Kill Them All

Руки Майка дрожали, когда он смотрел на газету. ПЕРВАЯ ЖЕРТВА СЕРОГО МАЛЬЧИКА ОСВОБОЖДЕНА! ПТИЦА ДАЁТ НАДЕЖДУ ЖЕРТВАМ ПО ВСЕЙ СТРАНЕ! На первой же странице была фотография сердитого голубя, а также фото девушки, которую он видел рядом с петлёй Меган прошлой ночью. Они действительно сделали это… из всех технарей, которые пытались и потерпели неудачу за последние десять лет, лишь девочка-подросток и парочка странно выглядящих чудаков были теми, кто продвинулся дальше всех. Он просмотрел статью так быстро, как только мог. Сейчас герои работали над ускорением процесса разрушения петель, чтобы люди, которые внутри неоднократно были ранены и умерщвлены, могли быть спасены и не умерли в процессе. Они быстро улучшали показатели и уже посетили три места, где пойманы в ловушку были только животные, и до сих пор и белка, и кошка, и птица были вполне здоровы. В газете рассуждали о психических последствиях попадания во временную ловушку, но та девочка, казалось, была уверена, что сможет позаботиться и об этом тоже. Он встал и оделся так быстро, как только мог. Огороженный участок находился недалеко от его дома. Меган направлялась к нему в гости, когда на них напала Девятка. Ей нужно было знать, что у них наконец-то появилась надежда, что даже если на это уйдут годы, они не застрянут внутри навсегда. Добравшись до места, которое было огорожено небольшим металлическим забором с навесом, чтобы окружающие не были вынуждены смотреть на то, что случилось с внучкой и её друзьями, Майк не мог не чувствовать обиду. В других местах создавались целые каменные сооружения, почти что святилища, с мемориальными досками и торжественными речами. Поскольку это был более бедный район, и тут было всего пять жертв, они огородили их каким-то самодельным сараем, даже если и были достаточно любезны для того, чтобы нанять его за ними присматривать вместо того, чтобы бросить их тут вариться в собственном соку. Это, по крайней мере, погубило несколько политических карьер. — Смотри! — сказал он, входя в сарай. — Наконец-то это случилось! Меган беззвучно закричала и мгновение спустя её голова оторвалась. Он подождал, пока петля не перезапустится, и сказал: — Эта девушка, которая была тут вчера вечером, уже освободила из петель трёх животных! Теперь у нас есть шанс! Это не будет продолжаться вечно! Она не могла повернуть голову в его сторону или сделать что-то ещё, но он знал, что Меган слышала его. В этом и был весь смысл этой пытки — ублюдок хотел, чтобы все их жертвы страдали вечно. Она, вероятно, была неспособна прочитать текст с листа, который он протягивал в её сторону, поскольку её глаза не могли сосредоточить взгляд на чём-то новом. Но, несмотря на это, он протянул газету вперёд, надеясь, что у неё получится увидеть хотя бы часть картинки. Она закричала, и у неё оторвалась голова. Это наводило на него ужас в течение многих лет, хотя он делал всё возможное, чтобы она об этом не догадалась. Размышляя обо всём этом рационально, он понимал, что ей было легче по сравнению с другими жертвами Серого Мальчика — тогда Бойня торопилась, и всё это было лишь их запоздалым актом прощания. Меган испытывала быструю боль и ощущала падение, а потом всё начиналось сначала. Для большинства других жертв Серый Мальчик инсценировал настоящие постановки, стараясь создавать как можно более ужасные и болезненные ситуации. За десять лет он уже привык к происходящему здесь, и поочерёдно показал газету её друзьям, убедившись, что та попадала под их взгляды и что они могли увидеть её, какой бы расплывчатой она бы им не показалась. — Томми, Дженет, Эми, Питер… наконец-то у нас появилась надежда. Майк услышал шум позади себя. Джим Купер, отец Питера, шатаясь, вышел у него из-за спины. Даже отсюда Майк чувствовал исходящий от него запах алкоголя, а сам Джим выглядел так, будто не брился уже несколько дней. Стресс от того, что случилось с его сыном, привёл к разводу, и он чуть не потерял дом из-за проблем с алкоголем. — Птица! — сказал Джим, размахивая бутылкой. — Она освободила птицу! — Да, — кивнул Майк. Остальные тоже были здесь, стояли позади Джима. Они все держались на расстоянии, потому что от Купера исходил отвратительный запах немытого тела. Майк подозревал, что сегодня большинство жертв Серого Мальчика будут ждать визиты, и близкие будут сообщать им, что скоро всё прекратится. Даже шанс на это был намного больше, чем раньше. Временные петли создавали рябь и в реальности — браки распадались, люди совершали самоубийства. Некоторые семьи вообще не могли навестить своих близких, не в силах смириться с тем, что с ними случилось, и притворялись, будто те умерли. И каково было жертвам, с учётом того, что они отстали от жизни на десять лет… а может, и дольше, если исследования займут долгий срок? Жизнь, которая будет у всех них, станет совершенно иной, отличной от того, что было у них раньше. Быть жертвой Серого Мальчика с точки зрения закона было равносильно смерти. Мужья оставляли жён, жёны оставляли мужей, наследство передавалось родственникам и, вероятно, уже всё было потрачено. Даже если та девушка сможет исцелить всех жертв Серого Мальчика за один день, для них вся эта история не закончится ещё много лет. И, всё же, он подозревал, что даже самый богатый, самый счастливый в браке человек, будет счастлив потерять всё, лишь бы вернуть свою жизнь, покинуть тот ад, в который превратил их существование Серый Мальчик. Каждый тихо разговаривал со своим ребёнком, многие плакали. Майк отступил назад, и именно поэтому он первым заметил приближавшиеся сюда фургоны СКП. Машины с визгом остановились у здания, и безликие агенты принялись оцеплять территорию. — Что происходит? — спросил Майкл у подошедшего к нему агента СКП. — Вам всем нужно уйти, — сказал он. — Мы установим палатку снаружи, и вы сможете подождать своих близких там. Все резко повернули головы в их сторону. — Что? — переспросил Майк. — Вы все должны сдать свои телефоны, — добавил агент. — Если люди узнают об этом, снаружи появится толпа, и это может поставить под угрозу весь процесс. — Что происходит? — невнятно спросил Джин. — Почему вы все здесь? — Это произойдёт сейчас, — сказал Майк. Ему казалось, что мир вокруг него перевернулся с ног на голову. Он ожидал, что заточёнными в петлях людьми займутся примерно через 2-3 года — обычно СКП довольно настороженно относилось к тинкертеху, и даже если кто-то сразу предлагал готовое решение, он ожидал, что первыми, кого должны будут вытащить из петель, будут герои, а затем богатые люди. Он думал, что их петля окажется одной из последних в списке. Он ощутил порыв воздуха позади ещё до того, как услышал тот самый женский голос. — Привет, Майк, — сказала она. Взглянув на агента СКП, девушка добавила: — Он может остаться. Остальных нужно вывести наружу. — Ты не можешь заставить меня уйти, — мрачно сказал Джон и подался вперёд. Прежде, чем агенты СКП успели повалить его на землю, девушка шагнула вперёд и коснулась его плеча. — Тебе действительно стоит бросить пить, — сказала она. — Твой сын будет нуждаться в тебе больше, чем когда-либо. Найди здоровый способ справляться со стрессом. Джим внезапно выпрямился, и впервые за несколько лет начал выглядеть встревоженно. От него всё ещё несло немытым телом и алкоголем, но его взгляд словно прояснился. — Вы действительно сделаете это? — слабо спросил Джим. — Да, — кивнула девушка. — Но они могут быть немного… расстроены после всего, что с ними случилось. У меня есть способ помочь им, но, скорее всего, вам будет неприятно видеть их в таком состоянии. Так что когда вы сможете их увидеть, они будут больше похожи на самих себя. Я попросила СКП предоставить жертвам печенек. Она на секунду замолчала, наклоняя голову вбок. — Эм… не позволяйте им переедать, — сказала она и поморщилась. — Если они были голодными, когда вошли в петлю, они станут безумно голодны, когда выберутся оттуда, и среди жертв прослеживается тенденция есть до тех пор, пока их не начнёт тошнить. СКП собирается поместить их всех под наблюдение на несколько дней, они также проследят за их диетой. Эта штука с тошнотой — вообще не круто. Тогда почему она позволила Майку остаться, если это будет так ужасно? Вдруг начал раздаваться странный звук, какого раньше он никогда не слышал. Синяя будка материализовалась в зоне, которую СКП обработало распылителем немногим ранее. — Ты был единственной константой в жизни этих детей за последние десять лет, — тихо сказала Жатва Майку. — И ты сможешь с этим справиться. Ты был на войне во Вьетнаме и видел достаточно ужасных вещей, чтобы справиться с последствиями лучше, чем кто-либо другой. Кроме того, если у тебя вдруг не получится, я помогу всё исправить. Тощий чудаковатый парень с бабочкой-галстуком и женщина, одетая словно персонаж Диккенса, вышли из будки. В глазах технаря Майк увидел ум, которого не заметил прошлой ночью. Взгляд мужчины метался туда-сюда, наблюдая за приготовлениями, которые делали сотрудники СКП. Наконец, он кивнул. — Ты на сто процентов в этом уверена, Тейлор? — спросил мужчина с галстуком-бабочкой. Та кивнула, а затем просто засунула руку в поле. Все в помещении уставились на неё, включая агентов СКП с закрытыми шлемами лицами. Никто не мог проникнуть внутрь поля за всё время их создания, кроме Серого Мальчика. Она же просунула руку внутрь так, словно это было пустячным делом. — Так вот, моя идея состоит в том, чтобы отправить их в стазис до того, как петля уничтожится и до того, как они получат свои травмы, — прокомментировала свои действия девушка. — Это будет намного проще, чем лечить обезглавливание, и даже если мы немного замешкаемся с уничтожением петли, это станет гарантией того, что никто внутри не умрёт. Технарь в галстуке-бабочке кивнул. — Та сила, которую ты мне показала — это квантовый замок, — сказал он. — Он должен помочь уменьшить и психические последствия разрыва петли. — И я бы предпочла, чтобы никто не кричал, пока я пытаюсь исправить последствия пребывания в петле для каждого из них, — сказала она. — В любом случае, это всё равно определённо проявление доброты и к ним, и к членам их семей. Мужчина в бабочке кивнул и начал раскладывать вокруг какие-то предметы, а девушка просто вошла в поле петли. Она подождала до того мгновения, пока Меган не оказалась в начале петли, убегая от Девятки, а затем прикоснулась к ней. Впервые за десять лет его внучка перестала двигаться. Майк ощутил, как по спине у него пробежала волна мурашек, когда он смотрел на неё. Выражение ужаса всё ещё не пропало с лица Меган, но всё осознание происходящего, читавшееся в её глазах, исчезло. После десяти лет постоянно наблюдения за тем, как она снова и снова пытается убежать от опасности, видеть, как она перестаёт двигаться, было в некотором роде пугающе. Девушка тем временем подходила к остальным подросткам и по очереди их замораживала. После этого она быстро прошагала к мужчине-технарю, который протянул ей два провода, по одному для каждой руки. И щёлкнул переключателем. Агенты СКП установили вокруг записывающее оборудование, и все они были явно удивлены, когда внезапно возникла вспышка света. Майк ощутил странную волну жара на своём лице, и его тело продолжало покалывать, когда он приподнял руки, начиная их рассматривать. Пигментные старческие пятна на его руках исчезли, и из-за этого он чувствовал себя странно. Меган снова пришла в движение, и, споткнувшись, свалилась на землю. Девушка-кейп проигнорировала остальных ребят, опустившись на колени рядом с Меган и снова положив ей руку на плечо. — Ты не забудешь того, что произошло, но всё случившееся тебя совсем не беспокоит, — сказала Жатва. — Ощущение, что ты попала в ловушку, выцветет из памяти. Ты — выжившая, и с этого дня ты будешь жить полной жизнью, ценя каждый день. Меган напряглась, а затем посмотрела на Майка. — Дедушка? — позвала она. Затем она встала на ноги и подбежала к нему. — Мисс Эберт, — сказал один из агентов СКП. — Мы все только что испытали на себе аномальный эффект. Девушка-кейп скривилась. — У меня есть способность, которая позволяет мне накапливать энергию, даже темпоральную, — пояснила она. — И если мой резерв будет переполнен, я могу случайно сбросить излишки энергии наружу. — Что это значит? — тут же уточнил агент. Мужчина в галстуке-бабочке уже сканировал их с помощью того устройства, которым он пользовался всё это время. — Что ж, хорошие новости, мальчики и девочки! — заявил Доктор. — Похоже, вы только что испытали на себе последствия купания в фонтане молодости. Вы все помолодели на срок примерно от двух до десяти лет. — Э-э-э… мне двадцать три, — сказал один из агентов СКП. У женщины-косплеерши было собственное устройство, и она ответила агенту. — Тогда полагаю, тебе лучше всего будет закупиться кремом от прыщей и дезодорантом, поскольку ты потерял пять лет. Серьёзно, тебе дали пять дополнительных лет здоровой жизни, а ты, вместо того, чтобы радоваться, ещё и жалуешься? Вы, обезьяны, определённо неблагодарные создания. Если бы это сработало в другую сторону и ты стал бы старше, вот тогда тебе было бы на что пожаловаться, учитывая ничтожный срок продолжительности жизни вашего вида. — Они будут тыкать в нас пальцами и исследовать в течение нескольких месяцев, — раздражённо огрызнулся агент. — Тогда просто порадуйся, что тебе не снова тринадцать, — весело сказала девушка-кейп. — Не могу представить себе, чтобы у вашей организации нашлась форма таких размеров. Внезапно раздался крик, и Жатва замерцала в пространстве и оказалась рядом с размороженной во времени жертвой петли. Питер захлёбывался рыданиями и выглядел так, словно у него вот-вот случится припадок. Жатва шептала ему на ухо пару секунд, и он расслабился, как раз вовремя, потому что в это время как раз разморозилась третья жертва и начала кричать. Сотрудники СКП проводили Питера сначала на улицу, а после в палатку для медицинского осмотра, и также отправили туда Меган и Майка. Внутри их ждала девушка в костюме, похожем на какой-то наряд, похожий на медицинский. — Могу я осмотреть вас? — спросила девушка в наряде. Меган медленно кивнула. После кивка Меган, девушка коснулась её руки, и затем её взгляд расфокусировался. Через секунду она начала говорить. — Физически ты в отличной форме. Но я не могу сказать того же про твоё психическое здоровье. Если ты поймёшь, что время идёт вспять или что люди внезапно появляются и пропадают, тебе нужно будет связаться с ближайшим офисом СКП. Один из охранников нашептал ей что-то в ухо, после чего они перевели взгляд на Майка и шестерых агентов СКП, пришедших сюда вместе с ними. Они уже снимали свою броню. — Ну конечно, она это сделала, — вздохнула девушка. — Ей же мало того, чтобы просто всё исправить… она обязательно должна случайно вывести из строя весь отряд СКП. — Похоже, на нас это не повлияло, — сказали четверо агентов из группы. — Снимайте броню, — покачала головой девушка-медик. — Мне нужен контакт хотя бы с небольшим количеством кожи для работы. — Разве они не могут для этого просто снять свои шлемы? — медленно спросила Меган. — У нас нет никаких миссий после этого… задания, — сказал один из агентов, и, судя по голосу, нахмурился. — Мне сказали, что работа с Жатвой закончится полным провалом, но я просто должен был вызваться на это дело, так что я тут добровольно. Другие агенты тем временем приводили в палатку оставшихся ребят. По-видимому, подростки уже оправились от последствий психологической травмы, по крайней мере, так можно было сказать про здесь и сейчас. Им всё ещё предстояло смириться с переменами в своей жизни, которые произошли в мире за те десять лет их фактического отсутствия. Если бы они вернулись в школу, их встретили бы там новые лица. И наверняка они станут знаменитыми — совершенно не думающие о чужих чувствах подростки начнут спрашивать их о том, каково это — быть убитым снова и снова, каждые восемь секунд, в течение десяти лет. Изменились технологии, изменились социальные сети. Всё для них должно было стать новым и необычным, и приспособиться к этим изменениям будет непросто. — Майк! — сказал Пит. — Спасибо тебе! Все остальные собрались вокруг мужчины и сжали того в крепких объятиях. — Думаю, это означает, что я остался без работы, — неловко пошутил Майк. Он улыбнулся, когда все только обняли его покрепче. И когда дети обняли его, он осознал, что у всех у них глаза были на мокром месте. Они знали, что за эту работу практически ничего не платили — он получал меньше прожиточного минимума. В конце концов, он и так этим занимался, ещё до того, как ему начали за это платить. Порой он читал им всю ночь напролёт. Иногда то была просто газета, иногда — книга, а иногда что-то из их старых учебников. Он читал, пока у него не пересыхало в горле, а потом всё равно продолжал читать. — Ты никогда не терял надежды и всегда верил в нас. — Ну, вы ведь все друзья Меган, — сказал Майк. Девушка в целительском костюме проигнорировала их групповые обнимашки и просто обошла их всех, касаясь пальцами шеи каждого из подростков. — Они все здоровы, — сказала она. Не спрашивая разрешения, как это делала раньше, она протянула руку и коснулась запястья Майка. — СКП дало мне разрешение осмотреть вас, — сказала она. — У вас есть серьёзная закупорка аорты, ваш диабет в не очень хорошем состоянии и есть несколько неприятных катаракт. В последнее время Майк действительно читал им реже, потому что слова перед глазами становились всё более расплывчатыми. — Также есть повреждение почек, увеличенная простата, некоторые периферические невропатии… Я понимаю, что десять отнятых от вашего возраста лет могут облегчить проблемы со здоровьем, но вам действительно стоит ими озаботиться. Я могу подлечить вас, но СКП может захотеть осмотреть вас перед исцелением. Майк ощутил лёгкое движение воздуха у себя за спиной, а затем как кто-то прикоснулся к его руке. Внезапно его зрение улучшилось, и он смог увидеть всё вокруг куда более отчётливо, чем видел в последние годы. Он также ощущал себя намного здоровее, чем когда-либо, и внезапно ему стало очень легко дышать. — Не будь такой занудой, Эми, — сказала девушка-кейп, Жатва. — Этот мужчина пожертвовал своё здоровье на то, чтобы сохранить разумы этих детей в здравом уме. Я думаю, он заслуживает того, чтобы почувствовать себя лучше. Когда кто-то делает что-то настолько классное, он должен получить награду за свои труды. — Мы впускаем семьи, — предупредил всех присутствующих один из агентов. Снявшие свои костюмы агенты СКП проскользнули за занавесь с другой стороны палатки, а затем внутрь ввалилась толпа. К этому моменту снаружи их ждало не меньше сорока человек, и куда ни посмотри, люди везде плакали и говорили так быстро, будто боялись, что им снится сон и они в любую минуту могут проснуться в кошмарной реальности. У Жатвы зазвонил телефон. Она подняла трубку, и, послушав какое-то время собеседника, заговорила. — Мне не нужно соблюдать определённый порядок. Я не ставлю на первое место героев или богатых. А если вы, парни, будете продолжать ныть и давить на меня, тогда я начну общаться с прессой. Мой отец был беден, и никто никогда ему не помогал, так почему бы мне тоже не начать всё с бедных людей? Она выслушала ответ и снова заговорила. — Я могла бы и сама справиться с толпой. Отдавая это в ваши руки, я просто позволила вам хорошо выглядеть в глазах толпы. Уверена, что я могла бы собрать каких-нибудь солдат-роботов, которые могли бы делать то же самое, что делаете вы. О… и те парни, которых вы послали, помолодели. Ничего особенно заметного, но я уверена, что на это будут жаловаться. Так вот, это всего лишь риски работы. Я найду способ высвободить временную энергию до того, как примусь за следующую петлю. Хотя, наверное, в следующий раз им не стоит стоять так близко. Жатва была так добра ко всем им, но при этом, разговаривая с кем-то по телефону, её голос звучал грубо и насмешливо. — Обычно она ведёт себя именно так? — поинтересовался Майк. — Ага, а ещё она не особо признаёт авторитеты, — согласилась девушка-медик. — И СКП в частности. Меган крепко обняла дедушку. — Так что будет дальше? — спросила она. — Они собираются поместить всех вас в карантин, — ответила медик. — Возможно, на несколько недель. — Они стали параноидальными со времён последней эпидемии зомби-вируса, — небрежно фыркнула Жатва, заставляя свой телефон исчезнуть из рук. — Кроме того, вся эта штука с омолаживанием просто сведёт их с ума. Если бы они могли сделать миллиардеров моложе, у них было бы достаточно денег на то, чтобы построить спутниковый лазер. — А у тебя разве нет лазера на твоём спутнике? — спросила девушка-медик. — Не в этом дело! Они бы точно им злоупотребляли! — Зачем тебе вообще лазер на спутнике? — Может, я захочу вырезать своё лицо на горах Китая? — ответила Жатва. — А тебе разве нужны для этого инструменты? — Не-а, но лазеры — это круто. Майк опустил взгляд на макушку своей внучки, и покрепче прижал её к себе. Что бы дальше ни случилось, они переживут это вместе, и у Меган, наконец-то, появился шанс на то, чтобы прожить свою жизнь. Это был настоящий дар небес, и ему было всё равно, что девушка, которая это сделала, была немного сумасшедшей, или непочтительной, или малолетней преступницей. Она сделала им настоящий подарок, такой, за который им никогда ей не отплатить. — Спасибо, — сказал Майк. Секунду спустя Жатву окружили люди, которые благодарили её, и жаждали сообщить, как сильно они рады тому, что она помогла спасти их любимых людей. Она выглядела очень смущённой, и, возможно, даже немного напуганной. Девушка-медик, глядя на это, только ухмылялась. Когда их вели к фургонам СКП, он увидел, как снаружи собирается огромная толпа. Оттуда торчали объективы камер и вспыхивали вспышки фотоаппаратов, и внезапно Майк понял, что Меган займёт своё место в истории как первая человеческая жертва, освобождённая из ловушки Серого мальчика. Последнее, что он услышал от Жатвы, был вопрос: — Как Кэрол? — Иди на хер, — ответила девушка-целительница, но прозвучало это совсем не злобно. Это звучало раздражённо и чуточку устало, как будто она болтала со старым другом с сомнительной репутацией, характер которого ничто не сможет изменить.