Хрупок ли фарфор?

Если бы мою жизнь можно было описать в книге, то она точно имела название «Если бы я не существовал». Увидев такую книгу в магазине в непримечательной обложке, я предположил бы, что автор рассматривает какие-то важные жизненные проблемы, решения, позиции и многое другое, связанное со смыслом бытия. Увы, это не так. Не думаю, что моя жизнь вообще достойна быть записана в такую прекрасную вещь как книга. Книга должна учить чему-то человека, давать ему пищу для соображений, давать волю воображению или же помогать что-либо понять. Нельзя будет достичь такого эффекта от описания моей жизни. Возможно, это звучит преувеличенно. И да, я соглашусь. Я не могу сказать, что я был плохим человеком, но и хорошим не был. Я многое упустил, и это чувство вины уже невыносимо. Теперь, когда не осталось никого, кому бы я мог причинить боль своими поступками, я могу сделать то, что я планировал. Меня не пугает небытие или ад. Я не буду против исчезнуть или страдать до тех пор, пока не исчезнет моя душа, если, конечно она есть. Я буду скучать. По голубому небу, по грому и молнии, по разноцветной осени, по красивым озёрам и хребтам. Я буду скучать по тому, за что я пытался держаться всю свою жизнь.

***

Небо переливалось пастельными оттенками розового, сиреневого и персикового цветов. Но совсем скоро солнце зашло за горизонт — на бескрайние земли опустилась ночь. Наверху начали зажигаться одинокие огоньки-звёзды. Но с каждым мгновением их становилось всё больше и больше, пока всё не было укутано ими. Бледный свет трёх полных лун отражался от снежного покрова, которым была укрыта большая часть суши. Многих бы такой пейзаж заворожил, но для людей этого мира он не представлял ничего особенного. В окне одного из самых богатых зданий клана Ган, входящего в тройку сильнейших кланов на континенте Огненного Тигра, стояла молодая девушка в форме служанки. Однако её статус не шёл ни в какое сравнение с её внешностью: слегка вьющиеся каштановые волосы до плеч, идеальные пропорции лица и тела, а её глаза были благородного карего цвета. Она держала на руках маленькое дитя, которое смотрело на неё и слушало её колыбельную. Только Бог знал, насколько она была старинная: её прапрабабушка ещё пела эту песню своей дочке — её прабабушке. Она не обладала каким-либо талантом в пении, но её спокойный низкий голос успокаивал. Через некоторое время колыбельная закончилась, и она положила малыша в кроватку. Покачивая её, она подняла свой взор на горы, которые можно было увидеть из окна. Её лицо приняло озадаченный вид — она думала о чём-то, принимала решение. На самом деле этот вопрос был очень серьёзным: дитя, с которым она сидела, можно считать сиротой. Что отец, что мать отказались от него и предпочли развивать свои боевые таланты. Хотя это было и ожидаемо — они были гениями среди их поколения. К сожалению или к счастью, именно в день родов Май заменяла другую приболевшую горничную, и забота о ребенке легла на её плечи. Она боялась такого груза ответственности, даже думала отказаться, но… что-то её всё же останавливало. Однако боязнь стать плохой «мамой» для этого малыша никуда не делась. Своих детей у неё никогда не было, да и вряд ли будут. Она вновь посмотрела на ребёнка — он тоже смотрел на неё. Его взгляд был ясным, а невзрачные глаза серого цвета в жёлтую крапинку казались глубокими, осмысленными. Она улыбнулась и сказала ему: — Не беспокойся, я позабочусь о тебе, Хоа. В этот момент она дала обещание не только ребенку, но и себе, что постарается сделать всё, чтобы вырастить и воспитать его. Малыш Хоа же перевел свой взгляд на окно: он увидел тёмноё небо, усыпанное звёздами. В его голове крутилась лишь одна навязчивая мысль, лишь один вопрос, не дававший покоя: «Почему я жив?».

***

И вот, практически незаметно пролетели десять лет. Завтра, двадцать четвертого дня четвёртой декады пятьсот двенадцатого года по календарю Эйри, наступит десятый день рождения Ган Хоа. Что же такого должно произойти завтра? В мире, где лишь сила эквивалентна власти, молодые культиваторы начинают свой путь в десять лет — отправляются в элементальное измерение и вступают на исток могущества, силы и уважения. Для всех это значимый день, ведь от выбора элементальной сущности многое зависит. Элементальная сущность — нечто, что создано из частиц магических элементов. А в мире их существует очень много. Основными являются огонь, вода, земля, ветер и тьма. Их количество во всем мире подавляющее, хотя, впрочем люди предпочитают культивировать, взяв за основу первые четыре элемента. Однако существует множество других элементов, которые либо содержат несколько основных элементов или же их мутации. Они очень редки, и обладать таким элементом — всё равно что стать гением и обеспечить себе хорошее будущее. Самыми редкими являются элементы яда и молнии. Но не существует такого элемента, который превосходил остальных во всем — каждый из них имеет недостатки перед другими. Несмотря на то, что была зима, на территории клана Ган было довольно тепло — даже трава и деревья были зелёными и не увядали. Всё из-за того, что предки основали этот клан в аномальной зоне — тут было много элементов огня и их производных. Да и в самих людях Ган была кровная предрасположенность к огненным элементам. Хоа сидел на веранде домика и смотрел на маленький пруд рядом. Он был кристально чистым, и можно было даже увидеть маленьких рыбок, которые лакомились водорослями. Все дети перед вступлением в ряды культиваторов волновались. Это не обошло стороной и Хоа. Впрочем, несмотря на свой возраст, его ум был совсем не детским. За десять лет он прекрасно знал своё положение. Он был продуктом брака двух гениев враждующих кланов — Ган и Шень. Отец — гений с элементальной сущностью синего пламени, мать — гений с элементальной сущностью льда. Их кровь текла в венах Хоа, и, скорее всего, завтрашний выбор элементальной сущности — всё равно что лотерея. Он понимал, что не должен был родиться. Но ему было интересно культивирование боевых искусств. Нет, он ничего не помнил из предыдущей жизни, но его чувства говорили всё сами за себя. Без родителей ему было даже легче. Он никогда по ним не тосковал и не грустил. Май заменяла ему всю его родню. У него было довольно высокое положение в клане, ведь его дед — глава Второго дома, а отец — третий молодой господин, имеющий огромное влияние на всю секту. Однако все к ним относились довольно презрительно. Иногда его навещал дедушка, но это было довольно редко. Подул довольно холодный ветер, который заставил вернуться Хоа домой. Уже практически вечер, а Май до сих пор суетилась насчет завтрашнего дня: сначала она долго думала, что ему приготовить вкусного после того, как он приедет, потом долго выбирала праздничную одежду и даже заставила Хоа примерять комплекты одежды, что не очень то его и радовало, а сейчас она уже который раз прибиралась в комнате. Она хотела показать администрации клана, что у них дома всё хорошо. Обычно, после выбора элементальной сущности администрация приходит в дом молодого культиватора и регистрирует его, проверяя его элемент на чистоту и силу. По результатам всех тестов они определяют, насколько будущие результаты будут великими и определяют в определенную категорию. — Май, успокойся, отдохни. Завтрашний день практически не отличается от предыдущих. Ты и так уже сделала всё зависящее от себя. Не перенапрягайся. — О, ты уже вернулся с улицы? Обычно тебя оттуда не вытащишь, — удивилась горничная, — Не беспокойся, я уже совсем скоро заканчиваю. — Хорошо, тогда, как закончишь, давай поиграем в шахматы? — спросил Хоа с надеждой в глазах. — А кто ж ужин будет готовить? — Не надо ужин. Я не хочу есть. Если приготовишь, то всё равно не съем. — Ладно, доставай их, малыш Хоа. Что ж с тобой поделать, — обречённо сказала горничная и вздохнула. Хоа пошел в другую комнату и открыл массивный деревянный ящик тумбы. На самом дне лежали шахматы, совсем старенькие, повидавшие много. Когда они перебрались в этот дом, как оказалось, они остались от предыдущей хозяйки. По слухам здесь жила пожилая одинокая женщина. Муж ушёл от нее к другой, но оставил сына. Сын её был прекрасным парнем, жаль только, что умер молодым. Его молодость пришлась на самый разгар войны кланов Ган и Шень. Всех мужчин, не ниже ранга Хризолит, призывали воевать, сражаться за честь и достоинство клана. К сожалению, он так и не вернулся, а его мать до конца жизни играла в шахматы сама с собой, вспоминая те прекрасные дни, когда её горячо любимый сын играл с ней в эту игру. Конечно, возможно эта история — выдумка, однако Хоа тоже понравилось играть в шахматы. Его не расстраивало, что он постоянно проигрывал Май. Если с тобой никто не дружит, хочется чем-то себя развлечь. До позднего вечера они вместе с Май играли и болтали о разном: что происходит в клане, что интересного ей рассказала знакомая и многих других забавных мелочей. Потом они вместе легли спать, желая пребывать друг другу в прекрасных снах.

Продолжение следует…