Под защитой оборотня

      Гермиона чувствовала себя очень хорошо, ей совсем не хотелось подниматься с Драко, она была готова проспать так всю ночь. Она точно знала, что ему не очень удобно, просто он ей не говорит. Грейнджер приподняла голову и уже открыла рот, чтобы поблагодарить мужа, но в этот момент ощутила сильную боль в низу живота. — Ой… опять, — пропищала она, скатившись с мужчины и схватившись за живот. — Опять… — растеряно повторил Малфой, со страхом гладя на жену, которая теперь лежала на боку с перекошенным от мучений лицом. — Стела, держись, я сейчас позову Адама, — Драко моментально вскочил с постели. — Ага, — едва слышно протянула Гермиона, снова ощутив сильный спазм.        Где-то краем уха она услышала хлопок, когда в спальне появился эльф, выслушав приказ хозяина, он тут же ушёл. Она заметила, как Малфой влез в свои пижамные штаны и стал искать футболку. Гермиона подумала, что ей тоже было бы неплохо надеть ночную рубашку, но сильные боли не давали ей возможность пошевелиться, она даже расстроилась, что не потеряла сознание. В прошлый раз, она быстро отключилась, а когда пришла в себе, чувствовала только слабость.       Прошло от силы минуты три, как ушёл эльф, он быстро справился с заданием, потому что вспыхнул камин и в комнату прошёл целитель Флинт. Первым делом он быстро поздоровался с хозяином дома, а затем перевёл взгляд на его жену.       Грейнджер ясно осознала, что не стеснялась своей наготы, больше всего ей хотелось, чтобы неприятные ощущения прекратилась, а помочь ей мог только колдун-медик. Он подошёл к ней и сразу стал махать волшебной палочкой. Боль тут же начала утихать, а через минуту ушла совсем. — Всё нормально? — спросил Драко, прочитав спокойствие на лице Адама. — Да, ребёнок снова вырос, — подтвердил целитель. — Мой анализ показывает, что срок уже восемь месяцев, — он посмотрел в глаза Стеле. — Судя по тому, что малыш сильный и здоровый, он может появиться на свет уже через две или три недели. — Быстро, — проговорила Гермиона, она ощутила себя лучше, уже могла спокойно двигаться и укуталась в одеяло. — То есть получается, если ребёнок ещё один раз резко вырастет, то сразу могут начаться роды? — Да, если это случится, то, скорее всего, так и будет, — согласился колдун-медик. — Адам, а… — начал Малфой и замялся, почувствовав себя очень неловко. — Скажи мне честно: занятия сексом могут влиять на резкий рост малыша? — всё-таки решил прямо спросить он. — Я догадался, что вы занимались сексом, и после этого Стела почувствовала, что ребёнок снова вырос, — Флинт перевёл взгляд на Гермиону, она не сомневалась, что залилась краской. — Во время беременности у многих женщин повышается либидо и им хочется секса, в этом нет ничего страшного, напротив это полезно для малыша, — Драко уже открыл рот, чтобы задать ещё один вопрос, но целитель опередил его. — Да, ты скажешь, что у вас особый случай, отчасти ты прав, но в тоже время, если Стеле хочется, не отказывай ей. Если даже ваши «физические упражнения» сказываются на плоде, я не вижу изменений к худшему, скорее наоборот. Как я уже сказал, ребёнок крепкий и здоровый, думаю, он таким и родится. — Надеюсь, ты прав, — протянул Драко, но всё-таки слова Адама немного успокоили его.        Колдун-медик велел в случае повторения скачка роста у ребёнка сразу звать его, а он уже поймет: начались роды или нет.       Когда Флинт ушёл, Гермиона встала с постели, она чувствовала небольшую слабость, но не такую, как раньше, она надела халат и направилась в ванную. — Я в порядке, правда, в этот раз всё закончилось куда быстрее, и боль была не такая сильная. А ты даже не думай отнекиваться от своих супружеских обязанностей, — она строго пригрозила Малфою, проходя мимо него. — И я не шучу. — Я и не думал, просто нам надо быть более аккуратными, — усмехнулся Драко. — Нарциссу сейчас лучше не беспокоить, — вспомнила о ней Грейнджер. — Я тоже так считаю, расскажем ей об этом происшествии завтра утром, — согласился Малфой.        Гермиона кивнула и вошла в ванную, как только она закрыла дверь, то не смогла сдержаться и засмеялась, вся эта ситуация показалось ей довольно-таки комичной. Посмотрев в зеркало, она развязала пояс халата и стала разглядывать свой живот, было хорошо видно, что он сильно вырос.        Спустя десять минут она вернулась в комнату, Драко лежал на постели и смотрел в потолок. Когда Грейнджер подошла к кровати, она уже была в ночной рубашке, они встретились взглядами и улыбнулись. Сейчас они всё сказали друг другу без слов. — Всё хорошо? — на всякий случай спросил Малфой. — Да, — заверила его Гермиона, устраиваясь как можно удобнее, а затем положила руку на свой живот. — Для нас самое главное, что малыш здоров и скоро родится. Скорее бы уже, я так хочу посмотреть на него, и взять на руки. — Я тоже, — понимающим тоном произнёс хозяин дома и погладил её живот. — Ты точно в порядке? — он опять забеспокоился. — Да, я просто устала и хочу спать, — зевнула Гермиона.        Драко тоже чувствовал себя вымотанным, но он уже не волновался так сильно, видел, что жена нормально себя чувствует. Накрывшись одеялом, они оба быстро заснули.        Утром Малфоя снова разбудили стоны Стелы, он постарался быть с ней очень нежным, чтобы удовлетворить её и не причинить никакого дискомфорта. Грейнджер оценила старания мужа и была ему благодарна. В прекрасном настроении они спустились на первый этаж.        За завтраком Гермиона рассказала Нарциссе, что ребёнок снова вырос. Как она и думала, эта новость сильно напугала свекровь. — Почему вы не сообщили мне об этом ночью? — обиделась леди Малфой, глядя на сына. — Мама, понимаешь… — впервые за долгое время Драко не мог подобрать слова, и не осмеливался посмотреть ей в глаза. — Это я решила вас не беспокоить, — объяснила Грейнджер. — На этот раз боль была не такая сильная, и всё быстро закончилось. Когда мистер Флинт осмотрел меня, я поняла, что уже нормально себя чувствую, и мне хотелось только спать. — Это хорошо, — медленно произнесла Нарцисса, переводя взгляд с невестки на сына. — Значит уже через две или три недели я стану бабушкой, — она улыбнулась. — Думаю, пора заняться детской комнатой. Вы уже решили, где хотите её устроить?        Мужчина пожал плечами, поняв, что даже не думал об этом. — Для меня главное, чтобы детская была рядом со спальней, — ответила Гермиона. — Тогда нужно сделать детскую напротив вашей комнаты, — предложила леди Малфой. — Сегодня же этим займёмся, сразу после завтрака.        Драко был согласен. Пока он не ушёл в порт, вместе с женщинами поднялся наверх и посмотрел помещение, что было напротив спальни его жены. Эту комнату тоже приготовили для Стелы, но она выбрала другую. Малфою понравилось, что предлагали его мать и жена. Перед тем, как он покинул поместье, Нарцисса заверила сына, что когда он вернётся домой, уже не узнает эту спальню, она станет настоящей детской.        Не прошло и получаса после ухода Драко, как в Менор пришли Андромеда с Тедди, они с радостью стали участвовать в перестановке в комнате. Миссис Тонкс сразу заметила, что живот Гермионы вырос, ей рассказали, что случилось ночью. — У Доры ничего подобно не было, — в который раз повторила она, когда все сидели в комнате и смотрели, как эльфы переставляют мебель. — Её беременность протекала обычно, ребёнок рос постепенно. — Она была метаморфа, — не без зависти произнесла леди Малфой, глядя на невестку. — А Стела, такая молодец, столько уже выдержала, — в её тоне слышалась искренняя похвала. — Думаю, мне осталось пережить ещё один резкий скачок роста малыша, а затем сами роды, — Грейнджер протянула руку к столу, где лежали детские вещи, и взяла свитер. — Скорее бы уже.        Женщины кивнули, глядя на неё с пониманием.        В течение дня Гермионе не удалось нормально заняться зельями или чтением, она почти всё время находилась в комнате, которая уже была похожа на детскую. Она встала около окна и задумалась, что уже скоро станет матерью, она вдруг поймала себя на мысли, что беременность пролетела для неё быстро, несмотря на все трудности. Теперь ей надо больше думать о том, как она будет заботиться о своём малыше, потом воспитывать его. Грейнджер не сомневалась, что Нарцисса, Андромеда, эльфы, и даже Тедди помогут ей с ребёнком, не говоря уж о Драко, но ведь это же она будет кормить его грудью. Она вспомнила, как в больнице некоторые женщины рассказывали, что это неприятный процесс и грудь потом болит. Гермиона вздохнула, стараясь представить, что она будет чувствовать в этот момент. Ей захотелось поговорить об этом с Кристиной, но у подруги сейчас смена в больнице, Эйдес подменяла заболевшую медсестру. Грейнджер решила, что завтра обязательно обсудит это с лучшей подругой.

* * *

       В порту уже находился Забини, когда там появился Малфой, он сразу поведал другу, что вчера случилось со Стелой. Пока он рассказывал, пришёл Нотт.       Толком поговорить друзья не смогли, на работе сегодня было много дел, к ним через каждые десять минут заходили начальник порта и его подчиненные. Так же мужчинам пришлось ещё несколько раз переноситься в мэрию, у Брендана возникли вопросы по некоторым предприятиям. Драко как раз был с Тьюли, когда в порт пришёл Акциан, он его так и не увидел. Блейз потом поведал, что МакГрэйди выглядел спокойным и уверенным в себя, теперь оставалось только ждать, что он расскажет завтра, после того, как уже побывает в борделе.        Вечером Малфой вернулся домой, и к своему удивлению не обнаружил никого в гостиной, он сразу пошёл на второй этаж. Идя по коридору, он услышал голоса, когда вошёл в комнату, застыл на пороге. Он не ожидал, что за несколько часов спальня так резко изменится и будет похожа на детскую комнату из книжек. Стены стали светлыми, все разрисованные картинками: солнцем, цветами и животными, на полу положили бежевый мягкий ковёр, рядом с окном стояла колыбельная, около неё кресла, где сидели женщины с Тедди, а с другой стороны пеленальный столик. Около стены поставили гардероб, он был заполнен детской одеждой разных цветов. — Сынок, тебе нравится? — спросила Нарцисса, заметив его. — Да, всё очень красиво, — ответил Драко, подойдя к гардеробу, он стал рассматривать одежду. — Мы почти не сомневаемся, что это будет мальчик, — сказала Гермиона, поднявшись с кресла и встав рядом с мужем. — Но так, на всякий случай, положила разную одежду. — Вы всё правильно сделали, — кивнул Малфой. — Уже пора ужинать, — переведя взгляд на часы, сказала Нарцисса. — Сынок, ты ещё успеешь рассмотреть комнату, а сейчас пойдём вниз.        За ужином Гермиона заметила, каким странным выглядел её муж, но она не смогла сразу расспросить его, за едой обсуждали другие темы, а потом он ушёл наверх, а она осталась в гостиной, чтобы ещё немного поговорить с Андромедой и Тедди. Когда гости покинули поместье, она сразу поднялась в детскую, ей нужно было удовлетворить своё любопытство.

* * *

       Как только Драко поел, он не просидел с тётушкой и племянником и пяти минут, он извинился перед ними, сославшись на усталость, и поспешил уйти на второй этаж. У него появилось непреодолимое желание внимательно рассмотреть комнату, которую переделали для его ребёнка. Когда Малфой вошёл туда, он снова застыл на пороге, тщательно разглядывая помещение, определённо, — это была самая светлая и красивая спальня во всём поместье. Он вошёл внутрь, пристально изучил стены и мебель, а затем подошёл к гардеробу, ему захотелось посмотреть на одежду.        Все вещи были разных цветов, почти все для мальчика, но что поразило Драко, так это их размер, он считал, что они слишком крошечные. Скорее эта одежда подходила кукле, а не ребёнку. Необычное чувство скрутило живот мужчины, ему показалось, что его сердце будто забилось по-новому, но как-то слишком быстро, словно вышло из-под контроля.        Он несколько минут простоял около гардероба, держа в руке зелёный маленький свитер. Его взгляд лихорадочно метался от крошечных отверстий для рук к небольшому пространству для туловища. Ткань была мягкой и тёплой, наверняка, малышу в ней будет комфортно, но разве ребёнок будет таким маленьким? Зубы Малфоя скрежетали друг от друга, а мозг словно закоротило, повторяя лишь одно слово: крошечный. Он чувствовал, что его заело словно он старая пластинка, но не мог ничего поделать с собой. Да, Драко знал, что ребёнок будет маленьким, он читал об этом в книгах, и просто видел детей, которые недавно родились, но с чужими младенцами всегда другие ощущение, нежели со своей плотью и кровью. Настоящий человек через несколько недель наденет этот свитер, который казался микро-маленьким в его огромных ладонях. Он попытался втянуть воздух, но лёгкие словно сдавило. Вдруг Малфой понял, что для него это всё стало слишком неожиданно. Он приказал себе успокоиться, но у него не получилось, чувство паники охватило его. Он положил свитер обратно на полку в гардероб, на негнущихся ногах подошёл к креслу и опустился в него.       «Почему я сейчас так испугался? — Драко сам себе задал вопрос и стал искать ответ. — Я ведь так сильно хотел иметь ребенка, и он уже скоро родится, а я теперь боюсь? Нет, так не должно быть. Мне ведь на самом деле нравится ощущать, как малыш толкается в животе у Стелы, я постоянно кладу на неё руку, чтобы почувствовать это снова и снова. Так почему я испугался момента, когда впервые возьму ребёнка на руки? Неужели я не готов к этому? Он уже почти пришёл в этот мир, а я не готов к встрече с ним? Похоже, я так много занимался налаживанием нормальной жизни в городах маглов, заботой о них, своими собственными проблемами, планами, противостоянием с соперниками, что совсем забыл подумать о том, что будет, когда малыш родится. Как я собираюсь стать для него хорошим отцом, и помогать всем, в чём он будет нуждаться, если я элементарно не знаю, как и что делать?        Я ведь не знаю, каким он будет? Какой характер разовьёт в себе, когда станет старше? Будет ли ребёнок типичным Малфоем: серьёзным, замкнутым и хитрым? Или будет умным, смелым и сильным, как его мама? Стела, конечно, тоже умеет хитрить, иначе она бы просто не выжила в этом мире, но по натуре она совсем другая: отважная и добрая. Хорошо бы наш малыш взял от неё эти качества. А вдруг он не будет похож не на одного из нас, и у него сформируется свой уникальный характер? » — от одной этой мысли, стало ещё страшнее.        В голове у Драко стучало, вопросов было слишком много, а ответов он не находил. Вдруг он подумал о своём отце и ему стало холодно. Его отношения с Люциусом не подходили под определение нормальные, они были ужасные, он не хотел, чтобы у него с сыном получилось так же.        Тут он услышал шаги, сначала по полу, а затем по мягкому ковру, он поднял голову и увидел Стелу, она с тревогой смотрела на него. — Что-то случилось? Какие-то проблемы? — забеспокоилась она. — Нет, и в порту и у Акциана всё в порядке, — ответил Драко. — Просто, я только сейчас осознал, что ребёнок скоро родится, — признался он, чувствуя, что ему лучше поделиться с женой своими тревогами, иначе он сойдёт с ума. — Думаю, недели через две, может три, — сказала Грейнджер, и села в кресло. — Всё равно, уже скоро, — повторил Малфой. — Я знаю, что говорил тебе, как хочу иметь ребёнка, и это правда, но… — он вздохнул и запустил пальцы в волосы, недолго просидел так, а затем резко встал и подошёл к окну. Гермиона не спускала глаз с мужа, ожидая продолжения. — Я просто боюсь, что не справлюсь с ролью отца, — не глядя на нее, признался он. — Я не хочу быть похожим на Люциуса, — его голос дрогнул. — Драко, а вот насчёт этого я бы точно не беспокоилась, — Грейнджер встала с кресла, подошла к мужчине и взяла за локоть, чтобы он чуть повернулся к ней. — Пусть ты похож на Люциуса внешне, и то, мне кажется, ты выглядишь гораздо мужественнее, — он криво улыбнулся. — А что касается характеров, то они у вас совершенно противоположенные. Ты сам мне говорил, что не чувствовал, что твой отец заботится и помогает тебе. Люциус просто внушал тебе все эти глупости о чистоте крови и давал пользоваться деньгами сколько твоей душе угодно. Он как бы откупался от тебя. — Да уж, это точно, — согласился Малфой. — Вот это и показывает, что характеры у вас разные, — повторила она, — может раньше ты и был похож на него, но став оборотнем, ты изменился, ты стал ответственным, — уверенно заявила Гермиона. — Ты мне сам рассказал, как хотел спасти подругу Гарри Поттера Гермиону Грейнджер — одно это уже совсем по-другому характеризует тебя как личность. Как бы странно это не звучало, но то, что ты стал оборотнем, сделало тебя лучше, ты посмотрел на жизнь с другой стороны.        Ты ведь знал, что я лечила больных маглов зельями, и считал, что это хорошо. Тёмный Лорд велел тебе лучше присматривать за простаками и помогать налаживать их жизнь, ты именно это и делал.        А когда мы с тобой договорились, что я буду готовить для тебя зелье и перееду в твой дом в Перте, вот тогда впервые за долгие годы я ощутила себя по-настоящему в безопасности. Ты сразу показал мне, что я могу рассчитывать на тебя. Начиная с того момента, я была под защитой оборотня, и больше ничего не боялась. А соглашаясь на сделку с тобой, я была уверенна, что ты сдержись слово, не обманешь и женишься на мне, если я не потеряю ребёнка, — она погладила свой живот. — Я видела тебя разным, в плохом настроении и хорошем, и ни разу не ощутила, что тебе противно находиться рядом со мной, потому что я грязнокровка. А уж как ты был терпелив к моим капризам и странному поведению, вызванными гормонами из-за беременности, — она снисходительно улыбнулась, — ты никогда не упрекал и ничего не требовал взамен, только помогал.        Если ты так заботишься обо мне, то о ребёнке будешь ещё больше, в этом я уверенна. Ты никогда не дашь его в обиду, в тоже время будешь учить его самостоятельности и ответственности. — Ты правда так считаешь? — удивился Малфой. — Да, я в этом не сомневаюсь, — улыбнулась Грейнджер. — Мне тоже страшно, — не стала лукавить она. — Я уже говорила тебе, что была уверенна — детей у меня не будет. Я понимала, что если рожу, то потом моего ребёнка могут забрать. За то время, что прошло с момента заключения нашей сделки, я вроде уже привыкла к мысли, что стану матерью, но всё равно нельзя быть к этому готовой на сто процентов. Драко, мы будем вместе учиться и поддерживать друг друга, — она взяла его ладонь и сжала, — мы справимся, вот увидишь. У нас всё будет хорошо.       Малфой притянул к себе жену и обнял так сильно, как позволял её живот. Они ещё немного поговорили о ребёнке в детской, а затем ушли в спальню, где очень приятно провели время перед сном. Засыпая Драко осознал, что он очень счастлив, тревожные мысли отпустили его, он примирился с ними. Давно у него не было такого чувства, что у него есть настоящая семья и всё действительно хорошо, он уже не мог вспомнить, когда в прошлый раз думал об этом в таком ключе. Это была последняя мысль посетившая его перед тем, как он ушёл в страну Морфея.