Запретное искушение или нарушая правила

      Разгневанный пропажей целого фунта соли, Скотт приказал охране собрать всех воспитанников на площадке перед его домом. Буквально за пять минут были собраны все двадцать четыре человека. Он грозно объявил. — Засранцы! Когда в ваши чугунные котелки, которые вы ласково называете головами, я наконец вобью истину: воровство – наказуемо?! Вас сюда за тем и привезли, чтобы отучить от этого пагубного дела. И только я расслабился, как главной повар мне докладывает, что у него пропал целый фунт соли! – орал на молодых альф Дугалл. – Ответьте мне, что мы делаем с теми, кто ворует у всех? — Наказываем… - загудели «воспитанники», неуверенно и с долей страха переглядываясь друг с другом. — С помощью нехитрых рассуждений, мы с мистером Коннолли сделали простой вывод и вычислили воришку. Стоящий перед вами альфа и есть вор! Он вчера помогал на кухне, был послан за продуктами и украл то, что принадлежит всем. Соль – дорогой и необходимый продукт. Как вы понимаете, я не могу оставить сей вопиющий факт без внимания. На лице стоящего рядом с Дугаллом Риана не дрогнул ни один мускул. Он молча слушал приговор, опустив глаза в землю и понимая, что пойман практически с поличным, а значит, что порка прилюдно ему уже прописана. Впрочем, он знал, на что шёл, воруя соль. Единственное, чего Риан не мог взять в толк, как Коннолли на пару с Дугаллом так быстро догадался о пропаже. Он тщательно скрыл следы, не подкопаешься. Следил за тем, чтобы никто его не видел. Чего или кого он не заметил, когда прятал соль под камнем? И почему всякие доводы не убедили главного надзирателя в том, что он ничего не брал. Да и как могли так быстро найти этот несчастный мешок с солью, тоже не понимал. Забрать его ночью не получилось, так как наевшись за весь день на кухне чего попало, парни промучились с животами. Хорошо, он вытерпит это наказание, ведь Дугалл всё равно больше двадцати ударов не выписывает. А вот кто мог его выдать, он ещё узнает. Бриндан, стоящий в толпе воспитанников с сочувствием смотрел на Риана и тоже не понимал, как так могло произойти. Ведь, план похищения фунта соли был спланирован до мелочей. Где они допустили прокол? Где ошиблись? Кто мог сдать? Ответов, к сожалению, у парня не было. Больше вопросов, где каждый с тремя неизвестными. Он стал искать глазами, кто мог выдать, но не заметил никого, кроме Кая. Тот с непониманием смотрел на ситуацию, в его глазах промелькнуло сочувствие, но не жалость или вина. Нет, на лице Гая было что – то другое, словно он начал о чём – то догадываться. — Перед вами, воспитанник Риан Фэллан. Именно он на пару со своим дружком помогал вчера на кухне и стащил соль. А так как на склад ходил только он, то соль и взял, поэтому его высеку по полной. Бриндан Гиллаган, его напарник пойдёт как соучастник и получит в половину меньше. В следующий раз не будет отвлекать на себя повара, чтобы не подыгрывать напарнику. – Дугалл злобно и с осуждением посмотрел на Бриндана. Тот даже вида не подал, что испугался. Охрана тут же схватила Бриндана и вытолкнула в круг. Риан и Бриндан встретились взглядами. Секундное вглядывание друг другу в глаза и Риан был толкут сильной рукой Дугалла навстречу к Бриндану. Тут же охранники скрутили обоих и привязали к «позорным» столбам. Руки парней были привязаны верёвками к кольцам у самого основания столбов. Молодняк притих и с содроганием следил за происходящим. Первый удар Дугалл нанёс Риану. Тот сцепив зубы только слегка простонал. Боль была неимоверной. Как вытерпеть эти двадцать ударов снова? Впрочем, Риан сейчас жалел не себя, а Бриндана. Друг попал практически ни за что! Риан чувствовал, что виноват перед ним, а потому, старался не смотреть на его страдания. У Бриндана было впервые: попасть под кнут, поэтому ему было больно вдвойне. Даром, что ударов меньше. Дугалл имел очень хороший кнут и мастерски им владел. Он по очереди охаживал парней кнутом, приговаривая: «Я вас отучу как воровать! Вы у меня на всю жизнь запомните это!». К концу порки на спинах парней показались кровавые полосы. Особенно у Риана. После экзекуции Дугалл ещё раз прочёл молодым альфам нотацию о том, что нельзя воровать ни под каким предлогом, а потом всех разогнал работать, оставив наказанных стоять привязанными к столбам под палящим майским солнцем. — Бриндан, прости… - повиснув на привязанных кольцах сказал Риан, обращаясь к другу. — Чего уж там! Стой уже! — Бриндан…молю, прости! Я должен был быть осторожнее. Я оглядывался лишь время от времени, надеясь, что не увидят. Основная масса ребят на работах кто где. У склада точно кроме меня никого не было. — Да понял я, не оправдывайся. Оба виноваты, обоим и досталось. Скажи спасибо, что всех из-за нас двоих не наказали. Тогда нам пришёл бы реальный конец. — Я не оправдываюсь, а пытаюсь понять, как могли так быстро найти соль? Кто продал нас за вкусные шанежки? — Тоже думал об этом. На Кая не похоже, я его видел. Он в полном недоумении. — Согласен, - разговор хоть и отвлекал, но стоять с поднятыми наверх руками было неудобно, конечности затекли, а ноги уже просто устали. Риан дёрнул на себя руки в надежде вырвать их из захвата верёвок, но не вышло. Охрана прекрасно знала своё дело. То же самое пытался сделать и Бриндан. После этих попыток отвязаться, Риан продолжил. – Я его давненько знаю, он хоть и гадёныш, но со своими принципами. Своих он точно не сдаст. — А Киф? — Тёмная лошадка. Но, вообще то я не наблюдал за ним ничего такого. Тихоня, на которого подуй и развалится. — Молодняк? Может там какая тварь завелась? — Не исключено. Я это позже выясню. Если это кто–то из малолеток, сам с ним разберусь. Порву как подушку волкодав хозяина. — Ага, и меня не забудь пригласить. Я его помогу порвать. Сам лично отрежу язык. — О, да ты у нас кровожадный, - морщась от боли и при этом улыбаясь ответил Риан. — Да не-е-е-е-е, я на самом деле мягкий и пушистый. Просто я сейчас злой! – также грустно усмехнулся Бриндан.       Насевшие на спины мухи доставляли дополнительное беспокойство, и парни постоянно пытались их сбить, дергаясь на месте. Но, почуяв питательную влагу, мухи не спешили оставлять своего пиршества. Только лишь когда солнце стало заходить мухи, почуяв холод, оставили парней в покое.       Позже охрана отвязала их со столбов и отвела в дом, где они жили. Туда же был вызван лекарь, который занялся лечением ран. Это было необходимо, так как парни нужны были если не целыми, то здоровыми. Они не рабы и их предстоит вернуть родителям или просто к людям. Да и хозяин запрещает пороть работников до полусмерти. Ещё Брамс ворчал, что надо было давно напоить наказанных настойкой от гона, глядишь, моча в голову не ударила и не пошли бы тогда воровать. Но, ничего, как только они поправятся, он исправит эту оплошность. Когда Брамс ушёл, к парням подошёл Кай. — Ребят, скажите, это правда? — А ты ещё не понял? Какие тебе нужны доказательства? – язвительным тоном произнёс Риан. – Даже если бы это было не так, Дугалл всё – равно нашёл бы козла отпущения. — Понял, но поверить не могу. Зачем вам надо было воровать соль? Соль привозится в достаточном количестве, хватает на долго. Вам соли не хватало? — Нужна была очень. А тебе что за дело? — Можешь мне не доверять и дальше, Риан, - спокойно ответил Кай. – Только я бы не стал вас выдавать, если бы знал об этом. Честно! Отсюда напрашивается вполне логичный вывод: или вы не очень тщательно всё спланировали, или вас попросту сдали. — Склоняюсь ко второму, - простонал Бриндан, лежащий на соседней койке. Он, как и Риан лежал на животе. — Я тоже, ведь план был безупречный, - ответил Риан. — Я пытался в толпе усмотреть гада, но не нашёл, - сказал Бриндан. — Если хотите, я выясню у молодняка, может кто что видел или знает. Наверняка же сейчас сидят и обсуждают ситуацию, - предположил Кай. — А с чего вдруг такая заинтересованность? – скептически спросил Риан. — Я за справедливость, Фэллан. Зачем бы вам не нужна была эта несчастная соль, но выдавать своих - подло! Мы все в одной упряжи идём. Если кто–то спотыкается, ему надо помочь удержаться, а кто –то вместо этого, ещё больше подталкивает к пропасти. Придурки одним словом! По-другому не назовёшь! Не удивлюсь, если это кто – то из молодняка. Только у них на такое ума хватит. Ну да ладно, у меня там есть свой человечек. Спрошу у него, может расскажет что-нибудь. Кай резко поднялся со своего места и не дожидаясь ответной реакции парней, вышел из дома уверенным шагом. Придя к дому молодняка, он заметил того, кого искал. Кай дал понять знаком, чтобы он вышел к нему. Они зашли за дом и Кай тихо спросил. — Молоуни, что знаешь про кражу соли? Что молодняк ваш говорит? — Риана видели. Он со склада выходил, помимо посуды нёс мешочек за пазухой и спрятал в кустах за зданием склада, прежде чем на кухню пойти. — Кто видел? — Киф! А он разве тебе ничего не сказал? — Если бы он сказал мне, а не Дугаллу, то я бы здесь сейчас не стоял. И парней бы не наказывали. Не в курсе, почему он к Дугаллу пошёл? — Точно не знаю. Но поговаривают, что он давненько у него ошивается и не просто так. — А давно это сколько? — А вот этого я сказать не могу, история умалчивает. Хочешь знать, сам его и спроси. Да только когда твой молчаливый Киф бывает в кабинете надзирателя, обязательно что – нибудь случается, кого – нибудь да наказывают. — Ясно. Узнай, что за дела у них? Не может же Киф по собственной воле бегать сдавать своих. Пока с ним поговорю. Не видел, где он? — Вроде на конюшню шёл, - вспомнил Молоуни. — Спасибо, свободен. Молоуни убежал от Кая как ошпаренный, а тот уже сделал свои выводы и так же уверенно пошёл к конюшне. Кифа он застал за уборкой навоза в одном из стойл. Он уверенно и быстро подошёл, выхватил из рук лопату. Киф даже среагировать не успел. Отбросив инструмент в сторону, Кай схватил Кифа за грудки и с силой прижал к стене стойла. — Говори! - зарычал сквозь зубы Кай, надавливая на грудь Кифа. Тот заскулил от боли, попытался вырваться, но не вышло. Кай крепко держал его и ещё сильнее тряхнул, прижав к стене окончательно. – Говори, гадёныш! Что Риан и Бриндан сделали тебе плохого, что ты сдал их Дугаллу? Сволочь! — Я…я не хотел…он заставляет меня! – стонал Киф. — Тварь! Ты сдаёшь своих! Ты это понимаешь? - Кай снова приложил Кифа к стене со всей силы. Тот едва весь воздух из лёгких не потерял, покраснел даже. Но, разъярённого Кая этим не пронять, и он продолжил допрос с пристрастием. – Тебе, дурень, с ними в одном доме спать! Ты не подумал, что они скоро обо всём догадаются и просто порешат тебя?! — Нет! – выдохнул испуганно Киф. — А придётся подумать! Если я сам им обо всём расскажу, то они тебя, когда поправятся, разделают, как бог черепаху! Что ты надзирателю должен, что своих сдаёшь? — Он сказал, что, если я буду говорить ему о нарушениях, он поспособствует, чтобы меня быстрее домой отправили. Я письмо получил, отец плох, и я могу не успеть домой, пока он жив, - взревел, наконец Киф. Слёзы крупными каплями покатились из глаз Кифа. — Почему ты мне ничего не рассказал? Я бы придумал, как тебе помочь! В конце концов на прямую к хозяину можно было обратиться! - продолжал рычать Кай. Слёзы Кифа не вызывали у него ни малейшего сочувствия. Он снова тряхнул Кифа и спросил. – И как ты теперь жить будешь с таким грузом? Как ты вообще с этим живёшь? Идя к своей цели - ступаешь по головам невинных! А я-то всё думаю, как так получается, что Дугалл и другие надзиратели весьма не вовремя появляются. Всё думал, как они могли узнать о случившемся раньше срока?! А крыса была рядом! Ты настоящая крыса, Киф! – Кай дал Кифу увесистую пощёчину. - Молчун хренов! Где надо, из тебя слова не выдавишь, а где не надо, ты болтлив до безобразия! Ты разочаровал меня, малыш! А потому, с сегодняшнего дня ты моя личная шлюха! Не удивлюсь, если и Дугалл с тобой за информацию натурой расплачивается по мимо всего прочего. И каково это, зад надзирателю подставлять? — Нет, он не… - пытался оправдаться Киф. — Мне это уже не интересно! Теперь ты мой вечный должник! И только посмей ему пожаловаться, язык отрежу и в сточную канаву выброшу или собакам охранным кину. А потом трахну с особой жестокостью! За дело! Понял меня? – Кай резко прижал локоть к горлу Кифа. Тот снова попытался высвободиться, но не вышло. Ярость давала Каю неимоверную силу, какая бывает лишь во время гона. – Только хоть слово Дугаллу сказать вздумай, только посмей ещё хоть на кого-то донести! Урою! Прямо на месте порешу! И пусть будет, что будет. Мне терять нечего, я тут пожизненно! Понял! – снова рыкнул Кай, надавив на локоть. Покрасневший от натуги Киф едва смог с хрипом ответить: «Да!» — Вот и славно! Начнём расчёт по долгу прямо сейчас! Не хочешь ласково и добровольно, как я всегда это делал, будешь терпеть жёстко и принудительно. Кай отстранился и резко развернул Кифа к себе спиной. Одной рукой он нажал на спину, чтобы тот не дёргался, а другой спустил штаны. Стояк у Кая образовался уже давно, как только слёзы Кифа увидел. Теперь же, эта бешенная энергия должна была иметь выход. Кайтелю с трудом удавалось скрывать гон или простое возбуждение, но он прекрасно умел это делать, а потому, настойки пил не часто. Сейчас это сработало ему на руку и против Кифа. Чего раньше не было, Кай всегда уважительно относился к Кифу в постели, которые хоть и были периодически и тайно, но всё же имели место быть. Об этом даже Риан с Бринданом не знали. Никто не знал. А теперь что?        Проход Кифа не был разработан хорошо, поэтому парень терпел адскую боль. По приказу Кая он зажал рот рукой и старался сильно не кричать, так как их могли услышать. Как только Кай кончил на набухшем узле, какое-то время он стоял, прижавшись к измученному телу Кифа, чтобы отдышаться. Когда узел спал, Кай вышел и развернув Кифа к себе лицом, посмотрел ему в глаза. — Надеюсь, данный урок ты усвоишь. До вечера в дом не заходи. Я сам тебя встречу и проведу к кровати. Теперь мне тебя ещё и от Риана и Бриндана придётся охранять! Дожили! — Не…не говори им… - скулил Киф, глотая слёзы. – Я сам расскажу … позже. — И поведаешь им душещипательную историю о том, какой ты плохой мальчик и по какой причине любишь ябедничать? Ты в своём уме? Думаешь, они поверят? Да они сразу побьют тебя, как только услышат твои никчёмные оправдания. Если не убьют, сразу, конечно, - уточнил Кай. — Но…Дугалл сказал…что меня никто не тронет! — Мало ли что он тебе сказал! Охрану лично к тебе он не приставит. А парням много времени не надо, чтобы прикончить такую крысу, как ты. — Прости! - снова заныл Киф. — Предатель! Тебе нет прощения! Я согласен тебя защищать от нападок лишь до того момента, пока ты будешь нужен лично мне. А как только я пойму, что ты бесполезен, отдам им на растерзание. Только этого и достойны предатели!       Кай снова резко припечатал Кифа к стене, привёл себя в порядок и вышел из конюшни не оглядываясь. Киф натянул штаны и схватившись за голову медленно сполз по стене на пол загона. Он выл, причитал и покачивался, словно умалишённый. Жизнь, подкинула очередное испытание, с которым он, очевидно не справится. Надо с этим что – то делать. Мозг молодого и не очень сильного альфы работал лихорадочно. В изолятор попроситься, что ли? Посидеть, пока всё уляжется. Там, глядишь и приедут за ним. Дугалл обещал, он письмо показывал, с хозяином разговаривал, когда тот был на днях в деревне с очередной инспекцией. А теперь что делать прикажете? Как он покажется в доме, где живёт? Никак! Кай прав, об этом надо было думать раньше. Успокоившись, Киф навестил надзирателя, объяснил ситуацию, не выдавая и половины беспокойства, и попросил до приезда родственников закрыть его в изоляторе. Дугалл, конечно скептически отнёсся к просьбе парня, пообещал срочно связаться с хозяином, чтобы тот побыстрее решил вопрос с вызовом родственников.       Через пару дней от хозяина пришло письмо, что за Кифом едут и попросил подготовить все документы. Оставшуюся неделю Киф ходил как в воду опущенный. В изоляторе он пробыл всего пару дней, но так как явных причин держать в изоляторе воспитанника не было, Киф был отпущен. Кай ещё не раз за эту неделю вбивал его то в стену дома или конюшни, то в матрац, то прямо на голой земле в лесу или у дерева, но тот и словом никому не обмолвился.       Риан и Бриндан узнали от Кайтеля о том, кто их сдал, но по просьбе последнего игнорировали Кифа, как могли. Это было неимоверно трудно. Ситуация с предательством Кифа сплотила троих молодых альф. Чувствуя от части и свою вину, что не углядел, Кай помогал лекарю Брамсу обрабатывать раны на спинах парней отварами трав дикой ромашки и календулы, приносил им еду и воду в дом, чтобы дать возможность спокойно отлежаться. Обязательно сообщал последние новости от того, что ожидает Кифа в скором времени, до того, что шиповник, наконец, взошёл. Вскоре Риан и Бриндан пошли на поправку.       А после воспитательного разговора с Дугаллом, «чистосердечного раскаяния» и признания в цели воровства, а также после клятвенного обещания, что воровать больше никогда – никогда не будут, парни получили прощение и назначение на новые работы. На этот раз их всех приставили к конюшне. Предстояло не только убирать навоз, поить, кормить, запрягать и чистить лошадей, но и пасти их. Дугалл рассудил так: раз парни потеряли доверие, то в лес одних больше не пустит, а так чаще будут на виду и под присмотром. Прям как провинившиеся малолетние пацаны. Парней это немного раздосадовало, что теперь воли будет меньше, но зато, все трое будут вместе.       Да и Брамс пока молчал про настойки. Парням удалось выпросить у Дугалла разрешения не принимать настойки, пообещав никого не трогать, а время гона проводить в лесу, справляясь с наваждением самостоятельно. Нужно было думать и о будущем, ведь двоим из троих ещё домой возвращаться, семьи заводить, а они потенцию на этих настойках потерять могут. Выслушав доводы молодых альф, Дугалл, спасибо хорошему настроению, разрешил это до первого случая.       Также, все трое вздохнули с некоторым облегчением, когда за Кифом, наконец, приехал дядя по линии отца. После недолгого оформления документов, дядя забрал Кифа с собой и увёз. Ребята остались в доме втроём. Напарника Каю пока не дали, а потому он уговорил Дугалла на работах присоединить его к Риану и Бриндану. Тот, поскрипев зубами и понимая, что Кай прав, дал добро.