Kill Them All

— Это подтверждённые данные?! — рявкнула в браслет Александрия. — При нынешнем положении Марса свету потребуется ещё десять минут, чтобы долететь до нас. Я воспользовалась возможностью, чтобы убедиться в передислокации моих дронов на место, откуда можно будет наблюдать за позицией Марса в небе, — спокойно сказала Дракон. И она была единственной, кто оставался спокойным. Александрия обладала способностью считывать эмоции людей по их микровыражениям. Оглядев героев и злодеев на поле боя, она видела, что все были, по крайней мере, встревожены, так же, как когда Бегемот ещё был только в пути. Губители были ужасны, но они были известным противником. Они разрушали города по графику, который можно было предсказать и к которому более или менее можно было подготовиться. Жатва же была известна своей жаждой насилия и жестокостью, особенно по отношению к злодеям. Поэтому все присутствующие на поле боя злодеи должны были чувствовать себя в особенно опасном положении, задаваясь вопросом, не придёт ли Жатва в следующий раз за ними, особенно если у них имелись интересные способности. Герои чувствовали себя намного лучше по этому поводу, если бы не были в курсе о том, насколько опасным был возможно самый сильный человек на планете. В конце концов, даже Сын никогда не вёл себя так, будто победа над Губителем давалась ему с такой лёгкостью. — Она обращалась с ним так, как будто он был для неё ничем, — тихо сказал Дэвид, стоя рядом с ней. Все краски сошли с его лица. — Она могла убить его в любое время. Они сражались с Губителями так долго, что те казались единственной константой в этом мире, силой природы, столь же неоспоримой, сколь неоспорим восход солнца. Даже Александрия чувствовала странную пустоту в груди. Она должна была быть вне себя от радости, но часть её была в ужасе от того, что это событие станет тем, что заставит Зиона начать действовать немедленно. А хуже всего была мысль о том, могла ли Жатва обращаться с Зионом точно так же как она обошлась с Бегемотом? Это была иррациональная мысль — Зион должен был уничтожить все Земли, во всех реальностях. Тейлор Эберт могла уничтожить лишь несколько из них, а даже если до этого дойдёт, то разрушение, скорее всего, будет лишь случайностью. Ею можно было управлять, в отличие от Губителей или Зиона, потому что с ней можно было общаться. С ней можно было договариваться. И хотя было бы неприятно преклонить пред ней голову, это было лучше, чем смерть всего живого. Более того — её действия в Китае наводили на мысль о том, что, на самом деле, она не была заинтересована в том, чтобы управлять поверженным государством. Её личностный портрет и случайные высказывания, которые были вписаны в её профиль, говорили о том, что она считала правление слишком «скучным» занятием. Отправить её в отставку, позволив заниматься личными проектами, такими, как терраформирование Австралии, возможно, скажется на мире и вовсе безболезненно. Она казалась одной из тех, у кого были необоснованные требования к окружающим, но и не была склонна к тому, чтобы злоупотреблять собственными преимуществами. У неё был свой извращённый кодекс правосудия, и они могли ему следовать, даже если это и требовало… корректировки всей правовой системы. — Она только что случайно уничтожила Марс? — спросил герой, подлетая к ним. Александрия с удивлением поняла, что не может вспомнить его имени. С этой ковбойской шляпой, дававшей ему залихватский вид, и голосом, как в глупом рекламном ролике, он должен был выделяться из основной массы паралюдей. Должно быть, это был кто-то новенький. — Это пока что только подтверждается, — ответила Александрия. — Это немного пугает, — сказал этот кейп. — Я имею в виду, одно дело, когда кто-то силён. Другое дело, когда кто-то силён настолько, что может уничтожить планету, случайно чихнув. — Это всё Бегемот, — сказал Эйдолон. — Последний привет для нашей планеты. Вероятно, он надеялся на то, что обломки планеты упадут на Землю, или что это повлияет на орбиты других планет, или что-нибудь в этом роде. — Мы назначим на решение этой проблемы Счетовода, — медленно сказала Александрия. — Вряд ли это повлияет на нас в ближайшем будущем, если только в ближайшие пару месяцев на нас не начнут падать куски Марса. Это при условии, что она не высадила его где-нибудь и не показала нам всего лишь занимательную иллюзию. — Текущие предполагаемые потери — ноль человек, — сказала Дракон. — А что насчёт радиации? — спросила Александрия. — Похоже, что Жатва поглотила всю радиацию. Во всяком случае, уровень радиации на последнем месте появления Бегемота ниже, чем в каком-либо другом. Как будто она всё подчистила. — Мы больше не нужны, — сказал Дэвид. Его голос звучал так, словно он был в шоке. Дела у него шли неважно с тех пор, как Жатва уничтожила Левиафана. Более ранний инцидент с Симург ещё можно было принять за один из её хитроумных планов, поскольку она просто ушла в другой мир. Смерть Левиафана изменила весь мир. Это же? Это потрясло весь его мир до основания. Александрия должна была признать, что даже её собственные устои немного пошатнулись. Как она так быстро смогла обрести такое могущество? Она ведь получала более слабые силы кейпов, которых побеждала. Пусть её силы и росли в геометрической прогрессии, но как в течение пары дней она могла приобрести силы, которые раньше не показывала, и развить их до того уровня, который она показала? Разве на это не потребовалось немного больше времени? — Мы всё ещё нужны, — сказала Александрия. — Думаю, она знает о Зионе, но у нас всё ещё есть информация, о которой она не в курсе. У нас всё ещё есть, чем поторговаться. Дэвид горько усмехнулся. — Значит, теперь я превратился из самого могущественного парачеловека в мире в НПС-персонажа в дерьмовой игре, чья работа — давать советы новеньким героям. Добро пожаловать, искатель приключений! — Я уже знаю всё это, — прошептал ей на ухо голос Эберт. Александрия огляделась, но никого не увидела. Ей удалось сохранить видимость спокойствия, но Дэвид резко завертел головой, высматривая Жатву. Учитывая, что никто её больше не видел, Александрия думала, что он поймёт — Жатва отправляла сообщения напрямую им в головы. — Что? — с запинкой пробормотал Дэвид. — Я всё ещё у Марса, — сказала Жатва. — Создаю поле гравитации, чтобы собрать осколки планеты вместе. Расчёты — это реальная жопа, особенно учитывая, что я не хочу менять орбиты или сдвигать со своих траекторий крупные астероиды. Нет смысла убивать Зиона, если через сто лет мы получим очередного убийцу динозавров, когда, предположительно, я отправлюсь в другие, более интересные вселенные с менее козлистыми людьми. — Чего ты хочешь? — спросила Александрия. — Хочешь, я вылечу твой глаз? — вопросом на вопрос ответила Жатва. — Это невозможно, — резко сказала Александрия. — Ну, Сибирь тоже по идее не могла тебя достать, верно? — спросила Жатва. — У меня есть тонны темпоральной энергии в запасе и я могу манипулировать реальностью. Я могу снять блокировку времени с твоего тела, исцелить тебя, а затем вернуть всё как было. Разве не будет круто снова иметь периферийное зрение? — А ты тем временем меня изобьёшь, — скептически заметила Александрия. — Разве не ты говорила, что пойдёшь на всё, чтобы остановить Зиона? — спросила Жатва. — Ты лгала? Когда я получаю силы от кейпов с похожими способностями, я увеличиваю свои навыки в геометрической прогрессии. — Я могу сказать, что у тебя более чем достаточно силы, — сухо заметила Александрия. — Конечно, эскалация, — сказала Жатва. — Но, на самом деле, я надеюсь получить твою стойкость. У меня, по факту, нет возможности выбирать, какую способность я получаю от побеждённого противника, но есть некие эзотерические эффекты, к воздействию которых я менее устойчива, а у тебя хорошая защита на всё тело. — Она не так хороша против эзотерических эффектов, — возразила Александрия. — Ну да… тебе ведь всё ещё нужно дышать, — была вынуждена согласиться Жатва. — У меня есть куча сил типа поддержки, но мне всё ещё нужно получить силы остальных из вас. О, и Дэвид? — Что? — спросил он. Дэвид выглядел достаточно ошеломлённо, чтобы не обратить внимания на тот факт, что она знала о его гражданской личности. — Ты можешь продолжать посылать мне Губителей? — Что? — Ты — тот, кто их контролирует, — сказала девушка. — Думаю, это происходит бессознательно. Я вижу это в глубине твоего сознания. Их там ещё почти двадцать штук. Краски полностью схлынули с лица Дэвида. Мысли Александрии заметались в голове на сумасшедших скоростях. Всё сходилось. Поведение Губителей изменилось после того, как Эберт одержала победу в Китае. Левиафан напал на страну, когда там находилась Эберт. Дэвид завидовал Жатве. Бегемот же атаковал, когда думал, что Жатва находится вне этого мира, хотя это и означало атаку вне графика. Для него это был шанс снова стать героем, не привлекая при этом внимания к Жатве. — Это неправда! — пробормотал Дэвид, но Александрия могла видеть, как постепенно на его лице появляется ужас осознания. — Тебе был нужен достойный противник, — хмыкнула Жатва. — Потому что всё остальное походило на игры в песочнице с твоими способностями. Какой смысл бороться со всякими мелкими хулиганами? Разве кто-нибудь стал бы тебя за это уважать? Дэвид рухнул на землю, и люди наконец начали замечать, что что-то шло не так. — Похоже, я его сломала, — с сомнением сказала Жатва. — Ладно, починю его позже, когда появлюсь в вашем логове. Нам стоит поговорить обо всех тех людях, которые живут в ваших подвалах. Даже если вы планировали использовать их, чтобы заставить Зиона не обращать на вас внимания, вы могли бы устроить им жизнь получше. Убедить их, что они сами изначально добровольно согласились пойти на эксперимент, и что вы работаете над их лечением. Вы могли бы годами водить их за нос, и, может, устроить к себе в качестве офисных работников. Внизу есть парень, у которого есть двадцать гибких пенисов, и у которого просто потрясающие навыки в наборе текста. Конечно, вряд ли вы захотите после него пользоваться клавиатурами, но он мог бы быть вам полезен. Александрия знала, о ком она говорила. И она бы назвала эти отростки щупальцами, но Эберт была права в том, что они были способны к репродукции. Этот парень не был особо опасен, но всем было от него не по себе, и считалось, что у него уже никогда не будет даже подобия нормальной жизни. — Жестокость допустима, только если служит какой-то конечной цели, — сказала Жатва. — Но глупо быть жестоким без причины. В конце концов, они все вырвутся и убьют вас всех, а учитывая то, как всё работает в этом мире, это наверняка произойдёт в самое неподходящее время. В любом случае, я зайду к вам попозже и вылечу твой глаз и хрупкий маленький разум Эйдолона. Может, я даже смогу получить от него силу контроля Губителей. Это было бы очень полезно! Прежде, чем Александрия смогла что-то на это сказать, присутствие Жатвы в её сознании исчезло.

***********

— Я сказал ей, что пялился на её задницу, — сказал Деннис, пребывая в ужасе. — И она может случайно меня поломать. Настроение героев, когда их телепортировал обратно домой Странник, было мрачным. Это должно было быть время праздника, ведь последний Губитель был повержен, но все были слишком ошеломлены, чтобы в полной мере насладиться моментом. Все прекрасно знали, что Триумвират стоял на ступеньке выше, чем любой другой кейп, но даже они ничего не могли поделать с Губителями. А Тейлор Эберт только что уничтожила целую планету… случайно. Она разорвала Губителя на части после того, как поигралась с ним. Она была самым могущественным парачеловеком на этой Земле, и она имела непостоянный характер. Она была безжалостна, и никто на самом деле не знал, чего она хотела. Всё, что они про неё знали, так это то, что она обычно плохо реагировала на вещи, которые ей не нравились. — Да Эберт на тебя насрать, — фыркнула София. — Если бы не было, твой член уже давно бы отвалился, или она бы оставила тебе в подарочек нестерпимый зуд в районе задницы. — Она может и такое? — Панацея — может, а она копировала силы у Панацеи, — напомнила София. — Так что можешь гордиться — ты единственный парень на планете, который сказал её новой повелительнице, что у неё классная задница. — Чего? — В этом мире нет человека, у которого хватило бы смелости сказать или подумать об этом, особенно после того, что мы только что видели, — ухмыльнулась София. — Чёрт возьми, да если я сама издевалась над ней два года, а она до сих пор не нарубила меня в капусту, то с тобой наверняка всё будет нормально. — Я пытался убить её! — возразил Деннис. — Все пытались убить её, — фыркнула София. — Если бы этого было достаточно для того, чтобы вывести её из себя, тут бы уже была куча трупов. Но у неё всё ещё есть правила, которых она придерживается… Она относится к героям немного лучше, чем ко всем остальным, даже если и любит их выбешивать. И хорошо относится к слабакам. И убеждается в том, что все остальные тоже хорошо относятся к слабакам. Так что ты в полной безопасности… ведь ты у нас и «герой», и «слабак». — Ну спасибо, блин, — сухо сказал Деннис. Хотя стоило признаться, что после этих слов он действительно почувствовал себя лучше. — Что теперь будет? — спросила Виста. — Будет странно, если больше не придётся всё время беспокоиться о Губителях. — Возможно, кому-то наконец-то проломят головы, — сказала София. — Когда правительство перестаёт нуждаться в ком-то, оно, как правило, относится к ним намного жёстче. Из тюрем теперь будет сложнее выбраться, а мы действительно сможем наконец заняться настоящей геройской работой. — Злодеям это не понравится, — заметил Деннис. — Это может означать начало войны. Оружейник подошёл к ним со спины. Они были следующими в очереди на телепортацию. — Разрушение Марса только что было подтверждено визуально и гравометрическим анализом дюжиной технарей по всему миру, — сказал он. — Трансляция была реальной. Его голос звучал чрезвычайно мрачно. — Так что мы теперь будем делать? — спросил Деннис. — Надеяться, что никто не будет её раздражать, — ответил Оружейник. — Она продемонстрировала экспоненциальное увеличение мощности и скорости, которые за ней ранее не наблюдались. — Она сказала нам, что путешествовала во времени, — сказала Виста. — И что для неё прошли месяцы с тех пор, как она была здесь. Оружейник повернулся, чтобы посмотреть на Висту. — Это важная информация, подготовься к тому, что через десять минут тебя будут опрашивать, как только мы попадём домой. — А где была настоящая Панацея? — спросила Виста. — Её уже забрали шаттлом Дракон из кемпинга, — ответил мужчина. — Предположительно, она должна была продолжать находиться в походе со своими родителями. Это должно было вызвать подозрения — то, что она одна появилась на битве, без своих родителей. — Она наверняка была бы счастливей, окажись здесь, — сказала Призрачный Сталкер. — Её мама та ещё стерва. Все знали о проблемах Эми с её семьёй. Вики Даллон возобновила отношения с Рыцарем, как только вернулась, и сплетни начали распространяться по всем отделам СКП. — Всем приготовиться, — скомандовал Оружейник.

***********

— Каков будет наш ответ на эти события? — потребовал ответа генерал Уильямс. — А зачем нам давать какой-то ответ? — спросил президент Гиллам. — Последний Губитель мёртв, а официальная политика США заключается в том, что это замечательная новость, и что Жатва — настоящий герой. Я дал ей помилование за все федеральные преступления, которые она совершала до этого, губернатор Массачусетса помиловал её за все преступления по законам штата, и на неё больше не назначено приказа об Убийстве. Она является гражданином США с отличной репутацией. — Она просто разорвала Губителя на куски, как будто это не стоило ей никаких усилий, и уничтожила целую планету. Мы должны ответить на это. — И наш ответ — сделать её счастливой, — твёрдо сказал президент. — Что ты хочешь, чтобы мы с ней сделали? Начали враждовать, как те идиоты из СКП? Мы видели, что она делает с людьми и организациями, с которыми у неё есть личные счёты. Она уничтожила Китайский Имперский Союз ещё до того, как её силы столь резко возросли. И ты считаешь, что мы справимся с противостоянием против неё лучше? — Если бы мы подобрали правильного парачеловека… — начал было генерал, но президент его прервал. — И какого же? — покачал Гиллам головой. — Даже если ты найдёшь кого-то с эзотерическими силами, которые могут на неё повлиять, каковы шансы, что она в первый раз сталкивается с данным типом способностей? Если мы попытаемся и потерпим неудачу, всё, что нас ждёт, это отправка на планету с гигантскими каннибалами или каннибалами обычного размера… кажется, она по какой-то причине очень зациклена на каннибалах. Ей нравятся герои, но нельзя сказать то же самое про правительственных чиновников, и если она захочет, то сможет отправить тебя в мир гигантских каннибалов вместе со всеми остальными работниками Пентагона. И, согласно отчётам СКП, стрелять в неё бесполезно. — Но… — И если она действительно разозлится, она может просто захватить власть в стране… А она — подросток, так что не захочет управлять ею сама. Она отдаст это на откуп ублюдкам из ООН, которые мечтают получить шанс господствовать над нами, или, что ещё хуже, отдаст власть в руки лидера английской палаты представителей. А он просто сравняет нашу страну с землёй. Я не собираюсь доставлять удовольствие никому из этих ублюдков, если всё, что для этого нужно сделать, целовать в задницу подростка с божественным уровнем сил. Чего она в принципе хочет? Сожрать всех попавших в Клетку? Да этих сучьих выблядков уже давно следовало прикончить. Не такая уж и большая для нас потеря. Остальные в помещении неловко завозились на своих местах. — Манипуляция людьми основана на том, что вы узнаёте, чего они хотят, и даёте им это. Чего хочет Жатва? — Силы? — нерешительно предположил один из его помощников. — Именно, — согласился Президент. — Не политической власти, не денег. Она хочет обладать сверхспособностями, и, судя по тому, насколько она стала сильнее, я могу только предположить, что жители других вселенных, в которых она побывала, обладают намного более мощными способностями, чем жители нашей. — То есть… вы хотите сказать, что, в конце концов, ей здесь станет скучно? — Она уже является самым сильным человеком на планете. Возможно, она останется, чтобы сразиться с Зионом и бывшей сильнейшей тройкой, но после этого тут останутся только всякие мелкие дела, которые вряд ли будут стоить её внимания. С её точки зрения наш мир похож на маленький городок, а что делают амбициозные люди, живущие в маленьких городках? Они их покидают. Все в помещении нахмурились. — Всё, что от нас требуется — это не облажаться и не настроить её против себя. Она может читать мысли, а это значит, что разрабатывать тайные планы по её убийству — глупо. Дайте ей, чёрт вас побери, то, что она хочет, и попытайтесь убедить её не использовать слишком мощные силы, которые могут случайно смести с лица земли парочку штатов, и мы останемся в выигрыше. — А если кто-то другой вызовет её гнев? — Это уже не наша проблема. Если это злодей — что ж, он явно заслужит за такой поступок премию Дарвина. Если это снова будут СКП, что ж, в любом случае, им уже давно пора перетряхнуть руководящие должности. — И что мне сказать прессе? — пожаловался пресс-секретарь Нагель. — Нам следует успокоить народ. Жатва — герой, и не планирует устраивать террор в Соединённых Штатах. Если мы сможем убедить в этом всех, то это действительно может стать правдой. В конце концов, у нас недостаточно сил, чтобы наказать её за что-либо. Наградить звучит уже лучше, но ей не нужны деньги — она может делать всё, что захочет, брать всё, что ей понравится, и ей не нужно покупать самолёт или лодку, потому что она может телепортироваться, дышать под водой и собрать и самолёт, и лодку для своих друзей самостоятельно. Но знаете, какую вещь даже она не способна купить ни за какие деньги? Искреннее восхищение. Если люди восхищаются тобой, ты, как правило, стараешься не делать того, что может их разочаровать… например, не уничтожаешь случайно Канзас. Президент Гиллам огляделся и понял, что теперь все соглашались с его точкой зрения, за исключением, видимо, всё того же генерала Уильямса. Возможно, старику пора отправляться на пенсию. — Все свободны, — сказал президент. Все, кроме его охраны, вышли из комнаты. Они должны будут продвигать только что обсуждаемую политику, хотя он и планировал повнимательнее приглядывать за Уильямсом. Если он действительно настолько сошёл с ума, что ж, тогда хорошо, что эта девчушка была телепатом. Она будет знать, что президент не собирался вставлять ей палки в колёса. Сам Гиллам, возможно, и принимал неверные решения в прошлом, но всё же после того, что он прочитал из отчётов про миры, где побывала Жатва… Там был мир, который буквально воплощал собой ужас, и она, несомненно, побывала и в других, не менее пугающих вселенных. Президенту Гилламу нравилась идея о том, что его не будут преследовать гигантские каннибалы, и что он не попадёт в мир, который наяву воплотит его самые страшные кошмары. Мысль о том, что она могла найти место и похуже, и что-то может последовать вслед за ней, как случилось с зомби-вирусом, не давала ему спать по ночам. Тем не менее, она, как правило, старалась защищать людей, которые ей нравились, и пусть Гиллам сомневался, что при личном знакомстве он ей понравится, так как она могла читать его мысли, что ж, она знала, в каком мире им всем приходилось жить, а он был его уроженцем. Она могла бы даже решить проблему с Нилбогом, если бы они вежливо попросили, и с облучёнными радиацией зонами, оставшимися после нападений Бегемота. Она ведь уже взяла на себя обязательство поработать над жертвами Серого Мальчика. Если он правильно разыграет карты, которые у него были на руках, он может даже прокатиться у неё на закорках до переизбрания. Когда речь шла о выборе между тем, чтобы быть съеденным гигантскими каннибалами или получить второй президентский срок, ну, было не особо сложно сделать свой выбор.