Эпизоды

      Лето кончилось. Сессия. Сама судьба шептала нам сегодня забраться в аудиторию к самому противному преподу для того, чтобы установить на его комп хитроумный вирусняк Севкиного изготовления. В тайну были посвящены только я, Сева, Рябинкин, ну и Марка взяли, чтобы на шухере стоял.       Нет ну надо же! В такой неподходящий момент в коридоре показался Илья. Идёт к нам. Чёрные джинсы, черная куртка, тёмно-зелёная футболка, через плечо болтается сумка, в руке шлем. Стайка девчонок в коридоре так и поедает его глазами.       - О! Как ты прошел охрану? - удивился Сева.       - Привет. – Илья пожал всем руки (как всегда тёплая сухая ладонь),       - Я зачётку свою показал. У вас тут такие же корочки цветом.       Он покопался в сумке, достал какие-то диски и протянул Севе: «Возвращаю». Мне стало чуточку обидно: с Севкой значит он общается, а как собираться вместе – то у него неотложные дела…       Рябинкин принёс ключ от аудитории. Он был весь дёрганый, глаза таращатся – сразу видно, что идёт на «преступление». Сева предложил Илье присоединиться, а потом они пойдут. Куда пойдут? Вместе? … А чего я злюсь спрашивается?       Пока Сева перекидывал файл на ноутбук препода, мы молча ждали. Вдруг вошел Марк (а он должен нас прикрывать между прочим), медленно моргнул и произнёс: «Он идёт сюда». Ах, чёрт! Куда прятаться? Рябинкин сдавленно крикнул: «Шкаф» и принялся толкать меня и Илью. Шкаф довольно вместительный, как оказалось. Куда попрятались Сева с Марком я не знаю.       Темно, но видно очертания лица и сверкающие глаза прямо рядом. Знакомый запах мрачного леса. В аудиторию вошли. Из-за спины Ильи послышалось «Ш-ш-ш» от Рябинкина. Чего шикать? Мы и так стоим, стараясь не дышать. Илья осторожно поднял руку положил локоть над моим плечом, упираясь в стенку шкафа. Он стоит, согнувшись – неудобно, наверное… Его голова склонилась еще ниже, и вот его лоб почти лежит на моём другом плече. Его локоны щекочут мне шею и на моей спине мурашки от этого. Потом эти мурашки поползли по ягодицам и сзади по бёдрам… Я слышу, как стучит сердце Ильи. Или это моё? Что происходит в аудитории – я не слышу от шума в ушах. Я немного повернулся, и так получилось, что мои губы коснулись уха Ильи. Он вздрогнул.       Вдруг дверца шкафа резко распахнулась! У меня аж кишки упали вниз.       - Ага! Селёдки в бочке! И одна скумбрия. Красота! – голос Севы.       «Селёдки» повылазили из шкафа. Ха! Мотоциклетный шлем лежит на стуле у первой парты… Как Хмырь (прозвище препода) не заметил?       - Вы не поверите где прятался Марк. За шторкой. За шторкой, Карл!       - А ты? – спросил Илья хрипло. – Кхм, кхм – он прочистил горло.       - Под столом. – Сева быстро что-то настучал на клавиатуре, вытащил флешку и посмотрел на меня, – Ты чего такой взъерошенный?       - У меня, наверное, клаустрофобия. – буркнул я.       Голова слегка кружится и сердце колотится до сих пор. В носу еще стоит запах хвои, нагретой древесины и кожи. В паху чешется. М-м-м-м, на губах осталось ощущение прикосновения. Я сжал кулаки, потом резко растопырил пальцы, выдохнул. Пошли скорее отсюда.       Уже на улице Сева завёл странный разговор:       - Илюха, это… мне сначала надо заскочить в одно место. Давай я тебе потом переустановлю всё? Ты, например, пока Серого отвези домой. Видишь – у него клаустрофобия!       «Э?» - не понял я. А Илья отрицательно помотал головой.       - Как хочешь. – Сева ухмыльнулся.       Я посмотрел вслед уезжающим друзьям. Потёр лицо – губы горели.