Эпизоды

      Это только мне понятно, что рассказ про замечательное место, где можно порыбачить, это легенда для бабушки. Добирались до него почти два часа, из которых час – это только по городу. Место и вправду замечательное – деревушка среди соснового бора. Подъехали к одному из домиков. Илья загнал мотоцикл во двор. Перед домом лужайка с двумя уходящими ввысь рыжими стволами (даже во двор пробрался лес), у забора размахнулись папоротники и деревце благоухает розовыми цветами, на заднем дворе круглая цистерна стоит на железных ногах, выкрашена в чёрный цвет – душевая, как сказал Илья. Я осматриваю «владения», а он ходит по пятам.       - И чей это дом?       - Тётки моей дача.       - А если она на выходные приедет сюда?       - Не приедет – у неё смена. Она даже рада, что я обещал присмотреть здесь.       Он уже не просто ходит за мной, а буквально наступает на пятки, говорит мне в затылок: «Пошли в дом». Прямо с порога набрасывается на меня, скидывая на ходу куртку, впиваясь в губы, шаря руками по спине и плечам. «Серёжка, ты еще больше похудел что ли?» Моя куртка летит куда-то, футболка тоже. Мы неистово ощупываем друг друга руками и губами, шагаем в сторону дивана. От такого напора у меня сносит крышу, я стягиваю футболку с Ильи, целую его шею, грудь. Это мне он может прикусить ключицу, а у него в этом месте только плотные мышцы. Илья разворачивает меня к дивану лицом и подталкивает так, что я встаю коленями на него, а руками опираюсь на спинку. «Я же так хотел их поцеловать каждую» - произносит Илья и обхватив руками, начинает отсчитывать каждую звезду на моей спине. Я таю. Целый год я ждал этого: чтобы сильные пальцы гладили меня, крепкое тело вдавливало наполовину в стену, наполовину в спинку дивана, руки, уверенными движениями, расстёгивали мои брюки, губы мягко щекотали шею до мурашек, зубы осторожно прикусывали кожу.       Звякнула пряжка ремня, вжикнула молния, я чувствую, как между моих ягодиц лёг горячий член. Я мысленно вскрикнул: «Нееет!» Рассудок вдруг вернулся ко мне. Все мои мышцы напряглись – мне реально стало страшно. Илья начал двигать тазом, он тёрся об меня, при этом поглаживал мой член одной рукой и прижимая моё бедро к себе другой. Мой пыл чуточку угас. Илья вжимается в меня, громко дышит, в какой-то момент укусил шею у основания довольно ощутимо, потом отпустил мой член, и пару раз провёл меж ягодиц своей головкой, касаясь ануса. «Ну вот. Сейчас все случится» - подумал я, и настрой мой совсем пропал. Но я вдруг почувствовал влагу на своей пояснице. Илья додрочил себе рукой. Он немного постоял так, прижавшись ко мне, потом осторожно развернул моё лицо к себе. По его обеспокоенному взгляду я понял, что рожа у меня еще та…       «Сереж» - его рука легла не на ухо, а большой палец провёл по щеке, прямо под глазом. – «Ты чего?»       - Ничего.       - Прости. Мне башню снесло. Я эгоист. Прости.       - Забей. – я помолчал немного, потом добавил. – Я уж подумал прощай моя жопа.       Илья рассмеялся, потом сам себе закрыл рот рукой: «Прости». Он согнал меня с дивана, разложил его. Притащил подушки и простынь. Чувствую себя капризной принцессой и невестой-девственницей одновременно. Ага. Вон и дракон есть. Суетится, подушки взбивает.       Он не дал мне подобрать разбросанную повсюду одежду «Потом соберём», притянул к себе на диван за руку и принялся целовать. Окончательно я пришёл в себя, когда его рот начал обрабатывать меня снизу. Илья вылизывал мой ствол, посасывал головку, возбуждение волнами стало накатывать на меня, пока не нахлынула совсем большая волна наслаждения. Здесь можно не опасаться и не стесняться, поэтому я стонал в голос. Это словно еще больше усиливало эффект от ласк Ильи. После всего мы лежали, распластавшись на диване:       - Серёга – недотрога, ты правда напугался?       - Угу – буркнул я.       - Ничего против воли, слышишь. Только если сам захочешь.       Я подумал, что невозможно захотеть подобное, никогда и ни при каких обстоятельствах.       Потом Илья предложил немного поспать. Хоть сейчас день в самом разгаре, но выходной же. Поэтому мы оба расположились поудобнее, притёрлись друг к другу на не таком уж и большом диване и лежали молча. Постепенно я уснул.