***
Вот и закончился фик))) Пишу «Заключительное слово» от автора. Первое — некоторое время (не прям сейчас, попозже) фанфик поваляется в черновиках, на время переработки и исправления ошибок. Что-то будет переписано, поправлены предложения, запятушки встанут на свои места, где-то вставятся или удалятся абзацы не соответствующие тексту. Будут исправлены логические провисы. Я-то их вижу))) И, естественно, выровняются главы. Второе — моменты беременности с извращением вкуса и послеродового желания вкусняшек были на самом деле. Автор помнит свою беременность. Мужа с красными глазами от бессонной ночи после приготовления оладьев, засохшие огурцы без рассола, карамельки без повидла, которые еле осилила родня, вывихнутую кисть двоюродного брата от поддержки мужа на окне роддома. Хотя самое страшное для них воспоминание, как автор ел бутерброды из черного хлеба, намазанного мармеладом и посыпанной солью котлетой. Про облизанные стены с побелкой говорить нечего. Третье — СПАСИБО огромное всем читавшим, оценивавшим такую сырую работу и снисходительно воспринявших автора, несмотря на ошибки. Четвертое — не менее большущее спасибо всем, кто нашел в себе силу побыть публичной бетой и ткнуть автора носом в недочеты. Пятое — далее будет выложена глава, называемая «Апофеоз» — это бонус для всех, кто в течение выкладки фика меня комментировал))) Посмотрев значение этого слова, вы столкнетесь с обожествлением, но для меня больше смысла в этом слове связано с картиной Верещагина, которая «Посвящается всем великим завоевателям — прошедшим, настоящим и будущим». Надо реально смотреть на вещи. В жизни такое как в бонусе невозможно, даже в перенаселенном Китае или миллиардной Индии. Посвящается моим активно комментировавшим читателям. Своеобразный подарок за поддержку автора. Спасибо за внимание)))Эпилог (продолжение)
2 июля 2013 г., 14:45
Лера летал на крыльях любви. Георгий, или Гера, его совсем очаровал. Самостоятельный, не студент какой-нибудь, а начальник в отделе временных конструкций на строительной фирме своего отца. Со стопроцентной возможностью карьерного роста и повышенных заработков. За такого альфу не грех замуж выйти, тем более предлагают. Лера сиял от счастья. Сегодня альфа повезет его знакомиться с семьей.
— Ты только не нервничай. Семья у меня хорошая. Я им про тебя все уже рассказал, — говорил Гера, везя омегу к себе домой. — Первым мой брат с работы придет, потом папа и последним отец приезжает. Мы все в семейной фирме работаем, в разных отделениях. Герберт, мой брат, отвечает за долговременные малые стройки. Ну, вроде одноэтажных зданий, крытых спортивных и магазинных комплексов. Папа Леонид за жилые дома и садики, школы, а отец за крупные стройки всяких бизнес-центров, государственных учреждений и так далее.
Омега почти не вслушивался в речь своего альфы, его снедало множество чувств разом. Волнение — понравится ли он этой семье. Беспокойство — как себя вести, надо ли признаваться, что он из многодетной, почти нищей семьи. Счастье и восторг — не каждому омеге в течение жизни удается встретить свою пару.
Произошло так, как и предсказывал Гера. Первым вернулся с работы его брат Герберт. И тут все завертелось. Лера был на кухне, заваривал чай, когда туда заглянул альфа с вопросом:
— Ты Лера? Приятно познакомиться, — протянул руку в приветствии и вдруг замолчал, напряженно разглядывая.
Лера тоже ничего не смог сказать в ответ, его окатило запахом альфы — цветущего сандалового дерева. На него смотрел Гера... в черном костюме-тройке, в стильных очках с легкой металлической оправой. Уважаемый офисный работник. Не хватало таблички «Лучший клерк офиса этого месяца».
Омега судорожно сглотнул. Он настолько привык видеть Геру в свободной форме одежды, типа джинсов, толстовок стиля унисекс, что появление в костюмной тройке огорошило Леру.
Стоп, стоп, стоп! Он мог не верить своим глазам, но это...
А-а-а, у Геры есть брат-близнец! Что делать?! Орать «Ты мне тоже нравишься!»?
Валерий затряс головой, отгоняя наваждение, и отошёл к столу. За плечом очкастого брата появился сам Гера, опять в линзах, теперь ярко-болотного цвета. Лера потрясенно сел на стул.
Как в тумане он услышал слова Герберта, обращенные к Георгию:
— Это мой омега! Выйдем поговорим, братец?