не мог — после нескольких пережитых инцидентов испытывал иррациональный страх перед даже сравнительно небольшими тявкающими животинами. Снейп отвлекся от обсуждения новой бизнес стратегии с Люциусом, краем уха услышав разговор, посмотрел на побледневшего Гарри, жмущегося к стене и не спускающего глаз с большой лохматой псины, высунувшей свою морду в приоткрытую дверь вольера, и шикнул на крестника. Как ни странно, это подействовало, мерзавец даже изобразил лживое раскаяние на смазливой физиономии: — А я что?! Я ничего! Крёстный, мы шутим! Когда покинули собачье царство, Гарри выдохнул с облегчением и украдкой стёр испарину со лба. Больше Северус далеко любовника не отпускал, а у конюшен, куда отправились осматривать новую любимицу Нарциссы, и вовсе взял за руку, переплетя их пальцы. Это придало сил, и как только Поттер решил, что так, подпитываясь уверенностью надёжного Сева, можно пережить оставшееся в гостях время, коварный Малфой-старший увлёк Снейпа в кабинет. Северус не хотел оставлять Гарри, чувствуя, как тот напряжён и испытывает явный дискомфорт. Дракон тысячу раз пожалел, что привёз своё золотко в место, где ему не рады. Расстраивало, что самые близкие друзья не хотят принять его мальчика. Видимо, придётся несколько подкорректировать приоритеты и количество встреч с Малфоями. Люциус вызывал оскомину пафосными высказываниями, он же совсем не такой, к чему этот цирк? Зачем Нарцисса смотрит на Гарри так, словно он во время чаепития положил в карман серебряную ложечку из её фамильного набора? Почему Драко норовит сказать завуалированную гадость или ещё как-то уязвить Гарри, как только думает, что Северус не слышит? Надо отдать должное Поттеру, он держал лицо, а крестничку старался отплатить той же монетой. Но всё равно Северус решил, как только приличия позволят, хватать любимого и ехать подальше и побыстрее из особняка, который раньше казался уютным, а сейчас стылым и подавляющим своим величием. — Гарри, позвольте украсть у вас Северуса ненадолго, мне нужно передать ему бумаги и коротко посвятить в курс дел, — почти пропел елейно-сладко Люциус. — Люц, встретимся в городе на неделе, тогда и обсудим, — не захотел покидать малую чайную гостиную Снейп, хотя половина мотивации для поездки, как раз и заключалась в документах о совместных новых инвестициях. — Сев, иди! Я пока ещё чая выпью, — Поттер не хотел, чтобы из-за него рушились планы, не съедят же его?! — Да, пойдём! Пусть молодёжь пообщается, — поддакнул Малфой-старший, — Драко, покажи Гарри свою технику, он же компьютерщик. — Системный администратор, — сквозь натянутую улыбку поправил Поттер, радуясь, что его хотя бы ребёнком не обозвали, а лишь молодёжью. Как только закрылась дверь за довольным Люциусом и кидающим виноватые взгляды Снейпом, Нарцисса, чмокнув сына в щёку, отправилась «руководить хозяйством», даже не взглянув на второго гостя, а Малфой-младший взял Поттера в оборот, намереваясь вывести наглого содержанца на чистую воду. Для себя он отнёс Гарри почти к хастлерам, а любую продажную подстилку можно перекупить, и тогда крёстный увидит, что за змею пригрел на груди. Драко потащил не проявляющего особой радости Поттера на свою часть дома. В его комнатах не было помпезной роскошности дворца, лепнина тщательно спрятана за ровными панелями и натяжными потолками, а в мебели превалировал хай-тек. Гарри не проявил особого интереса к демонстрируемым электронным приблудам, гаджетам, навороченному ноутбуку, но взгляд его зажёгся искренним любопытством, когда уже отчаявшийся Малфоёныш задрал рукав щегольской рубахи глянуть, что за входящий у него. Поттер глаз не мог отвести от дива дивного. Элитные часы Apple Watch Edition, цена золотой версии превышала 10 тысяч долларов, но дело было даже не в этом! Модель всего неделю назад была презентована на всемирной выставке в Японии, её к продаже планировали не раньше, чем через полгода, и вот именно это чудо современной техники красуется на руке белобрысого упыря, раздражающего своими приколами весь день! Где справедливость-то?! «У Поттера губа не дура!» — присвистнул про себя гордый сын аристократов эн-ого поколения, но ради крёстного было не так уж жалко. — Гарри, хочешь я их тебе подарю? — для затравки он снял дорогую побрякушку и сунул в руки недругу. — Такое не дарят, они дороже, чем яйца василиска, — отшутился Поттер, восхищённо осматривая венец прогрессивной мысли. — Так и я не просто так! Я за услугу! Хочу, чтобы ты сопроводил меня в один клуб. Специфический, — Драко решил, что он всё хорошо придумал, Поттер непременно поведётся и пойдёт, а там дело техники подпоить и раскрыть «всю меркантильную суть этого жиголо, фото и видео прилагаются». Гарри закончил знакомство с чудо-часами и без сожаления положил их на стол. Он утолил своё любопытство — не только посмотрел, но даже в сенсоры потыкал, большего ему и не надо, такие с рукой в подземке оторвут. — Думаю, Сев не одобрит, что я с тобой по клубам хожу, а с нами он тоже не пойдёт — не любит такие места, так что ничем помочь не могу, ищи себе другого провожатого. — Гспди! Зачем нам «старая гвардия» в клубе? — не отставал Малфой-младший. — Я тебе часы предлагаю всего-то за небольшую услугу! Поттер аж зубами заскрипел, как эта моль бледная пренебрежительно про Сева говорит, а уж когда Драко подсел поближе на диван и положил холёную ладонь на поттеровскую коленку, один Гейтс, который Билл, знает, сколько понадобилось сил не втащить Малфою от всей души. Аж в ушах зазвенело от ненависти. Крестник Северуса мало того, что весь вечер то подначивал, то флиртовал, так совсем обнаглел до прямых приставаний? И этих людей Северус считает самыми близкими друзьями? С такими и врагов не надо… — Мне нужно освежиться, — процедил Поттер и, оттолкнув беспринципную хваталку, скрылся в уборной, там попытался успокоиться. Умылся холодной водой, поправил растрепавшиеся волосы и попросил у вселенной сил не сказать в лицо никому из благородного семейства, что он думает по поводу наличия канделябра в заднице для улучшения осанки. К сожалению, в туалетной комнате нельзя было скрываться вечно. Приличия, мать их! По возвращении Гарри заявил, что пойдёт дышать свежим весенним воздухом в сад, и пофиг, что к сумеркам похолодало. Чёртов белобрысый увязался за ним. Жаль, нельзя было хозяйскому сынку этого запретить. Следующую попытку приударить за кривящим рожу Поттером Малфой-младший предпринял, когда попытался приобнять Гарри у выхода на задний двор. Корявый манёвр «На улице холодно, а ты без куртки!» взбесил гостя окончательно. — Слушай меня сюда, моль бледная, — Гарри резким выбросом руки ухватил Драко за узкую ленту модного галстука — Джинни наверняка сказала бы, что это за бренд. — Если ты ещё раз позволишь себе подкатывать ко мне, — тонкая бархатистая кожа с еле заметной фактурой выдавленных узоров удобно наматывалась на кулак и не скользила, — если ещё хоть раз ущипнёшь за задницу, — Поттер дёрнул рукой, от чего голова Малфоя-младшего повторила движение, а рот открылся в немом изумлении, — или предложишь какую-нибудь ересь, — новый оборот наверняка дорогущего аксессуара вокруг кулака, так что Драко почти уткнулся своей курносой моськой в нос оппонента, — и я тебе яйца узлом завяжу. Некому будет свой Диснейленд с зоопарком в наследство передать. Пойду найду Северуса, что-то мы загостились. Гарри встряхнул кистью, отпуская белобрысого, и немного оттолкнул его. Драко обычно за словом в карман не лез и гадостей наговорить мог от души, так же, как и комплиментов, но в данной ситуации от подобной наглости растерялся, да и шея ещё чувствовала плотный зажим кожаной удавки. Фантазии только и хватило прошипеть: «Придурок!», благоразумно отступая от бешеного гостя и растирая саднящее горло. — Собака сутулая! — парировал Поттер. — Эй! Я не сутулый! — справедливо возмутился Драко, но Гарри был уже далеко и дебаты продолжать не намеревался. В просторном холле гость вежливо поинтересовался у горничной, полирующей настенные светильники, где он может найти мистера Снейпа, и направился в указанном направлении. Коридор был пуст, а неплотно прикрытая дверь кабинета давала возможность погреть уши. Находясь в стане врага, как убедился Поттер по многочисленным проявлениям недружелюбия, все средства получения информации были хороши и не зазорны. Вот только не всякая информация несла радость знания… — Северус, я всё понимаю и никогда не стану осуждать чужие предпочтения… но отчего такой странный выбор? Более противоположных людей я не встречала, вы из разных слоёв общества, у вас вообще всё разное. Ну, хорошо. Тебя привлекают молодые люди, но это же не повод тащить в свой дом не пойми кого? Раньше ты был более осмотрителен. Вдруг он мошенник или больной? — Нарцисса, остановись. Я не щенка на улице подобрал, а построил и продолжаю строить отношения с человеком, который важен для меня, — теряя терпение, попросил Снейп, но его не слушали. — Есть много замечательных молодых людей нашего круга. Вот у Ноттов, например — Теодор или у Краучей — Барти, он тоже предпочитает мужчин, — миниатюрная миссис Малфой гнула свою линию с упорством дизельного электропоезда. — Нарцисса! Барти — наркоман со стажем и психопат, сейчас по поручительству родителей находится под домашним арестом — достойнейший кандидат, а Тео Нотт готовится к поспешной свадьбе, чтобы узаконить замечательных близнецов-метисов, которых родила их помощница по хозяйству — парень занят. Вам не кажется, — Северус осмотрел притихшую чету Малфоев, — что вы излишне озабочены моей личной жизнью? — Этот парень — не самая подходящая кандидатура, — поддакнул жене Люциус. — Его зовут Гарри, — процедил Снейп, — а вы лезете не в своё дело. — Но, Северус, мы же волнуемся за тебя, дорогой! — приложила ручку к груди в трагическом жесте Нарцисса. «Ведь и правда переживает», — подумал Снейп. Переживает, но не понимает, так же, как Северус не понимал уклад семейной жизни друзей. Каждый из супругов не считал неправильным найти себе развлечение на стороне и отпить от источника удовольствий щедрыми глотками. Периодически и у Люциуса, и у Нарциссы возникали интрижки разной степени протяжённости, но при этом сплочённее и вернее друг другу людей Снейп не встречал. Как только кому-либо из семьи нужна была помощь и поддержка, они занимали глухую оборону, подключая всё влияние и деньги, вместе переступали через все преграды и трудности. Снейп знал, что и общую постель друзья до сих пор посещают. Для него такая модель была непонятна и крайне неприятна в своей личной жизни, стоило только представить, что и они с Гарри могут вот так вот уходить в загулы, а потом возвращаться домой, как ни в чём не бывало, тут же челюсть сводило от недоброго оскала — никогда! Северус слишком собственник, да и Гарри вряд ли захочет делиться с третьими лицами. — Пожалуй, наш разговор окончен, — поднялся с кресла Снейп и поставил бокал с так и не продегустированным коньяком на столик. Именно этот момент выбрал подслушивающий Гарри, чтобы обнаружить себя у двери вежливым покашливанием и тихим стуком. — Простите, что мешаю обсуждать дела. Северус, я себя что-то неважно чувствую, можно мы поедем домой, сейчас? Отъезд получился скомканным. Драко к ним не вышел — «Мы уже попрощались», — заверил всех Гарри. Старшие Малфои, изначально не чувствовавшие радость от присутствия безродного приживалы, наверно, даже обрадовались их поспешному отъезду. В машине Гарри был молчаливым и вялым, лоб пощупать дал, но от таблетки отказался и сделал вид, что задремал. Обратная дорога прошла для Северуса в тягостном молчании и угрызениях совести — зря он повёз своего мальчика в Малфой-мэнор. Дома легче не стало. Гарри бесцельно бродил, задумчивый и какой-то потухший. Ужинать отказался, хотя Снейп видел, что и в гостях он почти не ел, так только, вид делал. Вместо позднего ужина Поттер спрятался в ванной. Северус, мучаясь иррациональным чувством вины, трогать его не стал, принял быстренько душ, разобрал документы от Люциуса на первостепенные и не очень, и как только Гарри улёгся в кровать, тихой змейкой пробрался к нему под одеяло, прижался со спины и привычно уткнулся носом в мягкие, не до конца высушенные волосы на затылке своего мальчика. Гарри лежал тихо, как мышка, но Снейпа не так легко провести — он чувствовал, что никто в этой кровати не спит, любовник рядом напряжён и весь в своих думах. Знать бы, в каких. И хочется, и страшно — как надумает не пойми что! Северус вздохнул и завозился, покрепче прижимая напряженное тело к себе. — Сев? — в звенящей тишине хрипловатый от молчания голос Гарри зашумел, завибрировал в барабанных перепонках особо тревожно. — М? — насторожился дракон. — Северус, я думаю, они правы. Я действительно тебе не подхожу. Прогони меня. Я тебе жизнь порчу. — Гарри, во-первых, подслушивать нехорошо, а во-вторых, ты говоришь глупости. Кто бы что ни думал, наши отношения — только наше дело и решение, — Снейп был искренне возмущён. — Сев! Посмотри на нас! Ты — уверенный в себе, состоявшийся человек, такой красивый, — Гарри горько вздохнул, — и посмотри на меня. Я безынициативный замухрышка, как был, так и остался. — Поистине «красота в глазах смотрящего», — фыркнул Снейп в поттеровский затылок, потерся внушительным носом. — Я считал и буду считать, что мне очень повезло, не знаю уж, за какие заслуги старому дракону выпал шанс встретить замечательного, честного, нежного, невероятного мальчика, такого смелого и вкусного. Никуда я тебя не отпущу, потому что люблю! В любом случае быть нам вместе или нет, повторюсь — это наше решение. — Ты не старый и не дракон! — возмутился Гарри. — Ой, да ладно, как будто я не знаю, как меня сотрудники называют, — развеселился Снейп, пропустив тему про возраст. — Получается, я победил дракона? — Я бы сказал, покорил, — чмокнули Поттера за ухом. — Гарри Поттер — покоритель дракона. — Но Малфои… Что-то же им со стороны виднее про нас… — Малыш, послушай меня внимательно, — опять тяжёлый вздох (поистине сегодня ночь вздохов!). — Может, я и уверенный в себе сейчас, состоявшийся, как ты говоришь, но так не всегда было. Ты не особо рассказываешь о своём детстве, теперь я убеждён, что там всё было совсем не так весело, как ты пытаешься преподнести. У меня тоже есть свои скелеты в шкафу, — хорошо, что темнота в спальне, лишь немного разбавленная приглушённым шторами уличным фонарём, скрадывала не только очертания предметов, но и острое чувство неловкости, так проще обнажаться душой, вытаскивать наружу болезненные воспоминания. — Меня с одиннадцати лет воспитывал дед… — А родители? — удивился Поттер, который замер и превратился в сплошное ухо, теперь он чувствовал спиной, как напряжён Северус, они словно поменялись местами. Гарри накрыл ладонь своего мужчины, прижал поближе к животу и переплёл их пальцы. — С самого детства родители были, и их как бы не было… Дед рано овдовел, единственную дочь Эйлин, мою мать, воспитывал так себе, закопавшись в своих проблемах и бизнесе, неудивительно, что когда она в восемнадцать лет забеременела от какого-то случайного парня с рабочей окраины, был жуткий скандал. Эйлин собрала вещи и, заявив, что она знать не желает родителя, ушла к моему отцу Тобиасу. Но что такое жизнь балованной девчонки, пусть и до ужаса упрямой, не знающей особенных трудностей, и жизнь обычной домохозяйки с мужем, работающим на заводе — это две разные планеты. Эйлин была упряма, как я говорил. К сожалению, это наша фамильная черта. Она могла бы прийти к отцу, признать, что была не права, попросить помощи, вместо этого спивалась вместе с мужем, так что практически все мои детские воспоминания радостными не назовёшь. Я прятаться научился раньше, чем говорить. Когда сгорел наш дом от того, что Тобиас заснул на диване с сигаретой во рту, вытащить успели только меня, надышавшегося дыма, но вполне живого. Деду в больнице вместо одиннадцатилетнего крепкого парня выдали заикающегося заморенного зверька, боящегося открытых пространств и громких звуков. — Сев! — Гарри чувствовал, как печёт глаза, и зажмурился сильно-сильно, до красных кругов, подтащил к лицу теплую ладонь и поцеловал в серединку. Ему было так жаль маленького черноволосого воронёнка и не верилось, что из него вырос целый замечательный Снейп-дракон, совсем не страшный и великолепный. — Чшшш… Всё уже хорошо, — подули в ухо Гарри и чмокнули в висок. — Дед тоже был тот ещё фрукт, конечно, но он быстро привёл меня в порядок. Он жалел, что за все эти годы даже не поинтересовался, как мы живём, но я его не виню. Мне даже иногда кажется, что за все неприятности в детстве я получил шикарный транш в жизни. Вот теперь ещё тебя встретил, и стало всё совсем замечательно. А тогда дед приложил все усилия для моей социальной адаптации — врачи, психологи, личные учителя. В двенадцать лет я выровнялся по учёбе и увлёкся, оказалось, что это достаточно интересно. Потом Персиваль, мой дед, начал таскать меня по своим знакомым, вводить в круг, так сказать. Семейство Принц не такое древнее, как Малфои, но тоже с историей. Естественно, отпрыски бизнес-элиты с аристократическими корнями не ждали меня с распростёртыми объятиями, никто знаться не хотел, и только Люциус, которому было уже шестнадцать, взял надо мной шефство, мы сдружились на удивление крепко. Гарри, малыш, пойми, Люц и его семья много для меня значат, но они не вправе решать, с кем мне лучше! Мне не нужен напыщенный балованный сынок богатых родителей или жеманный мальчик-девочка, мне нужен и важен ты. Поверь, пожалуйста! — Верю, — Поттер не выдержал и всё-таки засопел носом, расклеился, уткнувшись в тёплую ладонь. — Ну вот, мой мальчик опять солёный! Гарри перекатили, сцеловали влагу с глаз и снова прижали только уже лицом к себе. — Сев, а что было дальше? — А дальше уже неинтересно, — отмахнулся Снейп. — Окончил школу, потом высшую школу экономики с отличием, потом дед бросил меня на освоение высот семейного бизнеса, годы становления и личностного роста. Семь лет назад Персиваль тихо умер во сне на восемьдесят седьмом году жизни, и я остался опять без семьи. — Теперь у тебя есть я и Хедвиг, — заверил его Гарри. — Хочешь, кота заведём или ёжика? Он будет фыркать и смешно топать по ночам. — Не надо ёжика! У меня есть кому фыркать и топать по ночам! — притворно испугался Северус. — А меня запирали в чулане под лестницей, так часто, что я, наверное, больше времени проводил там, чем в своей комнате, — признался Гарри. — Я не боюсь пауков, потому что они классно умеют слушать, и боюсь собак, потому что они кусаются больно. — Ты поэтому осваивал акробатику на деревьях? — И поэтому тоже, — признался Поттер. — Дадли, мой кузен, обладал своеобразным чувством юмора, и дружки у него были под стать, а я мелкий, юркий на пересечённой местности меня было не догнать, если только специально засаду не устроить. Знаешь, что самое смешное? — Что? — Северус не видел повода для смеха. — Я в прошлом году случайно встретил Дадли в городе… Ох, как я в детстве мечтал, что вырасту большим, сильным и поколочу всех-всех своих обидчиков, особенно Дадлика. А когда увидел его, как-то даже жалко стало… Он такой толстый стал, как дядя, и выглядит ужасно — потный, с одышкой. — А чего его жалеть? — Представляешь, он, наверно, и члена своего никогда сверху не видел из-за пуза! — Пф-ф! — подавился Снейп воздухом и искренне расхохотался. — На этой ужасной мысли предлагаю завершить вечер воспоминаний и заесть его чем-нибудь вкусным! У нас ещё остался мясной пирог, который ты готовил вчера, и полведёрка ванильного мороженого. Гарри согласно булькнул пустым животом. Как хорошо, что они с Севом поговорили обо всём, теперь нет больше недосказанности, а Малфои — ну, что ж, всем мил не будешь, не сто евро. Чуть позже, поджимая пальцы ног от того, что босиком на холодном полу стоять не очень, они ели из общей тарелки руками разогретый в микроволновке вчерашний пирог, освещённые только подсветкой над варочной панелью. Подбирали рассыпчатую начинку и запихивая её в рот друг другу, облизывая чужие пальцы случайно и нет. Ни одно самое изысканное блюдо, приготовленное самым признанным поваром, не могло поспорить с их нехитрым поздним ужином. Чтобы Гарри совсем уж не замёрз, не имея сил отказаться от любимого мороженого, Северус подсадил любовника на высокий кухонный стол и пристроился у него между ног. Снейп не большой фанат сладкого, но ни за что бы не отказался пробовать его вот так — давая своей рукой мальчишке полную ложку лакомства, выжидая пару секунд, когда оно подтает у того во рту, чтобы потом со всей внимательностью и жадностью целовать, ощущая холодную ваниль на толкающемся в ответ языке. Сладкий малыш! Вкусно! Липкая капелька не удержалась в уголке полных губ, поползла по подбородку. Гарри запрокинул голову, давая ей перетечь дальше на горло, посмотрел совершенно развратными кошачьими глазами на Снейпа так провокационно, что тот рыкнул совсем как положено приличному дракону, припадая к изысканному лакомству. — Лишнее! — отрываясь от сладкого искушения, пробормотал Северус и стянул с Гарри футболку для сна. Следом Поттер лишился боксеров, но и не думал возражать, потому что в рот ему тут же сунули полную ложку мороженого. Гарри в долгу не остался, зачерпнул пальцем подтаявшее лакомство из ведерка и закрыл им свой сосок, мелкие мурашками от контраста температур разбежались во все стороны, добавляя пикантности. Шалость удалась — Снейп зашипел сквозь зубы и широким мазком слизнул угощение, следом прикусив торчащую вершинку. Гарри издал порностон, готовый поспорить с криками самых лучших теннисисток мира, и оплёл своего дракона ногами. Ткань, оставшаяся на Северусе, воплощала досадное недоразумение, потому юркая ладонь, пробравшаяся между животами, потянула резинку вниз, спуская бельё и давая свободу очень важной части Снейпа. Поттер ёрзал на самом краю стола, с энтузиазмом оплетя всеми конечностями своего мужчину, толкаясь текущим членом в член Сева и скуля на одной ноте от перевозбуждения. Искать смазку, когда пульс пробивает виски, естество вот-вот взорвётся от нетерпения, а Гарри почти прилип к нему, сам липкий и сладкий, как мороженое, только горячий, было выше любых человеческих сил. Отстранившись от Гарри, Снейп стащил его со стола, поцеловал, желая сожрать от жадности и вожделения, так глубоко, что убедился — с гарриными гландами всё в порядке, и развернул его, толкая недвусмысленно на столешницу. О, Поттер хорошо знал и любил эту игру «поломай очередной стол», этот, кстати, они ещё не «обновляли». Развратный мальчишка оглянулся, облизывая свои сочные не успевающие высыхать губы, и со вздохом предвкушения прогнулся в спине, шире расставив ноги, ещё и задницей повилял — приди и возьми меня! Снейп навалился на ожидающее удовольствие тело, распластал по столу, прижался к спине, чтобы и воздуха между ними не осталось. Член привычно улегся между половинок восхитительной задницы — знает своё место, прильнул плотно-плотно. Гарри всхлипнул, прогнулся ещё сильнее, ему не хватало трения, контакта в самом чувствительно месте у колечка ануса, которое сокращалось и подрагивало от нетерпения. Вопрос с поиском смазки становился всё более актуальным… Северус подтянул поближе ополовиненное ведёрко с подтаявшим мороженным, и вот чего совсем уж не ожидал Гарри, так того, что на разгорячённую кожу чуть ниже копчика плюхнется холодная масса, медленно сползая по рельефу, поднимая короткие волоски дыбом и простреливая электрическими импульсами в подрагивающие ноги. То, что дальше творил с ним дракон, Поттер запомнил смутно. Его обмазывали и вылизывали, пропихивали горячий язык вместе с очередной порцией холода в приоткрытую дырочку, засасывали по одному и вместе поджавшиеся, твёрдые, как орех яйца, пережимали у основания член, стимулируя губами лишь мокрую от предсемени головку. Гарри сорвал голос до хрипа и шипения, когда наконец-то получил в себя самый желанный и любимый член. Для логического завершения процесса, ведущего к общему удовольствию, много времени не понадобилось. Поттер кончил первым и обмяк на столе, принимая в себя последние мощные рывки Снейпа за удовольствием. Клеймящая огнём сперма пометила драконью собственность в очередной раз, не вместилась целиком внутри и с сокращением сходящихся мышц каплями засочилась наружу. Северус, довольно жмурясь, прижался пахом и опавшим членом к покрасневшей коже вокруг вылизанного и вытраханного места, сильнее размазывая, втирая свой запах, по-звериному, на инстинктах — чтобы все знали, чья эта сучка, и принялся вылизывать шею Гарри, накусанный загривок, щёку и ухо, неосмотрительно повёрнутое в его сторону, краешек расслабленных припухших губ, зажмуренный глаз — всё, что попадалось на пути. Нежил своего мальчика, пока тот не начал посапывать, похоже, намереваясь спать прямо тут, вися на столе. — Малыш, так дело не пойдёт, — неохотно и довольно болезненно отлипая от своего золотка, Северус принялся тормошить его, пытаясь добиться осмысленного взгляда. Не получалось, слишком уж день и ночь оказались насыщенными на эмоции. Практически дотащив на себе зевающего во весь рот, липкого, с текущей задницей Поттера до душевой кабины и забравшись с ним, чтобы сокровище ненароком не расшиблось со сна, Снейп со сноровкой опытной сиделки вымылся сам и отмыл Гарри, который больше мешал, чем помогал. Экспрессивный экспромт у холодильника окончательно убрал напряженные нотки между ними, и зверь внутри цивилизованного хомо сапиенса был сыт и благостен, обнимая под общим одеялом своего человечка. Гарри завозился, мокро чмокнул Снейпа в грудь, туда, где успокаивающе-размеренно билось сердце, и сонно пробормотал: — Сев, вот что ты наделал? … — Что? — У меня теперь будет вставать от одного запаха ванильного мороженого. — Это же замечательно! Я буду этим пользоваться, — коварно пообещал змей. — А если это произойдет в магазине или кинотеатре. Ужас какой… — проворчал Поттер сквозь зевки и заснул раньше, чем успел оценить весь масштаб страшной перспективы.