Insomnia

      Её зовут Элис и она, пожалуй, одна из самых очаровательных девушек, которых он когда-либо встречал. У неё густые рыжие волосы, под солнечными бликами переливающиеся ярким медным цветом. И глаза такие большие — зелёные, светятся подобно двум изумрудам. Она громко смеётся над очередной его совсем не смешной шуткой, прикрывает ладошкой рот и выглядит до того мило, что у него в груди что-то ёкает.       Мэттью не может оторвать от неё взгляда. Смотрит в упор, следит за каждым движением, жестом, впитывает в себя ощущения от её близости подобно губке и расплывается буквально. Тает на солнце, как рожок мороженого. Он увлечён ей настолько, что совершенно не обращает внимания на происходящее вокруг. Не замечает, как неподалёку от них на одной из лавочек, раскиданных по парку, сидит молодой парень и пристально на них смотрит. На дне его голубых глаз застыл искренний интерес.       Дино сам толком не понял, как его занесло в этот район города. Как он оказался так близко к человеку, которого когда-то давно пожелал спасти. По земным меркам прошло уже двенадцать лет. Из щуплого мальчика с бледной, едва ли не прозрачной кожей Мэттью превратился в высокого жилистого парня с непослушной копной светлых волос и широкой улыбкой. Люди так быстро меняются, удивительно даже. Всего лишь за несколько жалких лет их жизнь может перевернуться с ног на голову. И на место больничных стен и врачей в белых халатах приходит, к примеру, раздевалка школьной футбольной команды, похвала от тренера, как лучшему игроку, и очаровательная рыжеволосая девушка, сидящая рядом с ним в парке вдали от чужих глаз. Дино даже чувствует себя немного лишним, словно вторгается в чужую жизнь. Но он ведь просто хотел посмотреть, это не запрещено. Хотел убедиться.       Когда рядом на деревянную скамью опускается ещё кто-то, Дино даже не вздрагивает. Он почувствовал его приближение задолго до того, как Люцифер подошёл достаточно близко, чтобы можно было расслышать шаги. Дино буквально кожей ощущает, как его настойчиво буравят взглядом алых глаз, но не обращает внимания, продолжая рассматривать расположившуюся неподалёку парочку. Демону ничего не остаётся, кроме как последовать его примеру.       — Я даже отсюда чувствую его похотливое желание залезть к ней под юбку, — тихо говорит Люцифер, едва заметно скривив губы. Люди такие... люди, что он им перестал удивляться ещё несколько веков назад.       — Забавно, но до твоего прихода он неуверенно мялся и стеснялся даже букет ромашек ей подарить, — отвечает Дино, позволяя себе демонстративно фыркнуть.       — Это всё твоё правильное влияние. Аж тошно становится, — Люцифер вновь морщится, но звучит это не как упрёк или издёвка. Дино не реагирует, настолько уже привык к подобной манере общения между ними.       Он задумчиво склоняет голову набок, щурится немного, даже с такого расстояния цепляясь взглядом за внутренний сгиб локтя Мэттью. На загорелой коже едва заметно проступают шрамы, уже почти сошедшие, но всё ещё видные. Не все болезни проходят бесследно, оставляют после себя крохотные отпечатки. Наверное, чтобы люди помнили, с чем они смогли справиться, что смогли преодолеть.       — Ты никогда не жалел о том, что спас его? — внезапно спрашивает Дино и резко поворачивает голову, смотря на Люцифера.       — Нет, а должен был? — демон хмурится, переводит на него чуть удивлённый взгляд.       — Почему ты это сделал? — ангел продолжает сыпать вопросами. Впервые он поднимает эту тему, впервые пытается узнать то, что мучило его долгие годы. Банальное любопытство или желание утвердиться в собственных догадках — чёрт его знает.       — Потому что ты этого хотел. Ты посчитал это необходимым, а я тебе доверился.       Уголок губ дёргается в подобии улыбки, Дино пододвигается к нему чуть ближе, смотрит внимательно, словно видит впервые. Ветер треплет светлую прядь волос, выбившуюся из пучка. Он такой идеальный сейчас, такой знакомый и привычный. Люцифер уверен — даже если закроет глаза, всё равно в точности, до малейшей детали сможет описать его. Лицо ангела отпечаталось на обратной стороне век, а сам он засел где-то за грудиной. И не вытравить его оттуда никак.       Зачем?       Немой вопрос, застывший в голубых глазах. Люцифер улыбается. Искренне. Так, как улыбается только в присутствии Дино.       — Просто ты мой, ангел, а я твой. И всегда так было.       Он говорит это легко, как самую очевидную на свете вещь. Наклоняется немного, касается мягких губ и привычно обжигается об их мятный вкус. Смакует на языке, рецепторами впитывает знакомое тепло и прикрывает глаза.       Да, рискнуть когда-то давно, определённо, стоило.       Люцифер разрывает поцелуй, отстраняется от Дино и встаёт. Смотрит на него сверху вниз, а потом кивает куда-то в сторону.       — Время вышло, пора возвращаться, — лениво бросает он, направляясь в сторону выхода из парка. Вызывать водоворот на глазах у людей не особо хочется.       Дино сидит неподвижно ещё несколько секунд, напоследок скользит взглядом по Мэттью и его девушке. Губы непроизвольно растягиваются в улыбке. Люди, сидящие напротив, очередной пример того, что иногда следует поступать так, как считаешь нужным, а не так, как будет правильно.       Ангел уходит, оставляет подростков наедине. Люцифер уже ждёт его возле водоворота, нетерпеливо переминается с ноги на ногу. Отточенным до идеала жестом смахивает невидимые пылинки с чёрной рубашки, волосы поправляет, усмехается знакомо. Все эти детали прочно впитались в привычный уклад вещей, стали неотъемлемой частью жизни самого Дино. Он смотрит на него, скользит задумчивым взглядом по тёмной фигуре, чувствуя, как сердце в груди вновь начинает биться быстрее.       Дино ни о чём не жалеет.       Он в них поверил.