Врата: Свет Великой Ойкумены.

Огонь не прекращался. Артиллерия противника долбила буквально отовсюду, а подавлять её оказалось слишком тяжело - у десанта катастрофически не хватало огневой мощи. На помощь пришла авиация. Вертолёты вместе с винтовыми самолётами подлетали, давали в сторону противника залпы НАРами и уходили обратно. Несколько часов спустя в дело вступили и реактивные машины. Одна эскадрилья несколько раз нанесла удары по противнику кассетными бомбами, однако бой на этом не окончился. Да, пыл у врага это поумерило, да батарей поубавилось. Но тот не думал откатываться, вовсе нет. Он бросил в бой ещё пару волн, которые, завязнув на подходах к нашим окопам, залегли и вступили в перестрелку, которая длилась до самого утра. Утром пришло новое подкрепление. На этот раз выгружалось ещё больше техники и пехоты, подоспели и новые миномёты с АГСами. Свежие силы заняли позиции, дав товарищам возможность немного отдохнуть. Времени было уже много, но бой так и не стих к полудню. То тут, то там велись мелкие перестрелки, вертолёт то и дело вывозил "трёхсотых". Солнце скрылось за тучами, стало пасмурно и прохладно. За это время, всё же, наши успели подготовиться к атаке, которую начали в 13:30. Сперва прилетела эскадрилья истребителей, которая нанесла новый удар кассетными боеприпасами. А потом в атаку пошли танки. Лена с Юлей тоже были в числе атакующих. Они шли за БТР-66, держа автоматические пистолеты наготове. В обороне противник оказался не столь силён. Он отстреливался, его тут же подавляли Т-35. Туда, где сопротивление было более упорным, вызывался миномётный огонь. И продвижение пошло. -Взгляни сюда! - Крикнула Юля, указывая Лене на какую-то дыру в земле. Лена подбежала к ней, заглянула в неё и поняла, откуда противник всё время лез. Оказалось, тут у него было полно тоннелей. Это был очень, очень неприятный сюрприз. -Теперь понятно... - Прошептала она, поправила гарнитуру и решила сразу сообщить об этом. Впрочем, вражьи норы солдаты обнаруживали уже по всему фронту и слова комиссара дошли до командования с некоторым опозданием. Тогда был приказано остановиться и выявить все возможные выходы. Таковых нашлось аж 10 штук. К каждому поставили охранение и на каждом входе развели по костру, дабы тяжёлые продукты горения, спускаясь вниз, создавали противнику проблемы. Затем подошли 2 Ми-8Т с грузом взрывчатки, которую вскоре использовали по назначению. При этом образовалось несколько провалов, в которые угодили один БТР-152, один БТР-153 и один БА-6 из недавно прибывшего отряда. Машины выдернули, места провалов кое-как засыпали и, спустя целых четыре часа, наконец, стали двигаться дальше. -Господин стратег, первая волна готова! - Доложил Праксиану посыльный. -У-м... - Промычал он, оторвавшись от подзорной трубы. - Советы что? -Двигаются всё также, одной группой, на Карнунт. В лоб. -Какие будут приказания? - Поинтересовался таксиарх Мерчиан. -Прикажи хилиарху Сомниану выдвигать свою тысячу на правый фланг. И пусть потом по команде перейдёт в наступление, он должен любой ценой... - Праксиан ткнул стилосом в точку на карте. - Любой ценой отбить мне эту высоту, Трилобитову гору! Далее действовать будем по плану. Возьмём Трилобитову гору - будем доминировать на всём фланге. Советские танки скоро упрутся в наш завал, а через груду древесных стволов ни один танк переехать не сможет. Свяжем их боем там, наши пневматические пулемёты будут подавать пехоту с закрытой позиции. А на артогонь БТРы не полезут ни в коем случае. Они не дураки. Учитывая, что им не хватает тяжёлой артиллерии, они будут вынуждены остановиться. Изнурим их боем и нанесём удар. -Допустим. А хилия Сомниана не закончится? -Декахилия из Хатхора за три часа уже выйдет в боевой порядок. - Пояснил он. - Дадим ей ещё час отдыху и бросим в бой. Да, бойцы с марша измотаны, но кто, если не они? Их достаточно. Загоним пришельцев обратно на пляжи! И да помогут нам боги! -Так точно! - Прогорланили все командиры. И дальше всё пошло по вражескому плану. Советские танки Т-35 и БТР-66, шедшие впереди, наткнулись на плотный завал из спиленных сосен. Один из танкистов попытался было на своём танке проломить заграждение, но потерпел неудачу - бревно попало под колесо и это привело к тому, что машина встала "на гусле". Слетевшую гусеницу, конечно, смогли быстро поставить на место, но вот понимание того, что весь атакующий порядок оказался в тупике, никого не радовало. Впереди, по всему фронту, был лишь спиленный лес, который спилили прямо ночью. С правого фланга шла гряда скал, которая ныне давным давно раздолбана экскаваторами, рассечена узкоколейками и дачными участками. А в то время её звали "Ноголомная гряда", потому как там хер пролезешь. На левом фланге, где можно было свернуть к Карнунту, тоже было не лучше. Там тоже было много скал и оврагов, да ещё и имелись многочисленные водные преграды в виде дельты реки Данайтеаны. Берега там были такие, что хрен подберёшься. Короче, единственный путь был завален лесом в глубину примерно метров на двести. Разгребать было проблемно. Оставалось только одно - завалы поджечь. Что и было сделано. Но, увы, древесины было много и ждать, пока она вся прогорит, можно было вечность. Наши отошли от горящих завалов, а хитроумный противник, оставивший между завалами узкие проходы, тем временем, приступил к тушению. Не, серьёзно! Он выдвинул сапёров с вёдрами и мокрыми одеялами. Сами они тоже обматывались мокрой тканью и шли вперёд, набрасывая эти самые одеяла. Они гибли в огне, гибли от пуль наших ребят, которые их заметили и вели огонь по всем, кто показывался над брёвнами. И тем не менее, несмотря на потери, аонцевские сапёры смогли остановить огонь примерно на 200 метрах из примерно 500. Видя, что враг с задачей справляется, советское командование почесалось, да и вжарило по противнику из АГС. Увы, АГС мало помогли. Да и миномёты тоже. Враг оклемался и продолжил свою работу. Как назло, никаких огнемётных танков у нас там не оказалось. Впоследствии для этого дела будут использоваться устаревшие танкетки, сзади которых будут цеплять прицеп с баллонами ТПО-50. От баллонов, к установленному на танкетке огнемётному стволу, будет идти шланг. Но это придумают как раз потом. Тогда справлялись обычным ТПО-50 на обычной тележке, коих ещё и было мало. Основным оружием стрелков-огнемётчиков были ЛПО-50, которые были разбросаны по нескольким отделениям и их применение тоже не особо помогло. В общем, усилиями огнемётчиков, завал удалось снова поджечь, но горел он уже не так резво. А ведь за первой линией тянулось ещё с десяток таких же. И, что самое главное, сюрпризы только начинались. Эолус Селени вглядывался в рыжее зарево в стороне моря. По другую сторону лежал покинутый мирным населением Карнунт. До того всегда сверкавший огнями, он ныне был погружён во тьму. Когтистые лапы Эолуса прочно сжимали ствол дерева. Он ведь не являлся человеком, он был из рода гарпий, тех, кого некогда изменили мутации, вызванные симбиозом с растениями. Одни звались "Дар Триглавы". Мы знаем сейчас его как "Зорянийская Кошковница", если по-научному, то "Koshkovintsa Zoranica". Их любили девушки в Зорянии. Те же, что использовали гарпии, звали "Даром Ганимеда", а по-нашему "Кралатовник Мелиссарийский". И Эолус, будучи таковым, вид имел вполне типичный - тонкое телосложение на пневматизированных костях, вместо ног - птичьи лапы, а руки являлись одновременно крыльями - рука до локтя раздавливалась на локоть и кости крыла. Из жопы рос вполне себе птичий хвост. Ну, это, конечно, если не учитывать, что все эти приблуды имели чисто растительные ткани. Всё это дополняли типичные для них тонкий голос и тонкие черты лица, которые никогда не покроются усами и бородой. Симбионт этот был воином и прибыл сюда из своего полиса, где жили такие же, как и он сам, из Неи. Прибыл на войну, так как их царь присоединился к АОНЦ. Причём ещё вместе со всеми племенами кентавров, которые, будучи всё теми же симбионтами, кстати, тоже решились идти на конфронтацию с пришельцами из иного мира. Правда, вся эта фигня происходила по ровно одной причине - конфликт с соседями, поддержавшими Советский Союз. Как бы то ни было, Эолус был здесь и ему была поставлена вполне конкретная задача - воевать. Сейчас сигнал - в небо взмывает горящая стрела. Потом сигнал рога. Ещё один сигнал рога. Друг за другом, звуковые сигналы расползаются по округе. Пора! Он сделал сигнал рукой всем остальным подчинённым, а его командир скомандовала подниматься немедленно. Выстроившись клиньями, две группы пошли на цель. А целью была Трилобитова гора. Сейчас где-то внизу, на левом фланге, зашевелилась пехота. И не только пехота. При бедре висели короткие и тонкие мечи, пара дротиков и несколько ручных мелкокалиберных авиабомб. Больше они и утащить-то на себе не могли. Они пошли клином, за ними пристроились ещё два таких же клина. Внизу уже разгорелся бой, вспышки взрывов и выстрелов выступали неплохой подсветкой, так что группа сейчас прекрасно видела, куда идти. Вот внизу укрепления из камней, солдаты, техника... Взмах крылом - и все устремляются в пикирование, на ходу поджигая от трута фитили. Пара отточенных движений - и бомбы срываются в темноту... Советские войска на левом фланге, откровенно говоря, скучали. Это по центру шла какая-то возня с грудами древесных стволов, а здесь было тихо. На участке, куда должен был прийтись удар, находился один взвод на 1 БТР-66, 1 БТР-152К, половину которого "расселили" по танкам. Одно отделение имело на вооружении 2 Т-26, 1 Т-20 и 1 Те-Ке Тип 94. Второе отделение было оснащено 2 танками Ха-Го Тип 95, одним Т-70 и одним Т-20. Как я ранее уже говорил, в этом месте было очень тяжело пройти, но для тех, кто решил стоять насмерть, ничего невозможного не было. Войска Сомниана прошли по подземным туннелям, либо горными тропами. И в назначенный час поползли в атаку. Их заметили. Первым открыл огонь Т-26. За ним подключился и остальной взвод. Противник стал отвечать, пальба разрослась. Внезапно, из стоявшего позади БТР-66 заметили тёмные силуэты, движущиеся на них. То были бронеповозки врага. В пламени осветительных снарядов, они выглядели довольно угрожающе. А самое главное, их появление было внезапным. Никто просто не ждал их здесь, ведь, как я уже сказал, в этом месте не было дорог. Но туннели оказались достаточно широкими, так что бронетехника абсолютно спокойно прошла, выстроилась в боевой порядок за густыми зарослями, да и пошла себе в бой. Тяжёлые штурмовые бронеповозки, которые тянули лошади, находящиеся внутри, находились в первых рядах. Около них ползли бронеповозки полегче, преимущественно, на ручной тяге. Тяжёлый КПВТ первым открыл огонь по надвигающейся бронированной лавине. Ему удалось зажечь один "танк" врага. Вторую бронеповозку взял на бронебойный Т-26. Она воспламенилась и встала. Он же уничтожил и третью. Четвёртую вместе сожгли второй Т-26 и БТР-152, с крыши которого работали реактивной гранатой. Кругом яростно хлестали АК. Из люка Т-20 высунулся мехвод и колотил по врагу из своего РПК. Огонь ПК и ПКТ с СГМБ то резко начинался, то снова заканчивался. Как бы то ни было, оставшиеся тяжёлые повозки продолжали переть дальше, уже постепенно пристреливаясь из катапульт. За это время, одного успел уработать Т-70. Танки Ха-Го, которым их пушки в ходе модернизации заменили на 30-мм гранатомёты, конечно, ковыряли броню из слоёв фанеры и смол со стеклянными кирпичиками, но эффективность оказалась, увы, недостаточной. А враг продолжал пристреливаться. Наконец, одной из вражеских штурмовых повозок удалось поразить зажигательным снарядом МТО одного Т-26. Саму бронеповозку, правда, тут же сожгли, но Т-26 получил таки повреждения и теперь оказался обездвижен. Повреждения были не очень серьёзные, к тому же, система пожаротушения достаточно быстро сработала. Тем не менее, ситуация становилась всё хуже и хуже, поскольку между ближайшей подбитой бронеповозкой и позицией оставалось около 100 метров. И теперь враг атаковал, прячась за подбитыми машинами. А с такого расстояния он уже доставал до наших, что делало ситуацию крайне тяжёлой. Был дан приказ срочно отступать на запасную линию обороны, к которой уже подогнали взвод с двумя Т-35. Пока шло отступление, враг очухался, занял позицию и с неё выдвинулся на Трилобитову гору. Трилобитова гора, в свою очередь, отличалась тем, что на неё было невозможно взобраться технике. Поэтому-то оборонявшие её солдаты оставили свои бронетранспортёры внизу и располагали только с лёгким вооружением. И вот тут на них и полезли. Взвод дрался отчаянно, но силы были слишком неравны. К тому же, с воздуха их стали гвоздить бомбами гарпии и планёры АОНЦ. К такой херне оказался не готов никто. Потери отряда оставили восемь трёхсотых и семь двухсотых. По сему, ему тут же приказали уходить, а подкрепление, которое только стало подниматься пешком на гору, уже осуществляло только прикрытие отхода. Всё произошло слишком быстро. Советские солдаты, в итоге, заняли оборону вокруг покинутых позиций, которую усиливали Т-35. А солдаты Праксиана, заняв высоту, тут же принялись закрепляться на ней. Под огнём советских миномётчиков, они достаточно оперативно соорудили три канатные линии, по которым доставляли наверх грузы при помощи троллея. Оно и неудивительно, поскольку работала артиллерия практически вслепую. На следующее утро началось наступление. Подошедшие свежие силы из Ксоиса практически с марша ринулись в бой. Пройдя подземными ходами, и горными тропами, они вышли с обеих сторон Трилобитовой горы и нарвались на советскую оборону. К нашим, правда, тоже продолжали подходить подкрепления, которые подменили уставших бойцов, дав им возможность просто выспаться. Враг же всеми силами стремился не дать нам отдыху. Праксиан постоянно вёл ротацию отрядов на передовой. Было понятно, что контратаковать будет тяжёло - это будет чревато потерями. Следовательно, идти надо было на Карнунт хотя бы для того, чтобы, наконец, взять вклинившегося противника в кольцо. А дорогу, как мы знаем, преграждали завалы. И если первую линию завалов с грехом пополам дожгли к вечеру, то со второй и последующими началась какая-то хуйня. Над ними постоянно висел непонятный туман, а после обстрелов зажигательными снарядами и огнемётами, завалы подозрительно плохо занимались и быстро гасли. И никто не мог понять, в чём же там дело. Наконец, туда послали разведку. И стоило разведгруппе, в состав которой вошли Лена с Юлькой, перелезть через груду брёвен, как всем сразу же захотелось выть. Оказалось, противник не терял времени. Он провёл туда воду, уложил между рядов трубы из бамбука и понаделал в них дырочек, которые испускали тонкие струйки воды. В общем, сколько над завалами не бились - всё тщетно. Проблему удалось решить лишь тогда, когда аэрофотоснимки препятствия показали пожарным. К ним военное командование обратилось, как к специалистам по всему, что горит. Это я сейчас не только про алкоголь. Уж кто при посвящении в пожарные выпивал всю "пробку" спиртяги... Короче. Пожарные на всё это посмотрели-посмотрели, да и вынесли вердикт. Они объяснили, что, во-первых, бесполезно поджигать ряды завалов. Во-вторых, надо искать место, где ряды лежат максимально плотно и там работать на глубину, создавая "пятно" пожара. Так образуется гигантский костёр, который затушить будет тяжело, если не сказать, что нереально. Военные оценили данное предложение и закидали старыми керамическими "зажигалками" отмеченное место с воздуха. Кстати, тогда же зажигалки применяли и не менее экстравагантным способом - зажигательный снаряд от обычной катапульты, только без хвостовой части, при помощи какой-то матери и соплей прапора приделывался к реактивному заряду от РПГ и запускался по навесной в нужную сторону. После туда же хорошенько постреляли из огнемётов. И это дало результат. На месте попадания образовался гигантский костёр, который потушить было уже никак. Только вот, на это ушло два дня. За это время, конечно, противник уже порядочно выдохся на левом фланге, понёс серьёзные потери и не так часто беспокоил, как в самом начале. Карнунт был вот он, рядом. Подать до него было рукой, однако, противнику удалось замедлить это продвижение достаточно простыми и эффективными средствами. Когда костёр прогорел, в других местах уже имелись очаги. А на месте пожара, как только там стало возможно пройти, закрепились наши танки. Они прошли по потухшим головешкам и остановились вновь. Ведь враг, вот уж на что был хитёр, снова не терял времени даром и выложил на пути огромное количество крупных камней, могущих, всё также, сорвать гусеницу при попадании в неё. И камням конца-края не было видно. Праксиан опять всех переиграл.