Insomnia

      Дино просыпается от странного, липкого ощущения, словно за ним кто-то наблюдает. Распахнув голубые глаза, он пару мгновений изучает потолок своей комнаты, а затем переводит взгляд в сторону и вздрагивает. На краю кровати сидит Люцифер собственной дьявольской персоной и ухмыляется так же отвратительно, как и при каждой их встрече.       — Какого… Что ты здесь делаешь?! — спрашивает Дино, принимая сидячее положение и уже собираясь оттолкнуть демона подальше, но тот оказывается проворнее. Дино даже толком не понимает, в какой момент его ощутимо пихают в обнажённую грудь и придавливают к кровати. — Ты спятил?!       Ангел собирается встать и надрать задницу этому краснокрылому засранцу, но у Люцифера явно другие планы. Он нависает над Дино, вжимает его руками в матрас, опираясь о грудную клетку, и садится на его бёдра, плотно обхватив их ногами. Ситуация настолько патовая и абсурдная, что на пару мгновений Дино даже теряется, таращась на демона ничего не понимающим взглядом. Как это исчадие Ада оказалось в его комнате? Какого чёрта он вообще здесь делает и почему расселся на нём, как будто это в порядке вещей?       — Слезь с меня, — рявкает ангел и собирается оттолкнуть Люцифера, но не получается. Руки его не слушаются, словно налились свинцом. Демон вновь улыбается и чуть наклоняется над ним, обхватывая его запястья, и поднимает их вверх, прижимая к изголовью кровати. А Дино не может пошевелиться, не может сопротивляться, потому что это вовсе не реальность, а лишь сон. Эта отрезвляющая мысль внезапно возникает в голове, заставляя ангела разозлиться ещё больше. Люцифер пробрался в его сознание в момент, когда он был наиболее уязвим. Воспользовался слабостью, потому что, как бы силён ты ни был, во снах всё совершенно иначе. И правила диктует тот, кто их контролирует.       — Дошло, наконец? — Люцифер скалится, напоминая хищника, загнавшего свою жертву в угол. Вот-вот из клыков потечёт отравляющий яд, парализующий добычу и лишающий её воли.       — Поздравляю, твоих скудных способностей хватило на то, чтобы пролезть мне в голову, — сквозь сжатые зубы шипит Дино, смотря на демона снизу вверх и ощущая злость, которая с каждой секундой становится всё сильнее и буквально кипит в груди. — Дальше что?       — Поиграем, ангел? — в голос Люцифера просачиваются странные нотки, от которых по позвоночнику ползёт дрожь. Дино сам не может объяснить свою реакцию на слова брюнета, но хищный блеск на глубине рубиновых глаз пугает и заставляет сердце биться чаще.       — Оставь свои игры для кого-то другого, — отвечает он, вновь пытаясь высвободиться из чужой хватки, но тщетно. Сон хоть и его, но законы в нём устанавливает Люцифер.       — С остальными скучно, — демон продолжает улыбаться и наклоняется ниже, нависая над Дино. Между их лицами остаётся небольшое расстояние, которого катастрофически не хватает, чтобы чувствовать себя комфортно. Дино вдруг непроизвольно облизывает пересохшие губы, и цепкий взгляд кроваво-красных глаз моментально замечает это движение. — Я не хочу других. Я хочу тебя, — шёпот, разбавленный хрипящими нотками, заставляет Дино ещё шире распахнуть глаза в немом удивлении.       Он привык всё анализировать, привык здраво рассуждать и находить любой бредовой ситуации логическое объяснение. Но сейчас Дино понимает, что при всём желании не может адекватно описать происходящее. Люцифер пролез ему в голову, чтобы навязать этот сон, напоминающий бред чистой воды. Демон никогда не проявлял ничего… подобного. Да, вечно скалился при встрече и с пеной у рта доказывал свою восхитительность. Он ведь сын Сатаны, он лучший во всём. Дино даже привык уже и зачастую просто проходил мимо, игнорируя едкие слова, которыми Люци бросался. Так какого дьявола сейчас происходит?       — Ты слишком много думаешь, — демон говорит едва слышно, и голос его обволакивает сознание подобно патоке. Дино думает, что есть в Люцифере что-то от инкубов. Неудивительно, что большая часть школы сходит по нему с ума, считая его едва ли не божеством, как бы парадоксально это ни звучало. Но Дино к ним не относится. Ему неинтересно абсолютно всё, что так или иначе связано с Люцифером.       — Что ты дела… — Дино замолкает на полуслове, когда Люци резко наклоняется, носом касаясь его скулы, прикрывает карминовые глаза и шумно выдыхает, обжигая своим жаром. Демон чертовски горячий, как кипящий котёл в Аду. Дино чувствует это сквозь тонкую ткань чёрной рубашки, обтягивающей широкую грудь мужчины.       Словно почувствовав чужую слабину и растерянность, Люци улыбается краешком губ. Плавно ведёт носом по гладкой коже, спускается ниже, задевая мочку уха. Не сдерживается и едва ощутимо прикусывает её, замечая, как Дино вздрагивает. Он начинает ёрзать и вновь пытается скинуть его с себя, но бесполезно. Люцифер слишком крепко держит его сознание в тисках, навязывая свои желания и диктуя правила. Он потратил очень много сил и энергии, чтобы пробиться в чужой сон сквозь защиту, и раз у него это получилось, он воспользуется шансом сполна.       — Люцифер, прекрати, — хрипло говорит ангел, вызывая у сына Сатаны очередную порцию смешков. Как бы он ни сопротивлялся, но долго сдерживаться не сможет. Невозможно противостоять существу, всё естество которого соткано из тончайших нитей пороков. Одним своим видом он олицетворяет первородный грех, не поддаться которому нельзя.       Люцифер скользит одной рукой по затылку Дино, нащупывает резинку и стягивает её, распуская пучок светлых волос. Пшеничные пряди каскадом ложатся на лицо, обрамляя его и подчёркивая острые скулы. Люцифер смотрит прямо в голубые глаза Дино, которые из-за переполняющих его чувств становятся едва ли не синими. Столько злости и раздражения, подумать только. Ему стоило раньше проникнуть в ангельский сон, чтобы добиться такой реакции.       — Ты ведь понимаешь, что проиграл? — Люцифер ухмыляется и вновь возвращается к прерванному занятию.       Он лицом зарывается в крепкую мужскую шею и вдыхает ни с чем несравнимый запах грозы, которым Дино будто пропитан насквозь. Опять летал, пока остальные во время непогоды отсиживались в стенах школы? О да, Люци знает, чем ангел занимается, пока его никто не видит. Он рассекает небо подобно вихрю, крыльями взбивает облака и резко пикирует вниз, тормозя в самый последний момент. Адреналинщик хренов. Вечно строит из себя святого, хотя на деле же ничем не отличается от него самого. Так же ищет признания, так же любит быть лучшим во всём и всегда.       Люцифер сам не замечает, как начинает закипать. Губами он касается обнажённой шеи, слизывает языком чуть солоноватый вкус, с удовольствием улавливая, как тело в его руках замирает. Дино будто даже дышать перестаёт, затихнув под ним. Люцифер чертит языком влажную дорожку, плавно скользит до бешено бьющейся жилки и прикусывает её, издавая утробный рык.       — Прекрати, — вновь говорит Дино, но гораздо менее уверенно. Грёбаные ангелы и их чёртово желание всегда поступать правильно. Почему он не может хоть раз отпустить ситуацию и позволить себе делать то, что ему действительно нравится? Люци ведь чувствует, как он на него реагирует. Видит, как на лбу у Дино проступает испарина, а розоватый язык вновь скользит по пересохшим губам, приковывая к себе внимание. Провоцирует. Вызывает желание, бороться с которым Люцифер не собирается. Наоборот — он получит то, за чем пришёл.       Дино издаёт тихий вздох, когда Люцифер голодным поцелуем впивается в его губы. И ангел бы, разумеется, сопротивлялся, но этот сон не принадлежит ему. Губы послушно распахиваются под чужим давлением, впуская в рот горячий язык. И мыслей вдруг совершенно не остаётся, лишь полный вакуум в голове. Это и значит — прикоснуться к греху? То, о чём им говорят на факультете ангелов? Сопротивляться, всячески препятствовать порокам и бороться с низменными желаниями? Дино не помнит ничего из тех уроков, слова учителей и даже отца растворяются в туманной дымке под напором демона, который терзает его губы, прикусывает их и оттягивает. Дино вновь ёрзает, но теперь уже от странного ощущения, возникшего где-то за рёбрами. Сердце бьётся так быстро, что вот-вот выскочит наружу и кровавой субстанцией свалится прямо в руки тому, кто так нагло пролез не только в его голову, но и в самое нутро.       Люцифер отстраняется от его губ и опускается ниже. Языком скользит по подрагивающему кадыку, касается ямочки между ключицами, оставляя влажный, горящий огнём след. Покрывает поцелуями гладкую кожу груди и лишь на мгновение зависает над соском, словно готовя Дино к неизбежному. Ангел кусает губу, чтобы сдержать пошлые звуки, грозящиеся вылететь изо рта. Нельзя, не положено. Он не имеет права так реагировать на демона. Но почему дышать так сложно? Почему всё тело подрагивает и будто тает под умелыми касаниями горячих ладоней? Люцифер скользит руками по его груди, пальцами сжимает сосок и чуть сдавливает, а второго касается языком. Обводит контур, втягивает в рот, посасывает, заставляя Дино выгибаться дугой.       Такой послушный и чувствительный ангел. Плавится под ним, жмётся к нему плотнее и бесстыдно трётся пахом, вызывая вполне ожидаемую реакцию. Люцифер продолжает покрывать его кожу дразнящими поцелуями, спускается к животу, оставляя мокрую дорожку, и дует на неё, вызывая новую порцию мурашек и дрожи, от которой пульсируют даже кончики пальцев.       Дино крепко сжимает веки до разноцветных кругов перед глазами. Вновь дёргается и удивляется, когда руки вдруг начинают его слушаться. Кажется, Люцифер ослабил контроль. Или же просто забыл о нём, чересчур увлёкшись своим занятием по изучению чужого тела.       Ангел опускает руки и пальцами зарывается в угольно-чёрные волосы Люцифера, оттягивая их и заставляя демона поднять голову. Горящий огнём взгляд алых глаз, в котором плещутся ничем не прикрытые желание и похоть, вызывает у Дино странную улыбку. Он тянет Люцифера выше, и, когда демон вновь нависает над ним, сам же двигается навстречу, сталкиваясь с уже знакомым горьким вкусом губ. Проходит буквально несколько томительных секунд, прежде чем Дино отстраняется. Поглаживает большим пальцем скулу Люцифера, замечая, что тот смотрит настороженно, словно не ожидал инициативы от ангела. Дино почти ликует. С шеи будто исчезает удавка, до этого сдавливающая и мешающая сделать глоток спасительного кислорода. Напоследок мазнув пальцем по припухшим губам Люцифера, ангел широко улыбается.       — Пошёл вон из моей головы, — тихо говорит он, и его шёпот, подобно удару гонга, разрушает морок, умело созданный сыном Сатаны.       Дино успевает заметить удивление на дне рубиновых глаз, а в следующую секунду Люцифера буквально выкидывает из его сна, как инородное тело.       Ангел просыпается. Подскакивает на кровати, распахивает веки и растерянным взглядом скользит по своей комнате. Ни единого следа чужого присутствия. Люцифера здесь нет и никогда не было. Это лишь сон, искусно навязанная фантазия, за которую демон ответит сполна. Но чуть позже, когда Дино сможет нормально дышать, а сердце в груди, отплясывающее дикий танец, успокоится.       Он откидывается обратно на мягкую подушку и закрывает глаза. На обратной стороне век отпечаталась дьявольская ухмылка, а губы всё ещё хранят его отравляющий вкус.

***

      Люцифер замечает его практически сразу. На фоне серых стен школы и кучки невзрачных Непризнанных белая рубашка ангела выделяется ярким пятном. Дино идёт прямо к нему, крепко сжав кулаки и выглядя так, что мог бы занять первое место среди лучших учеников адского факультета. У ангелов не бывает такого испепеляющего взгляда, от которого на языке появляется сладостный вкус предвкушения.       Дино плевать, что на него все смотрят. Плевать, что Люцифер не один, а, как обычно, стоит среди своей свиты, состоящей из недалёких демонов. Он стремительно преодолевает разделяющее их расстояние, приближается вплотную и, прежде чем Люцифер откроет рот и скажет очередную колкость, затыкает его самым банальным способом. Дино размахивается, через мгновение впечатывая кулак в челюсть демона. На секунду ему кажется, что он даже слышит тихий треск.       Во дворе школы повисает молчание. Словно кто-то натянул сверху звуконепроницаемый купол. Все замерли в ожидании продолжения спектакля, но Дино по-прежнему наплевать. Его не заботит, что о нём подумают остальные, что скажет отец, когда узнает о произошедшем. Единственное, что сейчас имеет значение — взгляд двух горящих огнём рубинов, в которых, вместо ожидаемой злости и бешенства, появляются нотки веселья. Люцифер улыбается, рукой смахивает капли крови с разбитой губы. Вызывающе приподнимает брови, словно спрашивая — это всё, что ты мне скажешь?       Дино не собирается ввязываться в диалог. Он молча разворачивается, демонстрируя окружающим напряжённую спину, и уходит.       — Ты передумаешь, ангел, — летит ему вслед, и от уже знакомых хриплых ноток в чужом голосе на мгновение в груди что-то скребётся. Дино крепче сжимает кулаки и продолжает идти. — У тебя не останется выбора.       Это неправда, это всё бред воспалённого рассудка. Подобного больше никогда не случится, Люцифер не сможет снова пробраться в его голову. Дино об этом позаботится. А если на секунду представить, что ему это всё же удастся, ангел будет его ждать по ту сторону возведённых сознанием стен.       В подобные игры можно играть и вдвоём.