Эпизоды

      Мы не виделись уже несколько дней. Так, только переписывались. Я понял, что Илья сильно занят, ему некогда. Не выдержал – пошёл к нему домой. Так торопился, что даже не придумал причину своего визита.       Дверь открыл его отец: «Здарова, Серёга!». Он хватнул меня за куртку втащил в прихожую. «Иля, к тебе!» - крикнул он, похлопал по плечу, сказал: «Проходи» и скрылся. Илья вышел в коридор вытянув шею и с удивлённым взглядом.       - Иля. – хихикнул я.       - Чего?! – Илья притворился, что обиделся.       Тут пришла его мама. Она обеими руками потерла мои плечи, улыбнулась и сказала: «Проходи. Чайку будете?». Всегда завидовал Илье: у него такая красивая мама, добрая. Черные глаза, хорошие женские формы. высокая – дети на неё похожи оба больше, чем на отца. Тот коренастый и сероглазый.       - Да нет! Спасибо! Я на минутку. – ответил я и прошёл в зал.       Квартира у них по планировке такая же, как и у меня – двушка. Только мы с бабушкой живём вдвоём, а здесь четверо обитают: комната для родителей, а зал разделён символической перегородкой: одна половина Машке (у окна), вторая – Илье. В его половине царил хаос: стол завален книгами, бумагами, тетрадями, ноутбук стоит с вордовским текстом на экране. Я присел на разложенный диван (здесь Илюха спит). Машка постучала кулачком по спине и сказала: «Ну здравствуй, Серенький волчок». Потом она обняла свою маму и сладким голосочком пропела: «Я тоже хочу чаю-у-у-у».       Я понял, что имел ввиду Илья, когда говорил о «тактильном человеке», когда посмотрел, как общается вся семья Северских. Они трогают друг друга: похлопывания, поглаживания, объятья – они не стесняются в проявлении своего доброго расположения посредством прикосновений. Это приятно, но немного смущает. Я к такому не привык.       - Я тут зашиваюсь. – говорит Илья. – Долгов надо столько сдать! А ты чего? Ну… пришёл зачем?       Я молчу, придумываю: действительно, а какого чёрта я вообще пришёл?       - Не ожидал что ты придёшь.       - А! – осенило меня. – Альбом ты у меня брал, помнишь. С фотографиями школьными.       - Да. Забыл вернуть. Прости.       Он залез в шкаф, рылся там, потом протянул мне альбом.       - Провожу тебя.       - Тапочки мои не смей брать. – крикнула с кухни Машка.       Илья злорадно усмехнулся и воткнул босые ноги во что-то розовое, пушистое и с глазами. Мы вышли в подъезд, спустились на площадку между этажами.       - Серый, так ты чего приходил на самом деле? Всё нормально?       Я положил альбом на подоконник и обнял Илью. У меня сердце зашлось от собственного порыва. Он такой тёплый, уютный, ох, как хорошо! Илья в ответ погладил меня по спине. «В дверной глазок кто-нибудь может подглядывать» - прошептал он мне прямо в ухо. В ответ я только сильнее стиснул его.       - Серёжка, соскучился по мне? Да? Я тоже соскучился. Ох ты ж… Серёж? Ох. – вздыхал он. – Обещаю завтра к тебе приду. Хорошо? У меня видишь – слишком много глаз. А я так хочу тебя поцеловать много - много раз.       Я разомкнул объятья. «Ладно. Чего это я?» - я смущённо потупил взгляд, схватился за фотоальбом, как за спасительный круг. Илья улыбнулся: «Всё нормально. Я счастлив! Завтра. Я же обещал – каждую звезду по отдельности».       Я махнул на прощание рукой. Пока шёл домой, внутри меня бушевал ураган. Было стыдно за такой неожиданный, даже для самого себя, порыв чувств, и в то же время было так хорошо, радостно… Он придёт завтра. Он обещал.