Ворон

Ацуши проснулся ещё до рассвета. Тело приятно ломило и было немного стыдно за то, что произошло несколько часов назад. Но объятья так грели душу до невыносимого приятно. Рюноскэ спал уткнувшись в мальчишьи волосы. Дыхание было размерянным, поэтому было не так щекотно. Засыпать обратно желания не было первые двадцать минут, далее веки сами слипались противореча своему хозяину. Накаджима мысленно махнул на это рукой и прижался насколько возможно близко к Ворону. Тот обнял крепче промычав "Вот и правильно". Светловолосый неловко хихикнул. У него в груди вилось забавное ощущения благодати, стыдливости и смущения. Хотя это всё вливалось в неописуемый детский восторг в перемешку с ажиотажем. Через пару минут его сознание окунулось в сон. Уже утром их разбудит Чуя тем, что колотился в двери, как ненормальный. Будто Ацуши там умер. Рюноскэ, конечно же, пошёл открывать. Не будить же это милое чудо. И ему влетело первому, развратнику, который не имел права прикасаться к этому милому ангелочку. "Ревнивая мамочка" - прилетело злорадно в ответ на гневную триаду. Рюноскэ действительно было смешно. Он же ничего не делал против воли яркоглазого. Даже иногда потокал его желаниям с интузиазмом. В какой-то момент стало интересно насколько хватит смелости мальчишки. Через пару минут частично проснулся и Накаджима. Он гулко протопал к Рюноскэ обнимая его со спины. Скорее из желания не упасть или уснуть стоя, но и нежность тоже присутствлвала. - Что здесь происходит? - сонно проговорил мальчишка. Накахара даже на секунду умолк забыв все слова, увидев как доверительно жмётся светловолосый к брюнету. Акутагава несвойственно нежно трепал платиновую макушку. И рыжевласый не мог ничего против сказать. Как же он теперь хорошо понимает сестрицу. Угораздило. - Рюноскэ, - серьёзно начал учитель - услышу, что Ацуши-кун на тебя жалуется - порублю на мелкие кусочки. Чуя даже подавился возмущением услышав два идентичных смешка. Пробурчав, что тэнгу плохо влияет на мальчишку Накахара попрощался с парнями. Брюнет закрыл дверь и развернулся к сонному Ацуши. Он трепетно пропустил чёлку сквазь пальцы и коротко поцеловал розоватые губы. Ему ответили в тот же момент. Даже просто так целовать желанного человека было невероятно приятно. И никто не знает насколько это отрадно после стольких лет терзаний. Улыбка сама расплывалась на губах. Тонко, едва заметно, но полностью искренне. Мальчишеские руки всё не выпускали из крепких объятий. Да и не нужно. Лишь бы никогда не отпускал. Акутагава уже обдумал как Лес проведёт их скромное бракосочетание. Хотя об этом не стоит так рано говорить Накаджиме об этом. Пусть пока будет именно так, как сейчас. Ацуши медленно утянул Ворона обратно в постель, чтоб понежеться ещё некоторое время. Тем более с Рюноскэ. Сердцебиение убаюкивало и растворяло мысли о том, что нужно будет поговорить с Чуей нормально, а не как сегодня. А наслаждаться нежными поцелуями в щёки было немного смущающе, но очень приятно. От постоянной улыбки начинали болеть мышцы. Мальчишка точно знает - желеть ни о чём прошедшем и настоящим не станет. Ведь все эти факторы помогли им встретиться. Как можно желеть? Он сейчас счастлив, а ничто другое не имеет значения. Потом может поссорятся, но обязательно помирятся. Жарко. Ярко показывая насколько соскучились друг за другом. Такие смелые мысли заставили щёки сильнее покраснеть. А Акутагава как раз в этот момент спускался к шее. Ведь та его так манила и оставшимися со вчера пятнами, и вообще всем своим видом. Мальчишка интуитивно прижался ближе, позволяя немного прижать себя к футону. Накаджиме в какой-то момент показалось, что его короткие фантазии передались к брюнету. Странная теория, но это единственное, что могло прийти в затуманеную ощущениями голову. А игривость Рюноскэ не заканчивалась на простых поцелуях и тем более только на одной шее. Щелчёк пальцев заставил зашториться все окна и закрыться дверь на засов. Пришло продолжение "десерта".