Другая вселенная

Они так не похожи. ㅤㅤㅤㅤㅤРядом с огненной Клэри Изабель будто бы теряется, но Саймон замечает её улыбку, её взгляд и её страсть — она готова с головой нырнуть в Сумеречный мир, лишь бы спасти лучшую подругу. ㅤㅤㅤㅤㅤ— Тебе лучше не лезть, Примитивная, — говорит Саймон и старается, честно старается сдержать недоброжелательность в голосе, но Изабель всё чувствует — у неё сверхъестественное чутьё на парней, которые ею пренебрегают. ㅤㅤㅤㅤㅤ— Вытащи голову из задницы и послушай меня, Супер-Крутой-Охотник, — парирует она. — Она моя подруга, и я люблю её, окей? Ты не заставишь меня отсиживаться в стороне. ㅤㅤㅤㅤㅤУ неё из оружия только характер, совершенно предсказуемо она погибает, однажды, и это разбивает Клэри сердце. Саймон хочет быть честным с ней — Изабель не простит ей обращения в монстра, но не может вымолвить ни слова. Он помнит улыбку, помнит глаза и с отчаянием решает, что она должна жить — хотя бы отчасти. ㅤㅤㅤㅤㅤИзабель возвращается другой или слишком-собой: теперь её не остановить, теперь не запереть за громоздким замком — она выломает плечом любую дверь, потому что всё ещё не признаёт ничьих авторитетов. Только Клэри, только её она слушает, только её «не надо» может усмирить девушку. ㅤㅤㅤㅤㅤОни лучшие подруги, но Саймон скрипит зубами от бессилия — его попытки защитить ту, которая вроде как не достойна его опеки, заканчиваются провалами. Изабель улыбается — но чаще не ему, а Клэри или даже Джейс, который Примитивную поначалу на дух не переносит, а потом как-то привыкает и даже проникается симпатией к её воинственному настрою. Изабель кидает искрящиеся силой взгляды — и снова не на него, снова куда-то мимо, но непременно рядом, по касательной. ㅤㅤㅤㅤㅤУ них не ладится — она искренне ревнует подругу к Супер-Крутому-Охотнику, а ещё терпеть не может, когда её не принимают всерьёз. Вампиризм даётся ей тяжело, но она не произносит ни слова в упрёк, она рождена, чтобы быть рядом и пожертвовать собой, когда нужно. ㅤㅤㅤㅤㅤ— Никогда не видел более безрассудную Примитивную, — признаётся Саймон и старается, честно старается вложить в эту фразу максимум неприязни и даже презрения, но он забывает, что у Изабель чутьё, чутьё на парней, которые не могут перестать о ней думать. ㅤㅤㅤㅤㅤ— Сочту за комплимент, — щурится она и улыбается — так, как никому прежде. — Но я больше не Примитивная, Супер-Крутой-Охотник. ㅤㅤㅤㅤㅤСаймон знает и не может не думать об этом. В Сумеречном мире ставки слишком высоки, чтобы такие, как она, оставались в списках выживших по окончании войны. Изабель может о себе позаботиться, но Саймон не простит себе, если с ней что-то случится. ㅤㅤㅤㅤㅤС её улыбкой. С её взглядом. И с её страстью, отблеск которой он только начал чувствовать на собственной коже.