Воскресение Нормы Линдалл

Альфред Джонс оттянул лямки рюкзака, но плечам от этого легче не стало. Мысленно взвыв от режущей боли в мышцах, он постарался ускорить шаг. Вышло так себе. Вообще-то до эпидемии все онлайн-тесты прочили ему будущее героя апокалипсиса — непоколебимого, непобедимого и неубиваемого. Но ни один тест не предполагал, что ему придётся целую милю тащить на себе тяжеленный вещмешок! Джонс стиснул зубы и попытался сосредоточиться на позитивных моментах. Да, у него сводит спину, а ноги еле идут, но зато теперь у него есть фунтов двадцать консервов и чистой питьевой воды. А что бы он ел, не осмелься он на вылазку до супермаркета? Из маленьких магазинчиков поблизости всё самое нужное смели ещё до того, как наступила полная задница, а остатки он подъел. О воде и говорить нечего — с тех пор как накрылся водопровод, она на вес золота. Но как же все эти банки гремят! Как булькает вода! И как топает он сам! Альфред нервно оглядел загромождённую брошенными автомобилями улицу. Нужно двигаться потише, твари могут услышать. После эвакуации и уличных боёв их в этом районе почти не осталось, но кто знает… Он палил в супермаркете. Звуки выстрелов в вымершем городе разносятся далеко. «Давай, Фред», — подумал он. — «Иди, будто ты грёбанная балерина. За блокпостом станет полегче». Ему оставалось всего ничего до дома. Дойти пятьсот футов до блокпоста, перелезть через баррикады, а заодно осмотреть местность с высоты и немного перевести дух перед финальным рывком. С той стороны машин и мусора меньше, идти будет проще. Ещё б так не тянуло плечи. Джонс раздражённо вскинул поясницу, подбрасывая рюкзак в надежде, что тот ляжет на спину удобнее. Делать это рядом с закрытой тачкой было плохой идеей — он задел зеркало, и улицу вдруг огласил вой сигнализации. — Ч-чёрт, — выдохнул он. «Надо убираться отсюда как можно ско…» За спиной послышался визг — твари, слонявшиеся где-то неподалеку, спешили на звук и звали других. Альфред оглянулся, но нагромождение авто не давало оценить свои шансы. «Дерьмо!» Он сорвался с места и побежал к блокпосту. Мышцы свело от напряжения так, что на секунду потемнело в глазах. Только бы успеть поднять лестницу. Заражённые быстрые, но действуют по ситуации плохо. Только бы… Из переулка спереди выскочил ещё один бешеный. Джонс резко затормозил, судорожно соображая, куда бежать, и совсем не по-геройски грохнулся на задницу — ноша перевесила. Отработанным движением выхваченная пушка должна была всё исправить — он целился точно в голову — но механизм лишь жалко щёлкнул. Патроны! Альфред с обречённым стоном откинулся на рюкзак. Зомби, будто чуя, что добыча никуда не денется, наступал торжествующе молчаливо. Другие пока яростно колотились в окна машины, но скоро они поймут, что внутри никого, и тоже присоединятся… «Хорошо, что никто не увидит, как тупо я умру», — со странным облегчением подумал Джонс и приготовился отдаться древнему, как само человечество, инстинкту — истошно орать, когда страшно до усрачки. Криком он подавился — голова заражённого хрустнула, как подгнившая хэллоуинская тыква от хорошего пинка. Его что-то обрызгало. Альфред сипло заскулил от осознания, что это кровь. Возможно, вперемешку с мозгами. Спаситель — высокий тип с чёрным платком на лице — перехватил оружие одной рукой и протянул ему ладонь: — Вставай! Перспектива унести ноги мгновенно привела Джонса в чувства. Он выскользнул из лямок и крепко стиснул руку незнакомца. Тот помог ему встать и прожёг пристальным взглядом: — Не ранен? — Нет! — выпалил Альфред, прекрасно понимая, что стоит ему хоть на секунду замешкаться, и неожиданный союзник станет врагом. — Тогда бежим! — скомандовал парень и бросился в узкий проём между двумя автомобилями — на другую сторону улицы. Джонс последовал за ним. Без рюкзака бежалось легко, словно асфальт сам толкал его вверх. Вместе они заскочили в один из многочисленных бизнес-центров. — Туда! — парень махнул в сторону эскалаторов штукой, которой забил заражённого, и Альфред увидел, что это обычный обрезок трубы. «Зачем он потащил его с собой?» — подумал Джонс, взбегая вслед за ним по пружинящим прорезиненым ступенькам. Со странным оружием его спутник не расстался даже когда бросился с разбега на скользкий пол и поднырнул под полуопущенную решётку на входе в китайский ресторан. Альфред закатился в зал вслед за ним и едва не врезался носом в чужой сапог. Парень резво отскочил от него и захлопнул решётку до конца. Джонс сел и поморщился от боли в мышцах. Похоже, по улице его всё-таки нёс адреналин. Незнакомец подобрал в углу ополовиненную бутылку джина, ополоснул им руки и спустил платок с лица. Затем бросил ему ветошь: — Вытрись. Попадёт в рот или глаза — заразишься. Альфред поймал тряпку и улыбнулся: — Спасибо. Парень смерил его холодным взглядом и направился вглубь помещения, на ходу передав бутыль: — Не за что. Закончишь — оставь тут и иди в соседний зал. Здесь мы как на витрине. Джонс усмехнулся, поливая ткань алкоголем. Ему всегда нравились норовистые люди. С самой детской влюблённости в двоюродного дядю Арти, пьяницу и на редкость вредного, но страшно интересного типа, исходившего на международных судах все океаны. У его невольного спутника был ещё и приятный бонус — красивая мордашка. «Фредди, ты определённо счастливчик», — подумал он и, сняв очки, торопливо обтёр лицо. Глаза слегка защипало от спирта. — Кха, — прищурившись, кашлянул он и настороженно прислушался. В коридорах бизнес-центра стояла тишина. Похоже, погони не было. Альфред плесканул на тряпку ещё и принялся тщательно оттирать руки, поглядывая по сторонам. Местечко было неплохим укрытием — у ресторана не было дверей, но на решётку он не поскупился. Такая, пожалуй, выдержит напор и дюжины тварей. Второй этаж исключал нападение из окон, да и запасы тут, наверное, приличные… Джонс поднялся и, отставив джин обратно в угол, переместился в другой зал. Этот явно предназначался для клиентов посерьёзней — мебель здесь была дороже, расстояния между столиками больше, а первый зал наверняка отсекал лишний шум. Его спаситель, устроившись у окна, оттирал от крови трубу. Заметив боковым зрением движение, он посмотрел на него. Альфред счёл момент самым подходящим для знакомства. — Меня зовут Альфред, — представился он. — Альфред Джонс. Можно просто Фред или Ал. — Ivan, — откликнулся парень. — Что? — не разобрав, переспросил Джонс. Парень вздохнул. — Айвэн, — повторил он. — Так понятно? — Конечно! — улыбнулся Альфред. — Погоди… Ты русский? — Да, — подтвердил Иван. — Родители переехали? — понимающе уточнил Джонс. — Нет. — А как ты попал в Америку? — Приехал посмотреть страну, — ответил Иван и уселся на подоконник. — И как тебе? — спросил Альфред и только постфактум понял, какой дурацкий вопрос задал. Дядя Арти уже дал бы ему под дых взглядом «Ал, ты идиот». Русский же изобразил задумчивость. — Люди слишком дружелюбные, — поведал он. — Выходишь на улицу, и все к тебе бегут, хватают… Буквально сожрать готовы. Переглянувшись в наступившей тишине, они оба прыснули. — Мне нравится твоё чувство юмора, — заявил Джонс. — Ты как стендапер. — Надо же… — хмыкнул Иван. — А вот мне твоё нет. — Снова этот строгий взгляд. — Что это за клоунада — идти с огромным рюкзаком через полный зомби город? — Я не хотел делать много ходок до супермаркета, — объяснил Альфред. — Ясно, — фыркнул Иван и добавил: — Zhadnast fraera zgubila. — Чего? — переспросил Джонс. — Да так, русское выражение, — пояснил русский. — Значит, что ты очень уж много взял. — Ну, я же сильный! — Альфред показал бицепс и едва не зашипел — натруженные мышцы прострелило болью. — О выносливости ты, похоже, не подумал, — невинно заметил Иван. — Хэй, у всех бывают промахи! — возразил Джонс. — Ты же вот зачем-то потащил с собой эту трубу, хотя таких везде полно. Русский улыбнулся неожиданно нежной улыбкой и любовно взвесил кран в руках: — Я оторвал его в ванной, когда стало небезопасно выходить из номера безоружным. Он оказался гораздо удобнее и лучше всего, чем я защищался. — Даже лучше хорошей пушки? — покрутив в ладони пистолет, усмехнулся Альфред. — Зачем мне пушка, если я не умею стрелять? — отложив трубу, скептически посмотрел на него Иван. — Серьёзно? — вздёрнул бровь Джонс. Даже его кузина Мэгги умеет стрелять! — Вообще ни разу не пробовал? — уточнил он. Не может же всё быть так плохо! — Нет, ну пробовать-то я пробовал, — признал русский. — Но это было семь… нет, восемь лет назад. В армии. Если я раздобуду огнестрел и разберусь, как им пользоваться, то зомби будут умирать не от пуль, а от смеха. Он оглянулся на улицу и, помолчав, негромко добавил: — Кроме того, мне бы не хотелось, чтобы у меня было под рукой оружие, позволяющее так быстро и легко убивать. — Почему? — хлопнул глазами Альфред. Голос у Ивана окреп и потвердел. — Потому что заражённые люди не перестают быть людьми, — напомнил он. — Но чувак, они же зомби! — возразил Джонс. — Если ты не загасишь их, они сожрут тебя! И им стыдно не будет! — Но я не зомби, — парировал Иван. — И пока я не зомби, я не хочу и не имею морального права снимать с себя ответственность за то, что делаю. — Но того урода ты прямо этой трубой… — начал Альфред. — Убил, — подтвердил русский. — И сполна ощутил всю тяжесть своего решения. Осознавая сказанное, Джонс скользнул по нему взглядом и вдруг заметил, что у Ивана дрожат пальцы. Когда он расстрелял Норму Линдалл, у него руки тряслись точно так же. Желание спорить резко пропало. Он отвёл глаза и двинулся дальше. После разгромленных, засыпанных осколками стекла и орошённых кровью магазинов и мелких кафешек ресторан, организованно закрывшийся на время карантина вместе с другими заведениями крупных центров, казался дворцом среди трущоб. Чистый, аккуратно убранный, дисциплинированно ждущий персонал и гостей… Альфред нахмурился и отошёл к окну. Дорогая узорчатая обивка, тёмное дерево и светильники, декорированные под китайские фонарики, успокаивали своим мирным порядком. Но одновременно — вызывали щемящую тоску в груди от мысли, что так, как здесь, не будет уже никогда. И здесь никогда не будет так, как когда-то было. Всё покроется пылью и обветшает, продукты на кухне окончательно придут в негодность, и их растащат крысы и насекомые. И новый владелец, который выкупит это здание, когда город начнут восстанавливать, не захочет воскрешать заплесневевший и заполонившийся грызунами ресторан и после большой чистки сдаст площадь в аренду какой-нибудь унылой конторе. Думать о том, что сводящая с ума зараза охватила не только их штат, но и всю страну, а то и континент, и цивилизация, возможно, не вернётся, не хотелось. Не может же всё быть так плохо. Он скользнул взглядом по виднеющемуся через жалюзи проспекту. Бешенные вертелись возле трупа того, что хотел его сожрать. Некоторые тупо толкали тело, другие нервничали и делали хаотичные выпады, то ли пытаясь напасть, но не видя, на кого, то ли устрашая неведомого убийцу. — Почему они не бросаются друг на друга? — спросил Альфред и чуть испугался того, как громко прозвучал в тишине его собственный голос. Он обернулся и успел увидеть, как Иван вздрогнул от неожиданности. — Зомби, я имею в виду, — пояснил он на случай, если русский не понял. — Они такие агрессивные, но друг друга не трогают. Иван пожал плечами: — Я видел, как они грызутся между собой. — Да? — Джонс почувствовал разочарование. А ведь у него наклёвывалась гипотеза… — Причём не один раз, — добавил русский. — В основном из-за… останков. — «В основном»? — переспросил Альфред, подходя к нему. — Иногда я не понимал, — пояснил Иван. — Или не видел, потому что было темно… — Ты что, ходишь ночью?! — изумился Джонс. Что за безумие?! — Ночью же ни черта не видно! — Зато отлично слышно. — Но зомби тоже слышно! — Поэтому я передвигаюсь тихо, — невозмутимо ответил русский. — Ты сумасшедший, — выдохнул Альфред, сам не понимая, поражён он или восхищён. Иван принял его слова с благосклонностью эксцентричной кинозвезды. — Ненормальным обстоятельствам — ненормальная тактика. — Что ж, — хмыкнул Джонс, — раз ты до сих пор жив, это, пожалуй, имеет смысл. — Всё в этой жизни имеет какой-то смысл, — заявил русский. — Да ты философ. — Может быть, — покладисто согласился Иван и вдруг резко сменил тему: — Вернёмся за твоим рюкзаком завтра, когда заражённые перестанут слоняться рядом. — Вернёмся? — переспросил Альфред. — Ты предлагаешь держаться вместе? — Раз уж мы встретились, это имеет смысл, — заметил Иван. — Ты так не считаешь? — Считаю, — ответил Джонс. Чёрт возьми, да он так соскучился по нормальному человеческому общению, что даже молился, чтобы кого-нибудь встретить! — Но мне показалось, что ты мне не особенно рад. — Тебе показалось, — миролюбиво возразил русский. — Значит, теперь мы команда? — улыбнулся Альфред, протянув руку. — Команда, — пожал ему руку Иван.