Семейство Рейес-Моррисон

      Рейес смотрит на спящих детей. Они спят на нелепо-ярком оранжевом диване, разложенном для киномарафона, в окружении таких же ярких подушек белого и голубого цвета. Джесси облепленный младшими сестрами выглядит младше своих лет и Гэб невольно умиляется этой, поистине прекрасной картине. Оливия спит на груди старшего брата, чуть дергая ушами или хвостом, пока сам Джесси заботливо обнимает ее и прижимает к себе. Хана лежит, обняв его за руку, уложив свою голову на предплечье брата, тихо посапывая и лишь иногда дергая кроличьими ушками. Габриель, чуть слышно усмехается, выключая мерно бормочущий на фоне телевизор и укрывает детей одеялом, мягко поглаживая каждого из них по голове, взгляд вновь цепляется за старшего из потомства Рейес-Моррисон. Да, Джесси не был примерным подростком, доставляя родителям массу хлопот и неприятностей, влезая в драки, попадаясь за курением и даже за мелким хулиганством, но Гэйб все равно любил этого мелкого оболтуса, как и его сестры, для которых Джес был идеальным старшим братом. Пока родители пропадали на работе, он готовил им еду, делал уборку вместе с ними, отводил и забирал из школы и многое другое. Пожалуй, хотя бы в этом плане Джесси был ответственным. Рейес усмехается собственным мыслям, зная, как их первенец пренебрежительно относится к учебе и внешнему виду. Сейчас осознание того, что он и Джек многодетная семья, кажется таким привычным и естественным, а ведь еще лет 16 назад, скажи ему кто об этом он бы покрутил у виска, назвав человека сказавшего такую глупость, тупицей или даже сумасшедшим, а может и тем, и тем одновременно, послав при этом в самую далекую дыру в мире. Все поменялось с появлением Джесси. Нет, конечно Габриель уже состоял в отношениях с Джеком, более того, заключил с ним брак, но ни у Рейеса, ни у Моррисона в планах дети не стояли и близко в тот период их совместной жизни. В основном цель была в активной работе с большими амбициями и успехами, которые обещали им по завершению училища, да и доделать ремонт в их новом доме тоже было необходимо. Все случилось, само собой. Джек в один прекрасный день, весь бледный и молчаливый, протянул Рейесу тест на беременность с положительным результатом и немым вопросом: "что будем делать?". Джеку тогда было 24, самому Габриелю 26. Вроде бы и не рано для детей, но морально ни тот, ни другой не были готовы к подобному. Да, у них был дом, подаренный родителями на свадьбу, да, у них была работа и возможность декретного отпуска, но и не хотелось из-за этого события сбавлять темп их карьерного роста, который продвигался семимильными шагами с каждой успешно выполненной миссией. Если говорить абсолютно честно, то это было самым тяжелым решением за всю их жизнь, вопрос аборта стоял тогда достаточно остро и Рейес думал уговорить Джека пойти на этот непростой шаг. Повлияли, отчасти, и родители, которые вызвались помочь с их первым ребенком. Потом были долгие девять месяцев совместных трудностей и неприятностей. На самом деле, вспоминая те времена, Габриель понимает, что первая беременность у Джека проходила довольно легко, по сравнению со второй. Не было такого сильного токсикоза, да и перепады настроения были не такими сильными, единственное это предпочтения в еде сильно поменялись, того постоянно тянуло на острое и безумно хотелось кофе, который приходилось заменять корнем цикория, который ловко обманывал их еще не рожденное чадо, что тому дают именно то, что он хочет. Помнит Рейес и тот день, когда впервые ощутил толчки от их первенца. Они с Джеком как раз сидели на этом нелепом диване, глядя какую-то глупую комедию, или это была сопливая мелодрама, этого Гейб не помнил. Его рука покоилась на уже довольно крупном животе мужа, мягко поглаживая, когда где-то под широкой ладонью кожа натянулась, что-то коснулось ладони и тут же исчезло, вернувшись обратно в утробу. Он тогда удивленно взглянул на свою руку, а после на своего возлюбленного, который аж замер, глядя в глаза супругу. - Ты это почувствовал? - спросил его Джек, тепло улыбнувшись, в голубых глазах загорелся какой-то особенный огонек счастья, на что Габ только и смог, что сглотнуть и неуверенно кивнуть. Значит не показалось, их сын действительно начал давать о себе знать, хотя бы таким образом и в этот момент, до этого сомневающийся Рейес, понял, что мыли, о потраченном карьерном росте, были чудовищной глупостью и совсем неважным по сравнению с растущей внутри Джека жизнью. Надо ли говорить о тех слезах, что катились по его щекам, когда он прижимал к груди маленький скулящий комочек, только появившийся на этот свет. Маленькое милое чудо в его руках полностью развеяло сомнения в правильности выбранного ими решения. Все-таки в рождении первенца есть что-то особенное, оно сильно меняет взгляд на прежние устои и развеивает опасения, которые тревожат до его появления. Возможно именно это повлияло на решение Рейеса и Моррисона в дальнейшем росте их небольшой семьи. Сейчас же Джесси уже 16 лет, совсем немного и он будет совсем взрослым, возможно даже покинет их родной дом и будет видеться с ними только на праздники и то не факт. Но, сейчас, глядя на всю спящую троицу, Гэйб старается гнать эти печальные мысли прочь. У него еще будет время на принятие этой правды, а пока можно смотреть на детей и умилятся их повадкам, поведению и особенностям, не говоря уже о трудностях подросткового периода у Оливии и Ханны, которые были совсем не за горами.