Kill Them All

— Геноцид — это не повод для смеха, — мрачно заметил Супермен. — Я ни в чём не признаюсь, — сказала я. — Но чисто гипотетически, предположим, что у вас на руках есть доказательства того, что Доминаторы и Псионы планировали новое вторжение на Землю, но на этот раз они к нему заранее готовились. Считая, что металюди представляют для них угрозу, они планировали запустить на Землю вирус, предназначенный для нейтрализации метасил, и который одновременно породил бы бушующие по всему миру эпидемии, должные ослабить нашу оборону, а после планировали бомбардировать Землю с орбиты. Если бы они запланировали уничтожить человечество, планируя оставить в живых только несколько особей для научно-исследовательских целей, это бы поменяло ваше мнение? — Были и другие варианты, — сказал Джон Стюарт. — Ты могла бы сообщить об этом в корпус Зелёных Фонарей. — В одном чемоданчике вируса было столько, что он без проблем заразил бы всю планету. А они создали много таких, чтобы убедиться в том, что вирус распространится как можно быстрее, хотя всё, что для этого потребуется, незаметно оставить чемодан в Нью-Йорке, или Шанхае, или Лондоне, и тогда конец света уже стал бы неизбежен, даже без учёта бомбардировок. У корпуса действительно есть достаточно людей, чтобы держать каждого пришельца подальше от Земли? Они легко могли бы нанять кого-нибудь, кто сыграл бы роль козла отпущения, чтобы тот провёз чемодан на планету контрабандой, и вы бы никогда об этом не узнали. — И почему Земля должна быть в большей безопасности, чем до этого? — Лаборатории, в которых создавался вирус болезни, да и вообще информация о нём, находились в 12-ти городах. Их состав хранился от населения в секрете из-за страха Доминаторов перед телепатами, и части информации о составах хранились изолированно друг от друга. Последнее, чего хотели Доминаторы, это чтобы их собственную разработку модифицировали и использовали против них самих. — Метеориты упали на 12 городов, — заметил Зелёный Фонарь. — На те самые города, где проводились исследования? — Гипотетически да, — согласилась я. — И гипотетически, псионы производили дозаторы для этого вируса… дешёвые, уровня уличных изделий, типа как если ты покупаешь дешёвый китайский мусор вместо дорогого корейского мусора. Доминаторы не хотели вкладывать свои усилия во что-то, что могла сделать не такая важная раса, как они. — Но псионы при этом не пострадали. — Если бы удар нанесли ещё и по ним, они могли бы заявить, что это всё сделала третья сторона, — сказала я. — Да и в любом случае дозаторы — это обычная хрень, и без чего-либо, чем их можно заполнить, они были не опасны для того, чтобы на них упали метеориты… гипотетически. — И что произойдёт, когда они узнают правду? — Ну, они и так планировали геноцид местного населения, — пожала я плечами. — Так что, сколько бы времени у них ни заняло выяснение правды, это даст дополнительное время Земле для того, чтобы подготовиться к возможной угрозе. Да и возможно, что они так и не узнают правды — обе расы довольно высокомерны и упрямы — несколько слов в нужные уши помогут продлить войну на неопределённый срок. — Я мог бы представить Аманду Уоллер, делающую нечто подобное, или кого-то из военных, — сказал Супермен. — Но герои не должны заниматься подобными вещами. — И это ещё одна причина, по которой вы в безопасности. Ваша репутация — то, что вы всегда поступаете правильно — распространилась по всей галактике. Я подозреваю, что именно это и стало одной из причин, по которой другие виды продолжают на вас нападать. Они считают, что вы их не убьёте, поэтому нападение всегда видится им ограниченным риском, зато с возможной огромной наградой. Псионы никогда не подумают, что что-то подобное мог устроить герой с Земли, а обычные люди недостаточно технологически развиты, чтобы такое устроить. Да чёрт возьми, самым большим доводом против будет то, что даже земные герои технически не способны такое устроить, а не то, что это не соответствует вашему обычному образу действий! Без прямых доказательств никто вас не заподозрит. Все герои явно выглядели очень расстроенно. — Ты должна была рассказать нам, — сказал Супермен. — Должна была дать нам шанс придумать план получше, который не потребовал бы гибели миллиардов. — Я не говорю, что всё это правда — сказала я. — И опять же, не говорю, что это всё я устроила. Я, в конце концов, была несколько занята. Никто из героев не выглядел убеждённым моими словами. — Дело в том, — медленно произнёс Супермен. — Что никто из нас, каким бы могущественным он ни был, не смог бы совершить нечто такое в одиночку. У пилотов авиакомпаний есть вторые пилоты, потому что они делают сложную работу, и если они загружены работой, то начинают совершать ошибки. А когда они совершают ошибки, умирают сотни людей. Цена же наших ошибок — гибель миллионов и миллиардов людей. — Угроза, с которой я столкнулась дома, не что иное, как источник всех суперсил, — сказала я. — По крайней мере, это касается моей вселенной. Предположительно, это означает, что у этого существа есть все силы. Представьте себе, что вы сражаетесь с кем-то, кто способен на всё — неважно, чем и как вы атакуете, у противника есть потенциальная контратакующая способность. И независимо от того, какая у вас будет защита, потенциально он может пробить её несколькими видами атак. Как можно победить что-то подобное? — Подавить его способность к размышлению, — сказал капитан Марвел. — Поразить его таким количеством сильных атак одновременно, чтобы сбить его с толку, чтобы у него не было времени применять защиту против всех их одновременно. — В моём мире не так уж и много мощных способностей, — сказала я. — Я почти уверена, что силы намеренно были ослаблены, чтобы не представлять для их создателя угрозы. Бросить на него армию из паралюдей, всё равно что отправить народ в мясорубку. И в конечном итоге, противостоять такому врагу смогу только я. Именно такой тактикой мы пользовались против Губителей. Мы бросали кейпов в мясорубку, пока Губители наконец-то не решали, что убили достаточно людей, и не уходили. Это больше походило на жертвоприношения злобным богам, чтобы умилостивить их, за исключением того, что эти существа давали нам иллюзорную надежду, будто у нас есть шанс против них выиграть. — Так пойди и найди кого-нибудь ещё, — сказал капитан Марвел. — Найди людей с силами, которые не он даровал им, достаточно сильных, чтобы он не мог просто так игнорировать их. Если враги слишком слабы, чтобы причинить тебе вреда, ты можешь сосредоточиться на том, чтобы победить их, игнорируя навыки для самозащиты. Но если они могут нанести тебе вред, разве ты не будешь дурой, если будешь продолжать их игнорировать? Я нахмурилась. — Но люди гораздо менее охотно помогают тем, кто устраивает такое дерьмо, как геноцид, даже если у тех, кто это сделал, были на то веские причины, — сказал Джон Стюарт. — Всегда есть способ лучше, а если ты не можешь его придумать, ты просто должна обратиться к друзьям за помощью. — Так что вы собираетесь делать? — поинтересовалась я. — Я единственная, кто сможет привести вас к Сущности, которая планирует уничтожить все Земли. Я легко сбегу из Фантомной Зоны, а если вы заставите доктора Фэйта запереть меня, то помешаете мне наращивать силы, что в итоге повредит нашим шансам спасти в конечном итоге Землю… и все Земли будут уничтожены. Кроме того, я этого не делала! Да и вообще, я в любом случае заслуживаю справедливого суда. Как думаете, что скажут земные присяжные, если вы заявите им, что меня надо посадить в тюрьму за то, что я гипотетически остановила ещё одно геноцидное вторжение? — Кто говорил, что это будет земное жюри присяжных? — У доминаторов и псионов нет судов, — сказала я. — У них провинившийся автоматически попадает на казнь. Тамаранцы — это те, у кого больше всего оснований отправить меня в тюрьму, но они ненавидят псионов, а я ещё только что остановила их гражданскую войну. Вы конечно можете попытаться добиться моего осуждения, основанного на страхе перед моими возможностями, но можете его и не добиться. — У Хранителей тоже есть суд — сказал Джон Стюарт. — Я не позволю этим лысым придуркам меня судить! — решительно возразила я. — Они ненавидят повелителей времени, и всегда были предубеждены против меня. Если до такого дойдёт, я лучше рискну и перемещусь в другую вселенную. — Тогда что, мы должны просто отпустить тебя? — спросил капитан Марвел. — Ну Лютора вы же отпускаете всё время, — пожала я плечами. — Потому что закон встаёт на его сторону, и вы всё время ждёте, когда у вас будет повод обвинить его в преступлениях законным способом. — Лютор никогда не убивал шесть миллиардов человек, — мрачно сказал Супермен. — Иногда приходится делать трудный выбор, — сказала я. — А кто-то должен быть на это способен. — Ты думаешь, что убийство — это трудный выбор? — недоверчиво переспросил Джон Стюарт. — Убийство это всегда лёгкий выбор. Ты просто делаешь это, и всё заканчивается. Трудный выбор это дипломатия, изменение чужих сердец и умов, созидание вместо разрушения. Я был морским пехотинцем до того, как ввязался в геройские дела, и всё, чему я научился, будучи Фонарём, только укрепило меня в этом мнении. Во всей вселенной есть те, кто убивает друг друга, а люди, которые хотят измениться, представляют собой всего лишь небольшую часть этого общества. Я нахмурилась. — Наивно считать, что некоторые существа способны измениться так, что не убьют тебя, по крайней мере, за короткое время битвы. Думаете, я реально хочу постоянно останавливать всякие апокалипсисы? Не то, чтобы в этот раз я сделала то же самое, но я останавливала множество вторжений в других мирах. Будь у меня выбор, я бы предпочла что-то строить, создавать лучший мир. Но пришельцы продолжают прилетать и пытаться разрушить мой замок из песка! Джон Стюарт посмотрел на своих компаньонов, а затем снова перевёл взгляд на меня. — Лига поможет тебе, когда придёт время, — сказал он. — Но мы не будем оправдывать то, что ты сделала. Не угрожай геноцидом другим планетам, и определённо не стоит совершать никаких «гипотетических» геноцидов, или мы будем вынуждены противостоять тебе. — А что насчёт Апокалипсиса? — поинтересовалась я. — Апокалипсис считается? — Дарксайд достаточно силён, чтобы сражаться с двумя криптонцами одновременно и победить, — сказал Джон Стюарт. — И нам неизвестны его возможные слабости. Вполне вероятно, что у тебя не получится взять под контроль его разум. Он легко способен выжить в открытом космосе, а любые действия против него будут рассматриваться им как акт агрессии. По сравнению с ним доминаторы — просто группа детского сада. Он обладает способностью разрушать всё, что угодно, и может послать в тебя луч, который будет преследовать тебя по всей вселенной. — То есть, ты хочешь сказать, что мне нужно сначала поднабраться сил, прежде чем идти на него, — задумчиво сказала я. Супермен вполне справлялся с последствиями попадания в себя этого самого дезинтегрирующего луча, но это всё же причиняло ему жуткую боль. А это значило, что мне нужно стать крепче Супермена, то есть сосредоточиться не на получении новых способностей, а на получении урона для выработки сопротивления. Да и в любом случае, качать сопротивление физическому и энергетическому урону звучало неплохо. — Полагаю, вы не знаете кого-то, кто согласился бы меня побить, да? — спросила я. — Уверен, что на это согласится несколько миллиардов разумных, — сухо заметил Джон Стюарт. — Но людей, которые будут достаточно сильны, чтобы навредить тебе, и которые готовы на то, чтобы сделать тебя сильнее… таких будет намного меньше. Бизарро и Соломон Гранди, Чёрный Адам, Брейниак — им было трудно не подумать о тех, кто мог бы это сделать, и они поняли, что я прочитала эти имена в их головах по моему выражению лица. Брейниака уже давно никто не видел — он был внеземной угрозой, поэтому их знания о том, где он может находиться, были ограниченными. Брейниаку даже удалось проскользнуть сквозь поисковую сеть Зелёных Фонарей, главным образом потому, что та была не особо-то и плотной. — Подозреваю, что большинство героев не захочет помогать тебе становиться сильнее, учитывая твои… наклонности. — сказал Супермен и вздохнул. — Я знаю, что ты поступаешь, исходя из добрых побуждений, но в конце концов, если продолжишь идти по этому пути, ты закончишь тем, что все враги Земли объединятся друг с другом и нападут на нас одновременно. И тогда это будет действительно наш конец. Я нахмурилась. На самом деле, это был довольно хороший аргумент. Если я продолжу нападать на различные цивилизации, то рано или поздно кто-нибудь догадается об этом и расскажет остальным. Они нападут на Землю, а если меня там не будет, ситуация станет опасной. — Я постараюсь притормозить с вмешательством в жизни инопланетян, — сказала я. — Эм… а всё будет окей, если я убью Соломона Гранди, раз уж он бессмертный? Пока болото, в котором он воскресал, будет в порядке, он будет возвращаться к жизни. Джон Стюарт пожал плечами. — Убийство разумных, которые способны возвращаться к жизни — серая зона, но люди, как правило, относятся к этому снисходительнее, чем к обычным убийствам. Хотя пытки это всё ещё ненормально. — Ну, надеюсь, через несколько недель я перестану вам надоедать, и может, в конце мы даже сможем стать друзьями, — сказала я. — Я не герой, но я бы хотела им когда-нибудь стать. — После того, как со всеми врагами Земли будет покончено? — Может быть, — неопределённо ответила я. — Чем чаще ты ввязываешься в драки, тем больше врагов себе наживаешь, — сказал Зелёный Фонарь. — Они нападают на тебя, ты нападаешь на них, затем они нападают на тебя в ответ. Вот почему у нас есть законы. Они прерывают этот бесконечный круг насилия. — Если бы существовала такая власть, которая будет способна присмотреть за миром, тогда я буду счастлива оставить заботы о нём и превратить бесплодные земли в тропический рай, но только без гигантских жуков. Вот только где были Зелёные Фонари, когда доминаторы в последний раз нападали на Землю? Они распределены по таким большим секторам, что фактически ни за чем не успевают следить на своих территориях. Мир наступает, когда у тебя есть силы себя защитить, из-за чего врагу приходится сначала подумать, нападать на тебя или всё же не стоит. Это не значит, что имея силу, ты должен вести себя агрессивно. Вы просто должны быть сильными, в то время как человечество таких сил не имеет. — У человечества есть мы, — сказал Супермен. — И вы — невосполнимый ресурс. Может быть, сейчас вас достаточно, но рано или поздно герои начнут уходить, а каждый погибший герой станет для вас невосполнимой потерей. Конечно, могут появиться новые герои, но они будут менее опытны, и смогут меньше помогать в спасении людей. В конце концов, они будут давить вас до тех пор, пока в мире не останется героев, способных их защитить. Все они мрачно уставились на меня, но спорить со мной не стали, потому что я не говорила чего-то такого, с чем можно было поспорить. Врагу было достаточно одержать только одну победу, в то время как герою приходилось побеждать каждый раз. — В любом случае, у меня есть в списке и обычные, не инопланетные злодеи, с которыми можно сразиться и которых я определённо не буду убивать, — сказала я. — Вас прово… — Мы сами найдём выход, — отказался Джон Стюарт. Однако Супермен не выглядел как человек, который готов прямо сейчас уйти. — Ты используешь капсулы, в которых росли клоны, как кровати, — сказал он, кивая в том направлении, куда ушли девушки. — Ты уверена, что… — Иногда они всё ещё превращаются обратно в облако протоплазмы, когда спят. Я думаю, это немного похоже с тем, как маленькие дети мочатся в постель, и с возрастом контролировать это станет легче. Капсулы не закрываются сверху, и помогают им сохранять форму, а не растекаться по полу. В последний раз, когда я уложила их в обычные кровати, они перемешались во сне, так что потом было настоящим кошмаром их разделить. Эм… твой клон не умеет менять облик, так что, полагаю, тебе не стоит об этом беспокоиться. Супермен выглядел немного успокоенным. — К сожалению, нет никаких книг на тему «как вырастить клона», — сказала я. — Хотя уверена, что в конце концов такая появится. Я напишу несколько заметок по своим девочкам и передам их тебе с Лоис. Остальные уставились на Супермена, который только смущённо пожал плечами. Он не одобрял того, что я делала, но определённо считал, что подвергать меня остракизму было бы ошибкой. Он думал, что чем более одинокой я буду, тем больше буду совершать безумных поступков типа нападения на Дарксайда. Как будто то, сколько в моём окружении было людей, имело хоть какое-то значение. Дарксайд всегда будет у меня на карандаше, так же как и Кью. Троица героев вышла через воздушный шлюз, и через мгновение уже оказались в открытом космосе. В отличие от дерьмовых человеческих технологий, мои работали мгновенно. — Эй, дети! — крикнула я. — Я собираюсь сходить и избить болотного зомби! Вернусь позже! Они играли в Атари. Я не должна была приносить им его, но в СМИ им уделялось внимания больше, чем мне хотелось бы, да и местная игровая индустрия была достаточно примитивна. Я подозревала, что вскоре они начнут интересоваться всякими мыльными операми, и уже этот интерес я собиралась пресечь в зародыше. Даже не представляю, что произойдёт, когда мы вернёмся на Землю Бет и они увидят интернет со всеми его мерзостями. У меня было не особо много времени, чтобы заниматься с ними. Они услышали меня, но ничего не сказали. Вероятно, мои воспоминания, легшие в основу их личностей наравне с другими, были частью этой проблемы — они оказались более циничными и саркастичными, чем я того ожидала, хотя и пыталась отдать им только самое хорошее. Однако эмоции, которые я испытывала, вспоминая всё хорошее, видимо, просочились в воспоминания, и это на них повлияло. Я бы могла подумать, что каждая версия меня генетически предрасположена к цинизму, если бы не повстречала в этом мире обратный пример. Промерцав над поверхностью готэмского болота, я огляделась в поисках Гранди. Он немного походил на Доктора в том, что каждый раз, когда воскресал, его личность и умственные способности изменялись. Иногда он становился более злодейским, иногда менее. Иногда он становился действительно умён, но чаще всего он возрождался идиотом. Его уровень сил тоже варьировался — от того, на каком его мог победить Бэтмен, до почти что Суперменского уровня. Я не была уверена, в каком состоянии он находился сейчас. Если бы он был злодеем, я бы подтолкнула его к тому, чтобы он атаковал меня, если нет, то я бы уговорила его на меня напасть. Он был практически неуязвим во всех своих формах — к физическим, магическим и энергетическим атакам, а также к огню и холоду. Предположительно, эти способности тоже варьировались от воплощения к воплощению, но обычно у него была одна самая сильная способность из этого списка. — Хей, Гранди! — крикнула я. На секунду я подумала, что он один, но потом осознала, что ощущала присутствие ещё одного разума, странно затуманенного… не потому, что он сам по себе был таким, а потому что было что-то ещё, что создавало вуаль над этим разумом, мешая мне прощупать его своими телепатическими силами. На такое был способен только телепат с силами, сравнимыми с моими, а это означало, что я точно получу с него хорошие бонусы. Вполне возможно, что это было какое-нибудь силовое поле, основанное на технологии нейронных помех, но Сиванна и Лютор были единственными изобретателями в этом мире, способными создать такие устройства. Конечно, не стоило также исключать из списка какое-нибудь инопланетное вмешательство. Я ухмыльнулась и промерцала в их сторону. Больше телепатии только к лучшему, а с учётом того, что на том месте я ощутила всего три разума, один из которых принадлежал идиоту, я не видела никаких причин выжидать. Однако эти разумы были странно затуманены, из-за чего было трудно понять, кому они принадлежат. Секундная мысль об осторожности заставила меня сначала проверить местность своим ясновидением. Я не узнавала людей, которых видела с Гранди, поэтому мне пришлось послать мыслеобраз Бэтмену с вопросом кто эти люди. Он ответил, но потребовал от меня ответа на тему, где я нахожусь, и я сообщила ему и это. Забойное болото было той ещё зловонной клоакой. Оно использовалось в качестве свалки для тел и всяких отходов более века, и ходили слухи о том, что всё это место было проклято. Я чувствовала здесь запах смерти, и воздух был едким от веществ, которые не были естественными для природы. Группа, которую я обнаружила, выбрала себе для сбора местечко, которое выглядело так, будто бетонный причал был поднят над водой. Зная этот город, можно было предположить, что это было то место, где торговали контрабандисты, подальше от глаз властей. Никто не приходил на болото, потому что легенда о Гранди существовала достаточно долго, чтобы отпугнуть любого, кого до этого не отпугнули местные запахи. — Брейнвейв… Киллерфрост-младшая, майор Форс и, э-э-э… ещё один чувак-горилла. — Я Гродд, — сказала горилла. — Э-э-э, очевидно, что это не так, — сказала я. — Я слышу, как внутри тебя двигаются шестерёнки. Ты… робогорилла? Господи Иисусе, вы, народ, просто без ума от горилл! — Мы собрались здесь из-за тебя! — воскликнул Брейнвейв. — Бетмен сказал, что ты не совсем в своём уме, — сказала я. — Что обычно ты выступаешь как герой, но у тебя есть некоторые проблемы с психикой. Я буду с тобой помягче. А с остальными — не очень. В моих словах так и звучала уверенность, хотя, предположительно, Майор Форс был таким же мощным, как и Капитан Атом, и был способен поглощать энергию и наносить удары достаточно сильные, чтобы те отправляли Супермена в полёт на сотни миль. Потенциально, Соломон Гранди был так же силён, как и Супермен. Насчёт Киллер Фрост я не знала, насколько фактически была велика её сила. Так что мне предстояла схватка, которая вполне могла оказаться смертельной. Всё как я люблю. Прошло много времени с тех пор, как у меня была настоящая драка на кулаках — главное было избегать чужих ударов до тех пор, пока я не стану достаточно сильна, чтобы сражаться на равных и получать все полезные бонусы, а потом постепенно снижать уровень своих сил, чтобы добрать всё, что я смогу с них получить. Это был тот бой, который я была намерена затянуть.