Kill Them All

— Так ты действительно целитель, — сказал Флэш после того, как уже десятый исцелённый мною человек встал на ноги. — А ты думал я вру? Он неловко пожал плечами, и я промерцала к следующему пострадавшему. Он начинал привыкать к моей телепортации. Видя всё больше и больше разрушений вокруг, Флэш начинал чувствовать себя всё более и более виноватым. Если бы жених доктора Сноу окончательно умер, я подозревала, что и это он бы тяжело переживал. Может, мне нужно попробовать скопировать какую-нибудь ремонтную силу? Было бы здорово брать какой-нибудь металлолом и «исцелять» его до нового состояния так же, как я исцеляла людей. Вдобавок, это сделало бы меня намного более популярной на Земле Бет. — Я верил кое-кому… долгое время. Он был для меня настоящим учителем. А потом он предал нас… и стал причиной всего, что произошло недавно. — Звучит так, словно он был настоящим мудаком, — заметила я. Флэш нахмурился. — Он не всегда был таким. Он действительно многому меня научил и помогал нам… Пока не отвернулся от нас, пока не предал. Всё это было лишь частью его плана. — Он мог путешествовать во времени? — заинтересованно просила я, уловив в его голове случайное воспоминание. — Это странно, — сказал Флэш. — Прекрати копаться у меня в голове. — Это экономит много времени и сводит к минимуму любое недопонимание, — сказала я. — Ты слишком нетерпелива для своего возраста, — он оглядел улицу, пытаясь отыскать взглядом других пострадавших людей. Машины скорой помощи уже подъезжали, но я разбиралась с большей частью самых тяжёлых ранений. Их система медицинских услуг была такой же дорогой, как и наша, даже если их уровень обслуживания был гораздо лучше. Машины скорой помощи здесь выглядели яркими и блестящими. На них не было ни вмятин, ни пулевых отверстий. [1] Держу пари, их полицейские участки тоже выглядели неплохо. — Мой мир умирает, — сказала я. — А я получаю силы, избивая людей. — Умирает? — У нас есть монстры-разрушители, — ответила я. — Любой из них может легко уничтожить целый город, и именно этим они и занимаются. — У вас нет героев? — спросил Флэш. Я могла только горько усмехнуться. — Злодеи сражаются бок о бок с героями, а в каждом бою мы теряем от четверти до трети защитников. Иногда нам удаётся прогнать их назад, а иногда мы теряем город. Он замер на месте, уставившись на меня. — Левиафан способен создавать приливные волны, которые стирают города с карты. Бегемот, убийца героев… он может вскипятить тебя изнутри и сделать всю местность, где бы он ни проходил, радиоактивной и непригодной к жизни в следующие несколько тысяч лет. И, наконец, самая худшая из них — Симург. — На что способна она? — Сводит с ума целые города, — ответила я. — Делает всех до такой степени безумными, что людей приходится помещать в карантинные зоны и замуровывать внутри, оставив умирать. — Это звучит… жестоко. — Её способности позволяют ей завладевать чужим сознанием, и она может воздействовать таким способом на людей, которые никогда не приближались к ней. — Что? — Представь, что есть человек, подумывающий о самоубийстве, но его друг, узнавший об этом, утешает и отговаривает его от этого. Человек, на которого повлияла Симург, может перехватить этого друга, и будет отвлекать его до тех пор, пока не станет слишком поздно. Они могут шепнуть не то слово в нужный момент, или, может, просто станут безумными массовыми стрелками в толпе. Нет никакого способа узнать, как они будут действовать и каковы будут последствия. Причина, по которой я всё это рассказывала, заключалась не только в том, чтобы вызвать в собеседнике сочувствие. Флэш был тем человеком, который и без того чувствовал себя обязанным помогать, и я не собиралась отказываться от его помощи, не от того, кто, возможно, мог бы изменить ситуацию к лучшему. Он мог бы помогать эвакуировать гражданских и героев, или, хотя бы, их тела, помогая им сохранять лучшую для лечения форму. Он мог бы принести много пользы, если бы он… — Ты можешь останавливать приливные волны? — удивлённо уставилась я на него. — Я сделал так однажды, — сказал Флэш. — Этот способ не сработал бы, если бы Левиафан всё ещё контролировал воду, — сказала я. — Но ты смог бы спасти буквально миллионы жизней. Я передала ему в голову образы всех Губителей, падения Кюсю, разрушения Японии. Я видела всех их на видеозаписях, но в битве против Симург я участвовала лично. — Ты сражалась с одним из них лично, — сказал он. — Я сбежала от неё, — отрицательно покачала я головой. — Она использовала меня, чтобы добраться до другой вселенной, которую контролировало некая злая сущность. Я всё ещё иногда беспокоюсь о том, что произойдёт, когда она всё-таки вернётся. Он помолчал пару секунд. — Я помогу тебе, — сказал Флэш. — Я не смогу примириться с собой, если не сделаю этого. Но прямо сейчас у нас есть и свои проблемы. — У вас в подвале была частная тюрьма для металюдей? — удивлённо поинтересовалась я. — У нас нет другого способа сдерживать их, — сказал он, чувствуя себя неловко. — Ну, я как-то оставила одного из них в пустом мире, — сказала я. — Так что не могу винить тебя за это. И я не могу не думать о том, что мы бы могли помочь друг другу. — Эм-м? — Я получаю более слабые версии сил, которые могу сделать сильнее, когда их использую… или иногда просто усиливаю силы, вместо получения новых. Я бы с удовольствием наваляла вашим злодеям, или, если вы устали сдерживать их самостоятельно, то почему бы просто не передать технологию удержания металюдей в тюрьмы и колонии? — Мы уже думали об этом, — признался он. — Мне никогда не казалось правильным сажать их в камеру без суда и следствия, но в тот момент мы не видели другого выхода. — Или, может, это просто Тоун влиял на вас, не давая увидеть любые другие варианты решения, — сказала я. — В своём мире я бы не доверила правительству держать кусок льда в морозилке, но у вас, судя по всему, дела идут гораздо лучше. — Всё настолько плохо? — Им нужны злодеи, которые будут выступать на битвах против Губителей, — пояснила я. —Из-за этого им, по большей части, дают полную свободу действий. Если злодей оказывается слишком плохим, на него выписывают Приказ на убийство, или сажают его в Клетку. — Клетка? — У вас же здесь есть тараканьи ловушки, да? — поинтересовалась я. — Ага, — кивнул он. — Вот примерно также работает и Клетка, только вместо тараканов — люди. Даже правительство не может выпустить кого-то оттуда. Жизнь там — это срок без условно-досрочного освобождения, и без тюремной охраны. Проблема в том, что иногда они ошибаются и помещают в Клетку невинных людей. Флэш, судя по его эмоциям, был в ужасе от моего рассказа. Мне нужно было дать ему понять, как обстоят дела, потому что если он будет присутствовать на битве против Губителя, кто-нибудь обязательно выскажется на счёт меня. — Наше правительство коррумпировано и некомпетентно, — сказала я. — Но это не значит, что у вас дела обстоят точно так же. Я видела мысли полицейских в этом районе, и хотя и среди них были люди с проблемами, они всё равно были намного лучше сотрудников, которых я повстречала в главном отделении полиции Броктон-Бей. Они не испытывали чувство подавленности от наличия необоримого врага. Иногда я задавалась вопросом, не было ли это чувство той самой причиной, по которой так много полицейских в моём мире брали взятки — они думали о скором наступлении конца света, поэтому старались наполнить жизнь как можно большим удовольствием. — В состоянии Ронни произошли изменения, — послышался голос Циско в наушнике Барри. — Я у тебя выиграю, — сказала я Флэшу, и промерцала обратно к штаб-квартире героев. Взглянув на неё со стороны, я была более чем впечатлена. Здание было размерами, по крайней мере, с футбольный стадион, и я понятия не имела, сколько могла стоить такая недвижимость, даже без учёта построенного ускорителя частиц в подвальных помещениях. Доктор Сноу вздрогнула, когда я появилась рядом с ней. — Меня предупреждали об этом, — сказала я. — Иногда нужно вносить небольшие коррективы в процесс излечения. Выхватив из инвентаря руку Борга, я телекинезом внесла некоторые изменения, и поместила небольшое количество дополнительных нанитов в шею мужчины. Если бы я была Боргом, то могла бы изменять нанитов по своему желанию, но у меня был мой телекинез. На руке не было кнопок, да и с чего бы им там быть? Я соорудила интерфейс, используя старый ноутбук и кое-какое электронное оборудование из радиотоваров. Ноутбук был включён — он не отключался от питания, когда находился в стазисе, а если бы я его выключала, то старым компам, наподобие этого, потребовалась целая вечность на то, чтобы снова включиться. — Это… — Кусок хлама? Да. Это устройство должно управляться кибернетически, но у меня нет никакого желания имплантировать себе части киборга, чтобы всё контролировать. Я яростно печатала на клавиатуре, и заметила, что Циско заглядывает мне через плечо. — Я не видел такого языка программирования раньше. — Это программирование из 25 века, — сказала я. Я выучила его из книг навыков по программированию, полученных от репликатора. — Он немного изменился спустя столько времени. — Ты из 25 века? — Не-а. Но однажды я побывала там и приобрела кое-какие полезные технологии и навыки. Сзади возник Флэш. По всей видимости, его от соревнования отвлекли три преступления и два несчастных случая. — Вот и всё, — кивнула я. — Теперь всё будет хорошо. Воскрешение людей — нелёгкий процесс. Технологии Боргов были разработаны для работы с физиологией тысяч видов, но также им нужно учитывать и их различия. Повреждения как у его тела — это не то, с чем Борги сталкивались раньше, поэтому программы будут учиться в процессе. Его жизненные показатели приходили в норму. — Сколько времени это займёт? — спросила доктор Сноу. — Ещё часов девять, может быть?.. — протянула я. — Он метачеловек, так что, по сути, наниты воспринимают его как новый вид. Она была встревожена, но всё ещё полна надежды. — Хей. Почему бы вам, ребята, не рассказать мне о ваших беглецах? Возможно, я смогу помочь вам их всех поймать. [2] Циско взглянул сначала на Барри, но тот согласно кивнул. Я была впечатлена их компьютерными системами. Конечно, они не могли сравниться с компьютерами Федерации, но выглядела техника дорогостоящей, да ещё и была намного лучше, чем на Земле Бет, несмотря на то, что наше время с землёй Флэша различалось всего на три года. — Отлично, — кивнула я. — Тогда давайте поглядим, что получится. Я промерцала в небо над городом и широко раскинула свою эмпатическую и телепатическую чувствительность. Прошло чуть больше часа с тех пор, как заключённые сбежали, поэтому радиус их возможного местоположения был не так уж велик, пусть он и увеличивался с каждой минутой. Несмотря на этот факт, я всё равно потратила десять минут, используя свой навык металлоломного производства, чтобы отремонтировать их тюрьму для металюдей. Что бы они тут ни делали, но это причинило тюрьме ущерб. Не все из сбежавших смогли бы сразу же найти себе транспорт и уехать из города, но готова поспорить, что при виде сингулярности в небе задерживаться в городе они явно не собирались. Моя эмпатия работала в радиусе полумили. Однако телепатия сейчас работала в куда большем диапазоне. Проблема заключалась в какофонии мыслей, и в том, что нужно было перебирать их поочерёдно, чтобы выискать нужную мне информацию. (0,5 мили = 804,67 метра) Были люди, которые с отчаянием названивали близким, живущим в центре города, истово надеясь на то, что они не погибли. Их головы занимали только эти мысли. Другие люди радовались тому, что остались в живых. Торжествующие мысли… а вот это было необычно. Первым, кого я нашла, оказался Кайл Нимбус, который превратился в ядовитый газ в семейном авто, убив всю семью. Он столкнул отца семейства с водительского сиденья, проигнорировав тела матери и двоих детей. Я появилась прямо на просёлочной дороге, по которой он ехал, слишком внезапно, чтобы он успел затормозить. Поскольку я могла летать, я могла использовать эту силу и для того, чтобы оставаться неподвижной. Он врезался в меня, и машина смялась вокруг моих ног. Сам Кайл влетел в лобовое стекло, но его тело превратилось в газ, когда то рассыпалось осколками и его протащило вперёд. — Кайл Нимбус, ты арестован! — сказала я. Я не была уверена, какая сила смогла бы повлиять на его газообразную форму, поэтому начала с огня. Он закричал и преобразился обратно в человека прямо у меня на глазах. На всём его теле остались следы от ожогов. Я ткнула ему пальцем в глаз, после чего применила исцеление. Когда я вытащила палец, он продолжал испытывать ужасную боль. — Превратишься в газ обратно, и я сожгу тебя, — предупредила я. — Я могу продолжать сжигать и исцелять тебя целую вечность, или же ты можешь отправиться в тюрьму. Уверена, что семья, которую ты убил, хотела бы, чтобы ты выбрал первый вариант. Он кричал, держась за глаз, но всё же нашёл в себе силы кивнуть спустя полминуты. Я схватилась ему за плечо и наклонилась. — Ты не будешь убивать. Я добавила к словам постоянное гипнотическое внушение и ощутила, как он задрожал, пытаясь сопротивляться приказу. Он понимал, что я сделала, и уставился на меня с ужасом на лице. Я исцелила его, и использовала контроль над кровью, чтобы убрать её с его лица. Секунду спустя мы были в первой из тюремных камер. Я проверила окошко оповещения. Создан новый навык! Частичная неосязаемость! Вы можете превращаться в облако и становиться невосприимчивой к физическим атакам, за исключением тех, которые связаны с воздухом и вакуумом. Вы остаётесь уязвимы для энергетических атак. Уровень 2. +1 уровень к сродству с миром. Это была действительно полезная сила. Я снова выбралась наружу, сканируя окружающее пространство. Самым простым способом было бы вернуться обратно на Землю и забрать мой шаттл — я была уверена, что он сможет отличить металюдей от обычных. Но у меня было всё ещё больше пятидесяти процентов шанса на то, что я промахнусь мимо этой вселенной. Я почти не обращала внимания на сродство с теми мирами, где у меня уже был хороший шанс вернуться обратно, поэтому я хотела бы сначала получить возможность гарантированно сюда вернуться вместо того, чтобы прыгнуть сквозь миры с шаттлом, промахнувшись и потеряв шаттл или что-то в этом роде. Сканирование чужих мыслей напрягало, но, полетав над основными маршрутами, ведущими из города, я смогла найти второго злодея. Рой Биволо называл сам себя Радужным Рейдером. Он был Властелином и мог контролировать эмоции людей. Он ограбил банк, но он не был убийцей, и хорошо отнёсся к людям, которых убедил пойти с ним в качестве заложников, чтобы сбежать из города. Я промерцала на сиденье машины рядом с ним, врезав ему по лицу, а затем взяла машину под телекинетический контроль, потому что она почти что выехала на встречную полосу от того, что водитель удивился моему внезапному появлению внутри. Это была компания из студентов колледжа. — Всё в порядке, я герой, — сказала я им. — С ним всё будет нормально. Я просто отведу его в другое место, чтобы он мог там отдохнуть. Это не было постоянным внушением — надеюсь, к тому времени, как оно спадёт, они уже успокоятся. Я высадила его в камере*. + 1 уровень к телепатии! Телепатия достигла 15 уровня! Теперь вы можете читать мысли в радиусе 31 мили! (31 миля = 49,89 км) +1 уровень сродства с миром. Это было полезно, хотя всё ещё оставалась проблема просеивания мыслей в поисках нужных. Было бы проще, знай я этих людей лично. Я их не знала, поэтому мне пришлось разыскивать отличающиеся от обычных мысли. Диапазон, в котором я могла видеть глазами других людей, был намного меньше, как и у моей эмпатии. Следующего человека, которого мне удалось найти, даже не было в их списке. Он сбежал из их мета-тюрьмы ещё раньше. Он был гением, достаточно уверенным в своих силах, чтобы остаться в городе несмотря на сингулярность. Хартли Рэтэуэй прятался на заброшенном складе, где ему удалось собрать впечатляющую лабораторию из всякого хлама. У него был суперслух, но он не мог его контролировать — эта способность причиняла ему настолько сильную боль, что ему пришлось создать слуховые аппараты, которые глушили окружающие шумы. Появившись у него за спиной, я сдёрнула с него один из аппаратов и гаркнула ему в ухо «ХАРТЛИ!». [3] Этого оказалось достаточно, чтобы он упал на пол. Я пнула его, и коснулась крови. Я могла не беспокоиться о тех же побочных эффектах, что и он, к тому же я уже была невосприимчива к глушащим эффектам, в которые наверняка входила и боль, причиняемая громкими звуками. Если же нет, то нужно будет просто повысить сопротивление урону звуком. Улучшенный слух повышен на 2 уровня! Теперь ваш слух в восемь раз лучше обычного! +1 уровень к сродству с миром. Учитывая, что я была подростком, который никогда не пытался оглушить себя громкой музыкой, то даже без этих прибавок я могла слышать даже лучше, чем многие другие люди. Боли не было. Я не была уверена, насколько ценной окажется эта сила — у других моих способностей диапазоны действия были куда как больше, так что как бы в конечном счёте не оказалось, что слух станет скорее помехой, чем помощью. Я правда не хотела слышать, как все в радиусе тридцати миль пользуются туалетом или занимаются сексом. Это был один из тех способов, которые легко могли свести с ума, даже с учётом моего разума игрока. И всё же, бросив его в камере, я продолжила свои поиски. Шона Бэйз была телепортером, и я была очень взволнована тем, что наткнулась именно на неё. Прирост моего навыка Мерцания шёл по экспоненте, и с ним мне будет легче путешествовать к другим звёздам. Если бы я могла поднять его на достаточно высокий уровень, то смогла бы путешествовать к другим инопланетянам и вообще облетать всю Федерацию. Особенно меня интересовали ференги, так как они могли, казалось, продать кому угодно и что угодно, если у тебя найдётся достаточно денег. Потребовалось некоторое время, чтобы найти её местоположение. Она вырвалась дальше других, запаниковав от вида сингулярности, и мне пришлось вылетать за пределы города, чтобы найти Шону. Она ехала на крыше поезда, когда я появилась позади неё. Каким-то образом ей удалось услышать меня, и она телепортировалась. Шона беспокоилась о том, что ей придётся вернуться в камеру — именно эти мысли и подсказали мне, кем она была. Мои телепатические силы действовали в большем радиусе, чем её телепортация — она была ограничена прямой видимостью. Она прыгала по зигзагообразной траектории — Шона думала, что её преследует Флэш, и не оглядывалась назад. Я вздохнула. Сражения с телепортерами раздражали. К счастью, скорость реакции у неё была вполне себе человеческой. Кроме того, я могла читать её мысли насчёт следующего прыжка, поэтому появилась в точке выхода раньше, чем она. Когда она возникла передо мной, я скомандовала «Остановись». Пару мгновений спустя она уже лежала на земле, истекая кровью. Мерцание повышено на 2 уровня! С бонусом от силы «Везде и Нигде» вы теперь можете совершать прыжки на расстояние 4 триллиона миль! +1 уровень к сродству с миром! Учитывая, что световой год равнялся 5,6 триллионам миль, я могла преодолеть расстояние в три световых года за четыре прыжка. Это определённо стоило затраченных усилий. Оставив её в зеркальной камере, я снова выбралась наружу. Эта пара часов прошла плодотворно. Я не только получила несколько прекрасных улучшений своих сил, но и поймала нескольких злодеев, предположительно улучшив свою репутацию в глазах команды, и облегчила себе возвращение в этот мир. Теперь у меня было 70% шансов вернуться сюда, так что ещё парочка злодеев, и я смогу возвращаться сюда когда захочу. Этот мир был для меня словно шведский стол! Полиция не останавливала злодеев, в основном, они закрывали на них глаза. Это значило, что я даже смогу тайно забирать их, отправляя на свой шаттл, и никто не узнает об этом. Кроме того, здесь были металюди, которые не захотели становиться злодеями, и я могла либо заплатить им за силы, либо нанять их, если мне потребуется помощь в одном из моих проектов. Мне почти что хотелось злорадствовать.