Часть 7. Глава 9
24 мая 2024 г., 22:20
* * *
На столе перед Геллертом Гриндельвальдом лежало три самых ценных в мире артефакта. Мантия-невидимка. Воскрешающий камень. И старшая палочка. Наконец-то! Все вышло ровно так, как он и предвидел! – Теперь-то вы можете воскресить моих родителей и бабушку? – требовательно спросил Невилл Лонгботтом. – Да, – кивнул Гриндельвальд. – Однако осознаешь ли ты, mein junger freund, что их связь с Древними никуда не уйдет? Их принесли в жертву, следовательно, даровали Древним Богам. – Вы тоже связаны с Древними, – заметил Лонгботтом. – И, полагаю, теперь, когда вы владеете всеми тремя Дарами Смерти, вы сумеете защитить моих маму и папу. – Как и всех, кто последует за мной, – сказал Геллерт. – Ты же понимаешь, Невилл. Я верну твоим родителям жизнь, но моя власть над их душами... она никуда не денется. Им придется остаться со мной и остальными ренегатами. А как же ты? Ты оставишь своих родителей? Или же присоединишься к ним и ко мне? Невилл помедлил. – Прежде чем я дам вам ответ на этот вопрос, – сказал он, – мне следует рассмотреть все существующие варианты. Настоящий Темный Лорд вернулся оттуда, откуда не возвращался еще никто и никогда. Мне хотелось бы знать, что именно он предлагает. – Что бы он ни предлагал, он готов это предложить только магам, свободным от клятвы Древним Богам, – заметил Гриндельвальд. – Ни я, ни твои родители к таковым магам не относятся. К тому же ты украл палочку у Грейнджер, а она, насколько я понимаю, в настоящий момент также находится на стороне истинного Волдеморта. – Грейнджер – иерофантка, – парировал Невилл. – Даже если она как-то помогла Темному Лорду вернуться в этот мир, вряд ли он примет ее дальнейшую службу. Если, разумеется, он не нашел какого-то способа освободить магов от клятвы Древним Богам. Гриндельвальд поморщился. Вероятность того, что Волдеморт сумел найти решение проблемы, которую так и не смог решить Гриндельвальд, весьма била по самолюбию старого волшебника. – Как минимум, нам стоит выслушать то, что собирается поведать Темный Лорд, – сказал Геллерт. – Иди, спустись в Большой зал и узнай, о чем тот будет вести речь. Какое бы спасение он не нашел для волшебников, весьма вероятно, что им смогут воспользоваться и ренегаты. А потом мы вместе примем решение о том, что следует делать дальше. Несмотря на твою молодость, mein junger freund, многие маги из Лиги независимых волшебников охотно прислушиваются к твоему мнению. Даже бывшие министерские служащие. Ты представляешь одну из сторон силы, Невилл, и если ты скажешь «нет» на предложение Волдеморта, многие волшебники охотно согласятся с тобой. – Прежде чем я скажу «нет» или «да», я должен узнать, о чем будет идти речь, – сказал Лонгботтом. – А если выбор встанет между следованием за Волдемортом и твоими оживленными родителями? – лукаво прищурился Гриндельвальд. – Если Темный Лорд сочтет, что ренегаты не заслуживают спасения?.. – Значит, моих родителей спасете вы, – ответил Невилл. – Вы в любом случае обещали сделать это взамен на старшую палочку. Что же до меня... Я пойду за тем, кто предложит Лиге независимых волшебников лучшие условия для выживания. Мы – союзники, герр Гриндельвальд. Однако свою душу я Древним Богам не отдам. Даже во имя спасения родителей. Потому что, как вы уже упомянули, многие маги из Лиги прислушиваются к моим словам. И я не хотел бы их подвести. Когда Невилл покинул кабинет прорицаний, спеша в Большой зал – услышать, о чем будет вести речь Волдеморт, Перенелла Фламель отменила дезиллюминационное заклинание и предстала пред Гриндельвальдом. – А вот и ты, моя дорогая, – со смешком произнес Гриндельвальд. – Боюсь, с местью ты опоздала. Или ты не за этим пришла? Желаешь, чтобы я воскресил Николаса? – Николас подождет, – ответила Перенелла. – Куда больше твоего обретения власти, Геллерт, меня беспокоит возвращение Темного Лорда. Ты осознаешь, что фактически Волдемортов теперь два – а значит и власти у них в руках вдвое больше? – И почему меня должно это беспокоить? – лениво приподнял бровь Геллерт. – Потому что Волдеморт, с самого своего появления как лидера волшебного мира был нацелен на войну, – сказала Перенелла. – Я не верю в то, что он все это время искал спасения для волшебников. Скорее всего он утолял свои амбиции. Искал еще большей власти. И волшебников, которые пойдут за ним, он поведет не к спасению, а в очередную бойню. – Уверенные слова для волшебницы, которая пока что не знает, что именно собирается сказать Волдеморт, – заметил Гриндельвальд. – И что же ты предлагаешь? – Нам нужен тот, кто всегда олицетворял фигуру, противостоящую Темному Лорду, – сказала Фламель. – Нам нужен Альбус Дамблдор. Гриндельвальд рассмеялся и пару раз хлопнул в ладоши. – Браво, моя дорогая! – сказал он. – А с чего ты взяла, что воскрешенный Дамблдор предпочтет мои идеи идеям Волдеморта? – Ты собрал все три Дара Смерти, – пожала плечами Фламель. – Ты Повелитель Смерти. Отчего бы мертвецу не подчиниться тебе? – Мы не можем знать, что это работает именно так, – заметил Гриндельвальд. – До сего момента полноценного воскрешения мертвых еще никогда не происходило. – Вот и проверим, – сказала Перенелла. – Даже если воскрешенный Дамблдор останется верен себе, а не твоим идеям, он все равно будет оппонентом Волдеморта – а это нам и нужно. К тому же, если учесть, как он умер... думаю, душа Альбуса ныне принадлежит Древним Богам. После воскрешения у него не будет иного выбора, кроме как присоединиться к ренегатам. – Что ж, почему бы и нет? – пожал плечами Гриндельвальд. – Буду честен: меня весьма привлекает твоя идея, meine beste. Воскресить Дамблдора, к тому же, возможно, обрести над ним некую власть... это не может не искушать. Попробуем! Гриндельвальд взял старшую палочку и указал ею на воскрешающий камень. Повинуясь его волшебству, кольцо с камнем взлетело в воздух и завертелось вокруг своей оси. Между Геллертом и Перенеллой появилась призрачная фигура Дамблдора. Сначала дымчатая и размытая, словно видение; с каждым поворотом кольца она все сильнее обретала свою материальность. Наконец, легкие Дамблдора расширились, и старый волшебник сделал свой первый вздох. Гриндельвальд схватил мантию-невидимку и поскорее набросил ее на плечи Альбуса, защищая того от взгляда смерти. – Добро пожаловать назад, mein alter freund, – сказал он. Дамблдор печально посмотрел в глаза Геллерта. – Что же ты наделал... – тихо сказал он. Перенелла расхохоталась. В тот же миг и Геллерт осознал, что же он натворил. Давным-давно он дал Непреложный Обет – поклялся, что не прикоснется к старшей палочке без соизволения на то Аберфорта Дамблдора. Скреплял этот Обет Альбус Дамблдор. Покуда он был мертвым, Обет считался недейственным. Однако, после того, как Альбус воскрес... С воплем ужаса Гриндельвальд протянул скрюченные судорогой пальцы к мантии-невидимке. Однако было уже поздно. Кара за нарушенное слово настигла Геллерта. Его сердце лопнуло, словно перезрелый арбуз. Гриндельвальд упал на пол кабинета прорицаний мертвым. – Это тебе за Николаса, – зло прошептала Перенелла и посмотрела на Альбуса. – Что же, поздравляю с воскрешением. Полагаю, теперь Повелителем Смерти являетесь вы? – Увы, но боюсь, что нет, – печально улыбнулся старой союзнице Альбус. – Для тех, кто уже побывал по ту сторону, Дары Смерти не более чем бесполезные игрушки. К тому же я теперь связан с Древними Богами, и скоро эта связь, боюсь, даст о себе знать. Нет, эти артефакты не для такого, как я. Однако я знаю того, кто воистину достоин титула Повелителя Смерти и не растратит дарованное Дарами Смерти могущество понапрасну. – Невилл Лонгботтом? – предположила Перенелла. Дамблдор загадочно улыбнулся. Он взял старшую палочку из оледенелых пальцев Геллерта и взмахнул ей, сотворяя патронуса. Спустя некоторое время стена кабинета прорицаний с чваканьем раскрылась, и в помещение вступил Салазар Слизерин.* * *
Это происходило одновременно по всему миру. Все культисты Ордена Древних, достигшие ранга адепта, чувствовали это. Словно какие-то древние инстинкты вели их. Культисты собирались в группы по двадцать – двадцать пять человек и становились в круги, в центре которых они чертили бороздки причудливой фигуры: диагональная линия чуть выше центра круга и причудливые, словно свисающие с нее, волнистые извивающиеся линии в количестве трех штук – все разной длины. Фигура простая и, вместе с тем, завораживающая. Культисты взрезали запястья и наполняли бороздки линий собственной кровью. Человеческой кровью. – Мнглв'шт ср'блв ттул Азатот хоорк'тса фхтагн, – читали они торжественную литанию. – Ет Ньярлатотеп кулл'п фхтагн. Йа! Ет Дагон фхтагн! Йа! Ктулху фхтагн! Йа! – Этой кровью мы открываем последнюю Печать, – слышали те их них, кто выучил пнакотический язык в совершенстве. – Кровью для Дагона, что взбаламутит воды над Р'льехом! Кровью для Ктулху, спящего под последней Печатью на узилище! Кровью смертных, которая имеет власть вернуть Древних Богов в этот мир! Йа! Тут и там культисты падали бездыханными, пролив слишком много своей человеческой крови. На их место, оттащив тела в сторону, вставали их собратья, еще не задействованные в ритуале. Реальность трещала по швам. Осколки небес сыпались на головы культистов, подобно снегу. Океан вспучился; его волны нахлестывали на берег, словно при наводнении. Из подводных глубин медленно выплывал Р'льех: затянутая водорослями циклопическая кладка; кошмарный город-могильник, возведенный за миллиарды лет до начала человеческой истории гигантскими пришельцами с темных звезд. В его затонувших илистых склепах покоился как сам великий Ктулху, так и бесчисленные полчища его порождений – откуда они сквозь века слали причудливые видения, отражающиеся в чутких снах провидцев и прорицателей. Культистам пришлось проделать немалый путь, чтобы открыть Древним Богам проход на Землю. Поначалу это казалось практически недостижимым. Но к концу истории ни один культист уже не сомневался в том, что они – победили. Все Древние Боги приходили извне – за исключением самого последнего. Великий Ктулху с самого начала был здесь, на Земле. Он спал, и видел сны, и ждал, когда, наконец, настанет время пробудиться. И это время настало.* * *
Большой зал был набит битком. Ни один волшебник не желал пропустить речь прибывшего из иного мира Волдеморта. Разумеется, самые значимые в настоящий момент маги сидели за преподавательским столом. Темный Лорд сидел в центре. Его более юная копия из медальона расположилась по правую руку от Волдеморта. По левую руку сидел Дадли Дурсли. Бывшие Друзья Темного Лорда (ныне Пожиратели Смерти) с восхищением смотрели на своего магглорожденного лидера. Они не сомневались, что именно благодаря Дадли путешественникам в иные миры удалось вернуть Темного Лорда целым и невредимым. Ближайшие к Волдеморту кресла занимали старейшие Пожиратели Смерти. Беллатрикс Блэк, чувствующая себя немного виноватой из-за привязанности к молодому Темному Лорду. Сириус Блэк, радостный от того, что Гарри Поттер, оказывается, жив. Рабастан и Родольфус Лестрейнджи. Людо Бэгмен и Антонин Долохов. И, разумеется, Питер Петтигрю, находящийся в некоторой оппозиции ко всем остальным. Присутствующие в Большом зале маги разделились на четыре части. Менее всего здесь было сторонников Конгрегации доктрины веры. Однако в мире за пределами Хогвартса их было гораздо больше. К сторонникам Конгрегации относились не только маги, но и выжившие магглы, то и дело покидавшие свои убежища ради партизанских вылазок в стан врага. Гилдерой Лавкрафт и практически все учителя Хогвартса находились на стороне Конгрегации. Они по мере возможности поддерживали связь с партизанами, координируя их. Общались конгрегаты с помощью волшебных колдораций, конструкция которых была обнаружена у некоторых иерархов Ордена Древних и скопирована Фредом и Джорджем Уизли. Следующая по величине группа волшебников относилась к ренегатам. Бо́льшая их часть также пребывала за пределами Хогвартса. В замке оставался лишь молодняк, да лидер группы – Геллерт Гриндельвальд. Ренегаты были весьма важны. Формально оставаясь служителями Древних Богов, они, тем не менее, успешно вставляли палки в колеса Ордена Древних. Именно ренегаты занимались снабжением Хогвартса всем необходимым для жизни: продуктами питания, лекарствами, одеждой. Так же ренегаты отвечали за связь с отдаленными поместьями, в которых все еще сохранялась жизнь. Через ренегатов можно было связаться даже с магами из Франции и Германии. Этой связью, к слову, не брезговали и конгрегаты. За пределами Хогвартса между сторонниками инквизиции и ренегатами постепенно наладилось весьма плодотворное сотрудничество. Третья по величине группа относилась к Лиге независимых волшебников. В нее входили все маги, которые не были Пожирателями Смерти, ренегатами или конгрегатами. Лига принимала в себя всех тех, кто не желал принимать в происходящих событиях активного участия, но, тем не менее, желал выжить. В Лигу независимых волшебников входили практически все бывшие министерские служащие. Корнелиус Фадж. Руфус Скримджер. Амелия Боунс. Родители многих учеников Хогвартса. В большинстве своем старшие волшебники Лиги являлись не слишком умелыми в магии волшебниками, однако имевшими в прошлом некий политический вес. Скримджер здесь был исключением. Он присоединился к Лиге для того, чтобы выжившие авроры не встали поголовно под знамена Пожирателей Смерти. Благодаря Скримджеру, бо́льшая часть выживших авроров считалась членами Лиги. Возглавляли Лигу Невилл Лонгботтом и Хорас Слагхорн. Впрочем, все спорные решения главы Лиги предпочитали принимать не единолично, а после всестороннего обсуждения группой наиболее влиятельных членов Лиги – своего рода Визенгамотом. Лонгботтом, как глава Лиги, был при этом наделен правом вето. Невилл, честно говоря, считал, что получил это право благодаря своим хорошим отношениям с Гриндельвальдом. Четвертой и самой большой группировкой Хогвартса являлись Пожиратели Смерти. От старого состава этой группы осталось всего ничего. Однако теперь Темную Метку приняли все Друзья Темного Лорда – включая первокурсников. Также Метку носили их родители – молодой Темный Лорд из медальона требовал подобного доказательства верности и от отцов юных Пожирателей Смерти, и от матерей. Так же на сторону Волдеморта перешли многие сотрудники Министерства магии. И, разумеется, не следовало забывать об учениках Института салемских ведьм и Мискатоникского университета магии, бо́льшая часть которых с охотой присоединилась к Пожирателям Смерти. Лидерами Пожирателей Смерти, помимо молодого Волдеморта, являлись Беллатрикс Лестрейндж и Антонин Долохов у старшего поколения и Блейз Забини с Сандрой Фосетт у младшего. Хотя, само собой разумеется, после триумфального возвращения истинного Темного Лорда и Дадли Дурсли все приоритеты сместились. Дурсли, по сути, был фигурой, уже второй раз вернувшей Темного Лорда из небытия. Никто из молодого поколения Пожирателей Смерти уже не сомневался в том, кто в будущем станет правой рукой их повелителя. – Меня долго не было, – звучал по всему Большому залу голос Темного лорда, – но я не сидел сложа руки. Я восстановил Саркоманд – город, который готов вместить в себя всех выживших волшебников этого мира. Мы начнем не на пустом месте. Мы начнем в мире, где каждый простой крестьянин так или иначе способен к волшебству. Волшебство местных жителей не такое, как у нас, оно проще, приземленнее. Однако оно есть – а значит, никто из тамошних жителей не посмеет пенять на наше искусство. В будущем, я предвижу, мы откроем новую школу волшебства – и сможем учить не только наших детей, но и пригласим в нее местных. Школа магии Саркоманда прославится на весь мир! Мы достигнем в том мире того, что не смогли в этом – славы, величия и процветания волшебников! – А кто возглавит волшебников? – зажгла кончик своей волшебной палочки, поднимая вопрос, Амелия Боунс. – Вы? – Я, – ничуть не смутившись, подтвердил Волдеморт. – Однако я предоставлю волшебникам возможность отстаивать свое мнение. Я организую совет почтеннейших членов нашего сообщества – что-то вроде бывшего Визенгамота. В нем будут заседать как Пожиратели Смерти, так и волшебники, не вошедшие в их круг. Невилл Лонгботтом зажег огонек на своей палочке. – Это значит, – спросил он, – что вы готовы принять Саркоманде не только Пожирателей Смерти? Волдеморт улыбнулся. – Я готов принять в Саркоманде всех носителей волшебной крови, – ответил он. – Пока я обретался в ином мире, я обрел способность видеть волшебство в человеческой крови. Ныне меня не обмануть простыми заверениями. Все маги, а так же домовые эльфы, а так же обретшие умение колдовать сквибы приветствуются в Саркоманде. Однако магглам там места нет. И, разумеется, я не позволю пройти в иной мир тем, кто отдал свою душу во власть Древних Богов. Я допускаю, что ренегаты находятся на правильной стороне. Однако я признаю, что не способен отличить культиста от ренегата. Потому ренегатам путь в Саркоманд закрыт. Гилдерой Лавкрафт зажег огонек на палочке. – Мне бы хотелось подробнее узнать про предложение Петтигрю, – сказал он. – Я предлагаю доступ в свободный от людей мир, – сказал в свою очередь Питер. – Цивилизации в нем нет, равно как и разумной жизни. Темный Лорд предлагает чудесное решение наших проблем – зачарованный город в волшебном мире. Там, где я нашел приют на долгие годы, нет ничего волшебного. Это простой дикий мир. Однако туда может отправиться кто угодно. Как волшебники, так и магглы. Спасение доступно для всех. – Но не для ренегатов? – раздался вопрос из зала. Петтигрю виновато улыбнулся. – Тут я солидарен с Темным Лордом, – сказал он. – Никто из нас не способен отличить ренегата от культиста. Мне бы не хотелось, чтобы чистый новый мир заразился культистской заразой. Никто из нас не хочет рисковать. – Есть и другие миры за Аркой, – раздался еще один голос из зала. – Почему бы ренегатам не переселиться туда? Гермиона Грейнджер поднялась со своего места за преподавательским столом. – А вы предлагаете отдать Землю культистам? – язвительно спросила она. – Считаете, этот мир пропал? Что ж, я с вами не согласна! Да, обычным магам здесь не уцелеть. Но не ренегатам. Знаете, что я поняла, побывав в мире Саркоманда? Тот мир когда-то тоже посещали Древние Боги. А потом они ушли. Уверена, они уйдут и отсюда. И тогда ренегаты поднимут Землю из руин. – А если мы не согласны? – спросил кто-то. Гермиона фыркнула. – Что ж, – сказала она, – тогда вам предстоит воспротивиться воле Темного Лорда. Неужто вы готовы воевать против других волшебников ради мифического журавля в небе?.. – Но что помешает ренегатам преследовать нас, когда все нормальные волшебники покинут Землю? – спросил голос из зала. – У нас есть ключ, – ответил Темный Лорд. – Ключ, обладающий силой закрывать двери между мирами. Покинув Землю, мы закроем выход отсюда с той стороны. – И запрете нас с Древними Богами?! – выкрик из зала. – Так мы обезопасим иные миры от Древних Богов, – спокойно сказал Темный Лорд. – Хотя бы на время. – А как же наше будущее? – поднялся с места Джастин Финч-Флетчли, один из ренегатов. – Наши дети родятся свободными от клятв Древним. Неужели вы оставите их в этом мире, который пал пред силой Древних Богов?! Гермиона Грейнджер искоса глянула на Темного Лорда. – Мы научимся приспосабливаться, – сказала она. – Все же вина за то, что мы поклялись в верности Древним Богам, отчасти лежит на нас самих. И если никто из вас не желает прямо сейчас развязать сражение с Темным Лордом за ключ земных богов, который запечатает этот мир за ушедшими из него волшебниками... что ж, тогда вам придется смириться. Ренегаты огляделись, рассчитывая на голос Гриндельвальда в этом вопросе; однако Гриндельвальда нигде не было. Гермиона Грейнджер явно приняла решение остаться. – Мы последуем за Темным Лордом, – сказал за своих союзников Невилл Лонгботтом. – В Лиге независимых волшебников нет воинов... однако Саркоманду потребуются не только воины. В новом мире пригодятся и колдомедики, и авроры, и гербологи, и зельевары, и много кто еще. Взамен от Пожирателей Смерти мы потребуем только нашей защиты. Мнение Лонгботтома явно было не согласовано с остальными членами Лиги независимых волшебников, однако Хорас Слагхорн одобрительно кивнул и потрепал Лонгботтома по плечу. – Что ж, в таком случае члены Конгрегации и выжившие магглы отправятся в мир, найденный Питером Петтигрю, – заключил Лавкрафт. – Новое начало, что может быть лучше?.. Возможно, в этот раз мы сумеем заключить между магами и немагами мир.* * *
Совещающихся волшебников прервал ужасающий грохот снаружи. Более всего звук напоминал плеск, с которым вода выплескивается на берег от погружения в океан большого громоздкого тела. – Смотрите! – закричал кто-то, стоящий у окна. Волшебники высыпали во двор – впрочем, не выходя за пределы Фиделиуса. Хогвартс располагался весьма далеко от Атлантического океана – однако расстояние не мешало магам рассмотреть то, что происходит вдали. Сквозь межматериковые воды шагала непредставимо гигантская фигура – охристо-зеленая исполинская Тварь-со-звезд. Это было сложно представить. Нью-йоркский Эмпайр-стейт-билдинг приходился бы твари от силы до колен. Ширина ступней твари была подобна римскому Колизею. От ее шагов ядовито вскипала и побулькивала вода. Тело Ктулху казалось рыхлым, словно у медузы. Существо явно обладало некими антропоморфными чертами. У него были две ноги и две руки, однако размер их поражал воображение. Оставалось недоумевать, почему земля не прогибается под столь невообразимо огромным существом. Морду Ктулху покрывали мириады шевелящихся щупалец. Одни были совсем маленькими – длиной в человеческую руку; другие превосходили длиной поезд с составом из пары десятков вагонов. Щупальца неустанно шевелились. За спиной существа виднелись некие аберрации, напоминающие перепончатые крылья. Крылья находились в сложенном состоянии. Однако ни у кого из наблюдателей не возникало сомнений, что при желании существо обладало возможностью взлететь. С каждым шагом Ктулху океан все сильнее выходил из берегов. Дождь лил снизу вверх, насыщая взбухшие серые облака, устилавшие небо. Тут и там били яркие разветвленные молнии. По воздуху пронесся протяжный трубный звук – Ктулху подавал сигнал своим соплеменникам. Существо наконец, освободилось, и оно было голодно. – Матерь Божья, – сказал Гилдерой Лавкрафт и перекрестился. – Кажется, это конец, – сухо заметила Маневра МакГонагалл. – Культисты добились своего. – Надо уходить, – прошептал Хорас Слагхорн. – Надо срочно уходить. Двери Большого зала распахнулись, и на пороге появились Салазар Слизерин с Альбусом Дамблдором. – Свершилось! – торжественно произнес Салазар. – Отныне этот мир всецело принадлежит Древним! Надеюсь, у вас есть план спасения? – Учитель, – коротко склонил голову перед своим древним предком Волдеморт, ничуть не удивясь фигуре Альбуса. – Разумеется, у нас есть план.
Примечания:
Не бечено.
