Тайна кукловода

- Вот, - я протягиваю Джиму марионетку, что нашла у себя в комнате и записку Кукловода. - Я в ней ничего ценного не вижу. А тебе может пригодиться. Доктор внимательно читает записку. - Сегодня утром Дженни принесла мне тоже марионетку, - произносит он. - Она была немного поломана, но я её быстро починил. Джим протягивает мне марионетку мальчика и записку. «Этот оборванец похож на мальчика, бывшего жильца дома. В тот день он был в гостиной и умер, а другой мальчик остался жить…Мне жаль обоих. Им не было и пятнадцати лет». - Что скажешь? - спрашивает Джим. - Это ужасно. Джим протягивает ещё марионетку и записку. Я читаю. «Это священник. Мужчина, который когда-то работал в библиотеке, был почти святым, королем книг, хотя сам себя таковым не считал. Наверное, он хотел бы дожить до глубокой старости и умереть в этой комнате, за чтением нового романа…Но его путь оборвался двумя этажами ниже, в гостиной. Ему было 40, и в последние секунды жизни он сжимал руку своего мертвого сына». - Что это значит? - спрашиваю я. - Что здесь произошло? Неужели кровавые пятна в прихожей имеют отношение к тому, о чём пишет Кукловод? - А вот теперь я хочу тебе кое-что показать. Джим достаёт из внутреннего кармана жилетки несколько старых страниц. - Это продолжение Дневника Джона. Почитай. Я усаживаюсь в кресло, но у меня такое чувство, что мне не понравится то, что я узнаю из этих страниц. «Джо…Джо. Тебя мне оставили. За что все это, Джо? Что происходит? Почему мне никто не верит? У меня сейчас остался только ты. Я расскажу тебе, что было на самом деле. Ровно в полдень я услышал, как в дверь позвонили, и подумал, что это вернулись Виктория с Биллом. Дворецкий и няня взяли выходной, поэтому дверь должна была пойти открывать мама. Я знал, что должен извиниться, и вышел на лестницу, когда услышал выстрел. Звук был очень резкий и громкий и шел со стороны прихожей. Я узнал этот звук из фильмов, в которых играла мама. Я тут же сообразил, что нужно делать и понесся в кабинет. Там в ящике стола у отца лежал пистолет. В две секунды я схватил его, вставил обойму и взвел курок. До этого мне никто не показывал, как это делается, но я видел в кино. Я бросился к двери. Я хотел спасти маму…В гостиной я увидел папу и брата, лежащих на полу. Я подбежал к ним, упал на колени, начал трясти за плечи, но они не открывали глаза. Ничего не соображая, я побежал в прихожую, поскальзываясь на мокром полу. Мама лежала рядом с входной дверью. Я сел около нее и увидел, что она дышит, слава Богу! Значит, жива. Нужно было срочно найти кого-нибудь – по ее платью быстро расползалось красное пятно. Но что если тот, кто это сделал еще здесь? Тут входная дверь начала открываться. Я был уверен, что это убийца, поднял пистолет, зажмурился и выстрелил. А когда открыл глаза, то увидел в проеме двери Викторию, Билла, а вместе с ними полицейского. Я бросился к нему, но Виктория закричала: «Хватайте его быстрее! Это он убил их!». Полицейский среагировал моментально: свалил меня с ног и выбил из руки пистолет. Точно, я же до сих пор держал его в руках… Суд был быстрым. Виктория и Билл, как ближайшие родственники, уверяли присяжных, что «мальчик сущий дьявол, и, конечно же, именно он застрелил свою семью». Свидетелей не было, так что никто, кроме меня, не мог им возразить. Выяснилось, что у убийцы пистолет был того же калибра, что и папин, а тот факт, что я пытался стрелять в бабушку с дедушкой и представителя правопорядка не оставляли мне никаких шансов. Я был в отчаянии от горя, несправедливости и собственного бессилия. Я говорил им, что хотел спасти своих родных, поэтому и взял пистолет, но мне никто не верил. Хорошо, что маму успели спасти. Но она в коме. Я до последнего надеялся, что она быстро выйдет из нее, что скажет всем, что я не виноват, а настоящего убийцу поймают и накажут, но этого не произошло. Виктория и Билл поселились в нашем особняке, чтобы, как они сказали, ухаживать за мамой, а меня приговорили к тюремному заключению. Я здесь – Маленький Джонни, Немой Джонни. Я правда почти не говорю, и я самый младший из всех. Страшный маленький мальчик. Меня так боятся. Во взглядах читается одинаковая мысль: «Какой кошмар, он убил всю семью!» Меня отправили бы в лечебницу, но судебный врач сказал, что я здоров. Первые девять месяцев я буду сидеть в одиночной камере. Хорошо. Если меня не слушают, я все сделаю сам». - Боже мой, - произношу я. - Бедный мальчик. Потерять всех, вот так, в один момент. Он же не виновен. - Да, но словам подростка никто не поверит, - говорит Джим. - Мне интересно вот что, откуда Кукловод знает такие подробности, делая записки к марионеткам? - Ну, мама мальчиков, она же актриса, - я вспоминаю то, что мы узнали с Дженни. - Возможно, о трагедии писали в газетах. - Но я не помню такого, видимо это случилось давно, - заключает Джим. - Тогда либо Кукловод не молод, либо он жил в этом городе и хорошо знает все детали. Либо он прочитал этот дневник, хотя я сомневаюсь. - А зачем тогда присылать нам марионеток? - не понимаю я. - Чтобы напугать? Я беру в руки последнюю марионетку. «Мушкетер лежит в этом ящичке, словно в гробу, герой, который никого не спас. Он должен был умереть тогда...И, в некотором смысле, действительно умер. Спасти самого себя проще всего, с другими все намного сложнее». - Марионетки соответствуют каждому члену семьи, - говорит Джим. - Есть ещё одна марионетка. Мне кажется, она относится к Дженни. Но ей пока не нужно ничего говорить о трагедии семьи Фолл. Я полностью соглашаюсь с Джимом. Дженни только начала приходить в себя. Её голова уже не так часто болит, после того, как ей удаётся что-либо вспомнить. Неизвестно, как она может на это отреагировать. Оставив Доктора наедине с марионетками, я направляюсь в подвал. Джек просил прийти, хочет что-то мне рассказать. Снова вспоминаю ту ситуацию на чердаке. А я ведь в него чуть не влюбилась… - Анна! Дженни хватает меня за локоть, тем самым заставляя подпрыгнуть от неожиданности. - Что такое? - Мне нужна твоя помощь, - Дженни отводит меня в сторону. - Кукловод написал мне записку. В ней сказано, что проще всего спрятать то, что уже видели. Я всё утро над этим думала. Даже печенья получились не такие сладкие, как я хотела…Но, что если речь идёт о чердаке? В кресле сидит кукла, а что, если не всегда? - Я не понимаю… - То есть, иногда там кукла, а иногда…кто-то другой. Я задумываюсь: - Хочешь сказать, что вместо куклы там может сидеть сам Кукловод? Дженни испуганно моргает. - Ну нет, - говорю я, - мы с Эваном вчера поднимались на чердак, и я тебя уверяю, за столом сидела кукла. Маньяк не так глуп. Он знает, что в комнату может войти любой из нас. Мне кажется, это ловушка. Дженни умоляющи смотрит на меня: - Я прошу тебя, давай поднимемся? - Меня ждёт Джек… - На секунду. В итоге мы поднимаемся на чердак. Зажмурив глаза, я поворачиваю ручку двери, чувствуя, как лезвия разрезают кожу. Дверь тяжело открывается, и я первая захожу внутрь. - Видишь? Мне кажется, ты просто не так… Тут до меня доносится стук клавиш. Я замираю, а Дженни прикрывает рот рукой и показывает на стол. Медленно я поворачиваюсь. И тогда кресло разворачивается. На нас глядит не кукла, а мужчина, лет тридцати, с длинными светлыми волосами, убранными в хвост. Он строго смотрит на нас исподлобья, сложив руки на груди, и прежде, чем мы успеваем прийти в себя, грубо отвечает на наш немой вопрос: - Нет, я не Кукловод. Райан Форс. А теперь займитесь своими делами и не мешайте мне работать. Мужчина разворачивает кресло обратно к столу, и комнату снова наполняет звук клавиш. Я пятюсь назад. Дженни хватает меня за плечи и быстро вытаскивает в коридор. Дверь закрывается. Я всё ещё нахожусь в недоумении: - Что это было сейчас? Я больше не поднимусь на чердак. У меня сердце чуть не остановилось! - Это кто-то новый, - произносит Дженни, переведя дух. - Его раньше в доме не было. - Уверена? А может он просто всё это время был на чердаке? Комната же была заперта. - И никуда не выходил? Вряд ли, - Дженни задумывается. - Знаешь, тебе стоит рассказать об этом Джеку. А я побуду здесь, вдруг он выйдет. Я киваю и спускаюсь в подвал. Джек один возится с проводами. - Ну наконец-то, - произносит он, видя меня. - Что это с тобой. Бледная, будто призрака увидела. - Не смешно, - отвечаю я. - Имя «Райан Форс» тебе говорит о чём-нибудь? Джек чешет затылок. - Нет, впервые слышу. Кто это? Я вкратце рассказываю ему о случившимся. Джек смеётся: - Представляю, как вы испугались. А может это всё-таки наш маньяк, а? - Я так не думаю…Но Дженни им заинтересовалась. - Тогда нечего переживать. Если Дженни кем-то заинтересовалась, она выяснит всё об этом человеке и даже больше. Я пожимаю плечами. Джек же поднимается и закрывает дверь в подвал, а затем берёт меня за руку и тянет за собой в угол. Я не понимаю, что происходит, но горящие глаза Джека меня настораживают. - В этом углу нас точно никто не подслушает. Джек достаёт из кармана джинсов части схемы, что мы с Дженни передали ему вчера. - Ты знаешь, что это? - Нет, - настораживаюсь я, - но у тебя, похоже, есть предположение. Джек улыбается, обнажив свои белые зубы. - Эти обрывки похожи на схему бомбы! - тихо восклицает он. - И если это действительно так, то нам очень сильно повезло. Ты понимаешь? Меня эта новость не особо обрадовала, хотя я постаралась улыбнуться. - Отдельные части бомбы можно собрать сейчас, пользуясь найденными обрывками. Но чтобы всё объединить, нужно чертёж восстановить полностью, то есть найти последний кусочек. О да, нам предстоит очень много работы, но теперь свобода близка. Джек начинает что-то искать в ящиках, но я его отвлекаю. - Послушай, вторую часть схемы я нашла в тайнике в библиотеке, вместе с пистолетом. И если к обрывку в книге Кукловод не имеет отношения, то этот подложил точно он. Джек, ты вообще слышишь меня? Парень выкладывает на стол кучу разных инструментов. - Слышу, - бурчит он. - Но отступать я не буду. Это глупо – не воспользоваться таким шансом. Тем более, вряд ли маньяк знает, что мы в курсе того, как применить этот чертёж. Но его необходимо как можно дольше оставлять в неведении. Анна, я не знаю, кому ещё можно доверять, кроме тебя. Сейчас кое-что происходит между подпольщиками, поэтому ни Натали, ни Эван, ни Стивен, ни остальные ребята не должны знать об этом. - Хорошо, - киваю я. - Я никому не скажу. Джек передвигает стол в мёртвую зону камеры. - Так лучше, - произносит он, а затем обращается ко мне. - Для начала нужно собрать корпус бомбы. И желательно из металла. Мы вряд ли найдём его в доме, но кое-что может подойти. Я видел у Джима детскую железную дорогу. Можешь её принести? Я киваю и выхожу из подвала. На встречу мне идёт Стивен, плотно сжав губы. Он даже не здоровается со мной, просто проходит мимо и спускается вниз. Джима в гостиной уже нет. Здесь только сутулый парень в очках, комкающий в ладонях слишком длинные рукава своего свитера. По-моему, его зовут Ланс. Я лично с ним никогда не общалась, только видела пару раз. Он последователь. Джек часто просит Натали узнавать от него что-нибудь важное. Увидев меня, Ланс замирает: - П-привет. - Привет. Ты не знаешь, где Джим? Парень пожимает плечами. - Я просто хотела одолжить у него железную дорогу. Тогда Ланс подходит к шкафу и достаёт от туда коробку. - В-вот, - протягивает он её мне, - т-ты же в-вернёшь её? Я улыбаюсь, прищурив глаза: - Надеюсь, что да. Возвращаюсь в подвал, но уже из коридора вижу, как из него выходит Стивен, держась за челюсть, и закрывает за собой дверь. Что у них произошло внизу? Не хочу ранить руку и стараюсь громко стучать. Джек открывает дверь и впускает меня, снова её запирая. - Отлично, - произносит он, забирая коробку. - Джим не был против? - Его в гостиной не было. Это Ланс отдал. - А, этот запуганный заика. Не понимаю, что он вообще здесь делает. Джек раскладывает вагоны на столе и прикидывает, как их можно использовать. А я тем временем спрашиваю: - Что у вас со Стивеном случилось? Я встретила его в коридоре, он был… - Просто недопонимание, - перебивает Джек. Я понимаю, что разговаривать он на эту тему не хочет. Мы начинаем заниматься корпусом бомбы. Игрушка выглядит замечательно. Вагоны, точно уменьшенная копия настоящих: аккуратные колёса, двери, окошки и даже шторки на них. Да ещё и радиоуправляемая. Портить такую вещь совершенно не хотелось. И даже Джек не мог сразу решиться её разбирать, сказав, что когда мы отсюда выберемся, купит себе такую же игрушку на память. Мы решили, что цистерна может отлично подойти для пороха, который у нас остался после того, как мы делали пули для пистолета. Я проделала в ней дыру, чтобы его туда можно было засыпать. Из одного вагона получился корпус для микросхемы, которую Джек так долго собирал (и вот она, наконец, пригодилась), а остальные пришлось разбирать и гнуть под нужную форму. Сам паровоз нас порадовал. В нём находилась электроника: регулятор хода, приёмник радиосигнала, двигатель…Всё это работает от батареек. Таким образом, половина необходимой электронной начинки у нас уже была, осталось только её доработать. Джек сказал, что займётся этим позже. Единственное, что нас немного расстроило, это то, что пульта в коробке не было. С ним было бы намного проще. Мы освободились поздно вечером. - Фух, - выдыхает Джек, - кажется, всё готово. Мы осторожно складываем корпус обратно в коробку, а потом Джек протягивает её мне. - Спрячешь у себя в комнате? Просто ты привлекаешь меньше внимания, чем я. И вопросов тебе задавать будут меньше. Я с ним не спорю и отношу коробку к себе. А потом какое-то странное чувство заставляет меня подойти к чердаку. Дженни всё ещё сидит на стуле возле двери. - Ты до сих пор здесь? - удивляюсь я. Девушка кивает. - Он не выходил из комнаты, - поизносит она, - хотя я могла не заметить. - Может он всё ещё там, - предполагаю я и медленно поворачиваю ручку двери. Но в комнате никого нет. - Как же так? - восклицает Дженни. Мы заходим в комнату и сразу подходим к столу. В кресле сидит кукла. Такое впечатление, что никакого Райана Форса в комнате никогда и не было. - Он исчез. - Но куда он мог деться? Дверь всё время была закрыта, а других выходов с чердака нет или… Дженни начинает осматривать стены и пол. - Ты думаешь, что здесь есть какой-то потайной ход? - спрашиваю я. - А как это всё можно ещё объяснить? - Но, Дженни, и подпольщики и последователи несколько раз обыскивали чердак. Здесь ничего нет. Но девушку было не остановить. И не смотря на безумную усталость, я помогаю ей. И снова мы проверяем каждый угол и участок пола. Но тут я замечаю, что ящики стоят не так, как обычно. Дженни отодвигает их и зовёт меня. - Я так и знала, - произносит она. - Смотри, здесь люк в полу. - Ну нет, - не верю я. Откуда он мог здесь взяться? Его не было. Я точно это знаю. Да, я не спорю, он хорошо замаскирован, но как мы раньше не могли его заметить? Дженни берёт за ручку и просит меня помочь. Мы тянем крышку люка на себя, но она вообще не двигается. - Видимо, Райан её запер изнутри, когда выходил, - выдыхает Дженни. Это кажется странным. Мы встречаем неизвестного человека на чердаке, который уверяет нас, что он не Кукловод, и вместо того, чтобы выйти из комнаты, он спускается куда-то через люк. Здесь определённо что-то не так. Но сейчас мы точно ничего сделать не можем, поэтому отправляемся по комнатам. Меня будит громкий стук в дверь. Как только я её открываю, Дженни влетает внутрь. - У меня есть безумная идея! - произносит она. - Я долго думала над тем, как нам выманить Райана с чердака. Я приглашу его вниз, на чай, а ты откроешь люк! Простонав, я снова зарываюсь в одеяло, но девушка больше не позволяет мне уснуть. Полдня мы по очереди бегали на чердак, проверяя, вернулся ли наш незнакомец. И вот когда из комнаты стали доноситься знакомые звуки клавиш, Дженни, дав мне сигнал ждать за углом, заходит внутрь. - Здравствуйте, Райан, - произносит девушка. Ответа не последовало, я услышала только скрип кресла. Поняв, что никаких любезностей от этого человека ждать не стоит, Дженни решила быстро перейти к делу. - Я просто хотела пригласить вас на кухню, на чашечку чая. Вам же, наверное, скучно здесь сидеть одному. Вот теперь я слышу грубый голос Райана: - Я вижу всё, что происходит в особняке. Так что, Джейн Уоллис, мне не скучно. Впрочем, я с удовольствием выпью с тобой чашку чая. Дверь на чердак закрывается и две пары шагов направляются к лестнице. Подождав пока Дженни с Райаном скроются из вида, я захожу в комнату. Кукла в непривычной позе сидит на ящике, как раз на том, под которым находится люк. Я не медлю, отодвигаю ящик, и налегаю на ручку люка. Но никакого результата всё равно не последовало. Крышка не трогалась с места. Может Райан оставил ключи на столе? Осмотрев всё кругом, я ничего похожего на ключ не нахожу. Где-то же должен быть замок, в таком случае. Я снова наклоняюсь над люком, и тут сзади доносится голос Райана: - Анна, ты что-то потеряла на полу и пытаешься найти? Нет? В таком случае можешь не спешить. В этом доме не стоит ломиться в запертые двери…По крайней мере, тебе. Поняв, что меня поймали с поличным, мне ничего не остаётся, как встать и покинуть чердак. Дженни ждёт меня в коридоре, явно взволнованная. - Ну что? Он ушел, даже не допив чай, я побоялась, что он тебя заметит… - Он меня и заметил, - отвечаю я. Девушка ахает: - Так он видел, как ты пыталась открыть люк! Прости, он, наверное, ругался. - Только язвил, - произношу я. - Как-то странно всё это, да и на Кукловода похоже, тебе не кажется? Дженни кивает, полностью со мной соглашаясь. После обеда, я спускаюсь в подвал. Джек разложил на столе пружины, батарейки, корпус и циферблат. - Джек, ты что? Это же подарок твоего отца! – произношу я, видя, как парень разобрал свои часы. - Нам нужен таймер, а часы для этого отлично подойдут. Тем более, после моего заточения в библиотеке, они часто ломались. Я озадаченно смотрю на Джека. Дрожащими руками, он быстро соединяет провода, совершенно не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Он хотя бы ночью отдыхал? Как-то щемит в груди, мне это не нравится. - Джек, куда ты спешишь? Парень издаёт нервный смешок: - Ха. На свободу, конечно. Они ещё скажут мне спасибо, за то, что я всех спас. - Но мы даже не знаем, где последний обрывок схемы! Ты же не будешь собирать бомбу наугад. - Эй, говори потише. А вообще знаешь что, вот, - парень протягивает мне исписанный листок бумаги. - Дженни всё хочет посмотреть те старые фильмы, поэтому ночью я пытался починить кинопроектор. В этом списке все необходимые детали. У меня нет времени всё искать, поэтому займись этим лучше ты, а если не хочешь, то передай его Джиму. Молча взяв список, я поднимаюсь наверх. Ну вот. Договорилась до того, что Джек просто выгнал меня из подвала. Но заниматься поисками мне действительно не хотелось. А Джим должен быть как раз где-то здесь. На встречу мне идут Стивен и Эван. - Ребята, привет, - здороваюсь я. Стивен опять не обращает на меня внимания, а Эван просто окидывает меня взглядом. Не понимаю, что происходит. Ребят будто бы подменили. - Эй, Эван, - окликаю я парня. Эван останавливается, засовывая руки в задний карман свох черных джинсов. - Что тебе? Прозвучало грубо. Я даже немного теряюсь. - Ааа, что происходит? - Ты о чём? - Вы со Стивеном себя как-то странно ведёте… - А твой друг тебе что, ничего не рассказывает? Эван буравит меня взглядом, но я действительно не понимаю, что он имеет в виду. - Знаешь, Анна, я дам тебе совет: хорошо подумай, прежде чем сделать выбор. А какой он будет – правильный, неправильный – покажет время. Эван разворачивается и уходит, оставив меня в недоумении. Джима я нахожу в кинозале. Он показывает Мэгги несколько монет. Я останавливаюсь в дверях. - А это «Константиновский рубль». Вероятно приобретен на аукционе в Санкт-Петербурге. Просто Дженни подала мне интересную идею: судя по её воспоминаниям, каждый член семьи, что здесь жила, что-то коллекционировал. Сэм – бабочек. Их мама, Кэт, фильмы. А отец, видимо, увлекался нумизматикой. Жаль, что я не смог найти все монеты. - Да, они очень красивые, - произносит Мэгги. - И дорогие. Вот только никаких подсказок нет. Так что, придётся подумать. Мэгги улыбается и оставляет Джима одного. А я медленно подхожу к доктору. - Мы переплавили их, - произношу я, виновато улыбаясь, и указывая на неполную коллекцию, - на дробь. - Вот значит как, - говорит Джим, - тогда всё понятно. Я присаживаюсь рядом. Я ещё тогда обратила внимание на монеты. Ясно было, что они коллекционные. Я протягиваю Джиму листок: - Может кто-то из последователей может помочь…Это для кинопроектора. Джим заглядывает в листок. - Да, я где-то некоторые вещи видел…А что, Джек чем-то занят? - Ага, - киваю я, - как всегда. - Я посмотрю, что можно сделать. Но у меня для тебя кое-что есть. Джим протягивает мне конверт. Сначала я немного пугаюсь, думая, что это от Кукловода. Но конверт другой, да и красной печати нет. А на обороте просто написано: «Перу». - Это Мэгги принесла, - поясняет Джим. - Посчитала это важным. Она, кстати, здесь письмо нашла. - Но причём здесь я, ведь адресовано «Перу». Тут я вспоминаю слова Джима после того, как он спас брата из библиотеки. - А, ну да, - произношу я, - Кукловод же назвал меня пером. - Не просто пером, а Пером – символом свободы, - Джим встает. - Я не буду тебе мешать. Прочитай обязательно. Вдруг там что-то важное, а я займусь кинопроектором. Оставшись в комнате одна, я вскрываю конверт: «Привет. Я не знаю, кто ты, и не могу обратиться к тебе по имени. Но у меня есть для тебя подарок. Забавно, пишу так же как он…Правда, его испытания завораживают? Кажется, что уже борешься не с ним, а…Не буду много писать не по делу, тем более бумаги не так много осталось. Ножницы мне очень пригодились, особенно когда пришлось разрезать простыню на бинты. Мне они больше не нужны, да и с друзьями поделиться не могу. Поздно уже делиться. Жаль, что я не знаю, кто ты, нашедший мою записку. Я даже не знаю, будет ли у вас эта комната и будете ли вы. Может, мы выберемся и сдадим Кукловода, и новых гостей в этом доме не будет. А может, я и сама завтра умру. В коробке есть бутылка перекиси водорода. Наше Перо просила чай, ну а я рискнула попросить это. Только не лей её на рану, иначе будет рубец. Лучше обработай тряпку или бинт, которым будешь перевязывать. Я надеюсь, что ты правда Перо, тогда тебе должно везти. По крайней мере, нашей везёт. Она хотя бы жива. Кстати, верёвка – это большая ценность. Она может быть жгутом, держателем двери или оружием. Если у вас всё так же плохо, то она может пригодиться. Мне было трудно найти все эти вещи. Некоторых марионеток забирают вместе с вещами. Кукловод не разлучает умершего с любимой игрушкой. Останутся ли со мной булавы? Шляпа Сэм до сих пор лежит в гостиной, словно могильный камень…Перо, доберись, пожалуйста, до тайника. Всё, что в нём есть – твоё. Мой друг недавно умер от потери крови. Его вещи разделили, а за некоторые даже дрались. Не хочу, чтобы со мной было так же. Надеюсь, тебе повезёт больше, чем нам. На добрую память. Незнакомая тебе Эмили Р.» Получается, письмо оставила некая Эмили, которая была здесь до нас. Видимо, она умерла. Кукловод. Сколько же крови на твоих руках, даже страшно представить. Тайник должен быть здесь, в кинозале. Что ж, попробую поискать. Меня сразу тянет к экрану, на котором постоянно крутится один и тот же обрывок плёнки. Я поднимаю его и начинаю искать полости в стене. Ну вот, обои на отдельном участке плохо приклеены. Я аккуратно отрываю их, а потом вытаскиваю из стены несколько досок. Внутри действительно находится тайник, а там картонная коробка. Я вытаскиваю её и ставлю на пол. Спрятав снова тайник и опустив экран, я осматриваю содержимое коробки. Здесь есть всё, о чём упоминалось в письме: ножницы, лоскуты ткани, бутылка перекиси, одеяло. Но кроме этого бальзам и аптечка. Это действительно важные вещи. Но лучше будет, если я передам это Джиму.