Танцы с Дьяволом в Аду.

Salted World — Sia

      — Лилит? Лилит! Вы слышите меня?! — с беспокойством повторяла, нервно тряся демоницу за плечо, напуганная психотерапевт. Она уже было стремительно направилась на кухню, чтобы принести пузырек с аммиаком, но, услышав вдруг позади себя болезненный стон, поняла, что он не понадобится.       Нет, на практике Линде попадались странные клиенты, но чтобы свалиться «замертво», да ещë и в таком «образе» после окончании их дискуссии — такое с ней было впервые. Хотя, если посчитать, что это было из-за еë блестяще проведенного анализа состояния своего пациента, то тут ей можно было только поаплодировать за хорошую работу. Однако, доктор понимала, что это совсем не так, потому что Лилит выглядела нездорово, бледная с каждой секундой только больше, почти не дыша. Линда пробежалась взглядом по своей собеседнице, стараясь не показывать своего испуга.       — Доктор Мартин? Что случилось? И почему я лежу на диване? — открыв медленно глаза, хриплым голосом спросила женщина, смотря на Линду почти «стеклянным» взглядом. Голова кружилась, всё тело предательски болело, а руки тряслись. Демоница не хотела вновь возвращаться к этой боли, ощущать еë вновь. Однако, в этот раз что-то явно было не так, и она это понимала.       — Вы разве не помните? Вы что-то сказали мне, а затем упали в обморок, — она всё-таки удивленно уставилась на Лилит, присев рядом на самый край дивана. А потом улыбнулась, нежно поглаживая демоницу по плечу. — Если вы хотели меня напугать, то у вас получилось.       — Линда, я прошу прощения. Со мной уже все в порядке, правда. Не могли бы вы помочь мне встать? — обратилась с мольбой в глазах Лилит к женщине, подавая ей свою руку. Доктор взяла еë, отмечая про себя холод, исходящий от всего тела брюнетки и слегка дрожащую ладонь. Демоница встала, но, сделав всего один шаг, оступилась, потянув за собой Линду настолько сильно, что они вдвоëм мгновенно повалились на диван.       — Я так не думаю. Вы переутомились, и вам лучше отправиться в кровать. Думаю, Мейз будет не против, если вы переночуете в еë комнате, — снова поднявшись, нервно засмеялась психотерапевт, осторожно помогая женщине проделать то же самое. Они начали плавно продвигаться в сторону спальни: Лилит положила руку на еë плечо, пока Линда в свою очередь слегка поддерживала еë за талию с другой стороны, чтобы демоница могла неторопливо двигаться за ней.       — Она что, ещë не вернулась?       — Нет. Но не беспокойтесь это же Мейзикин, еë ночами дома не бывает, я уже привыкла.       — А теперь прошу, оставьте меня, — внезапно серьезным тоном произнесла демоница, потирая виски и закрывая перед женщиной дверь. Она внутренне пыталась бороться с этой мучительной, адской слабостью, но ничего не помогало, да и Линда уже, если честно, начала действовать ей на нервы.       — Если что-нибудь понадобится, знайте, я рядом, — тихо, но понимающе донеслось с другой стороны.       — Благодарю, — прошептала она, пытаясь сосредоточиться, вновь закрывая глаза.       К ней постепенно начало возвращаться сознание и понимание всего происходящего. Лилит давно уже не чувствовала такого недомогания. Всë уже должно было закончиться, вот только боль была другая, она была необычная — это не давало ей покоя. Она проникала в самую глубину души, буквально задевая сердце, сжимая его настолько ощутимо, что перехватывало дыхание. А этому было только одно логичное объяснение…       «Люцифер...С ним что-то случилось...», — промелькнуло у неë в голове, прежде чем тело подтвердило еë догадки, отзываясь ещë более острой болью. За столько лет проведенных вместе в Аду, она научилась чувствовать его и слышать. Вот только сейчас Дьявол был не в обычном мире, а там, где он не имеет никакой власти, там где всë подчиняется только ей… В царстве кошмаров.       Любая другая бы на еë месте продумала бы более четкий план, а может, превратил бы это в хорошо отыгранную месть, манипулируя мужчиной там, где он был бессилен. Но не хватит гордости всех женщин мира, чтобы устоять перед тем, кого ты любишь, даже после всего случившегося. Она нужна ему. Сейчас. Как никогда.

***

Skyfall — Adelle

      Мир кошмаров… Что может быть ужаснее и прекраснее одновременно? Кромешная темнота, в которой в моменты нашего сна воображение придумывает действительно пугающие и невероятные иллюзии, заставляющие нас поверить в то, что это реальность, и никак не позволяющие проснуться. Древние сказания об этом месте весьма правдивы, но не до конца, как хотелось бы. И эту историю знают лишь немногие, а именно те, кто был в ту злосчастную ночь рядом с ней.       Уходя из Эдема, Лилит прокляла Бога, всех детей его, приближенных и тех, кто был верен ему. Поклялась, что каждую ночь будет насылать кошмары, доводящие до безумия, настолько ужасающе, что они будут молить о смерти, лишь бы не испытывать этого снова. Вот только, полюбив Люцифера, и осознав, что это не взаимно, Лилит окончательно поняла, что передумала — ей стало неинтересно. Да, у неë была здесь безграничная власть, ведь с помощью кошмаров она могла подчинить себе каждое живое существо в этом мире и за его пределами, но она хотела совсем другого. Она хотела настоящей любви…       Каждый раз, считая дни после ухода Дьявола из Ада, Лилит начинала сбиваться со счета, закрываясь в себе только сильнее и сильнее. И в этом «мире» она нашла свое утешение, проводя там всю ночь, а на утро вновь возвращаясь к своим привычным обязанностям. Демоница отвлекалась, чтобы не мучать себя во сне этими убивающими мозг мыслями. Однако из-за своих приятных воспоминаний, мешающих ей сосредоточиться, она стала только больше ненавидеть это место. После чего решила больше никогда не возвращаться, но, видимо, судьба распорядилась иначе.       Еë появление заставило мужчину, стоящего где-то в самой глубине мрака, вздрогнуть от неожиданности. Лилит огляделась. Здесь не было ничего: абсолютная пустота, дающая простор для ужасающих игр воображения, и Люцифер, находящийся на грани истерического припадка, один в этом безлюдном пространстве — эти два факта идеально дополняли друг друга.       — Лилит, оно повторяется, снова и снова. Я будто в Аду. Что это такое? — произнёс наконец он, прерывая долгое молчание, оторвал руки от головы и поднял на неë свой бешенный от страха взгляд. Люцифер оказался здесь совершенно случайно, а если быть точнее, то по вине Мейз, ведь она его ударила настолько оглушительно, что мужчина буквально вырубился. Любому, кто зашел бы в пентхаус после еë ухода, представилась бы довольно нелицеприятная картина — Дьявол лежащий без сознания, посреди гостиной, в луже собственной крови. И сейчас он сам выглядел не менее пугающе: рубашка и пиджак были порваны, голова разбита, ссадины на руках, лице, шее и сломанный нос. Он не мог отрицать, что не спал, наоборот: он знал, что это сон, но легче ему от этого не становилось.       Демоница искусно сделала вид, что не обратила на это внимание, а вот он заметил почти зажившие черные гематомы от своих пальцев на еë бледной шее. Он попытался прикоснутся к ним, но не стал продолжать, увидев как она резко от него дернулась, получив еë короткий холодный ответ: — Не трогай меня.       С самого начала заявившись сюда, она надеялась услышать извинения или хотя бы возможные слова прощения, однако демоница поняла, что вновь ошиблась, видя как Люцифер обеспокоен своим состоянием, и только им. Мужчина как будто забыл про то, что произошло буквально каких-то пару часов назад, переживая за самого себя. Она зря надеялась на то, что сможет с ним обсудить хоть что-нибудь из того, что советовала доктор Мартин.       — Это пытки, на которые ты сам себя обрек — твой страх, — Лилит безэмоционально, но всë же решила ответить на так мучающий его вопрос. Она уже не сомневалась в том, что он позвал еë собственно для этого. И ни для чего более.       — О чем ты говоришь?       — Каждую мою ночь. Каждую чертову ночь проведенную здесь, с тобой, ты звал еë. Выкрикивал во сне еë имя, пока я, глотая слезы, пыталась тебя успокоить, — она подавила нервный смешок и подступающий к горлу ком боли. Противная ревность мешала ей взять под контроль собственные чувства.       — Хлоя... Но я не понимаю, — Дьявол отрывками начал вспоминать, вот только у него плохо получалось. Что-то не давало ему этого сделать.       — Покажи мне. Покажи мне его, Люцифер, — демоница медленно подошла к нему, пытаясь заглянуть в эти черные, такие любимые, но такие пустые глаза. Однако он не дал ей этой возможности — сразу же отвел взгляд.       — Показать что?       — Свой кошмар.       Мужчина понял, что сопротивляться нет никакого смысла и молча повиновался еë просьбе. Дьявол закрыл глаза, и они моментально оказались в холле его пентхауса, ставшим за эти девять лет для него самым лучшим домом. Но это был обман, всего лишь иллюзия, придуманная его фантазией.       — Люцифер, ты должен меня понять! Когда я увидела твое дьявольское лицо, мне пришлось сбежать, чтобы все обдумать, понимаешь? И каким-то образом я оказалась в Риме, отец Кинли нашел меня. Конечно, я не должна была ему рассказывать, но в тот момент мне казалось, что он понимает, что я чувствую, — детектив, как живая, стояла перед ним в своем глупом голубом свитере, извиняясь за все случившееся.       Ему все казалось таким настоящим: его гостиная, виски в стакане, рояль и даже тихо играющая на заднем фоне музыка. Всё, кроме неë. Вновь Дьявол вернулся к их разговору с Хлоей, мучаясь от сильной душевной боли. Для него это являлось пыткой, которая не давала ему проснуться, заставляя болезненно испытывать всё снова и снова. Он никак не мог контролировать это, только сильнее погружался в тихий ужас, который создало его воображение.       — Какая жалость. Она думала, что так будет лучше, — Лилит наигранно вздохнула, подходя из-за спины к девушке, после чего плавно провела по еë плечу, прямо как тогда на работе. — А что, если в ту ночь она бы сделала то, что хотела, подсыпав тебе снотворное в вино. Ты ведь этого боишься, верно? — ухмыляясь поинтересовалась у Дьявола женщина, а затем щелкнула пальцами. Из рук «Хлои» выпал маленький пузырек, прокатившись по мраморному полу к самым ногам мужчины.       Люцифер почувствовал, как стало катастрофически не хватать воздуха в легких. Дьявол вцепился в свою рубашку, пытаясь снять еë, ошибочно полагая, что ему всего лишь стало душно. Мужчина схватился за горло, начиная кашлять и отплевываться от сгустков крови, ему стало казаться, что он умирает. Пусть он сам и понимал, что этом, чертовом маленьком флакончике было всего лишь снотворное — его разум отказывался принимать эту мысль, считая, что это реальный яд, параллельно придумывая самые страшные последствия его принятия.       — Осознай свою слабость Люцифер! Прими реальность и освободись от ужаса! — крикнула Лилит, не в силах больше смотреть на его страдания и как он задыхается.       — Нет. Нет. Лилит я... Не могу... — захлебываясь кровью, произнес Дьявол, отходя от неë всë дальше и дальше к балкону. Только вот он забыл, что они были не в Лос-Анджелесе, где за окном шумела оживленная улица, а в своем кошмарном сне, где внизу был обрыв и плескались глубокие темные воды его сознания, ударяясь об острые скалы.       Один шаг. Два. Три. Хруст. Треск. Стекло, словно в замедленной съёмке разбилось за ним, рассыпаясь мелкой крошкой от его ног. Не удержав равновесия, мужчина сделал шаг уже в пустоту, падая в самую бездну своих мучений…       — Люцифер! — еë пронзительный крик как лезвием рассек воздух и в тот же момент, ни секунды не раздумывая, она кинулась за ним. Демоница видела, как страх парализовал всë его тело. Он даже если бы и мог, то все равно бы не раскрыл крылья. Женщина, в полёте, быстро настигла его, крепко вцепившись в лацканы его пиджака и теперь они уже падали вдвоем.       — Смотри на меня. Смотри на меня! Не отводи взгляд, — повторяла она как ненормальная, дрожа всем телом от ледяных порывов ветра, пытаясь обхватить его лицо двумя руками, не позволяя ему смотреть вниз. Лилит прекрасно понимала что от этого станет только хуже. В конце концов, ей удалось это сделать.       И только сейчас, смотря на него, демоница поняла, что это их конец. Они больше никогда не увидятся. Завтра еë заберут в Ад и казнят, за то, что она вернулась без него, а остальные демоны отправятся уже лично на землю за Люцифером, и что будет дальше - известно только одному Богу. И сам Дьявол даже понятия об этом не имел. Он ничего не знал.       Всё, что Люцифер помнил после, так это то, как они нырнули с головой в этот черный омут, опускаясь на самое дно. И как он почувствовал легкое прикосновение: чужие мягкие губы со вкусом обжигающих слëз накрыли его. А затем темнота… Проснулся он уже на холодном полу в пентхаусе, как будто ничего не было, и Мейзикин ушла совсем недавно. Но мужчина мог поклясться, что он точно слышал отдаленное тихое «прощай» и ощущал на губах мокрый смазанный поцелуй.       Воспоминания ударили ему в голову. И как он сразу не подумал?! Этот кошмар был не просто случайностью, он в точности повторял его не менее страшный сон: Хлоя, крылья, еë смерть. Только теперь все было наоборот. Там была Лилит. Она спасла его.       Он быстро поднялся, пробуя привести себя в порядок, хотя ванна ему бы точно сейчас не помешала. Дьявол подошёл уже к своему балкону, закуривая на ходу сигарету, однако ветер выбил еë из рук. Как и вторую, третью и четвертую. Люцифер сразу же понял, что это проделки его папули, и потому обратился к безмолвному звëздному небу, которое в эту ночь было особенно красиво, не надеясь на то, что тот сможет его услышать.       — Отец, скажи мне, мы всегда получаем то, что заслуживаем?

Way Down We Go — KALEO

***

Lost — Alexandre Desplat

      Проснувшись утром и покормив Чарли, Линда направилась в комнату к Лилит, чтобы узнать о еë самочувствии, но зайдя внутрь, она обнаружила, что спальня была пуста, только одно окно было открыто, с едва трепыхающимися занавесками. Единственное что удалось заметить — шелковый халат, некогда принадлежавший Лилит, лежал на кровати, а несколько вещей из гардероба Мейз пропали.       «Она сбежала...», — сделала короткое заключение психотерапевт, всë ещë не веря в увиденное. Она схватилась за голову, внутренне пытаясь успокоиться и не начать нервничать прямо сейчас. Женщина думала, что они все выяснили и демоница оставила эту идею с возвращением в Ад, но, похоже, доктор Мартин ошибалась. Какой глупой она казалась сама себе сейчас. Опрометчиво было вообще оставлять еë одну в эту ночь. Мейзикин просто напросто не простит еë.       Из раздумий еë вырвал звук открывающейся входной двери и громкое: «Линда, я знаю, что ты дома!» Психотерапевт выглянула комнаты и сразу заметила Люцифера, сидящего на еë диване. Уж кого, а его она точно не ожидала увидеть этим солнечным днем у себя в гостиной. Доктор Мартин взяла себя в руки, все еще борясь с волнением, вот вот наровившем выдать еë с головой. Она должна была взять ситуацию под контроль.       Женщина так бы и стояла, раздумывая свой дальнейший план действий, если бы не завибрировавший вовремя телефон, оповещающий о новом посте мисс Лопез на фейсбуке, где на фотографии рядом с ней была Лилит.       — Значит она сейчас с Эллой, но надолго ли? — сказала себе Линда, выдыхая спокойно. Ситуация становилась еще более непонятной, но зато теперь Доктор Мартин знала где демоница, и могла не беспокоится за то, что с ней случится.

***

Hurts Like Hell — Fleurie

      — Доктор Мартин, доброе утро.       — Люцифер? Что ты здесь делаешь?       — Да вот, решил проведать племянника, разве не видно?       — Ты выглядишь, как черт. Посмотри на себя! Весь в крови и рваной одежде. Такое ощущение, что ты не спал по меньшей мере несколько недель. И мне кажется, что ты явно не ради Чарли сюда приехал.       — Я просто устал. Все нормально.       — Ты ничего не хочешь мне рассказать?       — Нет.       — Люцифер, я видела еë. Расскажи мне, что вчера произошло.       — О, так ты говоришь о моей демонице. Она и здесь уже успела побывать. Невероятно! Интересно, что ты от неë узнала.       — Я хочу послушать эту историю с твоей стороны.       — Я не собираюсь тебе рассказывать об этом, Линда. Эта тема — единственное, чего тебе знать не стоит. Ты не понимаешь, она...       — А ну быстро сел! Немедленно!       — Хорошо, хорошо. Только перестань кричать.       — Нет, это ты перестань нести чушь! Люцифер, пойми меня правильно, я просто хочу помочь.       — Я не просил у тебя помощи.       — Тогда зачем пришел?       — Ну ладно! Да! Уговорила, я расскажу... В общем, вчера Лилит ушла не просто так, мы... Поругались. И я... Я не сдержался... Я ударил еë. Я никогда не бил женщин, но...       — Ты считаешь, что поступил правильно?       — Я... Я не знаю, ясно?! Она во всем виновата — довела меня, а я не для того покинул Ад, чтобы попасть в другой! Она меня с ума свела.       — Женщины это умеют, но это совсем не значит, что их можно бить. Я уверена, с Хлоей ты бы так не поступил. Почему она была здесь? Что заставило еë покинуть Ад?       — Я. Она пришла за мной. Думая, с чего-то, что я отправлюсь вместе с ней. Сама наивность!       — Ты многого не знаешь.       — Я знаю предостаточно, доктор Мартин, чтобы делать какие-либо выводы. Да и потом, еë появление было здесь не напрасно. Она мне достаточно помогла.       — Помогла с чем? С Хлоей? Ты же использовал еë.       — Еë страсть привела к уступкам, а они к полному подчинению. Не забывай, в отличие от тебя, я разбираюсь в сексе, похоти и манипулировании.       — Люцифер...       — Даже не верится! Столько лет прошло после Преисподней, а она совсем не поменялась. Наше первое совместное утро прошло так, как я и планировал. Мы просто изголодались: она — по мне, а я — по сексу. Какая идиллия!       — Я тебя не узнаю... Что с тобой происходит?       — Я и сам не понимаю. В любом случае, это не важно. Что произошло вчера — останется только между мной и ей.       — Знаешь, как только она появилась на пороге моего дома, то сразу напомнила мне одну женщину, такую потерянную и беспомощную...       — О ком ты говоришь?       — О твоей маме. Богине Мироздания. Интересно, как она бы отреагировала на неë?       — Ты правда хочешь узнать, что об этом думала самая невыносимая женщина в мире? О, если бы ты только могла себе представить, насколько сильно эти две женщины сблизились за время проведенное в Аду! Лилит была еë личным мучителем до Мейз, и осталась им после еë ухода. Моя мама просто обожала Лилит и считала достойной спутницей для меня. Еë... Но не Хлою. О как же меня это раздражало... Прошли тысячелетия, а я так до сих пор и не понял, почему. Может быть, Лилит говорила с ней, что категорически было запрещено или они хорошо понимали друг друга с самого начала, так что я даже не отрицаю того факта, что именно она выпустила еë из Ада. Прости, что вновь затронул эту тему. Я знаю, как ты к ней относишься. Ведь моя мать причинила тебе...       — Это в прошлом, Люцифер. А ваша сделка?       — Как сказал один мудрый человек: «Женщины отдаются Дьяволу, когда Бог уже не желает иметь с ними дело.» Так и произошло. А как ты знаешь, при сделке с Дьяволом простых решений не бывает. В противном случае, я был бы не Дьяволом, а обычным шарлатаном в безвкусном наряде. Но ведь перед тобой обольстительно-красивый мужчина, в костюме от «Prada». Я никогда не предложу человеку выбор между хорошим и плохим. Потому что для большинства людей выбор очевиден. Большинство из вас, вставая перед выбором, даже невероятно сложным и коварным, все равно предпочтут злу добро. Поэтому я всегда предлагаю выбирать между плохим и наихудшим. Даже в наивысшие моменты своего величия я не предложу выбор между Раем и Адом; я лишь позволю выбрать между Адом и Адом, но не более. Я предложил ей условия и она согласилась на них.       — Ты знал о еë чувствах?       — Да, меня всегда забавляли признания в любви, особенно если она безответная.       — Ты не можешь винить кого-то за его чувства.       — Я знаю, но это чувства, над которыми она не властна.       — Ответь мне на вопрос, что хуже: заниматься любовью, не любя, или любить, не занимаясь любовью?       — Второе.       — Почему ты так думаешь?       — Лилит совершенна, идеальный оплот разврата и похоти. Не было ничего такого, чего бы мы не попробовали. Однако, она другая и видит во мне тоже совершенно иного человека. С ней у меня одновременно есть все и также ничего. Она не детектив...       — Я только не могу понять: после того случая ты же спускался в Ад, ради Хлои, мамы, брата Пирса, неужели она не видела тебя?       — Она знала, что я был там, но Ад безграничен, и если что-то происходит в одном месте, это не значит что за этим можно было уследить.       — Лилит ведь разделила с тобой твою боль и хотела просто помочь. Может быть, она хочет доказать, что у нее в жизни есть предназначение, с душой она или без. Каждый из нас хочет с чем-либо себя связать, Люцифер. Или с кем-либо. Ты никогда не думал об этом?       — Моя боль — это только моя боль. Она никогда и никого не интересовала, так всегда было и так всегда будет. Она останется только со мной. А насчет второго — я не задавался таким вопросом.       — Ты так в этом уверен? То есть ты хочешь сказать, что после ухода из Ада не думал о ней? Не пытался заглушить в себе эти мысли? Через алкоголь, женщин, и работу?       — Нет... То есть, да так и было. Пока я не встретил детектива.       — Помнишь, мы говорили что ты ушел из Преисподней, потому что хотел найти кого-то? Мы тогда остановились на Хлое, и вроде бы пришли к какому-то выводу, но что если ты бежал от кого-то? Скажи мне правду Люцифер, ты ни разу за все наши сеансы не рассказывал о ней, почему?       — Правда в том... В том что я... Я испугался этих чувств. Я не понимал, что между нами происходит — однако, понял что не могу это контролировать. Она всегда была рядом со мной, поддерживала, понимала и принимала меня таким какой я есть. А потом я решил сбежать, от нее, подальше от Ада и проблем, чтобы отдохнуть и вкусить жизнь на Земле, но задержался.       — Потому что познакомился с Хлоей?       — Да. С только наших разговоров с тобой, и я наконец понял, что это было. И вот она явилась за мной, ничуть не изменившаяся. Красавица, за которую готовы драться не только демоны в Аду. И я сорвался. Вспомнил наши прошлые времена и не смог остановится. А ещë у меня состоялся разговор с этим кретином Дэниелом, который высказался о нас с ней. Мне казалось, я стал смотреть на неë по-другому. Вчера, в клубе, я был готов разорвать любого, кто приблизится к ней, хотя бы на метр. Даже если это будет это нелепое подобие идиота.       — Эмоции нельзя предугадать, Люцифер. Ты приревновал еë к нему?       — Нет! Ты что?! Я бы никогда... Я и ревность. Совершенно несовместимые понятия.       — Но ты ведь испытывал подобное. Что было, когда ты увидел Хлою с лейтенантом Пирсом?       — Очевидно.       — Люцифер, послушай меня. Она любит тебя. И поверь, мне горестно и мучительно видеть любовь, которой из-за тебя суждено остаться безответной. Тебе нужно сделать выбор. Потому что еë любовь настоящая, она желает, чтобы ты был счастлив, потому что для неë это важнее. Даже если то, что происходит между вами не взаимно. Разве тебе это не знакомо?       — Почему я за неë переживаю?! Почему я чувствую ответственность?!       — Потому что где-то в глубине души, ты всë еще любишь еë. Ты подавляешь в себе эту боль и чувство сожаления, за то что Хлоя так и не смогла тебя принять и за то, что ты причинил Лилит.       — Я запутался.       — Я знаю, но поверь мне. Ты можешь быть у неё не первым, не последним и не единственным. Она любила перед тем, как полюбила снова. Но если она любит тебя сейчас, что ещё тебе нужно? Она не идеальна, но ведь ты тоже, и вы оба никогда не будете идеальными вместе. Но если тебе хорошо с ней, тем более подумай дважды: если она принимает тебя таким, какой ты есть, позволяет делать с собой все что пожелаешь, и давать ей всё, что ты можешь. Она может думать о тебе не каждую секунду, но она может отдать тебе часть себя, потому что она знает — ты можешь разбить её сердце. Так не рань её, не меняй её, не анализируй и не ожидай от неё того, что выше её возможностей.       — Линда... Что же я наделал...       — Ты должен поговорить с ней. Она у Эллы, в департаменте.       — То есть, ты даже сейчас не станешь меня отговаривать из-за прошлых чувств к детективу? Почему?       — Люцифер, я в первую очередь твой психотерапевт, а потом уже подруга Хлои. Явсегда стараюсь разграничтвать личные и рабочие отношения. И теперь я спрошу тебя, Дьявола, скажи, чего ты истинно желаешь?       — Я хочу, чтобы она вернулась ко мне.       — Так скажи ей.       — Да…