Kill Them All

Встреча с Жан-Клодом выбила меня из колеи. Он явно был сильнее, чем казался на первый взгляд, учитывая его уровень и наблюдательность. Это заставило меня пересмотреть свои планы. Мой план был основан на идее, что я смогу быть незаметной и подслушать достаточно для того, чтобы узнать какую-либо информацию об Империи. Сейчас я задавалась вопросом, смогу ли я в принципе это сделать. Наверное, будет лучше для начала найти какую-нибудь книгу по актёрскому мастерству. Самое большое уязвимое место в этом плане — моя неспособность блефовать. И если с нервозностью мой Разум игрока ещё мог справиться, то вот неопытность было так просто не исправить. Я должна была затянуть пояс потуже и потратиться в нормальном книжном магазине. Теперь у меня, видимо, будет небольшой постоянный доход, а это означало, что я могу позволить себе приобрести несколько книг навыков. Было восемь часов, так что у меня оставалось ещё несколько часов до закрытия ближайшего магазина. Мне не пришлось самой тратиться на униформу, так что у меня ещё оставались деньги. «Униформа Инк» на самом деле находилась в более благополучном районе, чем те, к каким я привыкла. Жан-Клод был прав в одном: когда-нибудь мне понадобится костюм получше, хотя бы для того, чтобы моего лица не было видно, когда я буду убивать людей. Мне не нужен был костюм целиком — настоящие ниндзя носили такую же одежду, что и обычные люди. Опасность заключалась как раз в том, что им мог оказаться любой случайный прохожий. Всё, что мне было нужно, это толстовка и маска. Лучше всего было бы сделать её самой, но такого навыка у меня не было. Я не умела этого делать до того, как у меня появились силы, а после их появления подобного навыка я не изучала. Это значило, что мне нужно было купить или украсть одну из масок. Идея носить маски моих поверженных врагов была привлекательной — это, безусловно, сделало бы мой образ более устрашающим. Однако пройдёт немало времени, прежде чем я смогу убить хотя бы одного кейпа. Сейчас у меня на руках был только сувенирный шарф Мисс Ополчение, оставшийся после единственного раза, когда мы с мамой, ещё до её смерти, ходили на экскурсию на Вышку и заглянули в сувенирный магазинчик. В последнее время я почти о ней не думала — было ли это из-за моего Разума игрока, или я просто была слишком занята? Долгое время я не могла думать ни о чём другом — в конце концов, именно со мной она разговаривала по телефону, когда умерла. Я всегда винила в случившемся себя, но теперь поняла, что это могло произойти, даже если бы мама не разговаривала со мной. Дети всегда винили себя в таких вещах, как, например, развод родителей. Я была частью трагического события, приведшего к маминой смерти, но сейчас корить себя за произошедшее — это просто делать себе больно за то, что нельзя было изменить. Мама бы этого не хотела. Я также думала, что папа винил во всём меня. Теперь я никогда не смогу узнать правду. Но даже если бы это было так, он уже много лет был не в себе. Моя сила в его описание добавляла статусный эффект «депрессия». Внезапно я поняла, что чувствую лёгкий запах дыма. Он был слабым, но пах очень едко и доносился с юга. Я колебалась. Это наверняка не имело ко мне никакого отношения, и в лучшем случае я просто зря отвлеку своё внимание. Тем не менее, это также могло быть признаком парачеловеческой битвы, и я бы могла разжиться какой-нибудь информацией. Я направилась в ту сторону. Запах дыма становился всё сильнее и сильнее, на протяжении нескольких кварталов. Хотя магазин униформы находился в хорошем районе, теперь я была в шести кварталах от него, а в Броктон-Бей иногда этого было достаточно, чтобы ощутить разницу между бедными и богатыми частями города. Дым шёл откуда-то в квартале отсюда. Зеваки собрались возле жилого комплекса, который был охвачен огнём. Из верхних окон валил дым, кричали люди. Жилой комплекс был высотой всего в три этажа, но выбраться из него людям было сложно. Когда-то у дома были пожарные лестницы — там, где стояли конструкции, кирпичи были посветлее. Были ли пожарные лестницы повреждены в результате сражений между паралюдьми, или их убрали, потому что преступникам слишком легко было с их помощью проникать в чужие дома? И из-за этого жилой комплекс превратился в смертельную ловушку — люди на третьем этаже выглядели паникующими. Время реагирования пожарной службы по этому району было ужасно долгим, вероятно, потому, что он достаточно близко прилегал к территории Барыг, где часто случались нападения на рабочие машины. Барыг не волновало, что они могут стать следующими жертвами пожара. Всё, на что они обращали внимание, так это то, что пожарные машины часто перевозили оборудование, которое можно было продать, включая лекарства. Их также можно было разобрать на части, чтобы Скрип могла использовать детали, для создания своих монструозных машин. Я чувствовала себя мерзко, видя всё это, но что я могла сделать? У меня не было сил огня, и я не была Бугаем, чтобы запросто хватать людей и перетаскивать их вниз. Я не могла телепортировать жертв в безопасные места или искривлять пространство и время, как Виста. Висту, скорее всего, сюда даже не пустят — Протекторат был сосредоточен на решении проблем исключительно приносимых другими паралюдьми. Я уже повернулась, чтобы уйти, как перед глазами возникла тревожно мигающая табличка. Внимание, новое задание!!! Зажигайте! Спасите несчастных жертв жадности и неумелости городских служб Броктон-Бей и докажите, что вы нечто большее, чем просто смертоносный убийца. Награда: 100 очков опыта за каждую спасённую жертву. Штраф за провал: потеря репутации, возможная смерть. Блять. Моя сила, кажется, считала, что я могла что-то сделать со своими способностями, чтобы спасти этих людей. Она даже не потрудилась спросить меня, согласна ли я принять это задание. Вероятно, я просто не получу очков опыта, если никого не спасу. И всё же было что-то странное в формулировке текста задания. Возможно ли, что это был мой шанс обрести новый путь? Было бы легко потерять душу, убив восемьсот человек, особенно из-за того, что не было ничего, способного уравновесить эту сторону моей жизни. Я всегда хотела быть героем, и хотя путь, который я выбрала для себя, не был героическим, я не могла сидеть сложа руки и смотреть, как умирают люди, особенно когда в моих силах было что-нибудь с этим сделать. Могла бы я попробовать использовать машины вкупе с инвентарём? Наверное, могла, но это выдало бы мои суперспособности и, скорее всего, убило бы меня. Кроме того, паникующие люди, пытающиеся спуститься вниз по штабелю из двадцати сложенных друг на друга авто, скорее всего, закончат тем, что свалятся с этой шаткой конструкции и покалечатся. — Что тут происходит? — спросила я человека, стоявшего с самого края толпы. — У кого-то была метамфетаминовая лаборатория на втором этаже, — сказал он. — Подорвали сами себя и устроили пожар, который разошёлся по всему второму этажу. Все ковры в огне, и стены тоже. — Неужели никто ничего не может сделать? — спросила я. — Огонь слишком горячий, и дыма много, — сказал он. — Ни у кого не получилось сквозь них пройти. Люди на третьем этаже уже, считай, мертвы. — Откуда вы всё это знаете? — Я пишу статью о коррупции в городском правительстве, — сказал он. — Домовладелец подкупил инспекторов, чтобы они не обращали внимания на отсутствующие пожарные лестницы, хотя это является явным нарушением городского свода законов. Это означает, что каждый инспектор, посещавший этот район, предпочитал отворачиваться. И эти смерти сделают его статью ещё более сочной. — Вы здесь живёте? — Мы все здесь живём, — ответила я. — Этот город — наш дом. Все, кто приходил сюда и видел, что происходит, но ничего не делал — соучастники. Услышав эти мои слова, он просиял. — Могу я вас процитировать, мисс? — спросил он, но я уже воспользовалась навыком скрытности, чтобы проскользнуть в толпу, пока он искал свой блокнот. Я надеялась, что это выглядело так, будто я просто от него ушла. Проблем было, скорее всего, три. Там был огонь, там был дым, который вдобавок, по всей вероятности, содержал в себе кучу видов нездоровых химических веществ, и помещения внутри уже должны были быть серьёзно повреждены огнём. Первое, что было мне нужно, это вода. Я могла бы попытаться добавлять в инвентарь воду из пожарного гидранта, но это заняло бы слишком много времени. Люди будут продолжать гибнуть, пока я буду стоять на месте. Это место находилось в северо-восточной части города, между доками и железнодорожной станцией. До бухты было идти всего пять кварталов, то есть около трёх тысяч футов (3000 футов = 914,4 метра, прим.пер.). Если я буду бежать, то доберусь дотуда за две с половиной минуты, итого пять минут на дорогу туда и обратно. Будет очевидным, что я буду двигаться быстрее, чем нормальный человек, поэтому нельзя было, чтобы кто-то увидел меня в моей обычной одежде. Я натянула капюшон и прошла мимо компании молодых панковатых людей, которые смеялись над пожаром. Люди рядом с ними явно чувствовали себя неуютно, но вокруг парней витала аура опасности, которая заставляла всех отворачиваться от них. Идеально. Парень, который шёл позади группы, был одет в тяжёлую кожаную куртку, которая для меня была бы великовата, но зато хорошо могла обеспечить мне защиту от огня. Более того, он и его друзья стояли ко мне спиной, а люди вокруг старались отводить от них взгляды. Я закрыла лицо платком Мисс Ополчение и, проходя мимо него, хлопнула его рукой по плечу. — Инвентарь, — пробормотала я, и куртка исчезла с его плеч. Я уже была в толпе, когда парень заметил пропажу. Как только я завернула за угол, куртка оказалась на мне, и я побежала. Это была настоящая кожа, а не более огнеопасная искусственная. Я надела куртку поверх толстовки с капюшоном. Мне потребовалось несколько минут, чтобы добраться до бухты, и я вошла в воду по пояс. — Инвентарь, инвентарь, инвентарь, инвентарь, — чуть ли не припевом повторяла я. Я наполнила одну ячейку пятьюдесятью единицами одинакового предмета — водой. Каждая единица воды была близка к пределу моего веса и весила чуть больше тонны. Каждая тонна воды объёмом равнялась восьми ваннам. Я наполнила две ячейки пятьюдесятью тоннами воды в каждой. Может, сто тонн воды это было не так уж и много, но этот вариант был лучшим из того, что я могла сделать. Я остро ощущала, как утекает время — люди умирали, пока я сидела в воде, наблюдая за тем, как большими кусками та исчезает вокруг моей руки, после чего эта пустота тут же наполнялась водой снова и снова. Я вышла на берег и тут же рванула назад. Выскочившее сообщение гласило, что скорость моего бега увеличилась до шестидесяти процентов, а это означало, что на обратный путь я потрачу меньше времени, чем на то, чтобы добраться до залива. И всё же эти пять минут сыграли свою роль. Нигде не было видно ни пожарников, ни их машин, ни полиции. Пламя разрослось вдвое, а дым, поднимавшийся со второго этажа, сменил цвет с белого на серый. Я больше не могла видеть последний этаж, и мне стало интересно, был ли там вообще кто-нибудь живой. Задымлён был и первый этаж — огонь расползался во все стороны. Мне показалось, что с этого этажа все уже успели эвакуироваться. Платок вряд ли сможет меня защитить, но то, что я намочила одежду, должно было хоть немного помочь. Наверное, я смогу по пути есть, чтобы восстанавливать здоровье, при условии, что огонь не будет настолько горячим, что убьёт меня немедленно, или что я не попаду в ловушку внутри горящего дома. Дойдя до жилого комплекса, я заметила, что толпа стала ещё больше. Я протиснулась сквозь людей и подбежала ко входной двери. Когда я протиснулась внутрь, я сразу же почувствовала запах гари и закашлялась. — Инвентарь, — сказала я, и дым в комнате мгновенно рассеялся. Я почувствовала лёгкое головокружение, потому что дым содержал большую часть кислорода в комнате, а заменить его мгновенно было нечем. Комната почти сразу начала снова наполняться дымом, но я уже ушла вперёд. Я пробежала через вестибюль, пытаясь добраться до лестницы. Лестница, по счастью, была сделана из бетона. Я побежала наверх, перепрыгивая через две ступеньки. — Инвентарь, инвентарь, инвентарь, — бормотала я, добавляя всё больше и больше дыма в свой пространственный карман. Проблема заключалась в том, что стоило дыму исчезнуть внутри, как почти сразу наползала новая порция. На втором этаже я столкнулась с новой проблемой. Потолок частично обвалился, завалив лестничную клетку острыми кусками щебня. -5 хп! Урон от огня. Я почувствовала острую, жгучую боль в руке, когда дотронулась до обломков и сказала «инвентарь». Кое-что мне убрать удалось, но только для того, чтобы свободное место завалило новыми кусками разбитого потолка. -5 хп урона от огня! Создан новый навык! Огнестойкость! -2% урона от огня за уровень Суммируется с сопротивлением физическому урону! Уровень 1. -2% Я быстро съела несколько шоколадных батончиков, чтобы восстановить уровень здоровья, бросив обёртки на пол. Затем я возобновила своё занятие, добавляя в инвентарь дым и куски щебня кусок за куском. К тому времени, когда я добралась до третьего этажа, я получила ещё пять уровней к огнестойкости. Вдобавок к моему физическому сопротивлению я теперь на 12% была устойчива к повреждениям огнём. Передо мной стояла стена из пламени, и вот теперь я начала вытаскивать из инвентаря воду, заливая коридор. Когда тонна воды рухнула на пол, я услышала, как тот натужно застонал от веса, но ничего поделать с этим я не могла. — Инвентарь, инвентарь, инвентарь, — бормотала я. После чего, громче, крикнула. — Есть кто живой? Единственным звуком, раздавшимся в ответ, был треск пламени и звук обрушившейся каменной кладки. Голосов, которые я ждала услышать, слышно не было. — Инвентарь, инвентарь, инвентарь, — продолжала я бормотать себе под нос. Каждый раз, когда вода вытаскивалась из инвентаря, она падала вниз с уровня потолка. Попавшая по мне порция воды ударила, как тонна кирпичей, и у меня подогнулись колени. Как только я снова стала насквозь мокрой, обеспечив себе небольшую защиту от огня, окружающий жар почти мгновенно меня высушил. Пар, который стремительно разрастался, был до умопомрачения горячим. Я выплёскивала воду снова и снова, и всё же продолжала получать урон от огня. Огнестойкость тоже продолжала расти. Шестой уровень быстро превратился в двенадцатый, а затем в пятнадцатый. Вкупе с моим сопротивлением физическому урону, урон от огня был уменьшен больше чем на треть. Я была полностью сосредоточена на тушении пожара. Людям придётся подождать, потому что я не смогу никого спасти, пока вокруг будут дым и огонь. Кожаная куртка, которую я украла, превратилась в лохмотья, тлея от жара до тех пор, пока не дошла до такого состояния, что была готова вот-вот развалиться на части. Я заливала всё вокруг водой, добавляла в инвентарь дым, и снова лила воду. Жар всё ещё был таким сильным, что даже с Телом игрока было трудно дышать. Сколько всё это заняло времени, я не знала. Всё, что я знала, мои запасы воды быстро истощались, зато запасы дыма стремительно пополнялись. Я была так сосредоточена на пожаре, что не могла сказать, остался ли здесь вообще хоть один живой человек. Вода заканчивалась, пол был залит водой, глубиной почти в фут (1 фут = 30,48 см, прим.пер.). Пламя всё ещё оставалось гореть, но от огня осталось меньше четверти. Наконец, мои запасы подошли к концу, но вода стояла мне по щиколотку, глубиной в целый фут. — Инвентарь, — прошептала я. Было достаточно касаться воды лодыжками, и как только вокруг меня образовалось пустое место, туда тут же хлынула оставшаяся вода. Я пробежалась по пути, где прошла, туша огонь, собирая столько воды, сколько было возможно — большая её часть превратилась в пар, но всё же. Я смогла собрать достаточно, чтобы продолжить тушить остатки пламени. Что я могла сказать точно, так это то, что я повредила пол и потолок нижних этажей. Вопрос заключался в том, смогла ли я кого-нибудь спасти. Когда я стояла на улице, я удивлялась, почему люди не пытались выпрыгнуть из окон — это был только третий этаж, и упасть с такой высоты явно было бы менее болезненным, чем сгореть заживо. Оказалось, что окна были с решётками, и судя по всему ещё задолго до того, как с дома убрали пожарные лестницы. Владельцу предстояло многое объяснить. Справка по одной из скорчившихся у окна фигур была определённо ясна. Труп. Люди явно пытались убрать с окна решётку — я видела инструменты, которыми они пытались от неё избавиться. Первое тело было обожжено так, что я даже не могла сказать, какого оно было пола, и описание тоже ничего мне не дало. Люди стояли у окна и отчаянно пытались отдышаться. Во второй комнате лежали тела семьи из трёх человек. В третьей была пара. Наконец, в четвёртой комнате я обнаружила двух выживших. Я подозревала, что у них просто было больше времени до того момента, как до них добрался огонь. Это были женщина и девочка-подросток. Их окно было немного больше, чем большинство других, увиденных мной, потому что находилось в углу здания, а их комната находилась дальше от очагов огня, чем другие. Несмотря на то, что они выжили, обе они находились в критическом состоянии. Они вдохнули слишком много дыма, и вся их кожа была покрыта ожогами. Как можно быстрее я начала делать им искусственное дыхание. До моего слуха наконец-то донёсся вой сирен. Я делала всё возможное, но быстро стало понятно, что если я хочу кого-нибудь спасти, мне придётся сосредоточить своё внимание на нём. Я должна была сделать выбор, и я его сделала. К тому времени, как пожарные до нас добрались, женщина была мертва, но её дочь всё ещё оставалась в живых. Когда в помещение вошли парамедики, чтобы заменить меня, я увидела перед глазами новое сообщение. ВСЕ ОТОЖГЛИ! ЗАДАНИЕ ЗАВЕРШЕНО! ВЫ ПОЛУЧИЛИ 100 ОЧКОВ ОПЫТА. Почему-то меня это не впечатлило. ---------- интересности от читателей PrinceJonathan, Апокриф: Гриндили слишком долго Я люблю тему с подземельями. Я бы с удовольствием почитал фик про геймера, где гг практически живёт в них. Гриндит, так сказать, нон-стоп. Повышает уровни исключительно на мобах, и пытается добиться максимальных показателей в своих статах. Затем, когда он наконец-то выходит из ВП… — Отлично! Пора спасать мир! *мимо катится перекати-поле, а ветер завывает над пустынным и пустым постапокалиптическим ландшафтом, наполненным руинами без каких-либо признаков жизни* — Э-э-э… блять.