Лестница

– Сок, пожалуйста. – Школьница протянула деньги кассиру. – Извини, остался только кисель. – В этот момент где-то за окном каркнула ворона. «Уроки еще даже не начались, а в столовой уже ничего нет»,– подумала девочка.       День обещал быть кисельным, длинно-тягучим и с неприятным привкусом. Она посмотрела на свои ботинки, красивые коричневого цвета, как раз под школьную форму, и с большими темными пятнами от вчерашнего дождя. «А мама говорила ведь, что их почистить надо.Хорошо, хоть не увидела, что я так пошла, а то…» Школьница слегка протёрла их сверху рукавом пиджака. «И так пойдёт.»       Что на улице, что в школе царил полный мрак. Лампочек критически не хватало, то ли в этом месяце родительский совет слишком много денег выделил на новые «срочные» нужды, то ли опять маленькое государственное финансирование. Хотя, впрочем, это никого особо и не заботило.       Возле учительской было очередное столпотворение. Школьница, увидав эту картину,сразу же пошагала в другую сторону. «Да, кому это надо, лишний раз на что-нибудь напрашиваться.» Она сбежала по лестнице на первый этаж. «Сегодня четыре урока, а потом этот скучный праздник осени, на котором все будут пялиться в свои телефоны. Но это всё же лучше, чем очередной час россказней учителей о том, как важен их предмет и сколь мала зарплата.»       Спустившись по лестнице, девочка увидела одного из учителей, который спокойно шагал к парочке, сидящей на длинном, широком белом подоконнике. «Тихонов и Кривицкий, опять они вляпаются», – подумала школьница. Эти два хулигана были самыми известными, в плохом смысле этого слова, мальчиками в школе. – Нельзя сидеть на подоконнике. – Он стаскивал подростков с запрещенной территории. – А у Вас, Михаил Сергеевич, нету никакого права тащить нас за шиворот. – Мальчик повыше, один из тех, которые считают себя крутыми из-за сигареты в зубах и бутылки пива в руке, решил вспомнить о своих правах. – Вот и расскажешь мне, Тихонов о том, что я могу и не могу делать на уроке возле доски. Если, конечно, задержишься в школе до четвертого урока. – Учитель обнажил ряд белых острых зубов и изогнул губы в улыбке. – Вампир. – Парень сплюнул прозвище преподавателя и с взглядом полным презрения ушёл в сторону спортзала. Его громкие шаги отбивали эхо по школьному коридору, пока мужчина отчитывал второго ребёнка.       Тихонов прошел мимо Громовой на лестницу и прямиком на второй этаж. «А там только кисель. Вот человеку не повезло.» Она заулыбалась. Девушка выглядывала из-за угла, посмеиваясь, но выйти не решалась. Все в школе знали, что под горячую руку к Вампиру лучше не попадаться, а то и тебе достанется. Да, и начнешь заикаться о своих правах,он тебе сразу же предмет свой вспомнит, правоведение. Вскоре за первым хулиганом на второй этаж направился и второй.       Тем временем молодой парень смотрел в окно. Вдалеке светило солнце, а грозовые тучи проплывали мимо, обещая, вскоре, чистое голубое небо. Учитель жил в другом районе города, а ездить общественным транспортом совершенно не любил. Так что для него хорошая погода равнялась приятной прогулке на свежем воздухе. И хотя многие ему говорили, что это пустая трата времени и советовали бросить странную привычку, он никого не слушал и продолжал ходить пешком. Со временем боль, от постоянной нагрузки, в ногах прошла, а икроножные мышцы приняли красивые изгибы, которые были слегка видны, когда он поднимался и спускался по лестнице.       Михаил Сергеевич преподавал правоведение в трёх десятых классах и во всеми любимом одиннадцатом Б, об учениках которого ходили легенды по всей школе. Будучи молодым двадцатидевятилетним парнем, он стал идеальной мишенью, на которую и решили спихнуть всеобщую проблему. А вот в примерном одиннадцатом А преподавала Наталья Алексеевна, божий одуванчик, шестьдесят лет, которая вот-вот должна была уйти на пенсию. Нетребовательна, спокойна и всегда ставит только хорошие оценки, идеальный набор для группы подростков, у которых учёба не всегда стоит в приоритете.       Он не любил отчитывать детей или воспитывать их, но ему время от времени приходилось это делать. На самом же деле, Миша мечтал о высокой должности в университете, толпе привлекательных, уже сформировавшихся студентки большой зарплате. Поэтому парень не переставал учиться, занимался научной работой, писал статьи и пытался заводить вне школы полезные знакомства. Наблюдая за толпой вечно беснующихся школьников, он никак не мог понять, что им так не сидится, хотя он и сам относительно недавно был таким же.       Учитель поправил очки и вздохнул. «Она и вправду думает, что я её не вижу.» Девочка в громоздкой школьной форме и грязных ботинках выглядывала из-за угла в нескольких метрах от него. Миша закатил глаза и подумал о студентках, которые наполняют ВУЗ цокотом каблуков и шелестом юбок. Потом он развернулся и пошёл в обратную сторону, представляя себя совершенно в другом месте и другим человеком.       Пока учитель, в своём несменяемом, и как прозвали его учащиеся, тухлом костюмчике, уходил прочь, девушка оценивала открывшийся ей вид «со спины». «Не хотела бы я иметь такие икры.» Она посмотрела на свои, повертела ногами в разные стороны и удовлетворенно закивала. Но ведь, когда мужчина подтянутый – это красиво, по крайней мере, так говорила ей мама. Зина считала учителя подтянутым, а значит и красивым? Легкий румянец подступил к девичьим щечкам. Она знала, что многие его считают не просто красивым, а и милым, привлекательным, умным, перспективным, обаятельным. Да что там уж говорить, даже географичка на него странно поглядывала. Злой вампир, которого все любят. И даже она. Девочка продолжала наблюдать за удалявшейся фигурой.       Зина столкнулась с ним лицом к лицу всего лишь один раз, когда они вместе с тогда ещё десятым Б ездили на совместную экскурсию в археологический музей. С их стороны отправили учителя истории, а на бешеный параллельный класс натравили Вампира, как будто он мог с ними справиться.Сколько она себя помнила, в школе номер двадцать семь Михаил Сергеевич преподавал только право, а, как тогда оказалось, он ещё что-то понимает и в истории. На солнце его «тухлый костюмчик» не выглядел столь невзрачно, темные волосы переливались, а рот часто расплывался в доброй улыбке. В музее на тот момент работало много его знакомых, благодаря которым два класса прошли к экспозициям без очереди и бесплатно. Если коротко, то Зина для себя решила, что в школе, видимо, постоянная тоска, отсутствие лампочек и бесконечная нужда в капитальном ремонте делали из хорошенького учителя непонятного тухленького монстрика.       Она ещё раз себя осмотрела. Да, также можно было сказать о любом ученике в школе, который соглашался носить форму, предназначенную скрывать большую часть почти уже молодого тела.Зина хотела бы понравится учителю, но, пока не понимала, как это сделать. Кроме стереотипов, советов подруг и главного советника интернета, у неё было ноль опыта и соответственно ноль уверенности. И хотя внешне Зина была абсолютно нормальной и даже миленькой, такой себе типичной девушкой-подростком, ей всегда казалось, что этого мало, для того чтобы сам Вампир обратил на неё внимание. Поэтому Зина не выходила из-за своего угла, любимой зоны комфорта.       Когда первые три урока закончились и школьный звонок объявил начало четвертого, Михаил Сергеевич разрешил классу сесть, а Тихонову написать тему на школьной доске своим корявым и неразборчивым почерком. Звук мела и открывающихся тетрадей наполнил помещение. Миша внимательно посмотрел на коричневую массу перед ним. Большинство сбежало с последнего урока, как всегда. Несколько учениц, самые уверенные в себе и, по мнению с ними учащихся, самые красивые, расселись за первыми партами, старательно записывая тему и делая вид, что им интересно. В целом девочек он делил на несколько групп: зубрилы, которые, действительно что-то учили; наглые, которые приходили только, чтоб на него поглазеть и бросить несколько вульгарных реплик; и серые, которые вроде есть, а вроде и нет. Но, конечно, все они дети в конце концов. Преференции тем, кто учился лучше, он никогда не давал, но и тех, кто постоянно прогуливал, учитель никогда не жаловал. Михаил Сергеевич был скорее безразличным, нежели злым.       В это время сквозь тонкую стену между классами Зина, писавшая на доске тему урока, слышала скрежет мела с другой стороны и спокойный голос учителя, которого постоянно пытались перебить. Вампир был так близко, как никогда прежде. Невидимый, но девушка чувствовала, что он рядом. Зина была очень счастлива. Михаил Сергеевич не преподавал в её классе, они редко пересекались в школе, а даже если и виделись, то он, очевидно, не обращал на ребёнка никакого внимания. И так порознь уже почти один год протекало их не начавшееся знакомство. Ученица поставила мел на место.       Грезы оборвал тяжелый громкий звук. Наталья Алексеевна упала на пол, схватившись за сердце. Её тело как будто скрутило, а губы беззвучно двигались. Старая бездетная женщина с плохим здоровьем должна была работать, чтобы хоть как-то выжить. О таких говорят: «Всю жизнь работа, а потом прямо в могилу.»       Сначала они не поняли, потом кто-то пискнул, а затем самые впечатлительные дети начали кричать. Кто-то выбежал. Будучи в состоянии шока и ближе всех к учительнице, девочка нагнулась и взяла её за руку. Впервые в жизни Зина столкнулась с такой ситуацией, и она чувствовала себя абсолютно беспомощной. В глазах появились слёзы, все остальные как будто исчезли, а в голове только одна фраза: «Что делать?». Кто-то открыл дверь. – Что здесь происходит? – Михаил Сергеевич в сопровождении Смирнова, одного из одноклассников Зины, появился в дверном проёме. «Вот вам и первый ад в учительской практике»,– подумал он. Миша увидел лежащую пластом на полу Наталью Алексеевну и всю в слезах маленькую девочку, которая склонилась над учительницей.