Лис и щенок

36/5 Палуба под ногами содрогалась от конвульсий. Как будто нутро «Финализатора» скручивали мучительные спазмы и корабль отчаянно пытался избавиться от заразы, которая убивала его изнутри. Очередной взрыв — «Реакторный отсек D-54», — автоматически всплыло в мозгу — сотряс звездный разрушитель, и Хакс, споткнувшись, полетел вперед. Он успел выставить перед собой руки и лишь потому не пропахал носом решетчатый настил. Запястья вспыхнули болью, им вторило жжение в боку от быстрого, заставившего запыхаться бега, и угрожающая, наливающаяся огнем, тяжесть в бедре, куда недавно попал бластерный заряд. — Дерьмо! Хакс сплюнул вязкую слюну и поднялся на ноги. Сделав пару глубоких вдохов, чтобы послать в легкие кислород, он снова бросился вперед. Спасение было близко. Вокруг разверзалась катастрофа. Хаксу казалось, что в своей жизни он уже все пережил: бегство с родины, сиротство, унижения, разочарования, гибель выстраданных проектов и оглушительное крушение честолюбивых надежд. Но сейчас, похоже, судьба твердо вознамерилась забрать у него последнее, что еще имело значение, — саму жизнь. Сопротивление, эта горстка жалкого отребья, все-таки сумело собраться, найти поддержку и нанести очередной удар. Похоже, на этот раз решающий. Хакс не понимал, как им это удалось, но анализировать очередные — собственные — провалы времени не было. Три ключевые базы были захвачены, верфи перешли под контроль Сопротивления, флот почти разбит, а Верховный лидер пал. Опять. Хакс хотел бы рассмеяться, да воздуха не хватало — нужный ангар находился в конце сектора. Криффовы форсъюзеры! Их самоуверенность и зацикленность на своей дерьмовой Силе довела их до логичного финала — до смерти. Но никто, никакое потустороннее колдовство не давало им права тащить за собой в могилу весь Первый орден! И Хакса лично. Низкий вибрирующий гул, почти на пределе слышимости, поднялся откуда-то из глубин «Финализатора», а затем раздался оглушительный грохот. «Кислородные генераторы!», — в ужасе успел подумать Хакс, судорожно цепляясь за переборку ноющими от боли руками. И не зря — коридор заходил ходуном, а со стен и потолка посыпались плиты облицовки. Корабль мучительно умирал, и теперь у него начали отказывать легкие. Но Хакс уже достиг цели. Крошечный, по меркам звездного разрушителя, ангар для служебного транспорта на большинстве схем «Финализатора» был помечен как станция ремонтных дроидов. В действительности здесь стояли — и всегда поддерживались в идеальном состоянии — три неприметных шаттла без опознавательных знаков, но с полным комплектом боеприпасов, аккумуляторов, пищи и воды на борту. Эти шаттлы помогли бы эвакуироваться и затеряться в массе таких же неприметных средств передвижения в любом порту любому человеку, который знал об их существовании. Сейчас в списке тех, кто знал об этом пути отступления, значилось только одно имя: Армитаж Хакс. Фазма была мертва, Прайд был мертв, Верховный лидер Кайло Рен погиб на глазах Хакса час назад. И если не поторопиться — Хакс слишком хорошо знал, что будет с кораблем при отказавших двигателях и взорвавшемся кислородном генераторе, — он сам пополнит число мертвецов, которые сегодня засвидетельствуют падение Первого ордена. Хакс готов был переступить через любой труп, чтобы не оказаться в их числе. Аварийная сигнализация, к звуку которой Хакс уже успел притерпеться, вдруг взвыла особенно отчаянно, и позади, в дальнем конце коридора, автоматически сомкнулись створки двери. — Крифф! Хакс похолодел. Закрытие двери означало, что на «Финализаторе» начались проблемы с воздухоснабжением и программа аварийной защиты начала блокировать отсеки, пытаясь прекратить утечку воздуха. Хакс бросился к шаттлу, который готовил для себя, но очередной громоподобный взрыв заставил его рухнуть вниз, и он с силой приложился лбом об пол. Внутри черепа будто вспыхнула сверхновая. На мгновение Хакс потерял сознание, а когда, надсадно кашляя и хватаясь за грудь, поднялся на ноги, то с ужасом увидел, что из крыла шаттла торчит кусок потолочной балки, а сам корабль завалился на бок на подломившихся опорах шасси. — Твою Бездну!.. Пульсирующий вой сигнализации ввинчивался в мозг, как раскаленный бур. Легкие начало распирать от недостатка воздуха, ноги заплетались. До соседнего шаттла было несколько десятков метров, но Хаксу казалось, что этот путь растянулся на целую вечность, пока он медленно пробирался сквозь внезапно сгустившийся до состояния слизи воздух. Подобравшись к обшивке шаттла, Хакс слабеющей рукой набрал код экстренного доступа, и за те несколько секунд, которые потребовались для обработки сигнала, он успел почувствовать ужасающее черное отчаяние. Он так жаждал спастись, он так упрямо бежал от смерти, но та была слишком близка. Когда опустилась рампа, Хакс, спотыкаясь, поднялся по ней и ввалился в салон шаттла. Едва переведя дух, он набрал команду, чтобы задраить люк, и только после этого по-настоящему глубоко вздохнул. Горящие огнем легкие наполнила благословенная кислородная смесь. Вой сирены внутри был почти не слышен, но глубинная вибрация, сотрясающая звездный разрушитель, передавалась шаттлу. Времени на передышку было мало — нужно было срочно улетать. Поэтому Хакс сглотнул горькую слюну, с отвращением облизал сухие губы и направился в рубку. Ему пригодились бы пилот, штурман и охранник, но выбирать не приходилось. Все силы был подняты по тревоге несколько часов назад, когда началась атака Сопротивления. И сейчас, скорее всего, большая часть летного состава была мертва, уничтоженная прямыми залпами врага по ангарам истребителей. Что касается штурмовика, сопровождавшего Хакса по дороге, то он погиб, заслонив собой генерала от случайного выстрела. «Я справлюсь», — Хакс зашел в рубку и первым делом активировал щиты. «Всегда справлялся, и сейчас справлюсь», — мысленно огрызнулся он, запуская двигатели. «Я вертел эту криффову судьбу!..» — Стой… Тонкий голос, вдруг раздавшийся за его спиной, утонул в гуле включившихся двигателей. — Стойте! — от волнения у говорившего сорвался голос, поэтому окрик больше походил на писк. — Или я буду… с-стрелять! Хакс застыл. — Стою, — он скользнул рукой по бедру, нащупывая кобуру бластера. — Я могу повернуться? — М-можете. Хакс беззвучно отщелкнул магнитное крепление кобуры и, стараясь не дергаться, обернулся. Из тени за штурманским креслом, примерно на уровне консоли, на него смотрела пара широко раскрытых глаз на белом лице. — Что за крифф? — у Хакса опустились руки. Если он не повредился умом — что было бы неудивительно в текущих обстоятельствах, — то в дальнем углу рубки прятался испуганный ребенок. Ребенок, который наставил на него бластер, дуло которого ходило ходуном в дрожащих от страха руках. На вид растрепанному темноволосому мальчишке в рубашке и брюках без опознавательных знаков было лет пять, не больше. — Ты кто такой? Мальчишка крепче сжал рукоять бластера. — Нельзя улетать, — с отчаянием в голосе произнес он. — Почему? — Папа должен прийти. — Папа? Хакс почувствовал себя идиотом, тупо повторяя слова за ребенком. Но в этот момент он ничего не мог с собой поделать — слишком был ошарашен. Какого криффа мог забыть ребенок в секретном ангаре на военном корабле, в самом эпицентре краха Первого ордена? Который не преминул напомнить о себе новым взрывом. Свет мигнул, шаттл ощутимо тряхнуло. Мальчишка дернулся, и его взгляд испуганно метнулся к иллюминатору. У Хакса была секунда на действие, и он не стал тратить ее попусту. Бросившись вперед, Хакс крепко схватил тонкое запястье и резко вздернул его к потолку. Ребенок жалобно вскрикнул и обессиленно разжал пальцы — бластер упал на пол, и Хакс пинком отправил его под консоль. Мальчишка закричал и забился в хватке: — Не-е-ет! Пусти-и! Он брыкался, извивался и норовил укусить Хакса. Но тот, хоть и не был силачом, сумел удержать отчаянно бьющегося в руках ребенка. — Успокойся. — Папа тебя убьет! — Если не уймешься, тебя убью я! Мальчишка заверещал, но тут сигнализация взвыла так, что звук проник даже в изолированный шаттл. Алое сияние аварийного освещения заливало рубку светом погребального костра — нельзя было терять ни секунды. — Бездна… — выдохнул Хакс и, грубо отшвырнув ребенка в кресло, бросился к консоли. Нужно было спасать шкуру. Хакс с неимоверной скоростью включил все датчики, рубильники и системы. Мельком глянув на экраны — шаттл был в идеальном состоянии, несмотря на творившуюся вокруг катастрофу, — Хакс прыгнул в кресло пилота и рванул штурвал на себя. Резкий старт с места на мгновение выбил из Хакса дух, но он стиснул зубы и, как только вырвался за пределы ангара, заложил вираж. Можно было не бояться разбиться об активный дефлекторный щит — его давно разметало в клочья. Поэтому Хакс выжал из двигателей максимально возможный на старте импульс и послал шаттл на пределе скорости как можно дальше от «Финализатора». Он не хотел оглядываться. Он не желал видеть гибель любимого корабля, на котором прослужил столько лет. Корабля, ставшего ему домом взамен давно потерянного, который… Взрыв он не услышал, но почувствовал. Шаттл будто с силой толкнули сзади, и навигатор на мгновение сошел с ума. Хакс все-таки обернулся. Оранжево-золотое облако огня и газов быстро схлопывалось в вакууме, но недостаточно быстро, чтобы Хакс не запомнил, как оно клубилось в пустоте космоса, похоронив в себе все, чем Хакс жил до этих пор. — Папа… Тихий плач, почти скулеж, отвлек Хакса. Озабоченный гонкой со смертью, Хакс напрочь забыл, что находится в шаттле не один. А теперь он смотрел, как мальчишка, забравшись с ногами в кресло, жмется к иллюминатору и сквозь слезы смотрит туда, где больше не было жизни. Что-то кольнуло за грудиной. У Хакса в голове вдруг всплыло далекое, стыдное воспоминание, в котором рыжеволосый ребенок вот так же жался к стеклу, пытаясь рассмотреть сквозь всполохи залпов истребителей стремительно удаляющуюся дождливую планету, и шепотом звал мать. Которую с тех пор никогда больше не видел. Хакс проверил системы — все работали в штатном режиме — и вбил в навигатор выбранный курс. Их никто не преследовал. Скорее всего, из-за катастрофы на локаторах были такие помехи, что крошечный шаттл отследить не представлялось возможным. У них было время, чтобы поговорить. — Эй, — Хакс неловко прочистил горло и посмотрел на спутника, которого ему навязала судьба. Долговязый мальчишка с копной густых, непокорных темных волос, из-под которой виднелись чуть оттопыренные уши, прижимался лбом к кромке консоли и мелко вздрагивал. — Ты как? — Папа велел мне ждать, — голос, донесшийся до Хакса, был гундосым от слез. — Он сказал, что нужно подождать, и все закончится. Что он придет и заберет меня об-братно. Мальчишка икнул. — Почему ты остался один? За тобой не присматривали? — П-папа сказал, никому нельзя доверять, — малец утер рукавом потекший нос, и Хакс поморщился. — Лидер никому не доверяет, особенно если он — Верховный. Что? В голове у Хакса звонко взорвалась пустота. «Нет, — подумал он. — Ну нет… Нет же. Не может быть!» Волосы, темные глаза, оттопыренные уши, родинки на руках… Личный шаттл в секретном ангаре для высшего командного состава Первого ордена, о котором знали всего несколько человек, включая Кайло, будь он проклят, Рена… — Это я виноват. Мальчишка всхлипнул, и Хакс испугался, что тот снова разревется. Хакс неловко поднялся с кресла и сделал шаг вперед. Видит Бездна, плачущие дети — последнее, с чем он хотел иметь дело. И сейчас, и вообще. — Послушай, — Хакс сжал худые плечи, — послушай меня. Малец съежился. От ярости, с которой он недавно пытался вырваться из хватки Хакса, не осталось и следа. — Твой отец, Верховный… Кайло, отправил тебя на этот шаттл, чтобы ты спасся, понимаешь? Он велел тебе спасаться, а не спасать его. Это война, а на войне есть жертвы. Хакс пожевал губу, чувствуя, что говорит что-то не то — взрослые слова ничего не значили для ребенка. Он с трудом, мучительно не желая этого, вытащил из памяти воспоминания — холодные, мокрые от слез и горькие от одиночества, — чтобы подыскать нужные слова: — Ты не виноват, — в итоге пробормотал он. — Ты ни в чем не виноват. Кайло… папа был бы рад, что ты цел. Мальчишка вздрогнул всем телом. И Хакс, вдруг поддавшись нелепому порыву, прижал его к себе. Малец душераздирающе всхлипнул и уткнулся носом ему в живот, пропитывая слезами и соплями закопченный китель. Время замерло. Перемигивались кнопки на панели управления, тихо гудели двигатели, воздушный насос гнал по трубам азотно-кислородную смесь, а за иллюминатором мелькали редкие искры, оставшиеся от того, что было величием Первого ордена. Хакс полной грудью вдохнул прохладный воздух и отстранился. Порывшись в кармане, извлек оттуда платок и протянул его мальчишке. Тот громко высморкался в него. — Садись, — Хакс жестом указал на штурманское место, а сам уселся в кресло пилота. Экран навигатора призывно светился, указывая цель. Хакс еще раз проверил работоспособность систем и удовлетворенно кивнул, услышав шум, с которым мальчишка устраивался в кресле. — Тебя как зовут? — Кейд. — Что ж, будем знакомы, Кейд. Я Армитаж. — Уродское имя. — Я не спрашивал твоего мнения, — фыркнул Хакс. В голове царила горькая пустота, но думать об этом сейчас не стоило. Хакс был жив. В его распоряжении был целый корабль, полный запасов. На счетах в оффшорах — сумма, которая позволит ему перебиться в первое время. Ему на голову свалился сын Кайло Рена… Нет, этот факт он точно обдумает позже. Хакс включил гиперпривод. — Держись крепче, если не хочешь расквасить нос. В глянцевой поверхности консоли Хакс увидел, как Кейд скорчил рожу, но послушно пристегнулся. Хакс еще раз сверился с курсом и положил ладони на штурвал. За иллюминатором еще секунду висел оранжевый блик, оставшийся на месте смерти «Финализатора», а потом вокруг вспыхнули звезды, растянутые тонкими струнами — и шаттл прыгнул в бесконечность. Хорошо, что Хаксу было чем занять голову. Потому что теперь это выглядело как план.