Eternity without you.

После завтрака все перебираются в гостиную, разговаривая о разном. На удивление Питера, Стрэндж и Локи нашли общий язык и теперь спорили о магии, демонстрируя то, с чем не согласны. Сам Паркер говорит с Пеппер и Тором о новом Асгарде и молоте, который уже давно интересует его, но спросить как-то ранее не получалось. Где-то в середине разговора он замолкает, думая о том, что сказал бы Старк, увидь эту картину? Два мага сидят в креслах напротив друг друга, а они втроём располагаются на диване. Не хватает только Стива, но тот с самого утра куда-то пропал, даже не предупреждая. Сказал бы Тони что-то саркастичное или язвительное? А, может, наоборот, присоединился бы к какому-то разговору? Смотрел бы с наигранной обидой и раздражением или с теплотой и усталостью? Или опять бы завёл тему: «кража моего карапуза»? Честно, его бесят эти прозвища, но от них так тепло становится внутри, от чего он ворчит для вида, зная, что это не прекратится. Только вот… прекратилось всё в один миг, когда никто не смог помочь, когда Судьба превзошла себя по предоставлению боли им, людям, любившим этого человека. Разве это справедливо, лишать их героя и гения, что меняет мир в лучшую сторону даже сейчас? Нет, несправедливо, но кому есть до этого дело? — Пит! — долетает до него откуда-то издалека, из-за чего Паркер вздрагивает, глядя на Локи перед собой. Кажется, он погрузился в свои мысли слишком глубоко, раз на него направлены такие обеспокоенные взгляды всех присутствующих в комнате, — Что случилось? — Н-ничего. Простите, — запнувшись, бормочет Питер, снова вздрагивая, но уже от того, как надломленно звучит его голос. Почему мысли о Старке всё время лезут в голову, когда ему это не нужно? Почему, чёрт возьми, у него не получается забыть и оставить всё в прошлом? Почему он так сильно его любит?! — А если честно, ребёнок? — спрашивает Тор, глядя на него пристально, — Потому что, когда ничего не случается, то не выпадают из реальности. — Я просто задумался, Мистер Одинсон, — честно отвечает Паркер, правда, не полностью, ведь не стоит им всем знать, что все его мысли занимает один человек. Да и обо всём остальном тоже. — Всё нормально, милый. Мы просто переживаем, — выдыхает Пеппер, зарываясь пальцами в его кудряшки, а после смотрит на часы, — Ой. Нам уже пора, если ты не передумал. — Нет, конечно. Пойдём, — с улыбкой говорит парень, цепляясь за возможность отвлечься от всего, — Всё хорошо, правда. Не стоит беспокоиться. И, Стефан, приходите почаще. Мне интересно слушать ваши разговоры про магию. Был рад вас встретить после всего. Питер быстро встаёт с дивана, успевая обнять дезориентированного Лафейсона, и убегает к лифту, около которого нетерпеливо притоптывает, пока ждёт Мисс Поттс. Наверное, это и правда, удивительно, что кто-то так рвётся работать, ведь это читается на лицах всех взрослых, из-за чего он посмеивается, глядя на них. В груди зарождается надежда, что вот оно, его успокоение и дом. Да, больше нет Человека-паука, но для них это неважно, ведь не костюм и псевдоним делали его героем, а то, что спрятано глубоко внутри.

***

Проходит месяц. Спокойный и относительно приятный месяц. Днём Питер пропадает на рабочих этажах Башни, помогая стажёрам, учёным и Пеппер. Та, кажется, только рада, что это вытягивает ребёнка из панциря и депрессии, да и ей становится легче, ведь теперь всё управление на ней. По крайней мере, пока Паркер не станет совершеннолетним. Только тот против всего этого, что и сказал прямо, когда у них состоялся серьёзный разговор на эту тему. Правда, после всё перешло не туда, из-за чего внутри снова появился страх. Да и как здесь не бояться, когда твои чувства оказываются не такими уж и тайными, как ты думал? Он уже успел придумать пятнадцать способов побега, когда его мягко обняли со словами, что всё хорошо. Хорошо? Какое хорошо?! Как что-то может быть нормальным в такой ситуации? Но Пеппер успокоила, говоря, что почти с самого начала всё знала. Только слепой бы не заметил этого, а она таковой не являлась. В тот вечер они говорили, кажется, обо всём на свете, лёжа на широком диване в гостиной. Тогда-то ему и объяснили, что этот брак был не от великой любви, а потому что обоим так удобнее. Пресса не достаёт, люди не липнут с расспросами и всем остальным. Поэтому и причин для злости и ревности у неё не появится, а, скорее, даже наоборот. Добавятся переживания за ребёнка, к которому все жители верхних этажей привязалась, особенно два Бога и Стрэндж, что что-то скрывает, но приходит почти каждый вечер на пару часов, чтобы проверить успехи своего ученика. Да, Питеру слишком понравилось слушать про магию и порталы, из-за чего однажды в шутку ляпнул: «вот бы и мне так уметь». Кто же знал, что Локи и Стефан загорятся этой идеей и начнут обучать его порталам. Всё-таки в их мире лучше иметь при себе любые средства защиты, как этот, например. И вот, вчера он, наконец-то, смог создать свой первый портал. В гостиной были только пять человек. Ну, как человек? Пеппер, Локи, Тор со Стефаном и Кэрол, что с недавних пор появлялась в Башне. Все как-то быстро приняли её в свой круг, потому что лишних друзей не бывает. Питер любил, когда она рассказывала о своих миссиях в космосе, хоть и боялся этого места с некоторых пор. Да, рассказы и разглядывание звёзд с крыши Башни мог ещё вынести, но не в приближенном варианте. Когда все расселись, Питер встал посреди комнаты, пытаясь сосредоточиться. Ругать бы за неудачу никто не стал, но хотелось показать, что он хороший ученик. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, Паркер стал делать нужные пассы руками, не сдерживая широкой улыбки, когда появились яркие искры, открывая портал на крышу соседнего здания. — Мы и не сомневались в тебе, ребёнок, — почти хором и как-то гордо произнесли все, вставая и обнимая его, от чего по этажу разнёсся звонкий смех. Здесь Питер снова научился смеяться и быть любимым, даже если это немного не та любовь, которую он хотел. От этой внутри тоже тепло и сладко, также, как и от искренних улыбок, что предназначены ему. Сначала Паркер думал, что только с Локи они смогут помочь друг другу, помаленьку выбираясь из лап отчаяния и боли с депрессией, но, оказавшись здесь, понял, что у всех всё ещё открыты раны, которые не могут затянуться. В итоге регенерация стала групповой, что радовало. Даже, некогда ненавидящий всё людское, Лафейсон теперь помогает с готовкой и документами, когда Пеппер и Питер приносят их на жилые этажи. После он подключил ко всему этому и Тора, что сначала ворчал, но быстро согласился. Обычно, как только они заканчивали с бумагами, начинался совместный просмотр фильмов, к которому подтягивались Кэрол с Стивом. И всё было прекрасно, но в такие вечера на Паркера накатывала грусть от воспоминаний, поэтому он подкатывался под бок к Поттс или Локи, начиная засыпать. В одиночестве ещё тяжело спать без кошмаров, а так чьё-то присутствие спасало. Это, кажется, поняли все и давно, так что спокойно давали провалиться в сон и относили на кровать, накрывая одеялом. Для них Питер стал маленьким героем, ребёнком, что смог оживить дом, который теперь можно называть таковым, и они не позволят больше сломать или сломаться ему самому.

***

Сегодня должен был быть один из таких же спокойных дней. Только всегда есть это маленькое «но». Пока он спокойно перебирает документы в кабинете Пеппер, телефон начинает вибрировать, сообщая о сообщении. Интересно, кому мог понадобиться простой парень? Мистер Харрингтон: «Ребята, завтра в девять у нас бесплатная поездка в новый планетарий. Отсутствие может быть только по причине того, что вы не в стране. Эта поездка будет занесена в характеристику, поэтому постарайтесь вести себя прилично. Быть около школы в половину девятого.» «Чёрт, чёрт, чёрт, » — проносится в мыслях, пока руки машинально блокируют телефон. Кто, чёрт возьми, додумался это сделать? Им мало было провального тура по Европе? Теперь решили здесь его прибить? И ведь не скажешь, что не в стране, потому что проверят и испортят характеристику, а ему нужно всё идеальное, чтобы поступить на заочное в МИТ. — Что случилось, милый? — тихо спрашивает Пеппер, стоя за его спиной, от чего он вздрагивает, ведь не заметил, как она вошла. — Меня решили добить, — вздыхает Питер, откидывая телефон на диванчик, и смотрит на неё со слабой улыбкой, — У нас завтра поездка с классом в планетарий. Представляешь? Обязательная, иначе в характеристике укажут что-то по типу «асоциален и не участвовал в жизни класса». Или как там у них это делается? После тура и всего остального ко мне и так слишком пристальное внимание было, но здесь мне повезло, что летние каникулы длинные. Только зачем всё это? — Ох. Наверное, так они пытаются вытащить вас из ваших «панцирей». Большинство ведь сейчас замыкаются в себе. Особенно, как открылся обман Мистерио. Все надеялись и верили, что у них появился новый народный герой, но, что они получили? — чуть хмурится Поттс, садясь рядом с ним и приобнимает за плечи, — Он оказался очередным злодеем, добравшимся до власти. А затем потеряли и Человека-паука. Люди боятся. Дети тем более. Поэтому директора школ, университетов и детсадов проводят такие вот акции. Остальные им помогают в этом. Правда, место они выбрали ужасное для тебя. — Я согласен с тобой, но… ты думаешь, что Человеку-пауку нужно вернуться? — тихо спрашивает Паркер, обнимая её и утыкаясь носом в плечо, — Придётся поехать, наверное. — Думаю, что тебе лучше об этом поговорить с Локи, потому что я буду всегда на твоей стороне, что бы ты ни выбрал. Ну, если это не смертельно, — улыбается Пеппер, зарываясь пальцами в волосы парня, — Что думаешь насчёт какао и какой-нибудь комедии? — Хорошо. Позже поговорю с ним. А про остальное… — он делает вид, что думает, но улыбается и кивает, — Только за. Уже поздно вечером, когда все разошлись по комнатам, Питер сидел на крыше Башни, разглядывая город. В темноте это зрелище завораживает, не давая оторваться, да и желания нет это делать. Всё-таки к такому виду несложно привыкнуть, но окончательно насладиться невозможно. Когда-то он был частью этого, летая на паутине, а теперь этого нет. — Пеппер сказала, что ты хотел со мной поговорить, — негромко звучит сзади, пока на плечи опускаются ладони, — О чём? — Хм, так сразу? Вдруг это деликатная тема, и мне нужно настроиться, чтобы заговорить об этом? — спрашивает Паркер, слыша, как тот садиться за ним, поэтому ложиться на спину, кладя голову ему на колени, — Дежавю прямо. — Да, только крыша другая, — кивает Локи и поднимает глаза к небу, где неярко сияют звёзды, — Так что это за деликатная тема? Надеюсь не биология, а то я не тот, кто может объяснить физиологию. Питер замирает на мгновение, пытаясь осознать его слова, и заливается тихим смехом, прикрывая лицо ладонями. — Боже, нет. Совсем нет. Я и так знаю, что да как. Фуф. Я хотел поговорить о завтрашнем походе в планетарий с классом. Присутствие обязательно, поэтому не знаю, что делать. — Хм. Раз обязательно, то придётся идти, но будь на связи, хорошо? Причём со всеми нами. Потому что кто-то может оказаться на внеплановом задании, — серьёзно говорит Лафейсон, опуская взгляд на него, — Это весь вопрос? — Нет. Мы сегодня с Пеппер говорили о разном, и речь зашла о Человеке-пауке. Думаешь, мне нужно вернуться? Люди, по сути, остались без защиты, — вздыхает Паркер, разглядывая небо. Где-то там, среди огромного количества звёзд, есть проклятая планета, название которой ему бы хотелось не знать, но оно будто выжжено на подкорке, вспыхивая неоном в редких кошмарах. — Только, если ты готов. В другом случае не стоит этого делать. Ты месяц сидел только в Башне, поэтому, давай, поговорим об этом завтра, когда ты приедешь домой? — задумчиво шепчет Локи, перебирая его волосы, что приятно пружинят кудряшками. Наверное, это стало их общей привычкой, ведь всё время кто-то касается волос подростка, а тому, кажется, это только нравится, потому что ластится к ладоням, — Тебе стоит поспать, чтобы не быть зомби завтра. — Побудешь со мной? — Куда же я денусь? — закатывает глаза он, вставая на ноги. — Не делай вид, будто тебе не нравится, — фырчит Питер, потягиваясь, и довольно улыбается, делая портал. — А, может, это так? — ворчит Лафейсон и бормочет себе под нос что-то о наглых подростках, пока заходит в его комнату.

***

— Кажется, сила любви и правда, помогает, — удивлённо говорит Стрэндж, вглядываясь в показатели. — А то. Что там? — По сути, твои показатели соответствуют показателям здоровых людей. Так что можешь вставать, но медленно. Пара дней уйдёт на разминку мышц, и всё. Только осторожнее с правой стороной, ладно? А то моя работа пойдёт насмарку, чего допустить нельзя, — усмехается Стефан, протягивая ему руку, чтобы тот смог зацепиться за него, пока осторожно встаёт. — Поверить не могу. Такое чувство, что я снова родился. — В какой-то степени так и есть. Твоё сердце остановилось на пару минут, иначе бы Питер так не убивался столько времени. Не завидую я тебе, Тони. Он ведь убьёт тебя, когда узнает. — Да нет. Паучок не такой. Не такой ведь, да? — как-то настороженно произносит Старк, делая пробный шаг. — Ну, если он тебя закинет куда-нибудь порталом, я смогу найти, наверное. Если будут другие способы, то даже не знаю, — смеётся Стрэндж, расслабленно выдыхая, когда видит, что Тони может нормально, хоть и медленно, идти, — С возвращением. — Боже… Почти год прошёл.

***

Кто придумал проводить такие мероприятия с утра? Да, для многих девять — не рано, но не для тех, кто любит поспать. Питер и рад бы провести всё утро в постели, но Локи просто спихивает его с кровати, когда мелодия будильника начинает раздражать. Они снова уснули вместе, что стало довольно частым явлением для них и причиной ревности у других. Точнее у одного конкретного Бога, который пытается тщательно это скрывать, но Паркер и сам это испытывал когда-то, поэтому один разговор с Тором, где он всё ему объясняет и даже предлагает помочь с Лафейсоном, устраняет проблему. — Я тебя прибью. Нет, закину в Африку. Хотя, ты умеешь делать порталы. Тогда расскажу твоему брату, что ты меня покалечил, — пытается придумать месть Питер, пока встаёт с пола и потирает ушибленную ягодицу, — Говорили мне, не ведись с Богом обмана, так нет. Повёлся и теперь страдает моя задница. — Ты любишь меня, так что не ной, а собирайся. Кэрол подвезёт тебя, — фырчит Локи, снова утыкаясь носом в подушку, и через несколько минут слышится тихое сопение, от чего парень не может сдержать улыбки. И правда, любит. Как и остальных из их странной компании. Только с Роджерсом у них не такое уж близкое общение, да он и не навязывается к нему. Зачем? Захочет, сам придёт. Фанатское желание узнать кого-то из Мстителей давно уже пропало, поэтому бегать за кем-то Паркер не собирается. Правда, бежать всё-таки придётся, но уже за другим, а то снова опоздает.