Kill Them All

— Это… впечатляюще, — сказала Мисси. Я перенесла её и Доктора к ближайшей петле Серого Мальчика в Бостоне. Люди сделали из этого места памятник — семьи иногда приходили поговорить со своими близкими, хотя со временем визитов становилось всё меньше и меньше. — Это же не было местью за что-то ужасное, верно? — Спросила повелительница времени. Я отрицательно покачала головой. В этой временной петле обезглавливали чирлидершу, и пока её голова отлетала, одноклассники, запертые с ней же, кричали, и кричали от того, что после этого на их телах начинали появляться порезы, чаще всего смертельные. Я выбрала это место, потому что в этой петле застряло всего пять человек — это была одна из самых небольших петель, и было легче попытаться попробовать что-нибудь сделать тут, чем сразу браться за большую. Если бы мы выяснили, как спасти людей в петлях, мы могли бы работать с ними более эффективно. — Они сохраняют сознание и память после каждого перезапуска цикла, — сказал Доктор, уставившись на показания со своей отвёртки. — Отвратительно. — В этом и весь смысл — заставить их испытывать боль снова и снова, всю последующую вечность, пока они не сойдут с ума. — Это не будет длиться вечность, — сказал Доктор. — Я даю этой петле максимум три тысячи лет. — Если говорить о людях, то это, считай, для них и есть вечность. Что меня неприятно поразило, так это ужас в их глазах. Я могла читать их мысли, и правда заключалась в том, что они не могли сойти с ума, потому что их мозги перезагружались вместе со всем остальным, поэтому их разумы были совершенно ясными. Они просто пытались найти способ справиться с болью. Я колебалась с решением. — Мы можем что-нибудь с этим сделать? Я услышала, как сзади к нам подошёл охранник. — Эй, вам нельзя тут находиться! — встревоженно сказал он. Сюда приходили подростки, поглазеть на жертв и поиздеваться над ними — у подростковой жестокости было очень мало границ. В конце концов школе пришлось нанять охранника, чтобы тот охранял это место ночью. Член семьи одной из жертв устроился на эту работу. Гарри Кент был пенсионером и вдовцом. В этой петле застряла его внучка. — Мы пытаемся это исправить, — сказала я охраннику. Я могла бы просто взять его разум под контроль и отправить домой, но подозревала, что Доктор не одобрит такой метод. — Много кто пробовал это сделать, — сказал охранник. — Но ничего не сработало. Он был дедушкой той самой обезглавленной чирлидерши. Он устроился на эту работу не столько для того, чтобы увеличить свои доходы, сколько для того, чтобы читать ей по ночам. Он делал всё, что только было в его силах, лишь бы отвлечь её от того ужаса, который она переживала снова и снова. Вскоре после создания петли её родители умерли, но он так и не сказал ей об этом, придумывая множество оправданий тому, почему они не приходили навещать её. Он подозревал, что она уже всё знала. Быстрая проверка мыслей чирлидерши, пока её голова была прикреплена к телу, показала, что она действительно всё знала. Кроме того, я убедилась в том, что мозг какое-то время сохранял сознание после обезглавливания, по крайней мере, девушка была в сознании всё то время, что действовала петля. — Я Жатва, — представилась я. — Кейп, которая недавно захватила Китай. Которая убила Левиафана. Он смутно узнавал меня. Гарри не обращал внимания на новости, большую часть времени проводя наедине со своей собакой или здесь, со своей внучкой. Она не могла с ним нормально общаться, но он, по крайней мере, поддерживал её в своём уме. — Ты — кейп? — скептически переспросил он. — Ты знаешь, сколько подростков притворяются кейпами, только чтобы попасть сюда? Если бы вы действительно занимались этим официально, разве с вами не прибыли бы сотрудники СКП? — Я с ними не в ладах, — сказала я. — Однажды они пытались меня убить, и, по большей части, они считают меня раздражающей. Мисси взглянула на меня и ухмыльнулась. — Все лучшие люди раздражают остальных. Это доказывает, что вы в самом деле говорите или делаете что-то, что рушит мировоззрение в их глазах. — Или доказывает, что ты просто раздражающий, — сказал Доктор, всё ещё погружённый в настройку своей звуковой отвёртки. — Иногда люди говорят что-то просто для того, чтобы вызвать у собеседника реакцию. Я пожала плечами, но всё равно ощутила, как мои щёки вспыхнули от смущения. Учитывая, что на самом деле у меня не было крови, я предположила, что я бессознательно использовала метаморфизм, чтобы выразить эмоцию, поэтому мысленным усилием заставила румянец пропасть с щёк. — Это Доктор. Он технарь, специализирующийся на темпоральной механике. Мисси технарь с такой же специализацией. — Мы можем немного большее, дорогая, — укоризненно сказала Мисси. — Но время, безусловно, является нашей главной специализацией. — Что думаешь? — поинтересовалась я у Доктора. — Мы можем что-нибудь построить, чтобы истощить энергию темпорального поля, — сказал Доктор. — Проблема в том, что нужно сделать это достаточно быстро, чтобы спасти людей внутри. Это будет бесполезной затеей, если мы закончим просто с кучей трупов внутри. — Я думаю, что многие люди будут счастливы похоронить своих членов семьи и друзей, а не оставлять их жить в такой петле, — серьёзно сказал Гарри. — Все будут счастливы от осознания, что всё было кончено. Жертвы тоже слышали наш разговор, и взгляд в их мысли показал, что они все были с этим согласны. Они скорее умрут, чем останутся запертыми в чём-то подобном на тысячи лет. — Что за вздор! — тут же замахал руками Доктор. — Если бы мы сдались и начали убивать окружающих просто потому, что всё сложно, какими бы мы были людьми? Есть другое решение. — Ты можешь перенаправить энергию этого поля в Т.А.Р.Д.И.С.? — спросила я. — Это бы убило двух зайцев одним выстрелом. Доктор покачал головой. — Это несовместимые типы энергий, — сказал он. — И конвертация была бы слишком медленной. Если мы собираемся им помочь, нам придётся, по сути, направить всю энергию из этого поля наружу одним ударом. — У меня есть способность поглощать энергию, — сказала я. — Это из новеньких. — Насколько она сильна? — Не уверена, — сказала я. — Я могу хранить намного больше, чем способна поглотить энергии за раз, но избыток заставит моё хранилище выбросить накопленную энергию наружу разом. — Мы не можем рисковать тем, что ты окажешься в ловушке в одной из этих петель, — нахмурился Доктор. — Что может произойти, если ты поглотишь больше энергии, чем сможешь выдержать. Есть ли какие-нибудь временные петли без живых существ внутри? Оказаться в ловушке, подобной этой, было бы ужасно. Мне пришлось бы наблюдать за концом света изнутри петли, а затем ждать в космосе, пока эффект не рассеется через несколько тысяч лет. Я могла бы вернуться обратно во времени, но я не смогла бы повлиять на свою первоначальную временную линию, в которой буду поймана в ловушке. Но, всё-таки, если я буду избегать всего, что для меня действительно опасно, смогу ли я вообще сойтись в битве с Зионом? Я на секунду задумалась, а затем мысленно связалась с Оружейником. — Привет! — поздоровалась я. — Есть какие-нибудь временные петли Серого мальчика без разумных существ внутри? — Что? Зачем тебе эта информация? — спросил он в ответ. Я могла читать его мысли с того места, где сейчас находилась. Он был встревожен и заинтригован одновременно. В борьбе с временными петлями Серого Мальчика случалось много неудач, так что часть его боялась ещё одной такой. Однако у меня был доступ к ресурсам, которых не было у других кейпов, и у меня был шанс сотворить то, на что был неспособен никто другой. — Я работаю с технарями времени из другой вселенной над разрывом петель Серого Мальчика, но мы не хотим экспериментировать на петлях с людьми внутри, поскольку опасаемся, что можем причинить вред тем, кто там находится. — У СКП есть база данных по всем петлям, — сказал Оружейник. — И по всему их содержимому. Он начал работать с дисплеем внутри своего шлема, недавно усовершенствованным так, чтобы в его состав не входило стекло или кремний. Хотя Птица-Хрусталь была мертва, он знал, что я тоже могу контролировать стекло, да и другие люди вполне могли получить похожие способности. Это не поможет, если когда-нибудь мы станем врагами, но лучше было перестраховаться, чем потом сожалеть о несделанном. — Есть двадцать петель, в которых нет людей внутри, — сказал он. — Места, где он пытался захватить в петли героев, но потерпел неудачу. — Вижу, — сказала я, быстро запоминая их местоположение. — Мы ещё вернёмся, — обратилась я к Гарри. — Никому не говорите об этом. Нет смысла вселять в людей бессмысленные надежды. — Я знаю, как с этим работать, — вздохнул мужчина. — Только за последние пять лет здесь было сделано пять крупных попыток закончить петлю, и происходят тысячи попыток по всей стране. — Мы сможем это сделать, — уверенно сказал Доктор. — Вопрос только в том, сколько времени это займёт. — Интересно, а если я суну голову во временной вихрь, как думаете, я смогу получить сопротивление к эффектам, связанным со временем? — спросила я. — Или моя голова превратится во сморщенную изюминку, как тогда было с тобой, когда я тебя впервые встретила, Доктор? Мисси рассмеялась. — Это были хорошие времена, — сказала она. Я взяла их обоих за плечи и мы оказались в Броктон-Бей. Прямо посреди дороги находилось довольно очевидное место, огороженное забором. Внутри петли находилась птица, которая встревоженно пыталась от чего-то улететь, затем она мерцала и возвращалась на место, с которого начинала полёт. — Не могла бы ты принести сюда Т.А.Р.Д.И.С.? — спросил Доктор. После быстрого сканирования местности и мерцания вокруг, просто чтобы убедиться в том, что в округе нет никого, кто попытался бы напасть на них, я промерцала на станцию. Фрида и Клэр смотрели телевизор с большим экраном. Фрида просматривала книги по новой истории Земли Бет, и выглядела смирившейся. Зато Клэр была полностью поглощена происходящим на экране. — У них тут есть парачеловеческие мыльные оперы! — взволнованно сказала Клэр, как только меня заметила. — В этой один из Стражей состоит в отношениях с клоном своего заклятого врага, но они оба встречаются в своих гражданских личностях. Я думаю, что и клон, и заклятый враг обе беременны, потому что заклятый враг притворилась своим клоном, чтобы подобраться достаточно близко к Стражу, чтобы установить жучки в штаб-квартире СКП. Я уже видела этот сериал раньше. Он был просто ужасен. Клонирование действительно существовало, но не все вокруг были клонами, а большинство клонов не занималось сексом с супергероями… по крайней мере, насколько я знала. Я, очевидно, не проводила исследования на эту тему. — Тебе, наверное, стоит посмотреть что-нибудь более познавательное, — дипломатично отозвалась я. — Кроме того, даже если вернёшься к просмотру через восемь месяцев, сюжетная линия сильно не продвинется вперёд. В основном у них случается одно знаковое событие, а затем они недели проводят за тем, как показывают тайные разговоры об этом секрете всех со всеми. — А что на счёт автобиографии Александрии? — Это наверняка всё одна большая пропаганда, — сказала я. — Было бы лучше, если бы мы тебе помогали, — проворчала Фрида. — Думаю, это… — я невольно поморщилась. — Не то, что вы бы хотели увидеть. То, чем я сейчас занята, довольно ужасно, и хотя это всего лишь обезглавливание и несколько перерезанных глоток, с учётом петли это становится только хуже и хуже. Фрида неохотно кивнула. В этот момент в комнату зашёл Локи. — Возможно, я мог бы выгулять их в городе, — сказал он. — Мы все умеем изменять свою внешность, а я надеялся прикупить для Канарейки пару вещей. Я кивнула и открыла для них портал в один из переулков Нью-Йорка. Даже наш Нью-Йорк выглядел хуже, чем в мире Лиги. Он пережил нападение Губителя, и хоть это дало городу много денег на реконструкцию, некоторые части города так и не восстановились по-настоящему. Они прошли в портал, а я прикоснулась к Т.А.Р.Д.И.С. Это позволило мне переместить её на Землю, и мы появились рядом с птицей внутри временной петли на середине дороги. — Я собираюсь попробовать оценить, сколько ты способна поглотить энергии, — сказал Доктор, вбегая в синюю будку. На прощание он бросил взгляд на птицу. — Это может сказаться не очень хорошо на птичке, но, за исключением места, где вообще никого нет, это лучшее, чем мы располагаем. Я кивнула. Доктор начал присоединять ко мне провода и творить что-то, что даже для меня выглядело как магия. Ему потребовалось какое-то время, чтобы закончить соединять меня и временную петлю проводами, но я использовала свои технарские познания для того, чтобы определить хотя бы последовательность его действий. Мне самой следовало такому научиться — вряд ли получится каждый раз, как понадобится, обращаться за помощью к Доктору. Ему потребовалось около пятнадцати минут, чтобы установить всё оборудование. За это время нас начала окружать пока что редкая толпа, в основном состоявшая из бездомных людей. Ни у кого из них не было враждебных намерений на наш счёт — я продолжала периодически проверять чужие мысли. Здесь даже были две девушки из Уинслоу, которые фотографировали нас на новые мобильные телефоны, но я не стала делать им на этот счёт замечаний. — Отлично! — воскликнул Доктор. — А теперь давай посмотрим, как всё пойдёт. Не знаю как, но Поклонение возросло до отметки в пятьдесят миллионов последователей, что давало мне 7 дополнительных уровней на все мои способности. Я предполагала, что большая часть этих последователей была родом из того мира, который я спасла от Жнецов. Криптонские силы давали мне ещё +20 очков силы и телосложения за уровень, так что с моим количеством поклонников теперь достигало девятого уровня. Теперь у меня было 2 028 очков здоровья без применения навыка Роста. Моя сила теперь составляла 285 единиц, пока я хотя бы раз в сутки бывала под лучами солнца. Я была не такой сильной, как в битве со Старро, где моя сила достигла показателя в 360 единиц, но даже так я была самым сильным кейпом на Земле Бет, ну, может, за исключением одной героини. Доктор начал щёлкать переключателями, и моё Чутьё предупреждающе вспыхнуло. — Сбавь немного мощности, — попросила я. Доктор кивнул, изменяя несколько показателей, пока я наконец-то не кивнула. -2 000 хп! +1% к сопротивлению темпоральному урону! Энергетическое сопротивление поглотило 1 028 единиц темпоральной энергии! Поморщившись, я посмотрела на Доктора. — Мне нужна пара секунд, чтобы восстановиться, — сказала я. — Ну как я справилась? Доктор просканировал местность звуковой отвёрткой. — Мы добавили к петле секунду лишнего времени, — отчитался он. — Погляди, как взволнованно выглядела птица в конце петли. Я кивнула. — Давай попробуем ещё раз, — сказала я через минуту. -1 980 хп! +1% к сопротивлению темпоральному урону! Энергетическое сопротивление поглотило 1 028 единиц темпоральной энергии! На секунду я задумалась, как повлияет темпоральная энергия на мои атаки, если добавить немного её к моим ударам. Надо бы позже поэкспериментировать с этим. Как бы то ни было, стоило продолжать всё это хотя бы для того, чтобы повысить моё сопротивление. А если я смогу использовать время для усиления других моих ударов, мне бы стоило найти кейпов с силами, основанными на этих же принципах, и скопировать их. -1 960 хп! +1% к сопротивлению темпоральному урону! Голубь подлетал всё ближе и ближе к краю петли. Я уже могла видеть проблему. Снаружи мы могли делать всё в таком темпе, в каком могли, но люди внутри петель в основном получали смертельные раны. Если мы продолжим обнулять петлю с такой скоростью, мы не сможем никого спасти. Мне нужно было поглотить за раз энергии столько, чтобы петля обнулилась сразу, а единственный способ, которым можно было этого добиться — это повысить своё сопротивление временному урону до такой степени, что я смогу разрушить петлю за одно поглощение урона. И, конечно, если моё сопротивление будет достаточно высоким, то я могла бы даже зайти внутрь петли, но смогу ли я спасти людей внутри, пока что было неясно. -1 940 хп! +1% к сопротивлению темпоральному урону! Ваше сопротивление темпоральному урону теперь составляет 4%! Голубь становился всё более неистовым по мере того, как приближался к краю петли. Впервые за десять лет он был способен совершить внутри новое движение, и он изо всех сил пытался вырваться наружу. -1 920 хп! +1% к сопротивлению темпоральному урону! -1 900 хп! +1% к сопротивлению темпоральному урону! Голубю удалось вырваться из петли. Он свалился на землю и Доктор тут же подбежал, чтобы осмотреть его. — Он истощён, — сказал он. — Но повреждений нет. Он даже не постарел, так что я верю, что с ним всё будет в порядке. Я собрала телекинезом раскиданный вдоль дороги мусор и преобразовала из него клетку для птицы. А ещё я ткнула пальцем в одного из бездомных и дала ему двадцать баксов. — Эй! Эта птица не ела десять лет. Сбегай на заправку в конце квартала и купи пару пачек неочищенных семечек подсолнуха. Я заплачу тебе пятьдесят баксов, когда ты вернёшься. Бездомный был очень взволнован и почти побежал в нужном направлении. Я видела, как некоторые с завистью глядели на него. Но я выбрала именно этого парня, потому что чтение мыслей показало, что он был самым порядочным из всех собравшихся. Девочки из Уинслоу наверняка всю дорогу до магазина делали бы селфи, и некоторые из наркоманов, которые собрались здесь, могли плюнуть на награду и сбежать с той двадцаткой, которую я вручила для покупки. — Давай продолжим, — сказала я Доктору. — Пока не исчезнет всё поле. Чем больше вырастет моё сопротивление, тем больше я смогу поглотить энергии за раз, и тем больше у нас будет шансов, что эта тактика сработает. Люди вокруг нас внимательно слушали наши разговоры, бормоча себе что-то под нос. Все знали о петлях Серого Мальчика, и все понимали, насколько важно то, что мы сейчас делали. — Почему ты об этом беспокоишься? — спросил один мужчина из толпы. — Ты же можешь спасти их! — Потому что большинство жертв в петлях Серого Мальчика находятся в процессе умирания, — ответил вместо меня Доктор. — Нам удалось невредимой вытащить из петли птицу, но если мы будем освобождать людей с такой же скоростью, они будут давно мертвы к тому времени, как мы закончим свою работу. Это не такое дело, в котором нужна спешка. Мы потратили следующие 20 минут, повторяя действия — полминуты для меня, чтобы исцелиться, или около того, и ещё двадцать секунд, чтобы настроить необходимую мощность, а затем я получала удар перенаправленной из петли энергией. Вскорости я услышала приближение Оружейника на его мотоцикле, вместе с целым скопищем фургонов СКП. Навскидку их было где-то около дюжины. По-видимому, они ожидали чего-то такого от меня из-за моего предыдущего сеанса связи. -1 480 хп! +1% к сопротивлению темпоральному урону! Теперь ваше сопротивление темпоральному урону составляет 26%! Поглощение энергии было увеличено до 10 уровня! Это был второй уровень, который я получила от всего этого процесса. И отметка в десять уровней означала, что теперь я могла поглотить 5 115 очков урона вместо 1 028, что были у меня раньше. — Мы можем снова увеличить мощность, Док, — сказала я Доктору. Мы увеличивали мощность, чтобы подкорректировать уровень текущей ко мне энергии после увеличения моего темпорального сопротивления. Корректировка была не идеальной, но теперь я могла выдержать удар вдвое мощнее, чем когда начинала. А с моим новым уровнем Поглощения, я смогу увеличить силу удара почти в три раза по сравнению с первоначальными показателями. И, по мере увеличения мощности поглощения энергии, объём области замороженного времени уменьшился до площадки меньше, чем один фут на два. — Я бы сказал, что до сих пор наша работа была вполне успешной, — сказал Доктор. — Ещё пара таких местечек, и мы сможем помочь этим несчастным. Тот бездомный с кормом, Чез, кормил птицу, подсыпая ей семечек через прутья клетки. Голубь всё ещё с энтузиазмом ел, хотя я уже начинала беспокоиться о том, что Чез слишком её закормил. Наконец-то подъехал Оружейник, и за ним последовала вереница фургонов СКП. — Эй, Оружейник! — крикнула я, помахав рукой. — Зацени мою птичку! Я наклонилась и подняла клетку, а затем голубя начало тошнить. — Думаю, с него уже достаточно семечек, — сказала я Чезу. Я не хотела исцелять голубя, потому что нужно было проверить птицу на наличие долгосрочных побочных эффектов от пребывания во временной ловушке. Большинство птиц не стало бы есть столько, чтобы их начало тошнить, так что это, вероятно, было связано с психологическими последствиями того, что голубь торчал в темпоральном поле десять лет. — Я собираюсь назвать его Скиппи, — сказала я. — Первый сбежавший из ловушки Серого Мальчика! — Но я уже назвал его мистером Флаффингтоном, — тихо сказал Чез. — Его зовут Скиппи, — повторила я, всё ещё держа в руках клетку и не обращая внимания на то, что птицу продолжало тошнить. — Скиппи Флаффингтон Третий. Нельзя было назвать кого-то Флаффингтоном и не присобачить в конце цифру. Это просто ощущалось неправильным. Скиппи снова вырвало, прямо через прутья его клетки. — Ты выставляешь меня в плохом свете, Скиппи, — тихо сказала я, просверлив голубя недовольным взглядом. Казалось, птичка не была впечатлена. На самом деле, я была уверена, что она сверлит меня таким же сердитым взглядом. Она, вероятно, была зла из-за того, что я засунула её в клетку сразу после того, как она потратила десять лет на попытки вырваться из другой похожей. Ну и иди ты, Скиппи. Ты ещё не знаешь, что скоро станешь самым знаменитым голубем на планете.