Dangerous Game

      Ночной воздух умудрялся отрезвлять даже через шлем. Здания проносились мимо, и, чем глубже в город, тем выше они становились, и больше машин попадалось, но она даже не думала сбавлять скорость, петляя между ними. Безрассудно пролетала на красный свет и слышала громкие гудки в спину. Горькая обида душила, мешая сосредоточиться, набегали слезы, и дорога впереди размывалась. Стереть их мешал шлем, а остановиться она не могла. Хотелось умчаться на край света, чтобы никто никогда не нашел. Чтобы отец перестал контролировать каждый шаг и решать всё за неё. С кем ей стоит встречаться, дружить, куда ходить и как жить.       Домашняя вечеринка, громкая музыка, веселящие напитки в красных стаканчиках. Она пришла туда, чтобы развеяться. Как и три дня назад, как и в прошлые выходные… Увидела пост в соцсети и сразу же решила, что поедет. Ноль знакомых — минимальная возможность, что отец ее там найдет. Отличный шанс, который нельзя было упустить.       Никто даже не спросил, кто она. Весёлый парень с пьяной улыбкой дружески обнял за шею, вручил пунш и велел развлекаться. Спустя час она уже танцевала на спор на столе с другой девицей за звание «лучшей рыжей красотки на пати». Еще спустя какое-то время целовалась с победителем в номинации «лучшая задница на районе». Целовалась и наслаждалась мыслью о том, что отец не смог этого предотвратить и она абсолютно свободна в своих действиях. Может творить всё, что вздумает, специально назло ему, даже если в глубине души от своих действий становится мерзко. Его не было в её жизни слишком долго, чтобы сейчас пытаться учить морали. Слишком поздно.       Тот симпатичный парень уже повалил её на кровать в одной из комнат, нависая сверху, как крепкая рука в кожаной перчатке схватила его за плечо и откинула в сторону. Парень влетел в книжный шкаф, сверху на него посыпались книги. Она перевела взгляд на лысого громилу и сразу же всё поняла: чёртов отец прислал за ней. Внутри вскипела злость: «Как же он задолбал! Да не нужна мне твоя забота!». Увернувшись от захвата, пулей вылетела из комнаты, спустилась по лестнице и выскочила во двор, прямиков в веселящуюся толпу, а оттуда уже на паркову, абсолютно наплевав на свое пьяное состояние.       Мимо с громким гудением пронесся грузовик. Заскрипели шины, и от страха она вывернула руль мотоцикла, пересекла дорогу и влетела на пустынный тротуар, остановившись в сантиметрах от водонапорной колонки. Машины проезжали мимо и сигналили, водители, высунувшись, орали оскорбления. Не поворачиваясь, выставила руку с неприличным жестом и вернулась на дорогу, продолжая путь уже более спокойно, но все еще быстро. Руки дрожали, а сердце гулко стучало в груди, однако, ей не привыкать.       Телефон в кармане кожаной куртки завибрировал. На ходу достав его, бросила короткий взгляд на дисплей и со злостью швырнула на дорогу, ускорившись.       Рев вставшего на заднее колесо мотоцикла огласил округу.

***

      Дверь открылась, явив заспанного Яра с кругами под глазами и всклокоченной темной шевелюрой. Стоя в помятой кофте и старых джинсах, он тер одну ногу о другую, широко зевая.       Она бесцеремонно отпихнула его в сторону, влетая в квартиру.       — И тебе привет, — буркнул он, легким движением захлопывая дверь. — Время видела?       — Не притворяйся, будто ты спал, — съязвила она, бросая яркий красный рюкзак на диван и сама падая следом, закидывая ноги в порванных сетчатых колготках на подлокотник.       — Дело не в том, что я делал, а в банальной вежливости, малявка, — парень остановился у порога комнаты, облокотившись об косяк и скрестив руки. — Я всё не пойму, у тебя, что, своей квартиры нет? Сколько можно у меня кантоваться?       — В моей квартире ждет отец, которого я не хочу видеть и разговаривать с ним тоже не хочу, — обиженно проворчала она, пялясь в потолок, но потом повернула голову в его сторону. — Неужели я тебе так мешаю? А я-то думала, что мы друзья.       Парень устало прикрыл глаза и выдохнул. Судя по всему, её подростковые заскоки его раздражали. Оторвавшись от косяка, он подошел к дивану и сел прямо на её бунтарские цепи, свисающие с коротких шорт. Они натянулись, больно впиваясь в тазовую кость, но парень не обратил на это внимания, а она стерпела.       — Джинджер, твои проблемы с отцом заключаются в том, что он обламывает тебе тусовки и связи со случайными людьми. Это нормально.       Девушка подорвалась на локтях, собираясь возмутиться, но он не дал ей это сделать:       — И началось это всё справедливо после того, как я вытащил тебя, обдолбаную, из вонючего туалета какого-то занюханного клуба, где тебя, между прочим, пытались изнасиловать. Так что, Мелло вполне заслуженно беспокоится о тебе, — он окинул её откровенный вид красноречивым взглядом и хмыкнул. — На его месте я бы тоже беспокоился. Как ты себе жопу не отморозила? — он стянул плед со спинки дивана, и тот упал прямо на девушку.       Джинджер предсказуемо взорвалась, откинув плед с лица:       — Прикалываешься?! Это моя жизнь! Какого хера он вообще явился в неё? Никто его не просил. Может, я делаю это всё, потому что хочу свободы! Твой отец явно тебя не так контролировал, — с завистью хмыкнула она, сев и сложив руки на груди.       Яр усмехнулся.       — Ну-у, — он приложил палец к подбородку и сделал вид, будто задумался. — Наверное, потому, что я в свои семнадцать не обдалбывался наркотой, не сбегал из дома и не напивался до беспамятства.       Девушка скептично вздёрнула бровь.       — Ага. Ты делал это в свои пятнадцать.       Парень наигранно скривился и, подражая её манере, выдал:       — Ну, у меня были на это причины, знаешь. Проблемы в семье, непонимание, желание подражать кумиру, бунтарский дух, ну, и все в том же духе, — он махнул рукой, поднявшись, и подошел к электрической плите, где в турке шипело кофе. — Будешь?       — Угу.       Повисла тишина. Спор как-то сам собой угас.       Ярослав делал кофе, она же сидела на диване, закутавшись в чёрный плед, и обвела взглядом небольшую квартирку друга детства. Гостиная, совмещённая с кухней, балкон, кабинет и ванная. Спит он, кажется, прямо здесь. Если спит — по его кругам под глазами сложно сказать. Которую ночь она тут проводит, сбегая от разговора с отцом? Может, и правда стесняет парня, ведь у него явно есть и своя жизнь со своими проблемами.       — Как сестра? — решила спросить, разрывая тишину.       — Нормально, — он поставил чашку с ароматным кофе на небольшой столик перед ней, а сам плюхнулся рядом, держа в руках громадную дымящуюся черную кружку с красными сердечками. — Алёна ушла в ФБР, хочет пробиться в команду к N. Точнее, хочет подсидеть его, но, разумеется, никому об этом не признается. Но я-то знаю свою сестру, — он хитро усмехнулся и сделал глоток.       Джинджер неловко улыбнулась, беря горячую чашку в руки, начав слегка покачивать её.       — Странно это всё, не находишь? — встретившись с его вопросительным взглядом, пояснила. — Ну, мой отец — криминальный авторитет, твой — бывший великий детектив. Теперь Алёна явно хочет занять это место, ну, а ты же подсиживаешь моего отца, — она лукаво улыбнулась, а парень закатил глаза и вновь утонул в кружке, — но при этом мы все продолжаем жить и общаться относительно мирно, хотя по сути являемся противоборствующими сторонами.       Яр сделал глоток и облизнулся, задумавшись.       — Тут дело в том, что деление на добро и зло будет всегда. Преступность будет всегда. Её невозможно искоренить, но возможно контролировать, что и делает твой отец. Эл это понимал. Ниа и Алёна тоже понимают. Поэтому и не вставляют палки в колеса, осознавая, что лучше кто-то адекватный, чем кто-то вроде Анархии или Киры, будет контролировать это.       Девушка замерла, жидкость продолжила по инерции болтаться в кружке.       — Преступники снова стали умирать, — глухо сообщила она спустя минуту. — Совсем как тогда, лет двадцать назад. СМИ пока молчат, так как случаи единичные и не привлекают особого внимания, но… это всё равно жутко. Вдруг… вдруг всё повторится? Отец, он ведь… — она подняла голову к потолку, часто заморгав. — Хоть я и ненавижу его, но…       Ярослав подвинулся ближе, обняв её за плечо и притянув к себе, слегка покачивая.       — Не думай об этом, мелкая.       — Разве ты не боишься? Твоих родных, да и тебя тоже ведь могут задеть…       — Страх не выход. Он не поможет решить проблему.       Она не ответила, и они продолжили сидеть в молчании. Кофе стыл. За окном в сумерках особенно слышно шумели машины. С открытого балкона тянуло свежей прохладой и немного табаком, а, может, так пахла кофта Яра.       — Сигаретой ты, конечно, не угостишь? — грустно усмехнулась она, поднимая на него глаза.       — Обойдешься, мелкая. Не доросла ещё, — фыркнул он.       Джинджер притворно-возмущенно цокнула. Однако такая забота была приятна. Наверное, ей всегда не хватало старшего брата или… даже друга, который не был бы, как отец. Не осуждал бы и не полоскал мозги. Не бросал бы на столько лет, а потом вдруг возвращался.       — Как будто они сами были другими! — вдруг хмыкнула она, вырываясь из объятий. Парень вопросительно выгнул бровь. — Я о предках. Вот ты знаешь, какими были твои родители?       — Ну-у, — он задумался, возведя глаза к потолку, и она вдруг залюбовалась его лицом. Ярослав был похож на отца, особенно сейчас, когда стал взрослым. Разве что, глаза были мамины, и вел он себя не так чудаковато. — Родители не особо любили говорить об этом, но я знал, у кого можно вытянуть инфу, — хитро улыбнулся юноша и поиграл бровями. — Тётушка Фил та еще любительница рассказывать сплетни!       Оба разразились коротким хохотом.       — А мне она не рассказывала! — обиженно выдала она, вытирая редкие слезинки смеха. — Хотя мне всегда было интересно, как познакомились мои родители и стали теми… кем стали.       Смех прекратился и возникшая тишина внезапно смутила. Джинджер прочистила горло и поднесла остывший кофе к губам. Яр потянулся к прикрытому ноуту на столике, перетащив его на скрещенные ноги.       — Ну, это можно попробовать узнать.       — Серьёзно? — вполне справедливо усомнилась она.       — У нас есть целая ночь, интернет, даркнет, два братца, сведущих в айти, всё та же болтливая тётушка Фил, ну, и на крайний случай Мэтт, как прямой свидетель тех событий.       — О, не-не-не! Только ни к нему. Он же спалит меня отцу!       Ярослав иронично выгнул бровь:       — Действительно думаешь, что он не знает, где ты?       — Ну, я надеюсь на это.       Парень снисходительно усмехнулся и вновь уставился в яркий экран ноутбука.       — Наивная. Твой батя всегда будет в курсе, где его любимая дочурка ночи проводит. Главное, чтоб яйца мне потом не отстрелил.       Джинджер несильно пнула его, внезапно смутившись. Парень засмеялся.       — Ладно-ладно. Давай лучше узнаем историю твоего появления. Мне прям самому интересно стало…