Эпизоды

      Решил навестить Илью на работе, потому что дома ждать его скучно. Его помощница, шестидесятилетняя Эльвира Сергеевна, что-то объясняла Илье, который стоял рядом. В синей медицинской робе (доктор, блин!) он склонился над столом, опершись руками, и внимательно слушал. Позади на стене – моё фото на плакате. Сменил бы он его уже что ли.       Илья увидел меня – обрадовался, поздоровался за руку, будто мы давно не виделись (утром, когда я его провожал, он целовал так, что чуть было не передумал уходить). Представил меня, как самого лучшего друга детства и просил любить и жаловать. Помощница зыркнула на меня, сказала: «Ну всё, я пошла» и удалилась.       Я оглядывал помещение: ничего так, простенько, но уютно. Кушетка с отверстием для лица, шкафчик маленький, рабочее место (стол с двумя стульями) и кресло. Но самое выдающееся – это стены, полностью покрытые звукопоглощающими панелями. Как на музыкальной студии, только белые. Тут значит шуметь можно? Илья сложил свои бумажки на столе, бормоча: «Ну и денёк сегодня». Потом он протянул ко мне руки с растопыренными пальцами и просительно склонил голову на бок: «Серёга, иди сюда». Мысленно я конечно прибежал и уже залез на ручки, но я же не наивная девчонка, а мужик. Поэтому я медлю, спрашиваю «чего ещё?», а сам, конечно же, приближаюсь как бы невзначай. Наконец, пойман крепкой рукой, я оказываюсь на коленях у Ильи. Он зарылся мне в ворот рубашки лицом.       - Вот чего делаешь?       - Ты моя батарейка – я заряжаюсь… - он замер так на некоторое время. - Прикинь, кто-то дал наш номер в объявления, и теперь названивают разные странные люди и просят массаж простаты. Сволочи! Кто прикололся так?       Я расхохотался.       - Смешно тебе? А нас задолбали уже. Обижаются еще, когда отказываю.       - Что ты им говоришь?       - Отправляю за предписанием врача.       - Что, так много народу просят?       - Нет, ну за три дня человек пять, но они навязчивые такие. По нескольку раз звонят. О! Серёга, давай я тебе массаж сделаю!       - Ты позавчера делал.       - Я? Я не делал. – нахмурился Илья.       Глядя на мой укоризненный взгляд Илья вдруг понял о чём я и рассмеялся, а потом поцеловал и сказал: «Ха, ха, ха! Нет, не этот массаж. Обычный. Ха, ха. Давай. У меня кушетка удобная – голова будет прямо. Так лучше, чем на диване»       Ну кто же откажется?! Вот я лежу и созерцаю пол. Илья плавно разминает мою спину, плечи, шею, приговаривая: «Вот тут зажато, а тут смещение немножко, сейчас разогрею и поставлю. Не больно здесь?» Это так хорошо! Его руки, которые бывает доводят меня до исступления, которые крепко удерживают мои запястья или щиколотки, когда я кричу от наслаждения, его пальцы, которые скользят и дарят трепет, сейчас доставляют просто обычное удовольствие. Никакого сексуального подтекста. Во мне что-то щёлкает и хрустит. Иногда даже страшно, что чего-нибудь мне своротит не туда. Когда он закончил я стал представлять собой масло, размазанное по кушетке. Бутерброд.       - Смотри не усни там! – смеётся Илья и переодевается. – Сейчас домой поедем.       - Я знаю, кто тебе этот пранк устроил. – вяло говорю я, всё в том же положении. – Это Катька.       - Почему ты так решил?       - Потому что женщины коварны.       Молчит. Обдумывает мои слова? И тут снова из меня полезли мои «червяки»:       - Илюха, ты только не злись ладно. Мне просто интересно: как так получилось, что ты с ней переспал? Ты не думай, я не в упрёк. Претензий предъявлять не собираюсь. Что было – то прошло. Я понять тебя хочу. Знать, что ты чувствуешь.       Он ответил не сразу. Видимо решал, стоит говорить или нет.       - Я напился. Её инициатива была. Ну вобщем… (он вздохнул), как ты и говорил: это просто физиология. Хотя и не получилось ничего… вобщем до конца… Ну почти.       Я вспомнил свои дурацкие разговоры про сексуальную ориентацию, которыми я донимал Илью. Да, говорил про то, что если закрыть глаза, то не поймёшь кто тебе отсасывает: парень или девушка, что, если настроиться и представлять вместо реального человека, того, кого хочешь… и прочую хрень. Вот так! Нельзя разные там обидные фантазии говорить своему родному человеку, а то однажды он их осуществит.       - И как тебе?       - Никак.       Я решил, что нужно срочно Илюху обнять. Чтобы он не злился на мои глупости, на то, что заставил вспомнить. Поэтому я поднялся, меня повело (всё тело, как пластилиновое) и я почти рухнул к Илье в объятья.       - Осторожно.       - Илюха, не злишься?       - Нет. – со вздохом ответил он. Он грустно посмотрел мне в глаза. – Тебя люблю. И хочу только тебя. И я гей. И женщины меня не возбуждают. Про других мужиков не знаю. Потому что не думаю ни про кого, кроме тебя. Слышишь?       - Да знаю я.