Pretty Little Liars

— Я… начну говорить, если вы не будете меня перебивать, — помолчав, выговаривает Питер, оглядываясь на прикрытую дверь в кухню. — Потому что я кое-кому обещал, что Тони ни о чем не узнает, и к тому же, это в ваших интересах тоже. — Мне уже любопытно, что все-таки Паучок разузнал, — хмыкает Клинт, капитулируя и садясь на диван. Наташа, помешав борщ в кастрюле и закрыв ее крышкой, присаживается рядом, с любопытством глядя на Питера, который от волнения ощущает резкое желание что-то съесть или выпить, но держится серьезно и спокойно. — В общем… — Паркер запинается, не зная, с чего начать. — Я… наверное, начну с самого ужина. Нас было шестеро — Стив, Наташа, Клинт, я, Тони и Ванда, которая потом ушла: она заглядывала к нам на время, а затем вновь отправилась к Вижену. Мистер Роудс был на каком-то мероприятии, Вижен, как вы все знаете, познает самого себя где-то вдали отсюда вместе с Вандой, а Скотт проводит время со своей семьей, после того как мистер Старк освободил его от всех судимостей… значит, их можно отмести сразу — ну, и я не думаю, что Тони стал бы с кем-нибудь из них… — Звучит как-то обидно для Скотта, — ухмыляется Бартон, но Наташа пихает его локтем в бок и шикает, явно заинтересовавшись рассказом Питера. — Тони мог снять какую-то проститутку или пригласить девушку, с которой он имеет непродолжительный роман, но он вряд ли повел ее на базу, верно? Поэтому все подозрение падает на близких людей, в частности на Мстителей, так что я начал расспрашивать вас троих в надежде услышать какую-то деталь, выбивающуюся из общей картины. И я ее услышал. — Он немного молчит, переводя дыхание и собираясь с мыслями. — Мои подозрения изначально падали на мистера Роджерса, — тут в его сторону летит любопытный взгляд, — потому что у Тони был с ним непродолжительный роман. Но у него было алиби — спортзал, который мог подтвердить Клинт, потому что помогал ему повесить и настроить оборудование. На первый взгляд тут ни к чему не придраться, однако… Наташа была первой, кто рассказывал мне о том, как провел вечер, и она тоже была в тренажерном зале совершенно одна. — Не понимаю, — Стив хмурится. — Здесь много несостыковок, — продолжает Питер, переплетая свои пальцы. — Мисс Романофф была в тренажерном зале, но тебя, Стив, там не было, хотя ты говорил, что пробыл там до одиннадцати. Где ты мог быть? Я думаю, Клинт знает ответ, — тут Паркер поворачивается к Бартону, изумленно поднимающему брови. — Ты не помогал Стиву повесить оборудование — кстати говоря, эта отмазка была довольно хорошей, вы правильно сделали, что договорились рассказывать мне одно и то же — ты помогал Стиву незаметно провести Баки на базу. Вы оба не знали про то, что система ночью обновляется, поэтому избавились от камер наблюдения, то есть, Бартон избавился… с помощью стрел и лука. Я проверил ту дверь в спортзале, которая, между прочим, довольно-таки тяжело открывается, вышел на улицу и посмотрел на две камеры на столбу прямо напротив выхода. Стекло разбито точным ударом острого предмета… — Мне кажется, мы собрались здесь обсуждать Старка, а не этот бре… — Давайте сначала обсудим вас, ладно? — прерывает его Питер, заглянув в свой блокнот и чувствуя, что поначалу дружелюбные взгляды Мстителей становятся острее, настороженнее. — Я знаю, как сильно Тони не жалует Барнса, даже после того, как все помирились, и знаю о том, что шестнадцатым правилом в вашем списке должно было быть «не впускать Джеймса Барнса на территорию базы Мстителей», но вы отказались его принимать, хотя и согласились, что он пока что не будет здесь появляться. Поэтому Баки пришлось проникать сюда тайком, а Стиву пользоваться помощью Клинта. Но дальше — интереснее. Прокол Бартона был не только в камерах, но еще и в игре в «Уно». Наташа говорила, что выиграла его два раза, а ты, Клинт, сказал, что три. — Я исправился, — раздраженно бросает Бартон. — Перепутал маленько, что в этом такого? И какое это отношения имеет к любовнику Старка? — Самое прямое, разумеется. Ваша игра в «Уно» была лишь прикрытием, чтобы объяснить твое слишком долгое отсутствие, а на самом деле ты уже вовсю помогал Стиву… но к этой игре вернемся чуть позже. Единственное, о чем ты не соврал — это о большом содержании алкоголя в твоей крови. На стрельбу по камерам этот факт не повлиял, но на кое-что другое… Комната Стива находится рядом с твоей, верно? Так ты уверен, что слышал стоны мистера Старка, а не Барнса или Кэпа? А мог ли ты специально свалить все на Тони, чтобы снова защитить… — Ты уже перегибаешь палку, малыш, — поднимает руки Роджерс. — Я не просил Клинта врать про Старка. Да, мы с Баки были в моей комнате, — Романофф удивленно икает, а Стив дарит ей быстрый взгляд, мол, извини, что не поведал тебе свой секрет, — но нас… точно не было слышно. — Тони тоже так думал, — невнятно бубнит Питер, перелистнув страницу в блокноте, а затем добавляя чуть громче: — Но я рад, что ты признался и мои предположения подтвердились. — У меня есть только один вопрос, пока ты не перешел к следующей теме, — осторожно говорит Роджерс. Питеру кажется, что после открытия этого секрета на его лице читается облегчение. — Откуда ты узнал про Баки? Ты ведь не мог взять из воздуха то, что я встречался именно с ним, это мог быть кто угодно, и не в плане романтических отношений… Паркер почему-то на секунду запинается, раздумывая над ответом. — Во-первых, Клинт обронил какую-то фразу про твою бурную ночь… да, у Бартона длинный развязавшийся язык, — хмыкает он, увидев, как бледнеет под пристальным взглядом Роджерса Клинт. — А во-вторых, я встретил мистера Барнса ночью, когда он уходил от тебя, — заканчивает он под удивленный вздох окружающих. — Что ты делал ночью… у моей спальни? — наконец выдавливает Стив после некоторого замешательства. — Уж не ты ли был с… — Конечно нет, — Питер мгновенно краснеет и смущается, представляя подобную картину. Дыхание сбивается, а сердце уходит куда-то в пятки, поэтому он старается говорить непринужденно. — Мне не спалось, я решил сходить выпить воды и буквально натолкнулся на Баки. Тогда я не стал расспрашивать его обо всем, но потом, после всех моих находок, его приход стал обретать смысл. — Хорошо, — медленно кивает Стив. До него начал доходить смысл происходящего, в то время как Клинт с Наташей недоуменно переглядывались, гадая, что происходит. — Но во время разговора со мной ты сказал о своих подозрениях о том, что он ходил к Нат… На секунду Питер закрывает глаза, ясно представив ту ночь. Едва он закрывает дверь, как тут же врезается в кого-то, поэтому неуклюже взмахивает руками, будто пытаясь ухватиться за воздух, но крепкая металлическая рука хватает его за плечо, и Питеру удается удержать равновесие, поэтому он подавляет испуганный вздох, когда видит ошарашенного Баки Барнса. — Что ты здесь…? — Паркер вспоминает, что все уже должны спать, поэтому понижает голос. — Что ты здесь делаешь? Как ты вообще здесь оказался?! Вместо ответа Джеймс молча окидывает его придирчивым взглядом. Только сейчас Питер вспоминает, что на нем лишь одно полотенце, обвязанное вокруг бедер, поэтому начинает мучительно краснеть, понимая, что выглядит сейчас как минимум глупо. Баки, прищурившись, внимательно смотрит на дверь, откуда вышел Паркер, но решает молчать дальше. Взгляд Питера, когда он все-таки поднимает свои глаза и вновь смотрит на Барнса, цепляется за то, что Баки выглядит как-то слишком… помято? Взъерошенные волосы, румянец на щеках, который виден из-за неяркого освещения в коридоре, какое-то покраснение в районе шеи… В голове Питера сразу появляется миллион вопросов, и Джеймс поспешно прикрывает его рот рукой, едва одно слово срывается с его губ. — Я не враг никому из Мстителей, и ты это знаешь. Только… не рассказывай никому, что я здесь был, ладно? Особенно Старку… А я, — тут он ухмыляется, — притворюсь, что не видел тебя. — Идет, — слишком поспешно соглашается Питер, несколько раз кивнув и попытавшись незаметно поправить полотенце, начавшее съезжать куда-то вниз. Баки хочет сказать что-то еще, но Паркера отвлекает какая-то тень, мелькнувшая за Барнсом. Он вытягивает шею и щурится, пытаясь что-то разглядеть, но Баки словно назло загораживает весь проход, так что Питеру не удается увидеть этого человека. Попрощавшись с Джеймсом и тихо ступая к своей комнате, он останавливается у самой и хмурится, что-то вспоминая. Кажется, он узнал цвет волос того человека. — Верно. Потому что я тоже встретил ее в коридоре, но не придал этому значения — свалил все на усталость, — признается Питер, внимательно наблюдая за изменениями в лице Романофф. — Ты что-то путаешь, — бесстрастно говорит она, выгнув бровь. — Я говорила тебе, что ушла спать около одиннадцати, соответственно, в час уже спала. — Но я встретил Баки в три тридцать. И все-таки смог разглядеть тебя в том коридоре, хотя Баки перегораживал проход. Если бы ты сейчас созналась в том, что видела Баки в том коридоре, то вопросов к тебе бы не было: все выглядело бы так, будто ты тоже выходила попить из-за бессонницы. Но ты почему-то решила умолчать об этом, даже сейчас, когда я уже раскрыл всю эту аферу. Значит, тебе было на руку, чтобы тебя никто не видел… — Пит, ты явно клонишь куда-то не туда, — медленно и безмятежно протягивает Романофф, вставая и подходя к кастрюле с борщом, чтобы помешать суп. Быстрый взгляд, которым она одаривает Паркера, ему явно не нравится — он был каким-то стальным, холодным, испепеляющим, будто, если Питер сейчас не заткнется, с ним расправятся самым изощренным способом. — Разве? — нахально осведомляется Питер. Будь что будет. Погибать, так с правдой. — Остается вопрос, почему это тебе было на руку? Как и игра в «Уно»? Дай угадаю, как все было: Клинт попросил тебя придумать ему алиби, потому что отсутствовал слишком долго, и ты быстро сочинила миф об этой игре, верно? Поначалу я думал, что тобой двигала только дружба, но потом понял, что, когда Бартон обратился к тебе со своей просьбой, в твоей голове появился коварный план… — И все твои эти предположения строятся на том, что Клинт ошибся и сказал, что я выиграла трижды, а не дважды, и на том, что ты видел меня в едва освещаемом коридоре? Паучок, ты не находишь, что это звучит глупо? — Я согласен с Нат, — подает голос Стив. О, теперь решил защищать подругу любой ценой? — Все слишком натянуто и не подкреплено фактами. Паркер мельком смотрит на Клинта и, заметив его виноватое выражение лица, понимает: он попал в самое яблочко. — Вернемся к теме. Зачем Нат понадобилось врать? С кем она проводила свое время? Стив был с Баки, Клинт спал не очень крепким сном… — Уж не хочешь ли ты сказать, что я была с… Тони? — Нат фыркает так презрительно и пренебрежительно, что кажется, ее реально стошнит только от одной мысли о вероятности такого события. Питер аккуратно качает головой. — Нет. Потому что ты была с Вандой. Эта мысль пришла мне в голову, когда ты рассказала, что вы болтали с ней по телефону, — предугадав ее вопрос, продолжает Питер, закрывая блокнот — больше он ему не понадобится. — Тот факт, что ты вообще куда-то выбиралась ночью, подкрепил эту теорию. Но нужны были доказательства, так что я просто позвонил Вижену, с которым живет Максимофф, и он подтвердил, что той ночью она ушла «по делам». Не верю в такие совпадения, так что… — А я вот верю, — довольно жестко обрывает его Романофф, хотя ее голос остается спокойным и даже мягким. Если бы Питер не знал ее, то подумал бы, что его слова вывели ее из равновесия. — И всем вам советую, — она внимательно смотрит на Клинта, Стива, а затем снова переводит взгляд на Питера. — Твое право, — терпеливо произносит Питер. В ногах почему-то ощущается некоторая слабость, поэтому он осторожно присаживается на стул и закидывает ногу на ногу. — Но разве дело в этом? Я собрал вас здесь не только ради оглашения результатов расследования… а чтобы упрекнуть. — Упрекнуть? — Вам не кажется вся эта ситуация до жути абсурдной? — честно спрашивает Питер. — Все это расследование имело место быть, только потому что вы лгали друг другу и, не побоюсь сказать это, самим себе. За эти пару дней я выслушал столько лжи, а вы, вы столько всего скрывали, придумывали нелепые алиби и оправдания, — его голос звенит от праведного гнева, — а потом выставили все так, будто самый большой лгун здесь Тони… И вам не противно от этого? Совсем даже не стыдно? — Он расходится не на шутку, так что Роджерс даже с легким испугом отодвигается от него, будто боится, что тот попросту взорвется. — Оболгали того, кто лучше всех вас вместе взятых! Разве так поступает команда? А знаете, что еще? Это из-за вашей лжи я смог раскрыть ваши делишки! Если бы вы не лгали друг другу, то ничего бы этого не было… И ведь вы сами составили то чертово правило — прости, Стив — под номером один: никогда не врать Мстителям. Так почему вы все сегодня его нарушили? Питер переводит дыхание, понимая, что его щеки просто пылают. Мстители молча смотрят на Паучка, шумно вдыхающего через нос и нервно приглаживающего свои кудри. Кажется, что Паркер только что выжал себя до конца, как губку, вывалил все свои эмоции напоказ. Уже не хочется думать о том, что он накричал на супергероев и почти сорвался, что впервые показал себя с другой стороны, что проявил характер… Остается лишь надеяться, что этот полный гнева монолог все же произвел на молчаливых Мстителей хоть какое-то впечатление. Даже Наташа, обычно любящая поязвить, сейчас непривычно притихла, задумчиво накручивая на палец длинную прядь рыжих волос. — Он прав, — первым подает голос Роджерс. — Мы все нарушили немало правил и должны как минимум извиниться перед Тони. — Я услышал свое имя? — В дверном проеме появляется голова Старка, а затем и он сам входит в комнату, недоуменно оглядывая погрустневших героев. Питер быстро окидывает всех красноречивым взглядом, как бы напоминая о том, что ему ничего не стоит рассказывать, а затем поворачивается к Тони и широко улыбается, кивнув в знак приветствия. — Что это с вашими лицами? Выглядите так, будто к нам на Землю снова пожаловал Локи. — Да вот выслушиваем предположения Питера, — неуверенно протягивает Клинт. — Кстати, Паучок, ты о самом главном нам так и не сказал. Раз со всеми нами мы разобрались, то тогда кто спал с Тони? Питер беззвучно открывает рот и тут же его закрывает. Старк замечает это, и его лицо делается суровым, разом потеряв всю добродушность. — Вы издеваетесь, да? — бормочет он. Его глаза блестят недобрым огнем. — Все никак не успокоитесь? Меня уже начинает раздражать то, что после нашего примирения вы настолько сильно запустили свои руки в мою личную жизнь, что я и шагу без вашего разрешения сделать не могу! — Тони высокомерно вскидывает голову и проводит рукой по своей шее. — Вот вы мне уже где, понятно? Достали! Хотите знать, с кем я был той ночью? — внезапно осведомляется он, повысив голос, так что Бартон морщится. — Ладно! Я был с Пеппер. Довольны? На некоторое время повисает пауза. Мстители ошарашено смотрят на Старка, не понятно, удивляясь тому факту, что он признался, или что его любовницей оказалась Пеппер. Питер же наоборот старается отвести взгляд и теперь смахивает невидимые пылинки со своей рубашки. — Пеппер Поттс? — тихо переспрашивает Нат. — Она самая. — Но ты… ты с ней расстался, — как-то беспомощно напоминает Стив, — еще до подписания Соковианского договора… — Мы с ней снова вместе, — твердо заявляет Старк, пожав плечами. — Я так думаю… хотя она еще сомневается, поэтому и пришла сюда тайно. Поэтому я и перезагружал систему в тот день: не хотел, чтобы, если кому-то вздумается посмотреть камеры, о ней узнали. Есть еще вопросы? Отлично, — когда Мстители продолжают ошеломленно молчать, кивает он. — Питер, нам нужно с тобой поговорить наедине. Жду в гостиной. Когда Старк разворачивается и уходит так же внезапно, как появился, Паркер нерешительно поднимается со стула, некоторое время в каком-то ступоре оставаясь на месте, но затем тоже двигается к выходу. — Пит, постой, — окликает его Клинт, поэтому Паучок снова поворачивается к нему. — Даже после всех этих событий я не забыл о нашем пари… между прочим, ты проиграл, потому что, несмотря на всю эту очень увлекательную беседу о наших похождениях, ты так и не сказал, с кем спит Тони. — Я собирался, — слегка смущается Питер. Мозг начинает работать с новой силой, пытаясь придумать, как выпутаться из этой ситуации — проигрывать Клинту ох как не хотелось. — Могу даже объяснить, почему я подозревал именно Пеппер… — Ох, нет, только не еще один рассказ с пародией на Фандорина, — чуть ли не стонет Наташа. — Хватит на сегодня детективов. — Но кухню кто-то отмывать после тебя должен, — ехидно замечает Бартон, вставая и подходя к кастрюле с супом, все это время остававшейся на плите. — Между прочим, мы все нарушили правила, и нельзя сказать точно, кто виноват больше, — возражает Питер, неловко топчась у двери и то и дело выглядывая в коридор, будто убеждаясь, что Тони все еще его ждет. — Придется мыть всем. — Кстати о правилах, — внезапно загадочно произносит Наташа. — Мне кажется, мы все согласимся добавить в этот список еще одно, шестнадцатое, верно? — Какое правило? — Не давать Питеру Паркеру ничего расследовать, — смеется она, поднимая руки и сладко потягиваясь. — Правда правдой, но это вредит всем нам. — Согласен, — мигом отвечает Клинт. — Где поставить подпись? — Я тоже не против этой идеи, — наконец признается Роджерс. — Завтра же впишем это в список. — Эй! — обиженно восклицает Питер. — Во-первых, я здесь, во-вторых, вы не можете так поступить! Я ведь… хотел как лучше… вы не должны… — Надо будет спросить разрешения у Тони, — не слушая его, продолжает Клинт, — так как решение должно быть согласованным, но, думаю, он точно согласится. Больше никаких Шерлоков на этой базе… желательно, чтобы пауков тоже не было, — он иронично смеется, — но Старк не позволит… Наташа, улыбаясь, пихает его в плечо, а Стив поддерживает парочку звонким смехом. Вся напряженность растворяется в воздухе, будто ее и не было, и теперь царит лишь уютная домашняя атмосфера, сопровождаемая приятным ароматом борща, пропитавшего всю кухню, и из-за этого Питер расслабляется. Мстители помирились и больше не ссорятся — это уже хорошо. И, хотя Питеру было немного жаль, что расследования придется запретить, главное, чтобы герои всегда оставались настоящей командой.

***

— Так значит, ты встретил Баки, когда уходил от меня? Питер спокойно лежит на груди Тони, прислушиваясь к глухим ударам его сердца, но потом поднимает голову и жмурится от яркого слепящего глаза солнца, тепло глядя на Старка. Тот тихо смеется — лицо Паркера, когда он с улыбкой так морщится, выглядит до невозможности милым, даже слегка детским, поэтому Тони вздыхает, нежно ведя ладонью по его щеке и скулам, а затем зарываясь рукой в его волосы, слегка их взъерошив. — Да. Он, кажется, понял, что я вышел из твоей комнаты, поэтому мы договорились никому об этой встрече не говорить. — Питер задумчиво ведет рукой по плечу Тони, а затем, когда видит эти озорные искорки в глазах Старка, обнимает его, покрепче прижимаясь к его телу. — Ты ведь не будешь злиться на Стива? Я пообещал, что не скажу тебе об этом всем, но, как видишь, я надеюсь на твое понимание. — Не буду, — серьезно обещает Старк, в доказательство своих слов кратко и мягко целуя посветлевшего Питера прямо в губы. — Не могу же я подставить своего маленького детектива, которому должен быть благодарен за спасение. Питер снова смеется, позволяя Тони покрыть поцелуями все его лицо, а затем спуститься ниже, к шее и ключицам, чтобы запечатлеть один долгий поцелуй прямо на выступающей под кожей вене. В нос ударяет приятный аромат свежести и мятного геля для душа — Старк недавно вышел из ванной, поэтому его мокрые волосы приятно щекочут лицо, заставляя на какое-то мгновение забыться, раствориться в этом прекрасном моменте. — Наташа так и не призналась, что была у Ванды, — вдруг вспоминает он. Тони, не очень довольный тем, что они остановились, все же отрывается от Питера и вопросительно смотрит на него, улыбаясь краешком рта. — Но я могу поставить на то, что она проводила всю ночь с ней. Хотя Клинт утверждает, что она была с какой-то Еленой… — Значит, я был прав насчет ее ориентации, — самодовольно усмехается Тони. Паркер улыбается: в такие моменты Старк кажется самым настоящим ребенком в теле взрослого. Возможно, за такой несносный и противоречивый характер Питер его и полюбил всей душой. — Как и насчет того, что Роджерса прошлое так и не отпустило — я понял это еще в… гм, когда у нас там были отношения?.. а, в четырнадцатом году. — Ревнуешь его? — как-то слишком ревностно спрашивает Питер. Тони рассеянно гладит его по голове. — Ничуть. Это все было в прошлом. Сейчас у меня есть ты, а он… черт, про Барнса я говорить не хочу, но, если Стив с ним счастлив, пусть так и будет. — Его глаза немного темнеют, и он напряженно кусает губу, но потом расслабляется. Питер решает, что эту тему лучше не трогать. — А ведь мы так и не решили, выиграл ли я пари с Клинтом, или проиграл, — осторожно говорит он, меняя позу и присаживаясь рядом с задумчивым Старком. — Потому что ты опередил меня и сказал про Поттс. — Я долго не понимал, что ты хочешь сделать, — признается Тони, взяв лицо Паркера в свои ладони и очерчивая большим пальцем контур его губ. — Думал, что после той небольшой утренней ссоры ты всем все расскажешь, а расследование — просто для вида. Поэтому и сочинил какую-то хрень про Пеппер. Надеюсь, она меня за это простит. — Но ведь когда-нибудь мы всем скажем, да? — с некоей надеждой спрашивает Питер. Тони почему-то отводит взгляд, а затем наклоняется к нему и целует в губы как-то отчаянно, пылко, даже страстно и не терпя возражений, слегка прикусив его губу, так что Паркеру приходится отклониться назад, чтобы было удобнее отпихнуть его от себя. — Тони? Мы им скажем? — Разумеется, — наконец выдыхает Старк. В его голосе слышится искренность, поэтому Питер безоговорочно ему верит. — Когда-нибудь они узнают о нас двоих. Просто… сейчас еще не время, понимаешь? Паучок кивает, затем снова прижимается к Тони и сам целует его, наваливаясь сверху. Ладони Старка скользят по его спине, вызывая табун мурашек и заставляя немного прогнуться назад, чтобы лучше ощутить эту ласку, а бородка слегка царапает кожу, создавая этот странный контраст нежности и боли, полностью пропитавший их отношения. С Тони Питеру чудесно, каким бы вредным и высокомерным он иногда не казался. А остальные… им еще не время знать. Сейчас время целоваться со Старком и мечтать о светлом будущем их отношений, где все у них будет хорошо.