White coma

Эта глава очень маленькая, извините .-. Возможно,следующую главу выложу уже сегодня. ------------------------------------------------ Спустя час, я таки соизволил выйти из ванной. Луи сидел на кухне, и видимо, ждал меня. -Луи, прости меня, я так больше не буду. - Попросил прощения я, стоя в дверях, опустив взгляд и теребя край футболки. -Ну неужели ты вышел. Не проси прощения, всё хорошо. - Заверил меня шатен, подойдя ближе. - Мы поругались с Зейном, снова. И он не отвечает на звонки, наверное, пьёт в каком-нибудь клубе. Знал бы он, как мне неприятно слышать про него. -Всё будет хорошо. -Конечно. Почти весь день мы провалялись на диване в гостиной, смотря телевизор и изредка обмениваясь незначительными фразами. В конце концов, мы так и уснули в гостиной. Утром Луи проводил меня на работу, а сам направился обратно, досыпать. Всё шло своим чередом, я всё ещё пытался выкинуть тот случай из головы и забыть его. Получалось плохо. Луи помогал, сам того не подозревая. Протирая стаканы, я отметил, что сегодня нет ни одного посетителя, неужто кафе утратило свою незначительную популярность? Мне же лучше, не нужно бегать от столика к столику, обслуживая старых толстых мужиков, и дам за 30 с похотливыми взглядами. В свой законный перерыв я решил не сидеть в подсобке с остальными, а выйти на улицу и подышать воздухом. Так сказать, насладиться летним ветерком и постараться поверить, что жизнь прекрасна. Внезапно, я почувствовал, как сзади меня кто-то стоит, резко обернувшись, я увидел перед собой того, кого меньше всего хотел когда-либо видеть. Зейн. -Ну как, попка болит? - Нагло улыбаясь, спросил он, подойдя ко мне вплотную и положив руку на мой зад. Я отскочил. -Не трогай меня! -Какие мы злые. Ну что, Луи пожалел тебя? - Спросил он, закуривая сигарету. Он ведёт себя так обыденно, будто произошедшее лишь шутка. -Я ничего не говорил ему. И вообще, чего ты пришёл? Я не хочу видеть тебя! -Правда? Знаешь, я тоже. Да, я тебя видеть не могу. Я тебя терпеть не могу. - Процедил он сквозь зубы, выплёвывая фразу мне в лицо, после чего просто развернулся и ушёл. Я помню, как слеза скатилась по щеке, и я, набрав номер Найла, умолял его приехать. Блондин приехал спустя час. Вообще, он единственный человек, которому я мог вот так позвонить и попросить приехать, зная, что тот не откажет. Это был единственный человек в моей жизни, который сейчас, сидя напротив меня в пустом кафе, выслушивал, искренне сочувствовал, и, главное, понимал меня. Ему тоже больно. Мы, в какой-то степени, братья по несчастью. Мы сидели с ним до конца моей рабочей смены. Я рассказал ему практически всё, он рассказал о себе. Я мог признать, что он мой друг. Серьёзно. Не так давно, я думал, что моим другом будет Луи. Я ошибался, таким другом стал для меня именно Найл, несмотря на ничтожное время знакомства с ним. Он - открытая книга, и сам рассказывает всё. Из него не нужно ничего вытаскивать, допытывать, выяснять. Он отличный парень, именно его мне и не хватало. Следующие четыре дня мы виделись с Найлом каждый день, он приходил ко мне в кафе и мы разговаривали обо всем. Было приятно общаться с этим милым ирландцем. Каждому бы такого человека, и грусти в мире стало бы намного меньше. Несмотря на свою боль, он солнечный парень. Я был благодарен ему. Луи я, конечно же, ничего про Найла не сказал. Кстати, Луи до сих пор не заметил мои синяки, которые, к слову, уже почти сошли. Наверное, он просто не смотрит на меня. Ну а чего меня разглядывать? Мы больше не лежали вместе на моей кровати, он не обнимал меня. Должно быть, боится, что я захочу поцеловать его. Мне хотелось, не буду скрывать, но мне многое нужно было терпеть. Я терплю любовь к нему. Мне больно из-за того, что её не разделяют. И когда эта боль утихнет, я не знал.