Сад её желаний

Это был просто чудесный выходной вечер. Как сказал Мефисто, в Сеуле сегодня какой-то традиционный религиозный праздник, но ни я, ни он не знали об этом в точности. Что меня поражало, так это доброта жителей и их нежное, почти что трепетное отношения к своей вере. При первом проблеске зари в старых домах захлопывали тяжелые ставни, а после зажигали там по два-три светильника, которые, курясь благовониями, чувствующимися даже отсюда, с улицы, изливали голубоватое, тусклое и почти призрачное сияние. И сейчас я всецело отдавалась грёзам, представляла, как однажды буду держать за руку совсем не Мефисто, а кого-то более значимого для меня, открытого и любящего… Не так, по-братски или наставнически, а по-настоящему, как девушку. Представляла, как буду убегать от него в шутку, заигрывая, и специально поддаваться, чтобы в следующий момент неистово целоваться в очередном тёмном переулке и плавиться в надёжных руках. Фантазировала, как мы вернёмся сюда через пару лет и будем так же страдать дурью и наслаждаться друг другом. Как Тэ скажет, что хочет настоящую семью, а я буду отпираться тем, что сама еще ребёнок и он должен подождать еще пару лет, в то время как сама буду внутренне таять от радости, что он не бросит… Но это всё остаётся мечтами. Мечтами, которые будет помнить тот волшебный сад, сад моих самых потаённых желаний. И в то время, когда я буду жить в реальности и умирать среди скучных и серых будней, он в очередной раз зацветёт своей прекрасной, чуть диковатой красотой, сохраняя тайны. А я буду верить, что когда-то настанет тот самый миг и мечты станут явью. Пусть, возможно, это и будет в другой жизни… — О, вот тут прекрасное место. Конечно, оделась бы ты, как милашка, было бы эстетичнее, но так даже интереснее. Контраст, как говорится, — подмигнул мне Мефисто, указывая взглядом на лавочку, к которой мы подошли, и тем самым прося сесть. А я не заставила ждать, выполняя действие и улыбаясь в объектив, думая, как когда-нибудь буду смотреть на эти фотографии и вспоминать сегодняшние чудесные моменты. Я хочу вспоминать себя счастливой, так пусть счастье будет хотя бы на фотографиях. Села прямо, расправляя плечи и, с почти что с вызовом, смотря на камеру. Подул легкий ветерок, из-за которого длинные лианоподобные цветы, обвивающие подлокотники лавочки и идущие по всей длине нависающей над ней арки, слегка раскачались, щекоча мне шею и заставляя улыбаться вполне искренне. — Лия, знаешь, что ты просто клад? Мне бы таку… Слушай! — оторвался от объектива Мефисто, чуть потирая переносицу и после упирая свой взгляд, наполненный какими-то метаниями и озарением, в меня. — У меня есть гениальная идея. — Ну? — нетерпеливо ответила я, вставая и подходя ближе. — Ты очень фотогенична, тебе нужны деньги и свобода… В общем, я предлагаю тебе роль модели. Будешь получать пятьдесят процентов от продажи твоих фотографий, при публикации в журнале — сорок. Я путешествую по миру, делаю тебе прекрасные фотографии, и ты можешь уйти, как только наберешь деньги на обучение. Как тебе? — Оу… — я просто не знала, что сказать. Меня поражало, как сосед из хостела проникся моей проблемой, всего за пару недель стал для меня настоящим другом, а теперь и работу предлагает. Это и правда здорово, идеальный выход из положения, но… есть то, что держит меня здесь. — Мефисто, спасибо огромное, но… как ты сказал, моя любовь безответна. И та сволочь, что забрала моё сердце и не отдаёт — здесь. В Сеуле. И я не могу уехать, я хочу быть цельной. — Как знаешь, — вздохнул парень, сжимая губы и задумчиво глядя на меня, после чего встряхнул волосами и щелкнул меня по носу. — Но знай, носопырка, что один звонок или письмо, и я приму тебя с распростёртыми объятиями. — Да ты прямо хён! — рассмеялась я, качая головой. — А то же! Тогда ты моя… Кхм… Как тут называют… А, вспомнил! Ури-Эги, — улыбнулся он, заставляя улыбаться и меня, после чего спохватился и протянул мне фотоаппарат. — Вот, гляди! Очень хорошие кадры вышли, я прямо удивился! А еще больше удивилась я, глядя на своё весёлое лицо и чуть прищуренные глаза с чёртиками на дне. А главное, нигде ничего не скривилось… Это чудо. Обычно я плохо выхожу на фото. — Хён, ты просто чудо… — Знаю, — довольно выдал он, обнимая меня за талию одной рукой, а второй забирая фотоаппарат и разворачивая его «шиворот-навыворот», предварительно что-то нажав. — А теперь, Ури-Эги, скажи кимчи. — Кимчииии! — протянула я, улыбаясь во все тридцать два и ставя два пальца на манер буквы «V». В итоге получились еще парочка потрясающих фото, но уже совместных. По крайней мере, теперь мне есть, что выложить в социальных сетях, дабы потом по приезде в Россию не доказывать, что: «ты не осёл». — Кстати, а ты на Намсане был? — Был. Сеул, как на ладони, но я уже говорил, что знаю еще одно такое место, но бесплатное. Поэтому шевели булками, сестрёнка, нас ждут великие дела по пополнению твоего фотоальбома! — Ох, я уже жалею, что обула эти ходули…