Вспомнить все

Зала казалась непривычно пустой. Серый потолок и тусклая люстра, которая раньше, казалось, переливалась всеми цветами радуги. Пейзаж за окном тоже был грустным и унылым, погода будто бы следовала настроению Нового Времени, поэтому почти каждый день дорожки вокруг замка были мокрыми, и не понятно: то ли от слез юного Короля, то ли от дождя. Высокий парень прошелся по просторному помещению, то и дело посматривая на зеркало, каждый раз надеясь увидеть на нем еле заметную рябь. Но ее не было. Шаги глухим эхом отдавали по стенам, так и передаваясь из одной стороны в другую, а потом обратно. Большие резные часы издавали слегка раздражающий звук. И это так странно… Короля Времени бесит тиканье его же часов. — Иронично, — он тихо усмехается, едва узнав свой собственный голос. Прокуренный хрип — вот что у него получается издавать последний месяц. И когда он начал курить? Прошло уже четыре года с того момента, как он взошел на трон. Как они взошли на трон. Тогда Фэш не задумывался о том, что всю его жизнь, замок, комнат, наполняет она. Ее смех, улыбка и озорной взгляд. Ведь получив корону в свои не полные пятнадцать, Василиса ни капли не поменялась. Вся нужная ее возрасту серьезность осталась при ней, но и та индивидуальность, изюминка, то тепло, которое делало Василису Василисой осталось при ней. И именно без этого в замке кажется так пусто. Фэш подошел к стене, где висели картины и портреты правителей. Вот сам Эфларус. Его портрет был перевешен из центра в сторону, ведь теперь, и уже четыре года как «теперь», он не занимает трон. В центре повешены две картины. Первая — портрет Нового Времени. Портрет Василисы и Фэша. Она такая маленькая, по сравнению с ним, что гордо стоит возле нее, нежно приобнимая за талию. Ее красивые рыжие волосы аккуратными волнами спадают на плечи, корона на голове выглядит так грациозно, будто сама горда, что находится на голове у Королевы. Тяжелое искусно вышитое синее платье, украшение на шее. Теплый и манящий взгляд, ласковая улыбка, которая адресована самому Фэшу, ведь смотрит девушка все же на него. Он рядом с ней выглядит абсолютно счастливым. И никому не мешают его волосы, которые как всегда находятся в беспорядке, никому не мешают озорные ямочки на щеках, которые делают его больше не Королем Времени, а самым обыкновенным мальчишкой. Его костюм расшит в тон Василисиного платья, камни на, казалось, громоздкой короне расположены в точности, как и на ее. От картины веет тем самым уютом и теплом, чем-то невероятно нежным и родным. Он до сих пор помнит, как они стояли в этой позе, пока художник старательно вырисовывал каждую деталь. И пусть они могли перемотать время холста на тот момент будущего, когда картина будет завершена, им просто хотелось побыть рядом друг с другом, вдвоем, ощущая непривычное тепло тел. Ведь в остальное время Зодчий круг буквально закидывал их новыми обязанностями и делами, а Нортон-старший буквально в открытую заявлял, что хочет, чтобы Василиса занималась учебой и временем, и как можно меньше проводила время с «этим Драгоцием». И виделись ребята только на тестах и экзаменах, которые, Слава Времени, они сдавали вместе. Постоянная учеба, экзамены, управление Временем, решения каких-то вопросов, это… утомляло. И то позирование длинною в шесть часов показалось им самым прекрасным отдыхом, ведь в комнате были только он и она. Ну, и художник. Ну, и Миракл, который решил не упускать время и решил рассказать уже пройденный материал, лекцию, которую уже выучили. И все делали вид, что не замечают этот тихий, но настырный шепот со стороны Нового Времени и легкие подсмеивания Василисы на бурчание Фэша. В груди как-то больно кольнуло. Второй портрет, что висел рядом, был совершенно другой. От него даже атмосфера исходила такая холодная, неприятная, от которой мурашки по коже и холод по спине. На полотне изображен Фэш. Но такой другой… Вроде, такой же высокий, в таком же красивом одеянии и с таким же беспорядком на голове. Но все выдают глаза. Пустые, до боли грустные. Во взгляде скользит неприкрытое отчаяние, губы сжаты в тонкую полоску, намека на ямочки, что когда-то играли на его щеках, нет и в помине. Здесь он изображен один. И даже камни на короне выглядят так, будто разбросаны в хаотичном порядке. Без какого-либо смысла. Зазвенело зеркало. Парень обернулся и увидел вибрирующую гладь. Встал, откинул свой тяжелый бархатный плащ и подошел к зеркалу, в ожидании наблюдая, кто же появится первым. И первым вышел Миракл. Лицо его вроде было спокойно, но взгляд метался из стороны в сторону. Выглядел он все же обеспокоенно. — Фэш? — кивком головы он поприветствовал Короля и протянул руку для пожатия, — что-то серьезное произошло? Что-то не так с временем? С часами? — мужчина оглянулся на большие часы и стал что-то бормотать под нос, — месяц верный, день тоже… да часы… — он кинул взгляд на запястье с наручными часами и добавил, — да тоже верно… Или к тебе пришло какое-то невыполнимое задание, которое ты не знаешь, как решить? — Нет, все время распределено, и даже есть остаток. — Брюнет безразлично пожал плечами и поспешил отвернуться к зеркалу, чтобы и не поймать взгляд Миракла. — Фэш? — мужская рука очутилась на плече парня. — Это же что-то серьезное? — Дождемся остальных. — он проигнорировал данный жест и встал напротив зеркала — послышался звучный звон и Драгоцию даже почудилось, что он слышит голоса своих друзей. Первой вышла Захарра, за ней Диана. После вошли мальчики. Приветствие вышло теплым, но отдаленно тихим. Диана коротко улыбнулась в привычной манере, а сестра повисла на шее, не желая отпускать его из объятий. Как же ему их не хватало. Фэш покрепче сжал сестру в руках и уткнулся носом в ее шею. Ну вот, в глазах даже немного защипало. Маар и Ник ограничились привычным рукопожатием и вопросом «как дела», хот все понимали, что ответ не будет радужным, однако последовало «нормально». Затем пришла Черная Королева, Константин Лазарев, самым последним заявился Огнев-старший. Все собрались за круглым столом, в комнате непривычно тихо. — Как дела? — голос Фэша раздался неожиданно, вопрос прозвучал слишком легко и непринужденно. Все молчали. — Ты же спросить о наших делах пригласил, — голос Нортона все так же холоден, особенно по отношению к Фэшу. — Верно, — кивнул парень, замешкавшись, — о Время, я даже не знаю, как сказать… — он подпер голову руками и прикрыл глаза, тяжело вздохнув. — Эй, Фэш, — подал голос Константин, — ты же знаешь, что бы не случилось, мы всегда поможем тебе. Мы на твоей стороне. — Время на нашей стороне, — тихо произнесла Захарра фразу, которую раньше Орден Дружбы повторял не уставая, однако теперь, никто не поддержал ее. Ни на одном лице не было даже намека на слабую улыбку. — Боюсь, — горько усмехнулся Драгоций, — от этого решения вы не будете в восторге. Все то же молчание. Брюнет встал и окинул взглядом всех присутствующий. Он сглотнул и дотронулся до короны на своей макушке подушечками пальцев, та отозвалась приятным теплым. За столом прошелся шепот «что он делает?» и «Что все это значит?», однако говорить никто не хотел. Корона с тихим звоном была положена на мраморный стол. — Я снимаю корону. — Что, прости? — на самом деле, Фэш даже не понял, кто это сказал. Он смотрел в стол, в одну точку, не осмеливаясь поднять взгляд. — Я отказываюсь от трона. Так понятно? — Ты не можешь… — начал Миракл, но Фэш его перебил: — Почему? Почему нет? Давайте же: властью данной кому? Кому-нибудь! Займите кто-нибудь уже это чертово место! — Драгоций, успокойся! — Нортон хлопнул ладонью по столу и тоже встал. — Драгоций, — усмехнулся Фэш, — все жду, когда вы назовете меня по имени. Только, этого, кажется, не случится. — Хватит истерить, Фэш. — Захарра тоже приняла серьезный вид, — мы все, — она выделила это слово тоном и вновь повторила, — все понимаем твое состояние. Но ты должен понимать, что тебе дана необъятная власть, которая… — Да не нужна мне эта власть без нее, понимаешь?! Девушка замолчала. А потом шмыгнула носом и спрятала лицо в ладонях. Плечи ее слегка подрагивали, Диана тут же начала что-то нашептывать той на ушко. Фэш понимал, что зря на нее накричал, но также понимал, что плачет сестра не из-за крика. — Фэш, не стоит срываться на других, — в поддержку встал Броннер, но тоже не смог должно подействовать. — А я и не… — Ты все равно не сможешь отказаться от трона, — встревает Миракл. И все начинают что-то говорить, не слушая, перебивая, голоса смешались в одну кучу и вообще не понятно, кто что говорит. От суматохи кружится голова. Драгоций закрыл голову руками, словно ребенок, пытаясь будто спрятаться от этого мира. — Мы не знаем, что делать, правителей должно быть двое… — Но оставлять трон… — Были выбраны самим… — Хватит! Это крикнула Захарра. Ее заплаканные глаза в упор смотрели на брата. Все и правда замолчали, уставившись на «спрятавшегося» от них же короля. — Фэш, — зовет сестра, но он не откликается, — Фэш, — настойчиво продолжает звать она, — посмотри на меня. — Он поднимает голову и все видят эти красные глаза. Дрожащие губы. Это конец. Банка переполнена и кажется, что сейчас он сломается. — Я тоже скучаю по ней. — одно упоминание о ней стоит ему тысячи ударов сердца. — Мы все по ней скучаем. Девушка не выдерживает и подрывается с места, быстро подбегая к Фэшу. Она обнимает его, а он утыкается носом, так же пряча лицо. Пара горячих слез прочертили соленые дорожки на его щеках. Он не всхлипывает, он молчит и еще старается держаться. Это первый раз, когда Фэшиар Драгоций заплакал после ее исчезновения. Ладонь сестры успокаивающе гладила его по голове. — Я не могу без нее, не могу без нее, — он повторял и повторял это, а все за столом молчали и наконец слушали его. — Корона была дана обоим, почему должен быть тут без нее? Не могу, не могу, не могу… — он все повторял и повторял эти слова, голос был ровным, а слезы все так же капали. — Мы вернем ее, — тихо прошептала Захарра. — Да как мы ее вернем, а? — все же срывается Фэш. — Мы даже не знаем где она, что с ней, куда пропала! Мы с Мираклом пытались смотреть по прошлому времени замка, но ее следы есть до конца того дня, а потом испаряются, а история комнаты, в которой она находилась в последний момент, затерта, скрыта, будто замазана чем-то. — Есть выход, он всегда есть… — Мы пытались смотреть будущее замка, когда Василиса появится в нем, но будущего тоже не видно, поэтому я вообще не понимаю, что будет с этим местом… — Скорее всего, это просто зависит от тебя… — Я пытался вернуться в прошлое, то прошлое, когда она еще была здесь, но я даже вернуться в него не могу, понимаешь? Меня что-то вечно выталкивает! — Мы придумаем, придумаем! — Захарра садится на колени, чтобы заглянуть к нему в глаза. — Обещаю, — это слово она прошептала так тихо, чтобы услышал только он. — Обещаю, — повторила она для убедительности. — На самом деле, — сказал Миракл, неожиданно разрывая тишину, — у нас есть некоторые догадки, по поводу того, куда именно могла пропасть Королева Времени. Но это лишь догадки. Все замолчали. — И вы молчали?! — Ник пораженно посмотрел на Миракла, а потом на отца, но Константин отвел взгляд в сторону, не желая объясняться. — Мы не хотели давать вам ложную надежду, ведь сами не уверены в своих подозрениях. — Ложную надежду? — Диана хмыкнула и сложила руки на груди. Сейчас это было даже удивительно, ведь Диана, такая правильная и вежливая, редко грубила взрослым, а тут без зазрения совести так нагло перековеркала отца Ника, — а вы не думаете, что не в праве решать за нас, ложная ли это надежда, или нет? — Поддерживаю, — закивал Маар, — если есть хоть какой-то способ вернуть Василису, мы сделаем все. — Да я жизнь готов отдать, только бы…- начинает Фэш, но его перебивает Нортон: — Обойдемся без геройств и жертв, и не смотри так, я верю, что ты готов. В любом случае, ты остаешься в замке за исполнением обязанностей. — Что? — воскликнул Фэш, — нет, я абсолютно точно буду с вами! — О Время! — злится Огнев, — кто-нибудь, усмирите пыл Драгоция, пока я сам этого не сделал! — Я буду в деле и не обсуждается! А обязанности временно кладу на Миракла! — На меня?! — мужчина выглядел озадаченным. — И это приказ. — Вот и поставлена точка в этом неразрешимом споре. — Так где Василиса? — Это не точная информация, но… — начал Константин, наблюдая за реакцией Короля, — недавно я рассматривал корону Василисы, которая осталась после ее… гм… исчезновения… — И? — нетерпеливо посмотрел Фэш на него и на остальных «взрослых». — И там следы темного, нет… даже очень темного эфера. — То есть как? Мы же правили уже как три года! — Да, но эфер был наложен, скажем давно… — И кто это сделал? — Фэш просто терялся в догадках, он поскорее хотел услышать то, что с Василисой все в порядке и что ее можно поскорее вернуть. — Неужели Великий Эфларус? — Астрагор. Одно имя, и внутри все похолодело, захотелось рвать и метать, убить его окончательно. — Какого черта? — с губ сорвался буквальный рык. — Мы думаем, — продолжил Миракл, — что, когда корона отвергла его, она получила от него… негативное влияние, которое проявилось потом со временем. Прошло определенное количество времени и этот самый эффект дал о себе знать. Так сказать, запоздалая защитная реакция. Ведь корона — это не просто украшение, это магический артефакт. — Но почему этот эффект не проявился раньше? — спросила Захарра, все так же обнимая брата. — Возможно, из-за того, что Василиса имела высокую часовую… — Высшую, — поправил Миракла Нортон. — Высшую часовую степень, ее внутренняя сила сдерживала это влияние. А потом, когда Королева и корона стали одним целым, в магическом плане, — пояснил мужчина, — этот эффект и вырвался наружу, эффект самосохранения, то есть реакция на то, как Астрагор надел на себя корону. — И какова же реакция короны? — Все просто: она все вернула «на свои места», как ей показалось. — Короне показалось?.. — недоверчиво посмотрела Захарра на Миракла, сдерживаясь спросить «у вас крыша поехала?» — Да, короне показалось. Захарра, ну это же магический артефакт, — он немного раздражился, но тут Фэш начал вникать во все происходящее: — Вернула на свои места, значит вернула все как было раньше… — Да, — кивнул Огнев, но не упустил возможности поправить парня, — но только не все, а параллель Василисы, потому что ее энергия на короне, ведь она носила ее три года. — А вернуть Василису в первоначальную параллель это… — начинает Фэш, но заканчивает Ник: — Вернуть ее на Осталу. То есть она сейчас на Остале. Тогда все просто: надо пойти на Осталу и забрать ее оттуда. — Что-то мне подсказывает, — неуверенно произнесла Диана, тщательно обдумавшая все до этого, — что это не так просто. — И правильно подсказывает, Диана, — одобрительно кивает Миракл, позволяя девушке самой все понять. — Вернуть все как было, значит на Осталу… значит с той памятью, с которой все началось. — Что?! — взвизгнула Захарра, — то есть она ничего не помнит за Эфлару?! И за корону?! И за… нас?! — Очевидно, да… Но мы надеемся, что есть хоть какой-то благоприятный процент того, что она может все вспомнить. — Тогда собираемся на Осталу, — Фэш уверенно поднялся со стула и пояснил, — Нортон же помнит, откуда ее забирал? Василиса рассказывала за свою опекуншу, она ведь наверняка там. — С этим тоже есть проблемка, — Нортон быстро охладил пыл Драгоция, заставив того плюхнуться обратно в стул, — возраст ей не вернули, значит ей уже восемнадцать. — И что? — И то, что в этом возрасте остальцы поступают в училища и университеты, чтобы получить образование. — И что не так? — искренне не понимал Фэш, — скажите уже прямо! Мы ведь можем пройтись по всем училищам города! — А в том маленьком городке нет ни одного университета, значит, Лисса… — начал объяснение Миракл. — Василиса, — вновь поправил Норт. — Значит Василиса уехала в какой-то другой город. — И мы не знаем в какой… — подытожил Фэш, заметно погрустнев. Молчание на сей раз не было таким долгим. — Зато мы теперь имеем представление о том, что она жива, и где ее искать! — поделилась радостным настроем Захарра и никто не могу возразить. — Остала, жди… Орден дружбы вернет Королеву Времени… — прошептал себе под нос Фэш. Все начали бурно обсуждать план действий, а Фэш заметил, как Огнев-старший кивком головы зовет его отойти с ним. Драгоций уже приготовился к нравоучениям и обвинениям, но вместо этого, Огнев прижал его ненадолго к себе и сказал на самое ухо: — У тебя получится. Я верю. — С-спасибо… — Всегда рассчитывай на мою помощь. Брюнет посмотрел на Огнева и улыбнулся краями губ: — Обещаю, я сделаю все возможное, чтобы вернуть ее.