Глава 120. Любопытная Дафна
20 октября 2022 г., 12:00
В половине двенадцатого в детскую вошёл Драко, увидев встревоженное, даже испуганное лицо жены, он стремительно пересёк комнату и встал рядом с ней.
— Скорпиус заболел? — забеспокоился он. Это первое о чём подумал хозяин дома.
— А… что? — Гермиона подняла на мужа удивлённый взгляд.
— У тебя такое лицо… ну, знаешь, словно или тебе или нашему сыну плохо, — объяснил Малфой, но он уже понял, что со Скорпиусом всё в порядке. Если бы это было не так, жена сразу бы сообщила ему об этом.
— Малыш здоров, — заверила его Грейнджер. — А вот у меня ужасное настроение, — она не стала этого скрывать. — Сначала мы нашли дневник Яксли, и узнали что он похитил Еву со своей извращённой любовью, — процедила она, — довёл её до самоубийства. Сегодня мы обнаружили все эти деньги, — она нахмурилась, — я понимаю, они нужны пострадавшим, но когда я прикасалась к ним, я почувствовала себя так мерзко. Это ощущение не прошло до сих пор. Драко, всё это так не справедливо, — она почувствовала, как к глазам подступают злые слёзы.
— Знаю, — кивнул мужчина, сев в соседнее кресло, он посмотрел прямо в глаза жене. — Гермиона, я понимаю твои чувства и разделяю их, но сейчас мы не должны поддаваться эмоциям. У нас неожиданно появилось много денег, мы не можем отказаться от них только потому, что они получены за ужасные вещи, такие как проституция, торговля силы… ну и всё остальное, — он поджал губы. — Мы не можем позволить себе такой роскоши.
— Да-да, ты прав, — кивнула Грейнджер. — Я стала такая глупая, говорю…
— Даже не думай заканчивать эту фразу, — резко перебил её Драко. — Ты не глупая, ты самая умная ведьма, которую я знаю. Просто ты ещё не отошла от родов и подаёшься эмоциям, а тут ещё за последние дни столько нового узнали о Яксли и Руквуде, любого этого выбило бы из колеи.
— Ты считаешь всё дело в этом? — в её тоне слышалось явное сомнение.
— Я в этом не сомневаюсь, — заявил Малфой. — То, что тебя так волнует справедливость, ещё раз подчёркивает, на каком факультет ты училась.
— Сейчас я должна забыть о принципах Гриффиндора, — лицо Гермионы стало очень серьёзным. — Слишком много стоит на кону, мы почти у цели, и как ты правильно сказал: мы не должны подаваться эмоциям. Я обязана помочь маглрождённым волшебникам, а не забивать голову мыслями о грязных и чистых деньгах.
Драко кивнул и забрал у жены сына. В который раз почувствовав вину, что мало времени проводит с Скорпиусом. Малфой успокаивал себя мыслью, что скоро они покончат с Реддлом, и тогда у него начнётся совсем другая жизнь.
Оставив малыша с мужем, Гермиона пошла в комнату, ей необходимо было принять душ. В идеале неплохо бы полежать в ванной, но она так устала, что могла заснуть прямо там, лучше не рисковать. Грейнджер постаралась прогнать из головы мысли о грязных деньгах и думать о том, как они помогут пострадавшим встать на ноги и обустроить свою жизнь, от понимая этого ей стало немного легче.
Выйдя из ванной, Гермиона увидела Драко, он сидел в кресле и пролистывал дневник Яксли.
— Скорпиус заснул у меня на руках, я уложил его в кроватку, — доложил он.
— Хорошо, — кивнула она.
— С этими деньгами забыл рассказать о письме от Леона, — он положил дневник на тумбочку и посмотрел на жену. — Как ты понимаешь, Кингсли, Уизли, Лонгоботтом и многие другие маги из сопротивления, узнав о желании Реддла познакомиться с ними, захотели как можно скорее сделать это. Ну… чтобы не заставлять его ждать, — губы блондина изогнулись в злой усмешке.
— Другого я и не ожидала, — Грейнджер села рядом с мужем, взяла с туалетного столика расчёску и стала причёсывать свои волосы. — Когда они будут здесь?
— Пока ещё не знаю, — пожал плечами Малфой. — Желающих быть в числе тех, кто первыми окажется на Британских островах, — много им там надо ещё всё организовать, и переговорить с друзьями, которые помогают им в других странах. Многие из них — это чиновники и авроры, которые хотят покончить с Реддлом. На континентальной Европе никто не горит желанием жить там, как мы здесь, — он насупился, его взгляд стал холодным, как лёд. — Как только в Париже, Берлине и Брюсселе всё решат, к нам отправятся первые гости.
— Никто из Уизли пока обо мне не знает? — от волнения у Гермионы сел голос.
— Нет, ты ведь просила пока держать это в секрете, вот Леон и помалкивает, — Драко взял жену за руку. — Я понимаю, ты боишься встречи со старыми друзьями, но тебе придётся это сделать. Ты ведь не будешь снова становиться Стелой Бёрн? — он сдвинул брови к переносице, одна только мысль об этом, явно пришлась ему не по душе.
— Нет, — Грейнджер крепко сжала руку мужа. — Просто я боюсь этой встречи, — она не стала врать. — Чем больше я думаю об этом, представляю, как всё может пройти, тем страшнее мне становиться. Вдруг Джинни, Полумна… другие Уизли не поймут меня? — она тяжело вздохнула, опустив голову.
— Я ведь тебя понял, — серьёзно заявил Малфой.
— Мы с тобой никогда не были друзьями, — напомнила Гермиона. — Мы были недругами, где-то соперниками, врагами называть нас не уместно. По-настоящему мы узнали друг друга, только когда встретились год назад, — она с нежностью посмотрела на мужа. — Я и подумать не могла после войны, что когда-нибудь выйду замуж, тем более за чистокровного мага, в особенности за тебя. Тогда это казалось совершенно не реальным.
— Ты ещё забыла добавить, что твой муж оборотень, — усмехнулся Драко.
— Для меня это не важно, — заверила его Грейнджер, и положила расчёску обратно на стол. — Я уже говорила и повторю: став оборотнем, ты изменился в лучшую сторону.
Малфой кивнул, криво улыбаясь, он сам думал точно так же.
— Я не так часто как Блейз и уж тем более Леон общался с твоими друзьями Уизли, но всё равно уверен, они будут безумно счастливы, когда увидят тебя, — заверил он жену. — Думаю, радость, что ты жива, затмит остальные чувства. А когда ты расскажешь, чего натерпелась за эти годы, они всё поймут, — в его тоне не было и капли сомнений.
— Надеюсь, ты прав, — Гермиона присела на колени мужчины и крепко обняла его. Он притянул её к себе, запустил одну руку в её волосы, а второй погладил по щеке. Несмотря на то, что сейчас она не скрывала своих слабостей перед ним, Драко точно знал, что его жена одна из самых сильных женщин, которых он встречал в жизни. Он посмотрел ей в глаза, и прочитал в них безоговорочную любовь и нежность, Малфой прильнул к губам Грейнджер, но он не хотел, чтобы этот поцелуй получился страстным, он должен был успокоить её. Гермиона поняла его и уже через минуту разорвала поцелуй и положила свою голову ему на плечо.
Так они просидели какое-то время, пока Драко не ушёл в ванную. Грейнджер сходила к сыну, она почувствовала дикую потребность просто посмотреть на него. Убедившись, что Скорпиус спокойно спит, она вернулась в спальню и легла в постель.
Её душу разрывали мысли и эмоции, и, несмотря на старания Малфоя, она никак не могла успокоиться. С одной стороны ей очень хотелось увидеть старых друзей, в то же время она сильно боялась встречи с ними. Вдруг её не поймут? Вдруг осудят? Самое ужасное, что не захотят больше с ней разговаривать. А если Джинни отвернётся от неё и назовёт её предательницей. От одной этой мысли Гермионе стало холодно, она сильнее укуталась в одеяло.
Как только Драко вышел из ванной и лёг рядом с ней, она прижалась к нему. Он обнял её, показывая, что он рядом и никому не даст её обидеть. Через несколько минут её дыхание стало замедляться, пока она не заснула. Сам Малфой больше думал о помощниках своих покойных врагов, ему хотелось найти тех, кто был не просто работником борделя и следил за порядком там, а именно тех магов, кто много знал. Вопросов осталось ещё достаточно, а ответов они пока так и не нашли.
* * *
Утро для Гермионы и Драко началось как обычно: они проснулись, сходили в ванную и пошли к сыну. Скорпиус уже не спал, он был на руках у Салли и ждал, когда мама покормит его. Позаботившись о малыше, они спустились на первый этаж, за столом уже сидела Нарцисса в ожидании сына с невесткой. После завтрака в Малфой-Меноре, помимо Блейза и Кристины появились ещё и Теодор с Дафной и малышкой Флавией. Миссис Нотт хотела посмотреть на деньги, что нашли Грейнджер с Эйдес и ещё раз пробежать глазами по дневнику Яксли, а потом прочитать его полностью. После недолгих обсуждений женщины решили не терять времени, а отправиться в поместье Руквуда, оставив детей с Нарциссой, а мужчины поспешили в Ливерпуль. Если что, договорились посылать друг другу записки. Дафне не терпелось увидеть скрытую комнату, она только об этом и говорила. Гермиона поняла, что её бывшую однокурсницу больше интересовало тайное помещение и магия, которая его прятала, а не деньги, которые там находятся. — Ничего себе, — протянула миссис Нотт, когда Грейнджер применила заклинание, чтобы попасть в скрытую комнату. — Я была права, — она усмехнулась, переведя взгляд на жену Драко, — я сказала Тео, что уж если кто и сможет найти в поместьях скрытые тайники и проходы, так это именно ты. С мозгами у тебя никогда проблем не было, — неожиданно по её лицу пробежала тень, и она увела взгляд. — Я ведь тебя ещё почему в школе терпеть не могла — просто завидовала твоему интеллекту. Было так неприятно осознавать, что какая-то девчонка из семьи простаков, может быть умнее меня — чистокровной волшебницы аристократки. Жаль, что до войны я не понимала, как это всё глупо и что разницы между нами особой нет. — Как любила говорить моя мама: «лучше поздно, чем никогда», — сказала Кристина. — Да, это точно, — согласилась Дафна. Вроде ничего особенного не произошло, их вражда в школе ни для кого не была секретом, но в тоже время признание миссис Нотт вызвало некую неловкость, она так и летала в воздухе. Гермиона качнула головой, взяла себя в руки и подошла к горе денег. Вчера подруги отделили часть монет, которые не успели пересчитать, чтобы сегодня ничего не перепутать и не начинать заново. — Теперь нас трое, мы можем быстрее закончить считать деньги, — рассудила Грейнджер. Эйдес сразу принялась за работу, чуть помедлив, к ним присоединилась Дафна. Гермиона не могла не прокручивать в голове слова миссис Нотт, что она завидовала её уму. Она вспоминала, как высокомерно вела себя Дафна, начиная ещё с первого курса, постоянно показывая всем, что она лучше других, раз у неё такая богатая чистокровная аристократичная семья. А на самом деле она была самой обычной девушкой, которой было трудно смириться с успехами других, особенно когда ты считаешь, что они хуже тебя. Сейчас всё это казалось таким мелким и ничтожным. Раньше они были соперницами, а теперь стали союзниками и пытаются свергнуть страшного тирана, который не просто жестокий, но ещё и сумасшедший и ведёт страну в пропасть. За пару часов женщины закончили пересчитывать все деньги. Как и предположили накануне Грейнджер и Эйдес, сумма была чуть больше трёх миллионов. На деле оказалось три миллиона пятьдесят пять тысяч. Теперь надо было составить список всех пострадавших и поделить на них золотые галеоны. — Вот только надо ли делить на всех поровну? — задумалась Гермиона. — Ты считаешь, что кто-то должен получить больше, а кто-то меньше? — удивилась Кристина. Миссис Нотт ничего не сказала, но посмотрела на шатенку вопросительно. — Некоторые девушки рожали детей парам, которые сами не могли сделать этого, а потом их снова заставляли становиться проститутками, — Грейнджер поморщилась. — Они и так настрадались, куда больше, чем просто девушки, которые не покидали бордели. Мне кажется, что будет справедливо, если они получат больше денег. Или вы считаете, что я неправа, и мы всем должны выдать одинаковые суммы? — это было трудно решить. — Вот чёрт, с такой стороны я не рассматривала эту проблему, — разозлилась на себя Эйдес. — Выносить и родить ребёнка очень непросто, а потом семья, что заказала малыша, забирала его, даже боюсь представить, что чувствовали в этот момент девушки, — Дафна вздрогнула. — Тео рассказал, что по записям из документов в борделях стало ясно, что не все маглорожденные становились суррогатными матерями, некоторые дети были и их тоже. Этих детей потом отправляли в приюты маглов. Я согласна с тобой, такие девушки должны получить больше денег. — Это просто предложение, надо будет потом обсудить его с остальными, — подвела итог Гермиона. — Деньги мы посчитали, теперь можем вернуться и покормить детей. — А потом я хочу сходить в поместье Яксли, — взгляд миссис Нотт стал похожим на кошку, которая следит за птицами, сидя на окне. — Я должна своими собственными глазами увидеть комнату, где он держал бедняжку Еву. — Хорошо, мы покажем тебе проход на чердаке, — пообещала Грейнджер. Гермиона, как и на кануне, наложила на тайную комнату чары, вдруг в поместье придёт кто-то из беглых помощников покойной четвёрки и обнаружит деньги. Конечно, маловероятно, что они сунутся сюда, но и полностью отвергать это предположение нельзя, так что галеоны лучше спрятать. Убедившись, что всё скрыто, женщины вернулась в Малфой-Менор. Оказавшись дома, Грейнджер поздоровалась с миссис Тонкс и Тедди и поспешила наверх покормить Скорпиуса, а затем спустилась на первый этаж, чтобы выпить чаю. Пока они сидели за столом, рассказали всё о деньгах и своих идеях, как надо их поделить. Андромеда и Нарцисса сразу поддержали предложение Гермионы: девушки, которые были суррогатными матерями, заслуживают получить большую сумму за моральный и физический ущерб. Не став долго сидеть за столом и болтать, Грейнджер, Эйдес и Нотт отправились в поместье Яксли. Там всё было так, как они оставили, когда приходили сюда в последний раз. Поднявшись на чердак, Дафна сначала несколько минут рассматривала портрет Евы. — Она была красивой, не удивительно, что Яксли влюбился в неё, — пришла к такому выводу миссис Нотт. — Вот только он оказался таким идиотом, что не смог её завоевать, как настоящий мужчина. Яксли не придумал ничего умнее, чем похитить Еву. — Яксли извращенец и садист, вот он кто, — строго сказала Гермиона. — Поэтому он даже не подумал, что существует много других способов, как произвести впечатление на любимую женщину. — Если бы Яксли любил Еву по-настоящему, он был бы рад за неё, что она счастлива с другим мужчиной, — в который раз повторила эту мысль Эйдес. Гермиона согласно кивнула, она взмахнула волшебной палочкой, открыла тайный проход и они спустились вниз. Сейчас ей было уже не так жутко очутиться в комнате, где Яксли держал Еву, но всё равно неприятное ощущение до конца не исчезло. Кристина чувствовала себя так же, у неё это было написано на лице. Дафна тоже прочувствовала весь нагатив и угнетение скрытой комнаты, она быстро всё посмотрела, даже ванную, и первая направилась к лестнице, чтобы подняться обратно на чердак. — От той обстановки прямо мурашки по коже, — миссис Нотт поёжилась. — Давайте, скорее уйдём отсюда, — предложила Эйдес. Эту идею все поддержали и вернулись в поместье Малфоев. На обед туда пришли мужчины, им сообщили точную сумму денег, которая хранится в поместье Руквуда. Они так же согласились, что не всем пострадавшим надо давать одинаковую сумму, с этим ещё придется разбираться. Сами они пока никого не поймали, хотя действовали вместе с аврорами, но помощники четырёх покойников хорошо спрятались. Поев, они поспешили вернуться к поискам беглых магов. Всю вторую половину дня женщины и Тедди обсуждали деньги и бизнес покойных врагов. Дафна как и хотела, читала дневник Яксли.* * *
Вечером Драко без сил возвратился домой. Он так вымотался, что не смог как обычно посидеть с сыном, больше всего ему хотелось поесть и лечь спать. Грейнджер велела эльфу принести ужин в спальню, как только Малфой поел, он почистил зубы, и лёг в постель, заснул через пять секунд, после того как его голова коснулась подушки. Стрелки часов показывали без четверти два, когда Драко разбудил эльф Забини и передал письмо. Малфой взял в руки волшебную палочку, зажёг на конце свет и стал читать записку. — Что-нибудь случилось? — встревожилась Гермиона, сев на постели она посмотрела на мужа. Мужчина поднял на неё глаза, она поняла, что он удивлён. — Всё-таки наши союзники смогли договориться между собой, и первые пять магов уже прибыли в Британию, — ответил он. — Здесь, конечно, Кингсли, Лонгоботтом с другом с Гриффиндора МакЛагенном, а ещё Уизли. — Кто? — осевшим голосом спросила Грейнджер. — Кто из Уизли? — Артур и Джинни, — ответил Драко. — Они уже в Британии
