Психологический портрет

— Так, ты говоришь тут вкусный кофе? Но сам ты пьёшь, — заглядывая в чашку, её улыбка сменяется на смущение, — кофе… Это и правда кофе. Мне просто показалось, что там был чай… Неловко вышло — Я не врал, когда говорил, что тут кофе очень вкусный. Я уже несколько лет хожу сюда, и оно… — Несколько лет? Извини… То есть, ты… Кафе же недавно появилось? Мне Лил говорила его… Ааааа… Отремонтировали! Вспомнила! Так ты видела это место ещё до это шикарного ремонта? — Да, я знаю здесь многих. По правде, я тут работал, когда был студентом. И даже как работник скажу, что место приличней некуда. — Ооо, интересно. Тебе не хватало денег? Ты же кажется, окончил Колумбийский, разве нет? — Да и да. Денег действительно было мало. Колумбийский хоть один и из лучших университетов, но и одновременно один из самых дорогих. У моей семьи небольшой доход, и я всем сердцем благодарен им за то, что помогали чем могли. Приходилось находить подработки. После, уже нормальную работу не по специальности, диплома у меня тогда не было. — Мне, кажется, уже стыдно за своё мнение… Которое сложилось…ну знаешь в статьях…там пишут… — Главное, что теперь ты так не думаешь, — с улыбкой произнёс Карлас. — Да! Однозначно… То есть не однозначно, а многознач… Нет… Да… Кажется, я запуталась. Ну вот, что ты смеёшься, я просто запуталась в мыслях… Нет, вы посмотрите — сидит и смеётся… Кошмар. — Да! Признаю, накосячил. Но когда ты сначала говоришь, вкладывая один смысл, а после понимаешь, что явно что-то идёт не так, ты пытаешься выкрутиться, но всё идёт ещё хуже. И ты в конце просто замолкаешь… — Что? Глупо? Знаю! — Нет, очень жизненно. Я такой же. Иногда пытаешься что-то сказать, но люди вообще не воспринимают этого. И ты просто замолкаешь, в тщетных попытках помочь самому себе. — Лааадно… Поверю тебе, но ты же психолог — можешь выкрутиться в разных ситуациях. — Кстати, да. Хотел поговорить с тобой о том, что я просил тебя сделать в последнюю нашу встречу. Ты что-то вспомнила, что-то неприятное. Может с твоими зарисовками произошло какое-нибудь ЧП? Ну знаешь… — Не, не… Просто, я… Эм… Пф…вспоминала оооо… а…о том, где они. Я просто пыталась вспомнить, куда я их дела. Правда, я тогда просто задумалась, а вдруг я не найду ничего, и что нести… Вот. — Хорошо. Надеюсь, ты вспомнишь или уже? — Да. Я вспомнила, собственно… У меня их нет. Ну, то есть… У меня даже зарисовки не получались. Нет! Ну я могу принести чистый лист, но у вас таких в кабинете много, кажется… — Даж…. — Куда ты вечно смотришь? — Что ж, если не хочешь говорить об этом, то я не имею права спрашивать. А куда я смотрю? — Нет, ну ты говоришь со мной, но иногда поглядываешь в сторону. Я, конечно, спиной не вижу, но ты явно что-то разглядываешь. Извини, если так прямо, это из чистого любопытства. — Кес, знаешь, зачем мне были твои зарисовки? Признаюсь, только никому, хотя… нет, можешь сказать любому — я твой фанат. До того, как ты обратилась ко мне, мне нравились твои картины… И они до сих пор мне очень нравятся. И вот посмотрев на них я заметил, что ты видишь целое, общее и в то же время некое раздроблённое, но не можешь видеть частности. — Чего? — Ты спросила, что я разглядываю, но не "что", а "кого". Людей, Кес. Я почти каждый день захожу в это кафе, и здесь есть крайне интересные люди. К примеру, за столиком 5 — это тот, что слева от третьего окна, сидит Джош. Я не знаю, сколько ему лет, не знаю, кем он работает, но точно знаю, что у него есть беременная жена, с которой он возиться уже очень долго. Потому что он приходит сюда уже несколько недель и прежде чем выбрать чизкейк, обязательно ей позвонит, задавая один и тот же вопрос: «Точно с клубникой?». А за столом, к которому подошла официантка, зовут её, кстати, Эллис, уже третий день приходит молодой парень по имени Лукас. Но бедняга ещё не знает, что Эллис у нас не любит противоположный пол. Толстячок, поедающий вишнёвый пирог — это Лоуренс. Он знает меня лично, и я его, потому что помог избавиться ему от депрессии, после ужасной потери его жены Дори. Хоть я полностью уверен в его духовном состоянии, он всё же продолжает приходить сюда и заказывать вишнёвый пирог, рецепт которого Дори дала хозяйке заведения. Хотя дружище Лу думает, что это божественные силы делают пирог таким похожим на пирог его любимой. — Я вот всё не пойму… Ты говоришь, как Шерлок Холмс или всё же как маньяк? Откуда ты знаешь, как их всех зовут. Нет, ну с Лу и Дори понятно, у официантки написано на форме, но остальные? — Внимательность… Ты бы тоже могла услышать имя Джоша, например. Когда ты отходила, он говорил со своей женой по телефону, и он несколько раз произнёс, что-то наподобие: «Мы Джош и Эми — мы переживём всё». Очень крепкая семья получится, хотя может показаться, что жена им командует. На самом деле Джош — основа семьи, и жена всего лишь беременная девушка, которая не может устоять от клубничного чизкейка. А кто вообще может? — А ты хорош! — А ты сомневалась? Ох, а время уже много. Прошу меня простить, но кажется мне уже пора. — Да и мне тоже. Сидеть здесь одной смысла нет. Хотя могу утешать «беднягу». Как его имя? Лукас? Да. «Беднягу Лукаса», — с игривостью сказала Кессиди. — Или познакомиться с Эллис? Прокатилась волна смеха. Не успели они собраться, как заметили, что небо превратилось в серую массу туч, которые вот-вот собираются облить землю. — Что ж… Может успеем, добежать до метро хотя бы? — Очень надеюсь… … — Кес, твои надежды на половину оправдались — На половину? — Ну мы же прошли только половину пути… Не успела Кессиди показать, насколько это была плохая шутка, как начался град, капли которого разбивались, ударяясь об землю. — Ты уверен?! Что делать будем? Ауч… А! Они больно бьются. До метро не добежим, да и до кафе тоже. Поблизости даже зданий нет! — Такси тоже не видно, вообще никаких машин! Может… Вон! Смотри! Пока она оборачивалась по сторонам, уклоняясь от бьющих по лицу снежных капель, Карлас взял её за руку и побежал к старой пристани, в которой увидел хоть какое-нибудь укрытие на этом пустынном берегу. — Фух, хорошая иде… Но только Кес сказала последние слово, как одна из досок на старой пристани решила упасть прямо на голову девушки. В это время Карлас заметил это, и быстро прижал её к себе, тем самым уберёг её. Кессиди даже не успела понять, что произошло, как оказалась заключена в объятиях. — Ты в порядке? — спустя некоторое время, уже отпустив девушку спросил Карлас.