Он продал песню поп-звезде

Саске в самом деле не обманул, он приходил на свидания раз за разом, по первому приглашению. Не слушая насмешки друзей, он приезжал в ресторан, внимательно слушал Наруто и с интересом строил с ним диалог. С каждой встречей Узумаки все лучше и лучше обучался этикету, поведению за столом, громкости своего тона. Он стал больше времени уделять своей внешности, чтобы не позорить Саске, начал разбираться в деликатесах и пряностях, узнал все о вкусовых предпочтениях возлюбленного, да и его самого тоже неплохо изучил. Теперь он с ума сходил по любому новому вздоху Саске, в особенности тому, который мог слышать исключительно он один. Влюбленный делал все, чтобы побыть рядом как можно дольше, и его не заботил тот тяжелейший труд, который он отрывал от сердца за гроши в самом-то деле. В свою очередь, Учиха уделял почти все свое свободное время такому интересному и активному Наруто, часто перенося встречи, отъезды и прочие дела на потом. Весь мир был неважен, когда нежные губы расплывались в улыбке и почти шепотом слышалось такое очаровательное «Привет, Саске». Хотя терять имидж он себе позволить не мог, поэтому встречался с любовником в роскошных местах, время от времени соглашаясь на бесплатные прогулки под закатным солнцем. Откуда воздыхатель брал на все это деньги, оставалось загадкой, которую было совсем не интересно отгадывать. Очередной ужин вышел довольно приятным и интересным. Объектом обсуждения весь вечер было творчество: Наруто наизусть зачитывал написанные им в честь Учихи стихи, а тот не оставался в стороне и наигрывал для них интересную импровизированную музыку на ресторанном фортепиано. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Приближалось время мучительного расставания, когда Саске, держа в руке бутылку вина, предложил остаться у Узумаки на ночь. Вопреки всем отговоркам Учиха заявил, что рядом с Наруто он никогда ничем не брезгует и вполне может перенести темноту не в самом дорогом районе города. Воздыхатель больше не пытался сопротивляться и пригласил возлюбленного к кровати при свечах. — На тебе очень хорошо сидит подаренная мной рубашка, — Саске подошел к Узумаки со спины и обхватил руками дрогнувший от жара торс. — Не удивительно, ты ведь ее выбирал, — Наруто с привычной улыбкой повернулся в объятьях и неожиданно для себя был вовлечен в страстный поцелуй. Саске поставил одну руку на стену рядом с головой любовника, а второй проходил путь от торса к подбородку. Придерживая парня за лицо, он властно впивался в его губы, то кусая их, то нежно облизывая. Наруто покорно отдавался Учихе, уже расстегивая ремень на его брюках. Время поцелуев затягивалось, дыхание сильно сбивалось и воздуха стало катастрофически мало. Под давлением обстоятельств Саске перешел к шее, оставляя на нежной коже красные штампы, подтверждающие его чувства и распаляющие тело. Учиха взял Наруто за волосы и резко опустил на колени, прижимая его горячие губы к своему уже готовому ко всему паху. Узумаки, похотливо улыбаясь, стянул весьма дорогое белье и брюки на пол и взял в ладонь твердый член. Парень сделал несколько фрикций и игриво поводил языком по головке, особенно выделяя кольцо уретры. Удовлетворенный стон Учихи дал Наруто волю действий, и он решил вырвать из любимого еще больше звука, вобрав член в рот до самого основания и сдавив его в глотке. Эффект оказался более чем удовлетворительный и Наруто продолжил. Саске ведь не думал, что Узумаки после каждой встречи ложился спать с улыбкой на лице. Он эту улыбку вызывал самыми грязными способами, хорошенько оттренировав свои навыки в постели. Учиха рывком поднял Наруто с колен, прижав его лицом к стене и упершись одной рукой в позвоночник. Он явно не хотел кончать так быстро, да и в одиночестве это не так интересно. Он продолжил целовать плечи и спину, быстро и легко срывая одежду. — Зачем ты ее портишь? Я могу просто снять, — задыхаясь, шептал Узумаки, наслаждаясь прохладой стены у щеки. — Наруто, заткнись уже со своими вещами, я куплю их тебе столько, сколько захочешь, — прорычал Учиха, закончив обнажать любовника. — Где смазка? — Валяется где-то под кроватью, — Наруто вырвался и опять опустился вниз, к счастью, упаковка нашлась сразу же. Саске одним рывком поднял Узумаки на кровать, сжав его руки над головой. Таким же движением он парня перевернул, раздвигая коленом его ноги. Наруто слегка ерзал от неудобства, но не пытался сопротивляться, чтобы ничего не испортить, как он это обычно делает. Холодный лубрикант коснулся пространства меж ягодицами, вызвав у Узумаки жалобный вой. Саске без церемоний ввел в податливое тело два пальца, качественно, но и нежно одновременно, растягивая вход. Наруто сжал зубами ткань простыни, когда возлюбленный уже во всю развлекался обеими руками, подготавливая анус и смело надрачивая. Прелюдия была завершена, и Саске, поставив руки по обе стороны от Узумаки, лег на него грудью, подтягивая ягодицы к себе. Он вошел резко, глубоко, больно, но Наруто лишь от удовольствия прогнулся в спине. Учиха сжимал его ладони, постепенно увеличивая темп врезаясь в простату все увереннее с каждым разом. Узумаки громко, как он это умеет, стонал от удовольствия, царапал ноги возлюбленного в попытках сделать его еще ближе. Саске почувствовал, как нарастает напряжение в паху и, сильно оттянув Наруто за волосы, максимально увеличил темп. Он обильно, мокро, пошло кончил внутрь, с выдохом выходя из так сильно сжимающего его ануса. Но Узумаки еще дергался в лихорадке от возбуждения, так что Учихе пришлось вдоволь наиграться с его членом, чтобы почувствовать соленый эякулят на губах и полное удовлетворение от секса. За ночь любовники испытали столько оргазмов, что на сон не оставалось ни секуды: Саске должен был явиться на семейный обед, а Наруто не мог свести ног, чтобы отправиться на учебу. Учиха долго целовал своего парня перед уходом, не в силах от него оторваться, будто предчувствовал, что и это закончится.

***

Саске ехал уже около получаса, постоянно застревая в каких-то маленьких, нелепых пробках. От раздражения он приказал включить первую попавшуюся волну на радио и попал на празднование года от создания какого-то бесталанного попсового певца. Герой программы в красках описывал становление своего искусства, рассказывал, как сильно страдал, когда приходилось гробить свой талант, чтобы обрести хоть черную, но славу. А вот сейчас, когда он заимел множество фанатов по всей стране, его творчество может вырваться на свободу. В пример герой исполнил сначала свою самую первую, абсолютно отвратительную, слабую со всех сторон песню, а когда Учиха уже хотел отключиться, заиграла очень приятная и, что самое важное, до безумия знакомая музыка. После начала текста сомнений в его авторстве не осталось.