Александра Долохова

      Поездка в Малфой-мэнор оказалась не из приятных. Кроме того, что атмосфера и так была мрачнее некуда, погода выдалась на редкость жуткой. В небе висели густые свинцовые облака, грозящие вот-вот обрушить на землю потоп. Воздух был пропитан дождем.       Толпы снующих по особняку людей в черных мантиях, разговоры о величии семьи, грандиозная похоронная процессия: казалось, все представители «священных двадцати восьми»* собрались в гостиной Малфой-мэнора. Александра увидела здесь и своих родителей. Мистер и миссис Долоховы практически не скрывали свое приподнятое настроение.       «Наверняка не нарадуются тому, что я приехала с Люциусом», — подумала девушка.       На самого Люциуса было больно смотреть. Каждый из присутствующих считал своим долгом лично подойти к парню и выразить свое сочувствие. У бедняги даже не было времени как следует поговорить с матерью.       Все это время в голове Александры крутились навязчивые вопросы. Сработало ли зелье? Не связана ли весть о смерти с его действием? Сблизиться с человеком на фоне его семейной трагедии не казалось девушке правильным. Сомнительная «удача».       Как бы то ни было, барьер между Александрой и Люциусом был разрушен.       Малфой и Долохова смогли облегченно вздохнуть только на обратном пути в школу. Как только они заняли купе в совершенно пустом экспрессе, небо, наконец, громыхнуло, и дождевые потоки хлынули на землю.       Парень выглядел уставшим и измотанным. Прикрыв глаза, он откинулся к стене и тихо сказал одно слово:       — Спасибо.       Александра укрыла его пледом, после чего тот провалился в сон.       Сама девушка не могла сомкнуть глаз. Она взглянула на любопытный предмет, прислоненный к стене рядом с сидением Люциуса. Это была трость из черного дерева с набалдашником в виде серебряной головы змеи с изумрудными глазами. Что-то в этом предмете вызывало неподдельный интерес девушки. В какой-то момент Александре показалось, что змея ожила. Долохова быстро отвела взгляд. Теперь она зачарованно наблюдала за каплями дождя, непрестанно стекающими по оконному стеклу, а когда, наконец, собралась засыпать, в дали начали виднеться огни Хогсмида.       Незаметно наступил октябрь. Александра практически все время проводила либо за уроками, либо с Люциусом. Она понимала, почему многие зовут его «избалованным наследничком», но также понимала, что в парне есть гораздо большее, чем пафос, безразличие и чрезмерная амбициозность.       Конечно, проводить время вместе было сложновато. Различия факультетов давали о себе знать. И дело было не только в том, что как гриффиндорцы, так и слизеринцы с подозрением поглядывали на парочку, не давая им покоя. Проблема была в том, что ни общие гостиные факультетов, ни обеденные столы в Большом зале не были пригодны для совместного времяпровождения представителей разных факультетов. Чтобы хоть как-то компенсировать свое затруднительное положение, Александра и Люциус часто коротали часы в библиотеке. Им было что обсудить.       Малфой прекрасно разбирался в зельях и истории магии. Однако самым его излюбленным предметом обсуждения были Темные искусства. Богатый опыт Долоховой и безлимитный доступ Люциуса к Запретной секции создавали неисчерпаемые поводы для разговоров. Единственным камнем преткновения был квиддич.       Во время матча Гриффиндор — Слизерин Люциус настоял на том, чтобы Александра составила ему компанию на зелено-серебряной трибуне.       — Пойду переговорю с капитаном, — сказал парень перед началом игры, — иди пока займи места.       Долохова глазами нашла четверку вечных спутников Малфоя и подумала, что он наверняка захочет сесть рядом с друзьями.       — Смотрите-ка, в наших благородных рядах завелась киска, — хищно облизнул губы Розье.       Этот тип был более всего неприятен Александре. Однако она постаралась сохранить самообладание.       — Ну, тогда тебе надо делать ноги, Розье. Крысы могут пострадать.       — Умную из себя строишь?       — А у тебя проблемы в общении с умными?       Мальсибер, Эйвери и Уилкис начали довольно улюлюкать.       Розье достал палочку. Девушка моментально отреагировала и достала свою.       — Ну-ну, приятель, — раздался голос Люциуса, — драться с дамой — нонсенс.       Тот хотел что-то возразить, но внезапно раздался свист. Начался матч.       Обстановка на трибуне была напряженная. Каждый раз, когда в кольца Слизерина залетал квоффл, кто-то так и норовил пихнуть Александру в бок или бросить что-то колкое. Когда Джеймс Поттер чуть не поймал снитч, Александра охнула и нервно подпрыгнула на месте, что сильно расстроило одного из слизеринцев.       — Убери отсюда эту девку, Люциус, — рывком поднялся с места Розье, — иначе я за себя не ручаюсь.       Малфой медленно встал и направил змеиный конец своей трости прямо на хама.       — Вон, — тихо произнес Люциус, сверкнув глазами.       Розье отшатнулся, затем развернулся и вылетел с трибуны. Больше никто не произнес ни слова.       Матч закончился победой Гриффиндора, после чего недовольные Слизеринцы поплелись в подземелья.       — Поздравляю, — сухо сказал Малфой Александре.       Девушка понимала, каких трудов ему стоит скрыть свое разочарование.       — Не расстраивайся, Люциус. Просто не повезло.       Парень кивнул и последовал за своими однокурсниками.       Долохова попыталась отыскать в толпе Лили и Алису, но девушек нигде не было видно.       — Теперь будешь в гадюшнике отсиживаться? — донеслось у Александры за спиной. Она обернулась.       Сириус Блэк шел следом, засунув руки в карманы джинс.       — По-моему, это мое дело, Бродяга, — спокойно ответила Долохова.       — Это имя для своих, — сказал парень, нахмурившись, — мы думали, ты своя. Я думал.       — В чем твоя проблема? — Александра начала заводиться.       — Моя проблема? — Сириус теперь стоял на расстоянии вытянутой руки, — проблема в тебе, Саша. В тебе и в Малфое. Скажи мне, зачем?       Александра снова обратила внимание на то, как Сириус ее назвал, но сказала только:       — Зачем что?       — Зачем тебе этот моральный урод? — Блэк помедлил, — ты его любишь?       — Наши семьи решили... породниться. Мы…       — Я не это спросил, — перебил Сириус и подошел совсем близко, — ты его любишь?       Александра была в замешательстве. Она не знала, что ответить на такой прямой вопрос. Девушка молчала.       — Я так и знал, — невесело ухмыльнулся Блэк, — не думал, что Александра Долохова — безвольная кукла.       Девушку возмутило подобное заявление.       — Да какое тебе вообще дело? — она скрестила руки на груди и вызывающе посмотрела на парня.       Блэк пожал плечами и ответил:       — Да так, повышенное чувство справедливости.       Парень развернулся и зашагал в сторону замка.       — Ты не понимаешь! — крикнула Долохова ему вдогонку, — у меня нет выбора.       — Выбор есть всегда, — ответил Блэк, не оборачиваясь. * двадцать восемь семей, чьи фамилии вошли в «Справочник чистокровных семей»