Эпизоды

      Музыка выбивает ритм из моих внутренностей. Это потому что я близко к сабам стою. Вспышки света мелькают, а в этих вспышках извиваются тела танцующих. Мы пришли оторваться. Но не просто так, а по случаю дня рождения Ильи.       Я решил немного попить и вернулся к нашему столику. Рома, который до сих пор топтался рядом со мной жеманно подвернув кулачки, пошёл следом.       - Смотришься эффектно! - сказал Сева.       На мне простая белая футболка, на брюках тонкие и редкие белые полоски, а еще девчонки мне на лице нарисовали звезду светящейся краской… Думаю, что в ультрафиолете выглядит и в правду здорово.       Посидели немного, поговорили ни о чём, а потом девушки стали упрашивать меня: «станцуй, да станцуй». Я немного ломаюсь, говорю, что музыка не подходящая и другие какие-то отговорки. Сева говорит: «Щас всё будет!» и убегает на танцпол       Вдруг диджей приглушает музыку и на ее фоне начинает звучит голос Севы: «Сегодня у нашего дорогого друга Илюхи – днюха! Поздравляем тебя, Илья! (в зале немного хлопают) И сейчас для тебя, и для всех нас, выступит победитель конкурса «DanceFest 2017» и участник международного фестиваля DANCE INVERSION – Серёга!!!» У меня лицо вытянулось от неожиданности. Все радостные, отправляют меня на танц-поле. Я только успел пискнуть: «Сева – врун, я не попал на фестиваль!», как меня буквально подхватили на руки и утащили.       Ок. Если бы не некоторое количество алкоголя, я бы, наверное, рассердился. Но ладно, я вам покажу класс!       Надо же! Они нашли мою любимую композицию. Музыка течёт сквозь меня, ритм басов – это мой пульс, танцевать я люблю, я в танце растворяюсь… Когда эта песня закончилась, я огляделся и понял, что стою внутри круга из людей и все орут и хлопают, кто-то свистит. Среди пёстрой толпы темнеет силуэт Ильи, его глаза горят ярче страбоскопов.       От танца «на бис» я категорически отказался, но сильно никто и не приставал. Снисходительно принял похвалы и восторги.

***

      Иду отлить. Так уж устроен этот зал клуба, что по дороге в туалет есть тёмный карман. По дороге в «дамскую» комнату такой же симметричный участок подсветили после жалоб клиенток, а мужикам не страшно. Но (вот я святая наивность) именно в этом кармане меня он и настиг.       В темноте не видно – кто это, только силуэт, позади которого цветные всполохи. Крепкие руки остановили мой решительный курс и развернули к себе. Я приготовился отражать атаку, но… я узнал тебя. Узнал по запаху, мой «сосновый бор». «Мой? Чего?» - удивился я собственным мыслям. Сначала я, (нет, не испугался, а оцепенел от неожиданности) сжался от этих крепких объятий. Потом тёплые ладони переместились на моё лицо и моих губ коснулся решительный рот.       Этот поцелуй я запомню на всю жизнь! Я не знаю, как описать все чувства, которые пронеслись сквозь меня снизу – вверх и снесли мою крышу напрочь.       Пришёл в себя я от собственного стона. Обоими руками отодвинул его от себя.       Дышать тяжело от того, что сердце долбит грудную клетку. Он исчез за секунду до того, как открылась дверь в туалет, и свет попал на это «потайное» место, где я сейчас стою, тупо глядя перед собой и открыв рот.       Когда я вернулся, смыв с лица краску, за нашим столиком продолжалось веселье.       - Где Илья? - спросил я Рому.       - Вон у стойки.       Илья стоял барной стойки, облокотившись на локти и согнувшись. И что я ему скажу? Что спрошу? Какой ответ жду? Не могу сейчас подойти и завязать разговор – это точно. Может потом…

***

      Пока собирались идти домой, договаривались кто с кем едет, мы поругались с Маринкой. Вернее – это она на меня наорала, что я тут такой весь великий, восхищаю всех, распускаю феромоны (чего?), и пошёл я на фиг! Меня это никак не расстроило. В такси впихнули Рому. Он кричал, что без меня не поедет. Так и поехали: на заднем сидении Рома с Иринкой (которую давно за глаза окрестили Гретой) и я, а на переднем – Илья. Сева крикнул вдогонку: «Рискни – слышишь!» Кому это он?       А во дворе нам попались гопники. Теперь у меня зашита бровь. А те трое – надеюсь, что остались живы. Илья их раскидал как котят! Разговор оставим на потом. А может вообще ничего не говорить?