В трёх шагах от счастья

      Это должна была быть обычная ленивая суббота. Я раз сто пособачилась бы с Бакуго, сходила в сетевой магазин, приготовила бы еду, посмотрела сериальчик и легла спать. Однако, все абсолютно пошло не по плану.       Начнем с утреннего звонка от мамы, в котором она сообщила, что ремонт в общежитии закончился и уже завтра мы можем переезжать. Вторая же новость была такой же неожиданной, как и первая. Тётя Мицуки и дядя возвращаются с отпуска домой.       Все две новости сводились к окончанию совместного проживания с Кацуки. Другая бы на моём месте была бы не в себе от счастья. Всё же меня совсем ничего не радовало. За этот месяц я настолько привыкла к взрывному придурку, да и к дому в целом, что теперь мне кажется, будто я всегда здесь жила. Не хочу терять то, что стало для меня ценностью: ссоры и драки, дебильные шутки и подколы, заботу (хоть порой ее и не видно) и… любовь. Последние дни я много размышляли о чувствах к Бакуго. Кто он для меня? Хочу ли я быть с ним? В тот день, когда я пьяная и растрепанная ныла, как малое дитя, ему в футболку, я поняла, что люблю его, и алкоголь никак не повлиял на сознание.       На часах показывало семь часов вечера. Родители Кацуки должны были быть с минуты на минуту. В квартире стояла мёртвая тишина, что вполне обычно, однако сегодня она впервые на меня давила. Мысль о том, что уже завтра я вернусь в шумное общежитие, чуть ли не сводит с ума. И дело не в том, что в одной комнате с Эмили неудобно и за стенкой постоянно кто-то орёт. До этого нет никакого дела. Просто без Бакуго абсолютно всё теряет краски. Ведь я же не зря дала себе обещание больше не влюбляться и не привязываться к кому-либо, чтобы не было грустно и больно, когда уходишь.       Я хотела провести последний день с Кацуки, но он после того, как узнал, что приезжают родители, ушёл и до сих пор не вернулся. Всё, совершенно всё накрылось медным тазом. И даже Новый год мы проведём по отдельности. Конечно, есть вероятность встретиться ночью двадцать восьмого декабря на площади, однако вряд ли этот домосед вообще куда-либо выйдет. Да и подарки я уже отправила на почту, поэтому отдать их самой не получится. Резкий звонок в дверь, заставил встряхнуть голову от грустных мыслей и пойти встречать гостей, а точнее хозяев дома.  — Ух ты! Лили! Ты так выросла и похорошела! Ну прям, красотулечка — не успев войти, тётя Мицуки душила меня объятиями и поцелуями.  — Старуха, откуда столько пакетов? Вы же с одним чемоданом уезжали — Кацуки с недовольной рожей ворвался к прихожую — Чё встала! Помоги.  — А ну цыц! Не заставляй мою девочку таскать тяжести.  — Мне не трудно. Тётя Мицуки, там курица в духовке, можете пока что вытащить её.  — И какого хера мать с тобой обращается как с принцессой?  — Потому что я и есть принцесса.  — Гномов.  — Эй! Если я и маленького роста, то это не значит, что похожа на гнома. И вообще! Какого хера ты исчез и даже не помог убраться и приготовить ужин? — скрестив с осуждающим видом руки, я исподлобья посмотрела на Кацуки. Тот ткнул меня пальцем в щёку, после чего сделав удушающий захват, кулаком тер волосы.  — Ты че, мелкая? Пока меня не было, страх потеряла?  — Ай, ай! Отпустиии.  — Ладно, не злись. Я кексы тебе принес — взяв оставшиеся сумки, Кацуки отнес их в спальню. Наконец-то сев за стол, дядя с тётей без остановки говорили об отпуске, спрашивали как у меня дела и не доставал ли их сын, на что Кацуки естественно разозлился.  — Забыла сказать о главной новости. Папе предложили командировку в Джакарте на пол года и мы согласились. Когда еще выпадет такой шанс?  — Ого, рада за вас.  — Поэтому ты можешь пожить у нас ещё.  — Спасибо большое за гостеприимство, но сегодня мне позвонили и сказали, что ремонт закончился и завтра можно заезжать обратно.  — Зачем тебе общежитие? Живи у нас.  — Будет нагло с моей стороны снова использовать вас.  — Дорогая, ну что ты? Ты мне как дочь, и не будешь использовать меня, если останешься.  — Простите, но я вынуждена отказаться. Тем более я пообещала подруге, что не брошу её.  — Раз ты так решила, я не вправе заставлять.       После ужина все разошлись по комнатам. Бакуго ни сказал ни слова, просто молча ушёл и больше не выходил. Я лежала на диване, укрывшись пледом, и вспоминала, как буквально неделю назад спала здесь вместе с Кацуки. Почему всё всегда идет против меня? Почему если я влюбляюсь в кого-то, то судьба обязательно меня с ним разлучит. Я не хочу просыпаться и видеть голые стены общежития вместо Бакуго. Он ворчлив, груб, не понимает подколов, но именно за это я и люблю его. Когда мне было плохо, Кацуки всегда был рядом.       Я очень сильно надеялась, что Бакуго проводит меня до корпуса. Однако он даже не вышел из комнаты. Видимо, я не сильно ему и важна.       Не нужно отчаиваться. Впереди сессия и новогодние хлопоты, которые помогут забыть его и выкинуть дурные мысли из головы.  — Спасибо за всё. Пока, Кацуки.