***
Идя по запаху своего омеги, Ярослав раздумывал, как вычислить и наказать шутника-клона. Может, какой влюбленной омежке показалось мало одного Ярика и он решил всех подурачить. Так дело не пойдет! Ярослав найдет виновного и разберется. Потом, когда найдет своего омегу. Он сейчас так близко к этому, так близко! Почти добравшись до источника манящего запаха, Ярослав увидел незнакомого омегу и рядом бледного как смерть Лерку. Они стояли, прижавшись спина к спине, и тут же метнулись в разные стороны. Что ж, ясно, омега учится в их институте, на их курсе, лицо и внешность Ярослав запомнил. Он этого омегу точно найдет, а вот перепуганный дрожащий Лерка сильно беспокоит жалость альфы. Опять те ребята? Вот помогу Лерке и пойду искать омегу. Прочесать курс не проблема, главное — методичный подход к решению поставленной задачи. Ярик ускорил шаг, сворачивая вправо к запасному выходу, когда в него врезался другой альфа...***
— Смотри, куда прёшь! — воскликнули они одновременно. Увидев двойника, каждый почувствовал, как в душе начала подниматься злость. Какого!? Вот сейчас сорву с тебя грим и погляжу в бесстыжие глазенки! Адреналин «prima initium aggressio» требовал выхода. Первым вцепился в щеки противника Яромир. Ярослав схватил соперника за загривок, пытаясь стянуть маску вместе с париком. На удивление ни то, ни другое цепким пальцам не поддавалось. — Сволочь, снимай парик, — порыкивал Ярослав. — Урод, ботоксом скулы накачал, — не уступал Яромир. Ни один не хотел расцепить руки, схватившие другого. Остановил беспредел кто-то из «нюхачей». — Валите на улицу разбираться! Иродовы братья! — кричал он. — Cейчас в полицию позвоню, загребут окаянных. Вот тогда пожалеете родную кровинушку, вспомните друг о друге. Вон! Марш на улицу! — Выйдем поговорим? — процедил сквозь зубы Яромир. — Угу, — подтвердил Ярослав. — Отпускаем вместе. Согласно выпустив соперника из захвата, они потопали к выходу, наплевав на куртки и сумки, брошенные у колонны с зеркалом. Быстро спустившись с крыльца, вместе завернули за угол корпуса. Прошли меж кустов под сень деревьев. — Рассказывай, сколько тебе заплатили, чтобы под меня косить! — стал заводиться Яромир. — Базар фильтруй, ростовщик! Это тебя кто подговорил мной быть? — напирал Ярослав. — Да не сифонь, сука! Я у папиков один, понял! И конкурентов не терплю. — Это я у своих один! Был... пока не померли, — вздохнул Ярослав и, разбередив рану от потери, разозлился ещё больше. — Ты как по могиле потоптался, гад! После чего Яромиру прилетело в челюсть и он едва успел перехватить удар под дых. Двинул сопернику коленом по боку, попытался дать в ухо. Тот не отставал, шибанул в плечо, дал под коленки. Яр устоял, несмотря на достаточно сильные удары. Богуслав его многому учил, не всегда удачно. Ярослав пропустил удар в бок, зато словил руку возле уха. Отвлек противника ударом в плечо и попытался повалить. Парня явно чему-то учили, но не борьбе с озлобленными детдомовцами. — Сволочи, посреди бела дня! — возмутился проходящий мимо альфа. — Надо полицию вызвать и куратора их предупредить. — Михмих, ну хоть сейчас забудь про институт! Мы же на свидание шли, а не твои обязанности старосты обсуждать, — успокаивал омега. — Хорошо! Тогда пошли, пошли быстрей отсюда. Скажу, что ничего не видел и не слышал, — потянул альфа за руку своего омегу. Драка не утихала и переходила в новую стадию: «поваляшки», кто сверху, тот и бьет. — Сдурел? — вырывал запястье из захвата омега. — Я никогда не видел, как близнецы дерутся! А может, это оригинал и клон за жизнь борются!? Ох, кто из них кто, как думаешь? — Саша, больше никакой фантастики! Ты же так наших детей маркировать будешь и рассказывать про Стартрек на ночь! — Ну, подожди, может, они сольются как во временном континууме и исчезнут, — из последних сил трепыхался омежка, — хочу это видеть! Независимо от воспитания одно у братьев было общим. Они не любили выносить личную жизнь на обзор толпы. Да, они дрались, но не ушами же. И этот омежка мешал! — Вали отсюда, фанатик! — заорал Яромир. — Нашел цирк! — поддержал его Ярослав. А после сплочения двоих против третьего противника драться как-то уже не имело смысла. Так и сидели рядом, один — прикладывая подорожник к разбитой губе, другой — сооружая из рубашки перехват для ушибленной руки.