Старый греховодник

Эта история заканчивается садом. Небольшим, ухоженным и почти незапуганным. Здесь нет места грядкам, а аккуратные цветочные клумбы обладают строгой геометрией, доступной только сверхъестественным существам и людям с нервными расстройствами. Возможно, в этом саду не обошлось и без сверхъестественного. Под яблоней, ветвисто раскинувшейся в центре сада, лежал простой плед в шотландку. Этот рисунок тартана принадлежал самому маленькому клану, всего на двоих. В пересечение белых, бежевых, коричневых и тёмно-зелёных полос жёстко врывалась одна тонкая красная нить, которая появилась в узоре совсем недавно, хотя и без неё тартан был только для двоих. На пледе предавались послеобеденной неге владельцы и сада, и пледа. Азирафаэль, прислонившись к стволу дерева, читал что-то настолько новое, что даже на свежем воздухе пахло бумагой и сольвентом, в то время, как рядом с ним строились коварные планы по привлечению внимания так, чтобы не получить штрафных очков. Через некоторое время Кроули заметил, что ангел уже не читает, а смотрит замершим задумчивым взглядом округлившихся глаз куда-то поверх книги. Он проследил за взглядом и увидел первое полноценно созревшее яблоко этого года. Кроули перетёк вперёд и совсем чуть-чуть помог яблоку оторваться от ветки. Прошла бы ещё пара часов, и оно бы само покатилось по земле до ближайшей ямки, но теперь у него не было ни единого шанса. Демон символически протёр об рукав и протянул свежий хрусткий плод своему ангелу. Азирафаэль принял яблоко, но не стал его есть. Он закусил нижнюю губу на секунду-другую, а потом необычно тихо сказал: — Дорогой мой, — и снова замер в нерешительности. Кроули терпеливо ждал, пока он продолжит. — Знаешь, у меня есть секрет, который я никому никогда не рассказывал. Кроули в последний момент прикусил язык, чтобы не выдать что-то наподобие: "Если ты про свою заначку ванильных сухарей, то это не секрет". Кажется, Азирафаэль хотел рассказать что-то важное, возможно, даже для них обоих. — Я очень завидую людям, — выдавил, наконец, Азирафаэль, поникнув плечами. — Они вольны делать, что им угодно, и не думать, не является ли это частью большого сценария, в котором у каждой, даже самой крошечной, амёбки есть своя роль. Они просто не знают об этом. Они не чувствуют давления, ответственности, страха. Просто делают, знаешь, человеческие вещи. Конечно, иногда они об этом задумываются, но это быстро проходит. А мы не можем ослушаться воли извне даже теперь, когда не работаем больше на Рай и на Ад. Ты ведь понимаешь меня? — Ангел, — Кроули отвёл глаза: — у меня тоже есть небольшой секрет для тебя. У нас с тобой есть свобода воли. Не уверен, что она есть у других ангелов и демонов — скорее нет, чем да, — но у нас она достоверно в наличии. — Как так? Не понимаю. — Я наблюдал за тобой в саду ещё некоторое время, — Кроули обхватил своей ладонью руку ангела, державшую яблоко. — Мы тогда вкусили плод Древа Познания. Все мы, Ева, Адам, я и ты. Свобода воли не рождается из ниоткуда. Она дана свыше. — Надо же. Я и забыл об этом... — Тоже проявление свободы воли. У твоей памяти. Азирафаэль ушёл в совсем глубокие раздумья. Кроули принялся поглаживать большим пальцем тыльную сторону его ладони, стараясь не отвлекать. — Получается, — как будто разговаривая с самим собой, произнёс Азирафаэль: — все эти годы я делал всё по своей воле? — Да, милый, — довольная улыбка осветила лицо демона. — Тогда я очень этому рад.