Лестница

      Зина была счастлива по-настоящему, искренне. Это чувство казалось лучшим, что она когда-либо испытывала. Наконец-то он был близко, не у доски, не на уроке, не в коридоре, не возле Алины Викторовны, наконец-то, Вампир выбрал её. Они одни, и только солнце за окном – свидетель их непринуждённого свидания. Зина пыталась вникнуть в суть задания, но у неё мало получалось. Как девочка могла думать о чём-то другом в этот момент, если не об учителе? Она так сильно хотела повернуть голову в его сторону, столкнутся с лицом Вампира, посмотреть в глаза и понять о чём он думает. Что побудило учителя сесть возле неё? Неужели он тоже скучал? Неужели думал и волновался? Неужели она, действительно, нужна Михаилу Сергеевичу, а всё остальное это просто слухи? Солнце нежно гладило по волосам девочку, расслабляя её и заставляя думать только о Вампире и мгновенно забывать весь выученный материал. Миша не сводил глаз с лица Зины. Эта лёгкая влюблённая улыбка, тёплые зелёные глаза и светлая кожа. Парень посчитал её очень милой. Ему необычайно льстило, что этот пока ещё не раскрывшийся цветок выбрал его. За свои почти тридцать лет Миша видел многое, пережил утраты, а иногда вёл себя как последний осёл. В сумбурном мире, где время постоянно летит, он уже и забыл, что такое искренность и как это любить чисто и наивно. С годами парень утратил способность смотреть на других людей, а особенно на женщин без мысли о том, сколько умалчивается, сколько он не знает и чем это может обернуться. Малышке повезло, что она выбрала его. Миша – хороший парень, он постарается сделать так, чтобы ей было не слишком больно и так, чтобы в школе никто об этом не узнал, если, конечно, она сама об этом не расскажет. – Десять минут прошли. – Миша забрал тест с ответами и снова сел за учительский стол напротив Зины. Девочка смотрела, не отводя глаз. Она забыла о тесте и делала всё на автомате. Миша головы не поднимал, пытливый взгляд напротив немного стеснял мужчину, но он больше не собирался подыгрывать девочке или жалеть её. Все ответы были правильными. Тест, который он сделал для неё, сложный и с вопросами, которые девочка на сегодня не готовила, Зина сделала идеально. Учитель был обескуражен. Но для него правильность ничего не значила, ведь мужчина не собирался отступать. В конце концов, он учитель, его слово – закон. – Зина, – он впервые назвал её по имени, – будет лучше, если на олимпиаду пойдёт только Волкова. – Только что улыбавшееся лицо немного скривилось. – К олимпиаде остались ещё две недели, боюсь, ты не успеешь подготовиться. – Всё это время Вампир не отрывал взгляд от листка с ответами. – Но, не волнуйся, в этом нет твоей вины. – Но я хочу пойти. – Зина попробовала запротестовать. – Неужели всё так плохо? – Девочка не понимала, она ведь училась в день и в ночь и то, что говорил учитель, и то, что он даже не задавал. Зина смотрела прямо в лицо Вампиру. Впервые она не отводила взгляд. Зина хотела услышать честный и прямой ответ, почему. – В жизни мы не всегда можем делать то, что хотим, иногда нужно реально смотреть на вещи и уметь отступить. – Когда Михаил Сергеевич сказал последнюю фразу, он поднял глаза. Что-то в Зине ёкнуло и предложение обрело второй смысл. Вампир поднялся со стола. – Мне кажется, Громова, ты не видишь реальной картины. Я взрослый мужчина, уже состоявшийся, со своими целями и прерогативами. Не Вампир, не Михаил Сергеевич – школьный учитель, а человек, для которого это учебное заведение – всего лишь временная работа, а учащиеся здесь не больше, чем те, кого я уже завтра забуду. Дети, – он оценивающе посмотрел на Зину, – меня не интересуют. Она не могла поднять больше глаза. Словно снежная лавина слова учителя накрыли её с головой. Зина, как слепая, пыталась нащупать свои вещи, чтобы пулей вылететь из класса, но всё было зря. Она не хотела плакать при нём, не хотела, чтобы учитель видел, как ей сейчас больно. Михаил Сергеевич, словно понимая в каком эмоциональном состоянии находилась девочка, просто взял свои вещи и не прощаясь вышел из класса. Это ещё больше подкосило Зину. – Даже не попрощался. – Слёзы мгновенно брызнули из глаз девушки. – Я ему настолько противна, что он даже не будет говорить со мной, замечать, реагировать на моё присутствие. – Зина продолжала лепетать бессмысленные фразы. Она говорила себе всё то, что думала, а не то, что услышала. Ведь девушка поняла главное: она ему не нужна, а всё остальное детали.       На протяжении следующего урока она просидела в том же пустом классе на полу, обнимая свои колени, коря себя за каждую сказанную фразу и брошенный взгляд, вспоминая все моменты надежд и счастья. В этом состоянии девушка будет жить ещё две недели, в беспросветной тьме, не видя никакого выхода.       Дом стал теперь любимым местом Зины. Она перестала бывать на улице, задерживаться с друзьями после уроков, а с класса и подавно старалась не выходить. Разве что уроки правоведения от Алины Викторовны Зину так и подмывало не посещать, но она не решалась, выпускной класс всё-таки, зачем ей лишние проблемы. Видя каждый раз молодую женщину и слыша новые слухи о Михаиле Сергеевиче и «этой стерве», её самооценка падала всё ниже и ниже. Поэтому, приходя домой, Зина старалась максимально отстраниться от всего, что напоминало ей про школу. Благодаря маме и лучшей подруге девочке время от времени удавалось забыть о случившемся. Но, конечно, этого было недостаточно, ведь они ничего не знали о том, что произошло. Тогда Зина и решила обратить своё внимание на Смирнова. Отвлечься немного на Мишу. Парень всё интенсивнее ходил павлином возле девушки, писал после школы. И хотя Зина не понимала откуда ей столько внимания, тем более от старосты, но поведение одноклассника радовало и немного отвлекало. Поделившись мыслями о Смирнове со своей лучшей подругой Настей, Зина решила спросить совета, что ей делать. Миша – популярный парень в школе, вроде не глупый и учиться хорошо. Многие хотели бы с ним встречаться. А ей тут с неба падает такая возможность. Настя, будучи хорошей подругой, которая очень волновалась из-за того, что «Зина, тебе уже шестнадцать, а ты ещё ни с кем не встречалась», решительно советовала обратить особенное внимание на Смирнова, ведь «такой в жизни не пропадёт, умный и красивый, хорошая партия, таких сразу хватать надо». В отчаянии, что она не нужна Михаилу Сергеевичу и что он её ненавидит, Зина подумала о том, что Настя, наверное, права и, может, ей даже удастся влюбится опять. После веселого разговора с подругой, вдохновлённая Зина легла спать и проплакала всю ночь, потому что тот, кого она любит, не Смирнов. На следующий же день Зина начала заигрывать со старостой.       После разговора с девушкой Миша чувствовал себя паршиво. Не то, чтобы слишком, но всё же. Он пробовал убедить себя, что поступил правильно и что со временем Зина его поймёт. Но дело было не в ней, а в том, что мужчина сам уже перестал понимать, что происходит. В первую неделю без случайных столкновений со своей ученицей, не видя её на уроках и не имея возможности узнать, как она, Миша просто делал то, что и обычно. На протяжении следующих семи дней появившаяся нервозность и даже в некоторой мере безответственность начала беспокоить мужчину. Миша понимал, что так долго продолжаться не может, ему нужно взять себя в руки. Пролистывая в памяти все события прошлых дней, единственным, которое вызывало беспокойство, был инцидент с Громовой. Мужчина рассудил, что чувствует себя как не в своей тарелке из-за своей (возможно) жестокости по отношению к девочке. Ей, наверное, было больно. Миша не видел её после этого и точно не знал, что с Зиной. Парень думал, что, если девочки нету поблизости и она его не ищет, значит Зина всё правильно поняла и ей просто нужно время. Но сердцу всё равно было неспокойно, и Миша мысленно постоянно возвращался к милому лицу с зелёными глазами и сжатым в тонкую линию губам. Тогда мужчина решил, что, когда будет в школе, то пройдётся возле класса Громовой и посмотрит, как она там. Может, хоть это его успокоит. Ноябрь. Солнышко ещё немного пробивается сквозь уже серое, застланное облаками небо. Оно уже не греет, только светит. Зина сидела на широком белом подоконнике на первом этаже школы. Она смотрела в окно, где в небольшом саду играли дети. Деревья уже были голые, без листьев они выглядели бедно. Как-будто кто-то их лишил самого дорогого, опустошил. Девушка себя чувствовала точно также, как дерево, которое не властно над природой и просто должно стоять и терпеть смену времён года. Она также привязана к этой школе, где всё напоминает о нём, о Мише. Зина начала называть учителя Мишей, хоть и только в своих мыслях. Она пообещала себе, что больше никогда не будет воспринимать его, как Вампира или учителя, он будет в первую очередь человеком, которого любит Зина. Её коричневая юбка немного задралась к верху, а пуговицы белой рубашки были, как обычно расстёгнуты. Зелёные глаза смотрели вдаль, туманные в них таилась глубина. «Если будет учиться, то вырастет очень умной малышкой.» – думал Миша. Девушка безусловно его привлекала. Возвращаясь со столовой в класс, парень спустился по лестнице и, увидев Зину, остановился за ближайшим удобным углом. Вокруг туда-сюда шастали школьники, а он просто смотрел на девушку. Она выглядела как всегда очень мило в своей школьной форме. Зина не улыбалась. Мише захотелось подойти к ней и спросить, почему она такая серьёзная. Но мужчина был не способен сделать и шаг. – А кто у нас тут такой красивый, Громова? – Миша прошептал на ухо Зине. Девушка испугалась. Она была слишком глубоко погружена в свои мысли и не заметила парня. – О тебе Смирнов тут сижу думаю. – Съязвила Зина, но одноклассник принял всё, конечно же, как за проявление симпатии. – Это замечательно. Может, сегодня вечером подумаем о нас вместе? – Смирнов подмигнул. – Я тебе напишу. – Миша слегка приобнял девушку и поспешил к своим друзьям, стоящим неподалёку. Кажется, у кого-то будет свидание. Михаил Сергеевич развернулся к лестнице и снова поднялся на второй этаж.       В тот же вечер Зина крутилась перед зеркалом, примеряя разные платья. Девушка ещё никогда не была на настоящем свидании, поэтому очень волновалась. Она, даже набрала Настю по скайпу, чтобы та могла дать дельный совет и одобрить конечный образ. Зине впервые за две недели удалось забыть о существовании учителя. Она радовалась, летала по комнате и волновалась. Смирнов, конечно, не её мечта, но тоже очень хорош. В результате Зина остановила свой выбор на коротком платье немного выше колена и полусапожках на небольшом каблуке. Выходя на улицу, она наденет плащ и перчатки. Школьники договорились встретиться в центре возле местного кинотеатра. Там был небольшой бар с живой музыкой, где тусила вся местная молодёжь. Несовершеннолетним вход не разрешался, но так как Миша был завсегдатаем этого заведения, то их пропустили без проблем. При встрече Смирнов совершенно не смутился, обнял Зину и повёл прямиком в бар. Он вёл себя очень мило, много говорил, интересовался не холодно ли ей и обещал обязательно провести девушку до дома. Миша не подкалывал Зину как в школе и вёл себя как настоящий джентльмен. Девушка посмотрела на Смирнова другими глазами. Парень открыл дверь, пропуская Зину внутрь. В помещении было тепло, и девушка сразу же сняла пальто, обнажив голые плечи. Их глаза смеялись, школьники выглядели счастливыми. В другом конце заведения сидела пара. Женщина что-то увлечённо рассказывала и не замечала, что глаза собеседника устремлены совсем в другую сторону, а мужчина подумал, о том, что он не ожидал, что это должно было случится сегодня.